Загрузить фотографиюОчиститьИскать

    «До последнего подписывал документы»

    Можно по-разному относиться к периоду немецкого правления в национальной сборной. Но, так или иначе, четыре с лишним года работы Бернда Штанге — это история, которую нужно уважать. Она закончилась вторничным полднем. Немецкие тренеры простились с работниками АБФФ, дали интервью на дорожку и отправились в аэропорт. Бригада наших корреспондентов внимательно за этим наблюдала.

    Бернд Штанге не будет скучать по Беларуси, а также о чем-то жалеть
    Бернд Штанге не будет скучать по Беларуси, а также о чем-то жалеть
    ShtangeБернд Штанге не будет скучать по Беларуси, а также о чем-то жалеть Анастасия Жильцова

    Можно по-разному относиться к периоду немецкого правления в национальной сборной. Но, так или иначе, четыре с лишним года работы Бернда Штанге — это история, которую нужно уважать. Она закончилась вторничным полднем. Немецкие тренеры простились с работниками АБФФ, дали интервью на дорожку и отправились в аэропорт. Бригада наших корреспондентов внимательно за этим наблюдала.

    14 июля 2007-го Юрий Пунтус покинул пост главкома национальной сборной Беларуси. Страна озаботилась поиском его преемника. В итоге, был взят пример с РФС, годом ранее подписавшего Гууса Хиддинка. Масштаб личности тренера и финансовая составляющая вопроса, понятное дело, от соседских отличались скромностью. Но, тем не менее, впервые в истории главную футбольную команду нашей страны возглавил иностранец. Исполком АБФФ дал добро на работу Бернда Штанге 30 июля.

    — Вы помните первое посещение Дома Футбола?

    — Конечно, — через четыре почти с половиной года реагирует немец. — В моей памяти сохранилась четкая картинка. Геннадий Невыглас и Леонид Дмитраница устроили для нас небольшую экскурсию. Честно признаться, был впечатлен. Комплекс футбольных полей, хорошие офисы… Сразу же промелькнула мысль: «Тут есть условия для работы». Скажу так: белорусский Дом Футбола будет получше, чем офисы федераций, к примеру, в Греции или Словакии.

    22 ноября 2011-го Штанге посетил «хорошие офисы» федерации в последний раз. По крайней мере, в качестве работника АБФФ. Volkswagen Phaeton, как тот Ежик, тихенько рассек туман и прикатил к шлагбауму. За рулем — Харальд Ирмшер. Штанге — на пассажирском сидении. Шлагбаум сделал широкий жест, отворившись. Совсем скоро немцы оказались в тепле офисных помещений.

    — Через десять минут заходите, — памятуя о предварительной договоренности, бросает Штанге. За это время он успел разобраться с остатками сборов и поздравить с Днем рождения одну из уборщиц.

    ***   

    Кабинет № 218. Офис Штанге. Юрий Пунтус, кстати, работал в другом — № 220. Там теперь обитает пресс-служба федерации. Обстановка на рабочем месте уже бывшей верхушки тренерского штаба сборной весьма скромная. Но и не спартанская. Обои теплых тонов. Пара простых столов, кресел с кожаной обивкой. Старый деревянный шкаф. На полках — данные о соперниках по прошедшему отбору.

    На правой от окна стене календарь с расписанием планов команды.

    На левой, у которой сидит Ирмшер, еще один. С изображением немецкой старушки. Она самым нетривиальным образом выражает свое отношение к жизни.

    Под стулом в ожидании нового хозяина спрятался чайник.

    — Сколько раз ты был в этом кабинете? — берет на себя инициативу немец.

    — Очень-очень много.

    И действительно, будучи работником «Всё о Футболе», довелось написать километры интервью со Штанге на разные темы.

    Начинается рассказ о последнем полном рабочем дне в федерации. Он растянулся на 12 часов. Подготовка к тренерской конференции, во время которой немцы анализировали с белорусскими специалистами проделанную за четыре года работу. Собственно, сама конференция. Потом пресс-конференция для отечественных СМИ. Эксклюзив для коллег из «Прессбола». А затем «бюрократия» — это слово Штанге произносит почти без акцента. Из Дома футбола немец вышел в девять вечера. Готовил отчет по последней игре сборной.

    — Тяжелый, в общем, трудовой день, — заключает Штанге, а потом добавляет, — еще мы попрощались с работниками федерации. Сейчас будем заканчивать. Понимаешь, если ты долго будешь задавать вопросы, мы не успеем со всеми повидаться :).

    ***
    Нет повести печальнее на свете… А ерунда это все! Потому как внешне Штанге спокоен. Временами улыбается. Никакой слезоточивой печальки. За время работы в Беларуси немец оброс толстенной шкурой, став менее восприимчивым к критике и другим внешним раздражителям.

     — Как вы себя сейчас ощущаете? — скромная попытка извлечь из Штанге щепотку сантиментов.

