Загрузить фотографиюОчиститьИскать

    «Фанаты — единственное, что я люблю в «Динамо»

    Пили с Рекишем кофе. Говорили о деньгах в футболе. Коснулись темы пребывания Дмитрия в динамовском дубле. Он, оказывается, ущербным себя по этому поводу совсем не чувствует. Собеседник поведал, как Сергей Овчинников пытался вернуть его в первую команду, но убедить руководство не смог. Еще Рекиш вспомнил польскую командировку и просмотр в чешском «Словацко»… В общем, большой получился разговор.

    Дмитрий Рекиш не считает себя ущербным футболистом
    Дмитрий Рекиш не считает себя ущербным футболистом
    RekishДмитрий Рекиш не считает себя ущербным футболистом Иван Уральский

    Пили с Рекишем кофе. Говорили о деньгах в футболе. Коснулись темы пребывания Дмитрия в динамовском дубле. Он, оказывается, ущербным себя по этому поводу совсем не чувствует. Собеседник поведал, как Сергей Овчинников пытался вернуть его в первую команду, но убедить руководство не смог. Еще Рекиш вспомнил польскую командировку и просмотр в чешском «Словацко»… В общем, большой получился разговор.

    — Куда пропал Дмитрий Рекиш?

    — Тренируюсь. Нахожусь в форме. Работаю со второй командой. Даже с первой тренировался — занятия два-три. И такое было.

    — Несколько тренировок с «основной» — в честь чего?

    — Так получилось, что дубль работал совместно с первой командой. Ребята готовились к кубковому матчу с «Неманом». Народу было очень мало. Вот и решили объединить две команды. На следующий день подошел Овчинников. Говорит: «Приходи завтра. Будешь с нами тренироваться». Я в ответ: «Спасибо большое. Можно было бы поговорить относительно моих перспектив? Интересен ли я вам?» Решили, что после тренировки все обсудим.

    Пришел на следующий день, оттренировался. Овчинников говорит: «Вижу, что тебе чуть надо форму поднабрать. А так — все отлично. Может, договорюсь с руководством — будешь играть». Кое-какие надежды у меня, конечно, возникли. Но на завтра их быстро не стало.

    — Почему?

    — Не знаю. Наверное, состоялся разговор председателя или генерального директора с главным тренером. И все прошло.

    — Так были какие-то конкретные объяснения?

    Я подошел к Овчинникову — переговорили. Он сказал: «Дим, извини, все, что мог, сделал».

    — В общем, эта история закончилась никак. Я подошел к Овчинникову — переговорили. Он сказал: «Дим, извини, все, что мог, сделал». Я ему: «Иваныч, спасибо. Никаких проблем. Вы первый тренер, который хотел, чтобы я у него играл». В моих глазах Сергей Иванович поднялся очень серьезно. Благодарен ему хотя бы за попытку как-то мне помочь.

    — Есть повод для депрессии?

    — Да ну! Я в себе уверен. На днях состоялся разговор со Стрельцовым. Мы договорились о разрыве контракта.

    — Досрочном?

    — Досрочном. Надеюсь, скоро стану свободным агентом. Какая тут депрессия?

    — Слабо верится, что человек твоих амбиций покорно тренировался с дублем и не думал о каких-то вариантах.

    — Почему не думал? Думал. Не хочу загадывать. Не буду говорить, что у меня нет ни одного предложения. Это неправда. Есть предложения. От нормальных клубов. Их несколько. На сей счет я спокоен. Сейчас хочется только разорвать контракт с «Динамо» и почувствовать себя нормально.

    ***

    — Каково, развившись до игрока «основы», начинать все с самого начала?

    — Тяжело. Тяжело приходить на стадион и смотреть на игру своих друзей. Тяжело, когда у тебя нет вообще никакой возможности сыграть за команду, которой отдал столько лет. Ощущения такие… Невозможно словами передать.

