Загрузить фотографиюОчиститьИскать

    «Тараканов мне неинтересен»

    В Бобруйске оперативно нашли замену Александру Седневу. Сергей Яромко ожидаемо предпочел весьма скромному СКВИЧу «Белшину». В инаугурационном интервью Goals.by один из лучших бомбардиров в истории высшей лиги оживил в памяти игровые годы, проведенные, в том числе, и в Бобруйске. Рассказал о проблемах команды и о путях их решения. А также ответил на пару вопросов о своих отношениях с ФК «Минск», история расставания с которым получилась не самой приятной.

    Сергей Яромко (на фото слева) вкладывает в учебу свои деньги, веря, что они окупятся результатом
    Сергей Яромко (на фото слева) вкладывает в учебу свои деньги, веря, что они окупятся результатом
    YaromkoСергей Яромко (на фото слева) вкладывает в учебу свои деньги, веря, что они окупятся результатом Иван Уральский

    В Бобруйске оперативно нашли замену Александру Седневу. Сергей Яромко ожидаемо предпочел весьма скромному СКВИЧу «Белшину». В инаугурационном интервью Goals.by один из лучших бомбардиров в истории высшей лиги оживил в памяти игровые годы, проведенные, в том числе, и в Бобруйске. Рассказал о проблемах команды и о путях их решения. А также ответил на пару вопросов о своих отношениях с ФК «Минск», история расставания с которым получилась не самой приятной.

    — Когда узнали об интересе со стороны «Белшины»?

    — Первый разговор на эту тему состоялся недели три назад. В Минске мы встретились с генеральным директором «Белшины» Геннадием Вараксой и его замом по спорту Алексеем Стольным. Был очерчен круг проблем команды, основной из которых являлось отсутствие главного тренера. После еще одной встречи в Бобруйске 29 декабря мы пришли к общему знаменателю.

    — Что за проблемы входят в очерченный вам круг?

    — Для «Белшины» актуальна проблема комплектования. Хотя уже сейчас ведутся переговоры с футболистами, которых мне хочется сохранить. Я не сторонник рубки с плеча. Мы говорим о людях — за ними стоят семьи. Всем понятно, что значит оставить футболиста или тренера без работы. Мы думаем об этом. Даже если от кого-то придется отказываться, нужно будет поступить корректно, объяснив людям причины. К слову, уже начата предварительная работа по привлечению новых игроков.

    — Какие «за» и «против» сопоставляли, решаясь на работу в Бобруйске?

    — Главный фактор, который повлиял на мое решение, — возможность вернуться к работе в высшей лиге. Я, в принципе, работы не боюсь — будь то первая, вторая лиги или детско-юношеский футбол. Но все же — попробовав единожды «элиту», хочется оставаться в ее атмосфере. Это шаг вперед, который способствует творческой работе и развитию.

    — Со стороны казалось, что вы держитесь за столицу…

    — Конечно, каждый хочет работать поближе к дому. Но, учитывая специфику профессии, не страдаю территориальной привязанностью. В принципе, в Беларуси с футболом меня связывают три города — Минск, Мозырь и Бобруйск. Поэтому расстояние, которое я покрывал, будучи игроком киргизских и казахстанских команд, несоизмеримо с нынешним.

    — Бобруйские годы карьеры, надо думать, вспоминаются с теплотой?

    В Бобруйске у меня и квартира была. Сейчас, приезжая в город, не чувствую дискомфорта — осталось много друзей.

    — Да, то был один из лучших этапов карьеры. Помнится финал Кубка страны, пусть тогда мы и уступили, первое участие в Кубке кубков, наш тандем с Хлебосоловым, братья Градобоевы. В Бобруйске у меня и квартира была. Сейчас, приезжая в город, не чувствую дискомфорта — осталось много друзей.

    — Что по поводу тренерского штаба?

    — С руководителями клуба пришли к решению сохранить ассистентов Александра Седнева. Не буду скрывать, мы общались с Сашей. У нас достаточно хорошие отношения. Он обеспечил меня нужной информацией. Это нормально. Я тоже человек открытый, потому готов отвечать на вопросы коллег. Более предметно поговорим с Седневым в скором времени. Может, один-два новых специалиста в тренерском штабе и появятся, но с кандидатурами я пока не определился.

    — В «Минске» вы работали на долгосрочную перспективу. А в «Белшине»?

    — Жизнь вносит свои коррективы. Сейчас всем нужен результат. Скажем так, работать будем, не забывая про результат, но и думая о перспективе. Никто не скрывает, «Белшина» — команда достаточно возрастная. Это не значит, будто мы начнем сбрасывать со счетов опытных футболистов. К слову, таких ребят мне, может, и не хватало в «Минске». Но я люблю раскрывать игроков — Кошель, Хачатурян. Потому есть заинтересованность в молодежи.