    — Я профессионал. Закончился достаточно продолжительный этап нашей работы. Обидно, что безуспешный. Очень хотелось отправиться на Евро. Это было нашей целью... Но теперь надо просто закрыть одну книгу и заняться чтением другой.

    — Профессионал — это хорошо. А если рассуждать чисто с человеческой точки зрения?

    Бернд Штанге: «Не буду скучать ни по одному дню, проведенному в Беларуси. Жалеть тоже не буду. Считаю, сделал все, что мог».

    — Не буду скучать ни по одному дню, проведенному в Беларуси. Жалеть тоже не буду. Считаю, сделал все, что мог. И сделал честно. Мы с Харальдом, белорусские ребята из тренерского штаба сборной, учитывая наши умения и здешние условия, выложились по полной. На что-то большее просто не были способны. Может быть, если бы сборной руководили специалисты уровня Капелло, Венгера или Хитцфельда, она бы и вышла на более качественный уровень. Но, к сожалению, АБФФ просто не может потянуть зарплаты таких тренеров… В то же время надо уважать мнение тех, кто утверждает, что сборная не достигла самых высоких стандартов под нашим руководством.

    ***     

    — Мы подготовили специальные письма, вложили в конверты диск с фотографиями памятных моментов, произошедших за время нашей работы, — описывает подарки работникам АБФФ Штанге.

    Выглядят они вот так.

    Закончив разговор, немцы отправляются на третий этаж. В Управление по проведению соревнований. Аббревиатура смешная — УПС. Там работает Сергей Дмитриевич Витушко, которого одарить накануне не получилось.

    В кабинете людно.

    — Димитрич, иди сюда, — призывает Штанге.

    Сергей Дмитриевич выходит в коридор. Штанге начинает говорить на английском, потом переключается на русский.

    — Димитрич, вот тут все наши фотографии. Там ты, я, Харальд, все наши ребята.

    Расчувствовавшись, Витушко горячо целует обоих тренеров…

    Спускаемся на первый этаж.

    — Ты видел? У него потекла слеза… А это что-то значит… — задумчиво произносит Штанге.

    За последние дни немец успел сказать много слов благодарности. Хотя относится к ним с небольшой опаской.

    — Знаешь, когда произносишь прощальные речи, очень просто кого-нибудь забыть. Вчера, к сожалению, что-то подобное произошло со мной. Совершенно забыл о Саше Рухле, моем переводчике. Он был моим русскоговорящим голосом. Я очень ему благодарен. А вообще, чтобы никого не забыть, просто говорю «спасибо» всем.

    ***

    Ждем, пока Штанге и Ирмшер разберутся со всеми своими делами. Нужно сфотографировать их отъезд. Жанр обязывает. Благо ждать есть где. Друзья из пресс-службы приютили. Юлия Зенькович веселит историями о федерационном быте.

    — У меня кто-то сливки постоянно «тырил» из общего холодильника. Я думала, может, кто-то из банка.

    — И кто в итоге их «тырил»?

    — Не поверишь, Ирмшер! Мы с ним вчера пытались об этом поговорить. На русском. Потом на английском. Но Харальд сделал вид, что не понимает :).

    Поистине в своем нежелании учить великий и могучий герр Ирмшер был непреклонен.   

    — Харальд, трудно вам было в Беларуси, не зная местного языка?

    — Да… А, быть может, и нет. С одной стороны, незнание русского добавляло проблем. А с другой — старался использовать английские слова. К тому же в команде были ребята, которые знают немецкий язык.

    Ирмшер так же спокоен, как и Штанге. Никакой внешней грусти не наблюдается. Так, наверное, и должно быть.

    — Как у вас с эмоциями?

    — Я себя чувствую хорошо. Четыре с половиной года испытывал ощущение, будто нахожусь дома. Тут мы встретили много хороших людей: среди работников федерации, тренеров и болельщиков. Сегодня все заканчивается… Я, как и Бернд, не жалею, что поработал в Беларуси. Близится следующий этап карьеры. Правда, длиться он будет недолго. Надо понимать, наш возраст близок к пенсионному :). Но силы и нужные эмоции для работы пока еще есть. В общем, хочу поблагодарить всех за все, что случилось за эти четыре года.

    ***

    Оптическая душа фотоаппарата радуется. Штанге — один из самых фотогеничных персонажей нашего футбола. С чувством стиля у немца полный порядок. Штанге одет в серый пиджак, быть может, правильнее сказать блейзер. Галстук в тон рубашке.

    — Сколько у вас костюмов?

    — В Минске было пять или шесть… Все же тренер национальной сборной — человек публичный. Это, думаю, всем понятно. Плохо выглядеть нельзя. Где бы ты ни был, кто-то может узнать. Попросить автограф или фото на память. Нужно учитывать эти моменты. Но, поверь мне, я очень люблю простую одежду — джинсы и все прочее.

    — Вообще, долго собирались?