    — Ощущение, будто тебя предали?

    Это тот же просчет руководства, как и в случаях с Кисляком и Путило. Воспитанники покинули клуб за очень маленькие деньги.

    — Не то, чтобы. Я просто считаю, что эта история вышла из ничего. Не вижу большого смысла мариновать меня в дубле. Это при наличии проблем на левом фланге полузащиты. Даже если у меня заканчивается контракт, в чем-то подобном не вижу никакой логики. Это тот же просчет руководства, как и в случаях с Кисляком и Путило. Воспитанники покинули клуб за очень маленькие деньги. «Динамо» заработало чисто символически. И только потому, что новые команды ребят оказались очень порядочными. Выплатили кое-какую компенсацию. Хотя могли ничего не выплачивать.

    — Не обидно, что ссылки Кисляк и Путило получили широкую огласку, а в твоем случае все тихо?

    — А чего обижаться? То были лидеры нашей команды. Люди, которые играли очень большую роль. А я человек, об отсутствии которого могут вспомнить только перед матчем с брестским «Динамо» :). Люблю этой команде забивать. А так большой роли я не играл. Был обычным футболистом. Для всех таким и остался. Просто деталь клубного механизма.

    — Допустим. Но ведь с болельщиками у вас отношения особые. Празднование твоих голов всегда происходило около фан-сектора. И даже, будучи игроком «Савита», ты передал фанатам привет. Помнишь матч «Динамо» — «Савит» в Минске? Забив в ворота минчан, снял майку с яблоками и понесся к фан-сектору…

    — Помню, конечно. Единственное, что я до сих люблю в «Динамо», — это болельщики. Фанаты — номер один в Беларуси. Приятно, приходя на стадион, встречать людей, которые искренне интересуются моими делами. О работниках клуба такого сказать не могу. Для меня динамовские фанаты — это не просто так… Столько лет вместе… Люблю их, уважаю. Тот матч… Когда забил родной команде, побежал просить прощения. Помню, как в конце фанаты скандировали мою фамилию. Было настолько приятно, что, наверное, никогда не забудется.

    — Яблоки на форме «Савита», наверное, тоже?

    — Ну да — форма была красивая :). А вообще я очень благодарен «Савиту» за первый взрослый опыт. Из 30 игр провел 26. Огромное спасибо Александру Сергеевичу Седневу за доверие. Жалко только, что клуб развалился.

    ***

    — Что пошло не так в «Полонии»?

    — Я уже устал друзьям отвечать на этот вопрос :). Если сейчас начну рассказывать, будто тренер плохой, какие конфликты были, что-то выдумывать… Не знаю. В этом нет смысла. Навряд ли кто-то во что-то поверит. Хотя конфликт между моим менеджером и тренером действительно был. Да и тренеров тех было целых три. Любой понимает, что получается, когда едешь к одному специалисту, а попадаешь к третьему. Но, думаю, я просто был обязан сыграть там хотя бы несколько матчей. Впрочем, пусть людям достанется версия, по которой я был слабым. Это лучше, чем пускаться в долгие рассуждения. Нет смысла. Этап пройденный.

    Может, и сожалею. Было хорошее предложение от «Кубани». 17 февраля мне звонят и говорят: «Прилетай завтра в Турцию. День-два — подпишем контракт». А в «Полонию» для прохождения медицинских тестов надо было ехать назавтра. Ночью в дорогу, с утра в Варшаве обследование и подписание контракта. Я выбрал «Полонию». Поехал ближе к Германии, в которой мечтаю играть. Предпочел Европу большим деньгам.    

    — Насколько большим. Допустим, у нас в высшей лиге средняя зарплата семь тысяч… Или сколько?

    — Ну, если все подсчитать, может, и получится средняя зарплата футболиста пять-семь тысяч. Не могу ручаться за точность таких цифр.

    — Насколько большие деньги предлагали россияне?