    — Кошель, правда, уже закрылся. Куда он, кстати, пропал?

    — Считаю, в нынешней невостребованности Сергея есть вина людей, которые работали с ним после меня. Человек неординарный, требующий к себе особого подхода. Правильно говорят, что таланты все ершистые. Не хочу хвалиться, но при мне Кошель играл. Надо было терпеть его, находить компромиссы, реагируя на некоторые капризы. Считаю, белорусский футбол потерял талантливого нападающего. А форвардов у нас нынче недостаток.

    — Вы сами играли в нападении. Нынешнее молчание форвардов вас как-то трогает?

    — Безусловно, обидно, что нападающих в стране не так много. Людям нужны бомбардиры. В каждом городе болельщик ходит на футбол из-за них. А еще обидно, что новых имен не появляется. Хотя вот Королюк…

    — Сталкивались с ним, работая в СКВИЧе?

    Мне Королюк понравился. Единственное, соглашусь с Гончаренко, который сказал, что парня возили по просмотрам, как обезьянку.

    — Когда готовились к матчам с «Волной», просматривал много видеоматериала. Вживую парня я так и не увидел. В матче со СКВИЧем он отбывал дисквалификацию. И все-таки игрок неординарный. Мне Королюк понравился. Единственное, соглашусь с Гончаренко, который сказал, что парня возили по просмотрам, как обезьянку. Такой подход Королюка может поломать. Неплохо было бы ему еще в Беларуси поиграть.

    — Вы в Беларуси в свое время наиграли на 98 голов в высшей лиге. Хотя, говорят, их должно было оказаться на два больше.

    — Один гол был записан на Макса Ромащенко, другой — на Саню Кульчия. Подробности вспоминаются с трудом. Мы часто громили соперников. И к нашим голам относились без особого внимания. Когда мяч летел и по касательной кого-то задевал, авторству удара не придавали значения… Честно, я не сильно переживаю из-за произошедшего.

    — Но нападающие ведь люди честолюбивые…

    — Когда ознакомился с итоговыми показателями своей бомбардирской успешности, тогда и обратил внимание на недостачу в два гола. Но сейчас спокойно к этому отношусь.

    — Кстати, как вам уровень первой лиги?

    — Впервые столкнулся с турниром после работы в «Минске». Лично мое мнение — соревнование стало менее интересным. Четыре недоезда в ходе сезона тоже говорят не в пользу лиги. Уменьшилось количество самобытных команд. Да, неплохо смотрелся Мозырь — за счет организации, сбалансированного состава. На какой-то стадии благодаря лихой молодости выделялся «Партизан». И вроде бы все. Помню, как сложно и интересно раньше было играть с «Химиком». Как было интересно приезжать в Барановичи, где народ всегда ходил на футбол. А нынешнее положение некогда самобытной команды — это просто ужасно.

    — То есть первая лига не способна доукомплектовать высшую до возвращения к друхкруговому формату проведения чемпионата?

    — Сложный вопрос. Четыре команды первая лига однозначно не даст. Но я все равно за расширение «элиты». Думаю, самим футболистам уже приелось играть в три круга. Может, расширение высшей лиги придало бы мотивации работе на местах во втором дивизионе. Может, люди бы серьезнее отнеслись к построению клубной структуры. Правильно ведь говорят, что в стране достаточно хороших тренеров, а менеджеров и управленцев недостаток. Почему-то все всегда объясняют возникшие проблемы тренерами. Но ведь понятно, что порой работа хорошего главкома не приводит к успеху, если у клуба плохой управленец.

    — Давайте продолжим об открытиях прошлого года. Какого вы мнения о Дмитрии Ковбе?

    — Я сразу же дал понять руководителям, что этого футболиста мне хочется сохранить в команде. Во-первых, Ковб молод. Во-вторых, ему, думаю, рано еще уезжать. В-третьих, мне просто интересно поработать с Димой. Плохо, конечно, что он немножко подвержен травмам. Но от этого в футболе никуда не деться.

    — Чуть выше была затронута тема «Минска». Предыдущий ваш высшелиговый наниматель до сих пор вызывает противоречивые чувства? Или уже успокоились?

    Я лично на базе под роспись отдал команде клубный долг, положив на стол свои 18 тысяч долларов.

    — Успокоился. Время лечит. Да и последние события убедили в правильности моей работы в «Минске». Я никогда не плакался в прессе, что у нас не было денег, а соответственно — возможности купить высококвалифицированных футболистов. В то же время вспоминаются интересные истории. В высшей лиге команда страдала от трехмесячных задержек зарплаты. Я лично на базе под роспись с Юрием Станиславовичем Савицким отдал команде клубный долг, положив на стол свои 18 тысяч долларов… И как требовать от игроков результата, когда происходят такие моменты? Футболисты — люди, им нужно семьи кормить. Они играют за деньги. И нужно понимать, что сейчас альтруистов очень мало. В общем, я сделал выводы для себя, понял, в каких моментах ошибался.