    — Нет. У меня всего пара чемоданов. Тренеры должны быть всегда наготове. У меня 30-летний опыт работы. Прекрасно знаю, что все может круто поменяться в одночасье. Честно, самое важное в моем багаже — ноутбук. Там собраны все наработки. Раньше было сложнее. На себе ты тащил книги, всякие распечатки, папки…

    К слову, о книгах. Перед отправлением в аэропорт Штанге зашел в кабинет пресс-службы. За ним остался должок. Немец обещал журналисту из «Русского репортера» свою книгу о работе в Ираке.

    Кириллицей тренер прописал пожелания. Получилось довольно аккуратно.

    ***

    Понятное дело, в последние дни пребывания в Беларуси немцы не только делали, но и получали подарки. В понедельник состоялась официальная церемония прощания. Сергей Румас вручил тренерам букеты цветов и картины.

    Штанге — с тремя зубрами.

    Ирмшеру с парой…

    — Есть какая-то вещь, которая будет напоминать о нашей стране? один из последних вопросов Штанге.

    — Нам с Харальдом подарили шахматы. Доски и фигуры были сделаны по заказу. Очень качественная вещь. Мне очень нравится. Все же футбол и шахматы — похожие игры. Нужно думать наперед. Сейчас времени появится чуть больше. Вот и будем играть с детьми, заодно вспоминая о Беларуси :). Ну и, конечно, в наших с Харальдом чемоданах по две бутылки лучшей белорусской водки. Это правда.

    ***

    Ожидание отъезда затянулось. Но время, занятое этим ожиданием, себя окупило. Пока Штанге бегал по верхним этажам, на нижнем появился Анатолий Байдачный.

    Ожидание отъезда затянулось. Но время, занятое этим ожиданием, себя окупило. Пока Штанге бегал по верхним этажам, на нижнем появился Анатолий Байдачный. Как есть — так есть. Goals.by — честный сайт. Ничего для увеличения объемов художественности мы не выдумываем. Просто по этажам мы с фотографом гуляли в разнобой. Диктофон был готов сорваться с цепи. Но Анатолий Николаевич прижатым к уху телефоном не дал возможности к себе подобраться.

    — Пришел со Штанге попрощаться :), — юморили работники федерации. Они, к слову, говорят, что Байдачный в последнее время зачастил в Дом Футбола…

    ***

    — Хочу пожелать белорусам, чтобы в следующие несколько лет в стране был найден баланс между хоккеем и футболом, — разговор заканчивается пожеланиями Штанге белорусским болельщикам. — Любители футбола — сторонники самой популярной игры в мире. Хотелось бы, чтобы в Беларуси у футбола появились те же условия, что и у хоккея. Если фанаты будут чувствовать себя комфортнее на стадионах, почувствуют больший интерес к игре, это пойдет только на пользу. Понимаю, сейчас кризис. Деньги нужны на детские дома, больницы… Но я никогда не пойму и не буду уважать обстоятельств, при которых одному виду спорту отдается большее предпочтение, чем другому. Условия, в которых проводятся матчи в Беларуси, не позволяют сделать футбол настоящим продуктом. Эти условия не профессиональные.

    Ирмшер был менее красноречив.

    — Спасибо за красивые четыре года. Надеюсь, мы не в последний раз у вас в стране. Контакты будут сохранены. Желаю всем успеха и планомерного прогресса.

    ***

    Планировалось, что немцы отправятся в аэропорт в 11:15. В итоге, Ирмшер закрыл кабинет в 11:40.

    — Ты представляешь, я до последнего сидел в кабинете Сафарьяна и подписывал документы! — уже в гараже объяснил задержку Штанге, сделав удивленное лицо.

    — Может, на «Шаране» поедете? — предлагает более удобную машину администратор АБФФ Владимир Вежновец.

    — Нет, «Фаэтон» хорош, — отказывается герр Штанге.

    Ирмшер тепло прощается с Вежновцом.

    Штанге делает то же самое. Потом жмет руку корреспонденту Goals.by.

    Целует нашего фотографа в щеку.

    Менеджер национальной сборной Андрей Бобрицкий оживляет мотор «Фаэтона».

    Машина разворачивается и выезжает из гаража.

    В проносящихся мимо окнах оба немца с поднятыми вверх большими пальцами улыбаются. Поистине столь ярых адептов «оптимизмуса» в Беларуси еще не было.

    Штанге и Ирмшер улетели из Беларуси в 13:30. На родину их доставил рейс «Минск — Берлин». Теперь о немецкой работе напоминает только табличка на двери 218-го кабинета: «Главный тренер национальной сборной РБ Штанге Бернд». Вернее, уже не напоминает. Ближе к вечеру ее сняли.

    Фото: Анастасия Жильцова, архив газеты «Всё о Футболе»

    КОММЕНТАРИИ

    Комментарии модерируются. Пишите корректно и дружелюбно.