    — Очень большие. В «Кубани» я бы получал раз в пять-семь большую зарплату, чем в «Динамо».

    — Это притом, что зарплата у тебя в Минске немаленькая.

    Два года назад, когда подписывал контракт с «Динамо», у меня была одна из самых больших зарплат в команде. Может, я был вторым-третьим. До сих пор у меня такая зарплата. Но теперь это уже не те деньги.

    — Два года назад, когда подписывал контракт с «Динамо», у меня была одна из самых больших зарплат в команде. Может, я был вторым-третьим. До сих пор у меня такая зарплата. Но теперь это уже не те деньги.

    Ну, а Россия… Как заманили ЭтоО и Жиркова? Деньгами. Читая интервью ЭтоО, не верю, что человек приехал играть в Махачкалу не за деньги. Понимаю — по сути, он прав. Все говорят, мол, играем мы не за деньги. А почему ты тогда начал заниматься футболом? Из-за любви к мячу? Ну, иди и играй в какой-нибудь колхоз. Футболисты ведь стараются попасть в солидный клуб, с деньгами. Когда играешь в «Спартаке» из Нальчика, не останешься все же там на зарплате в десять тысяч, если «Локомотив» предложит 50?

    В этом смысле ЭтоО я понимаю. Мне, может, тоже хочется играть в нормальном клубе за нормальные деньги. Это реально. Любой футболист понимает. Думаю, что в Беларуси все тоже играют за деньги. Вряд ли есть такие, которые играют из большой любви к футболу…

    — Евгений Капов — миллион лет в «Днепре».

    — Евгений Капов? Ну, памятник ему, наверное, при жизни надо поставить. Начнем с того — может, у него возможностей уехать не было?.. Провел человек всю жизнь, играя за эмблему «Днепра» — честь и хвала. Но я считаю, что это неправильно. Что потом даст ему клуб? Закончится карьера, устроят тренером за два миллиона белорусских рублей? Скоро это будет двести долларов. Не вижу в этом смысла. Честно.

    ***

    — Если тебе так охота играть в Германии, почему зимой поехал в «Амкар» на просмотр?

    — Это был единственный вариант на тот момент. Уже после игр сборной в Турции у меня появилось несколько предложений. Сразу же. Моментально. Наверное, люди видели тот матч. А в «Амкар» поехал от безысходности. В «Динамо» мне толком ничего не сказали. Потом на Goals.by прочитал, что клубу я не нужен. Тогда было очень обидно. Ну, представь — я из интернета узнаю, что могу искать себе новую команду! И почему бы мне было не поехать в «Амкар»?

    — Сперва ты с негативом говоришь, будто в России многие играют из-за денег. Потом о желании перебраться в Германию. И, в конце концов, о хотении много зарабатывать, придавая деньгам уже положительный оттенок. Как тебя понимать?

    — А что, в Германии нельзя играть, зарабатывая большие деньги?

    — Но ведь зимой ты сделал выбор в пользу Польши, а не больших денег. В твоем случае — российских.

    Суммы польских контрактов не сопоставимы с белорусскими. Наверное, в финансово самой слабой команде там получают, как у нас в одной из сильнейших.

    — Не могу сказать, что в Польше мне платили три копейки. Я получал очень хорошие деньги.  Суммы польских контрактов не сопоставимы с белорусскими. Наверное, в финансово самой слабой команде там получают, как у нас в одной из сильнейших. Я реально смотрю на вещи. Продолжаю думать о Германии. Знаю, что там можно играть за хороший клуб и за большие деньги. Почему нет? Просто нужно много трудиться. Конечно, необходимо дождаться шанса. Не приеду же я просто так в Германию и скажу кому-нибудь: «Возьмите меня, пожалуйста, я такой-то». Агент работает. Но и мне сидеть без дела не стоит. Постоянно надо пребывать в форме, будучи готовым в любой момент доказать свою состоятельность.