    — В каких?

    — Следовало по-другому вести себя с руководством. В тот момент, когда мы находились на правильном пути, я должен был настоять на приобретении высококвалифицированных футболистов. Это первая моя ошибка. Вторая. Нужно было пересмотреть свои отношения с футболистами. Демократия — за пределами поля, но на поле — жесткость в допустимых пределах. Потому как только дисциплина является основной результата. И никогда не надо думать, что услуга, оказанная тобой игроку, обяжет его. Нет. Нужно работать в стандартном режиме тренер — футболист.

    — А вы как работали?

    — Я переживал за ребят, жил командой. Это отвлекало от работы. Плюс ко всему не сумел сформировать тренерско-административный штаб, который действительно бы мне помогал. Фактически в тогдашнем «Минске» я занимался всем самостоятельно — селекция, непосредственно тренерская работа, походы в Мингорисполком к Керножицкому в попытках «пробить» игрокам квартиры. Заниматься этим должен был не я. Должно существовать четкое разграничение обязанностей.

    — В «Минске» друзья остались?

    — У меня их и во время работы не было.

    — Приятели?

    — Я нормально общаюсь со Шлойдо, с другими работниками. В принципе, не считаю себя конфликтным человеком. Но я справедливый. Не люблю, когда что-то говорится или делается за спиной. Лучше сказать правду в глаза, чем шептаться по углам.

    — Вопрос для проформы: матчи с «Минском» будут для вас принципиальными?

    А чего скрывать — встречи с «Минском», конечно, будут принципиальными. Меня бы не поняли, если бы я сказал, будто нет.

    — А чего скрывать — конечно, будут. Меня бы не поняли, если бы я сказал, будто нет. Честно, мысленно я уже настраивался на кубковые игры. Ведь СКВИЧ весной встретится как раз с «Минском». Признаться, в последние полгода я получал удовольствие от работы. Занимался своим делом, в которое никто не лез. Надо отдать должное директору клуба. Я воспринимал работу в СКВИЧе как переходный этап, и не скрывал этого. В моем контракте даже был пункт, согласно которому я мог уйти в любо момент. Едва им не воспользовался, когда поступило предложение от узбекистанского «Шуртана».

    — Вы ведь в свое время поиграли в Киргизии и Казахстане?

    — После выпуска из ДЮСШ не был востребован в Беларуси. Играть хотелось. Пришел к отцу, попросил: «Если можешь, помоги». Он организовал мне просмотр, я подписал по итогу контракт. Отличные были времена. Никогда не стану о них жалеть. Сейчас вот не могу понять некоторых футболистов. Их с места не сорвать. Ребята говорят: «Нас все устраивает». Если человека все устраивает на одном месте, он вскоре окажется в тупике. Это приспособленчество. Человека постоянно что-то должно двигать вперед. К примеру, проработав в том же «Минске» шесть лет, все равно бы покинул клуб. Это нормальное явление.

    — То есть всем нашим футболистам теперь нужно срываться в Казахстан?

    — Я не призываю к этому. Но если предложение достойное (будь то престиж или финансовая составляющая контракта), считаю, нужно себя пробовать.

    — Недавно вы получили аттестацию о прохождении курсов для получения диплома Pro. В вашу группу входил Виталий Тараканов. Как вы общались?

    — Когда-то я вернулся из Германии и стал просматривать материалы спортивной прессы, опубликованные за время моего отсутствия. Название одного из них было следующим: «С Яромко мы не общаемся». Это заголовок интервью Тараканова. Не хочу повторяться… Мы проходили курсы вместе — этим можно ограничиться.

    — Оставите в конце предложения многоточие?

    — Я не люблю предательство.

    — В чем оно заключалось?

    — Думаю, это не самая интересная тема.

    — Зря.

    — Понимаю, у журналистов она вызывает интерес. Я ошибся в этом человеке, но не ошибся в его квалификации. А вообще, Тараканов мне неинтересен. Ни как человек, ни как специалист.

    — Диплом на какую тему писали?

    — «Структура и содержание процесса подготовки футбольного клуба «Минск» в годичном цикле тренировок». Использовал свой опыт, привел реальные цифры. Интересно было вспомнить давние данные.

    — Обучение — дело недешевое. Сами оплачивали?

    — Да. Как и учебу в московской ВШТ. Я не привык требовать компенсаций. Потраченные средства впоследствии компенсируют результаты работы, которой проще заниматься при наличии хорошего образования.

    КОММЕНТАРИИ

    Комментарии модерируются. Пишите корректно и дружелюбно.

    Лучшие материалы