    ***

    — Истории со «Словацко» получилась непонятной.

    — Мы хотели запрыгнуть в последний вагон. Если не ошибаюсь, в Чехии трансферное окно закрывается позже остальных. Оттренировался пару дней со «Словацко». Провел матч с чешской «молодежкой» нового созыва. Очень понравился тренеру. Но я отказался. Честно говорю.

    — Почему?

    — Потому что чешский чемпионат немногим сильнее нашего. Во-первых. Во-вторых, финансовые условия…

    — Не лучше динамовских?

    — Хуже. Ну, а третье… В Угерске-Градиште меня хватило бы, максимум, на месяц. Место это, ну, не совсем деревня, но что-то вроде того. Население не дотягивает до 50 тысяч. В городе делать особо нечего. Жил бы от игры к игре, мыслями исключительно о футболе, испытывая психологический дискомфорт. Может быть, это и пошло бы на пользу — стал бы первым парнем на деревне :). Не знаю. Все-таки считаю, что я по своему уровню подхожу чемпионату посильнее.

    — То есть отказ от контракта со «Словацко» — вопрос твоих амбиций?

    Может быть, кто-то скажет, будто я возомнил о себе слишком многое, но я стараюсь думать, что не настолько слабый.

    — Может быть, кто-то скажет, будто я возомнил о себе слишком многое, но я стараюсь думать, что не настолько слабый. И чемпионат Чехии — не предел моих мечтаний.

    — Виталий Трубило ведь играет в чешском чемпионате. В сборную призывается. Не жалуется особо…

    — Ну, да — он играет в хорошем клубе. По чешским меркам «Славия» — топовая команда. Пражские клубы являются грандами. Остальные — массовка. Там нет больших денег, особых перспектив. Играют команды, как получится.

    — То есть стандартная история для не самых рейтинговых чемпионатов: есть несколько грандов, а остальные клубы не при делах?

    — Что-то вроде того. Но в Чехии конкуренция все же серьезнее, чем в Беларуси. Есть «Виктория», «Яблонец», «Баник». Какая-то из этих команд периодически выстреливает. У нас же вопрос первого места уже не актуален. Можно говорить только о борьбе за «серебро». В Чехии чемпионат не на много, только на чуть-чуть, серьезнее.

    — Но в итоге ты променял какой-никакой европейский чемпионат на пару месяцев работы с дублем белорусской команды…

    — Забыл добавить — чехи предлагали очень долгосрочный контракт. Минимальный срок, на который я соглашался подписать трудовое соглашение, — год. Не знаю, выдержал бы я столько в Угерске-Градиште. А по дублю… Так я не считаю себя каким-то ущербным из-за того, что работаю со второй командой. Тренируюсь под руководством очень хорошего тренера. Думаю, если в будущем (через два-три года) он станет главным в первой команде, это будет правильно. Зная Сергея Васильевича Павлюковича и как игрока, и как тренера, считаю, он — именно то, что нужно клубу.

    — Товарный вид ты, в общем, поддерживаешь?

    — Да. Нахожусь в неплохой форме. Это все благодаря Павлюковичу. Пользуясь случаем, говорю ему большое спасибо.

    ***

    — Какого ты мнения о Стрельцове?

    — … :). Хороший вопрос.

    — Не самый плохой.

    — Даже не знаю, что сказать…

    — Ну, что-нибудь хорошее или плохое.

    Встречаясь с Валерием Ивановичем, всегда нормально общаемся. Он вроде все понимает. Но в то же время... Не понимает.

    — Зачем мне говорить что-то хорошее, если его не было? Ничего хорошего сказать не могу. Но и говорить о чем-то плохом смысла не вижу… Честно, встречаясь с Валерием Ивановичем, всегда нормально общаемся. Он вроде все понимает. Но в то же время… Не понимает. Скажу, что человек он… Неадекватный. Свои решения может менять в любой момент… В общем, ни хорошо, ни плохо говорить о Стрельцове не стал бы. Зачем о плохом? Он же не сгноил меня в дубле. Может, это и не его вина в том, что я сейчас не играю. Вообще, не мне Стрельцова судить. Хотя некрасивые поступки (в отношении игроков и работников «Динамо») в его исполнении были.   

    ***

    — Матч олимпийской команды со второй сборной России видел?

    — Был на стадионе. Честно, смотреть, сидя на трибуне, на сборную больнее, чем на «Динамо». С этими ребятами я прошел, как говорится, огонь, воду и медные трубы. Если в «Динамо» на мне поставили крест и не считают за футболиста, а некоторые, может, думают, что я уже никогда не заиграю — похоронили, как говорится, — то выступать за сборную я готов всю жизнь. Для меня это не просто так. Это не клуб, где тебе платят деньги. Это страна, где ты родился и вырос. Тем более, эта моя команда. Не национальная сборная, пусть там теперь и много наших. А созыв 88-го года рождения. Мы прошли все, что можно. Начиная с международного турнира в манеже и заканчивая матчем с чехами на чемпионате Европы.

    — Общался с Кондратьевым?

    — Честно, нет. Знаю, что на первый матч с россиянами он меня хотел вызвать, оказав тем самым помощь. Но потом отказался от этой идеи, сказав, мол, как я тебя вызову, ты же без клуба. Может, это правильно. Хотя ведь даже в основных составах национальных сборных задействованы безработные игроки… Такое практикуется. Я не вижу в числе новых ребят, которых вызывает Георгий Петрович, кого-то сильнее меня. Это его мнение. Может, просто во мне нет смысла — возраст не олимпийский. Но в то же время я вижу, что вызываются и мои сверстники. Кондратьев уже огласил список пятерых игроков старшего возраста…

    — Напомни, пожалуйста.

    Конечно, будь возможность отправиться в Лондон нашей сборной, которую дополнили бы тремя игроками старше, получилась бы не команда — машина.

    — Назвал пять фамилий: Филипенко, Сиваков, Драгун, Нехайчик, Веретило. Если ты говоришь об этих пятерых, то их и вызывай. Понятно, что все мы не поедем. Конечно, будь возможность отправиться в Лондон нашей сборной, которую дополнили бы тремя игроками старше, получилась бы не команда — машина. Это даже мягко сказано… Понятно, Сиваков сломался — заменили его сверстником по ситуации. Но вызывать на спарринги почти всех ребят 88-го года я смысла не вижу. Это моя точка зрения, за нее держусь. Решение тренера я как игрок уважаю, но не понимаю.

    — Смотри. Приезжает сборная в Лондон. А англичане спрашивают: «Ребята, а где тот чувак, который выступал с видеобращением от олимпийцев вашей страны?»

    — Параллельно вроде как снимали гребцов и ребят из других видов спорта. Мне позвонили с БТ. Говорят, надо видеоролик отправить в Лондон. Спрашиваю: «А чего я? Я на Евро толком не играл. В Лондон тем более, наверное, не поеду». Мне объяснили, что Миша Сиваков сейчас не в Минске, а ты вот рядом единственный из всей команды… Для меня это, конечно, честь. Хотя ролик получился не таким удачным, как хотелось бы. Говорю ребятам: «Давайте текст выучу. Все нормально скажу на камеру». Они в ответ: «Нет, читай». В общем, очередной пример того, что у нас все делается через одно место. Это же все-таки Олимпиада! У нас команда впервые туда пробилась! Я когда посмотрел этот ролик, мне стало настолько стыдно, что слов нет. Отправили бы в Лондон лучше видео тех гребцов. Смешно и неудобно, в общем.

    P.S. Разговор состоялся в начале прошлой недели.

    КОММЕНТАРИИ

    Комментарии модерируются. Пишите корректно и дружелюбно.

    Лучшие материалы