Загрузить фотографиюОчиститьИскать

    «Агрессия в защитнике — это вообще главное»

    Защитник БАТЭ Евгений Кунцевич получил травму еще в начале лета. После того случая на правом колене футболиста было сделано две операции. Одна из них — совсем недавно, в феврале. Goals.by счел это событие информационным поводом, дождался удобного случая и встретился с универсальным защитником в одном из кафе Минска.

    После восстановления от травмы Евгений Кунцевич планирует добавить в агрессии. На поле, естественно.
    После восстановления от травмы Евгений Кунцевич планирует добавить в агрессии. На поле, естественно.
    1После восстановления от травмы Евгений Кунцевич планирует добавить в агрессии. На поле, естественно. Анастасия Жильцова

    Защитник БАТЭ Евгений Кунцевич получил травму еще в начале лета. После того случая на правом колене футболиста было сделано две операции. Одна из них — совсем недавно, в феврале. Goals.by счел это событие информационным поводом, дождался удобного случая и встретился с универсальным защитником в одном из кафе Минска. Где Евгений объяснил необходимость повторного хирургического вмешательства, рассказал об истории любви к Филиппу Ламу, отношениях со старшими футболистами и опыте зимней рыбалки.

    Операции, восстановление, дока

    — Как изменилась ваша жизнь за последний год?

    — Пока не почувствовал, как она изменилась. Если бы не травма, то, может, все было бы по-другому.

    — Совсем недавно вам делали операцию на колене. Как все прошло?

    — Все прошло успешно. Врачи сказали, что через два месяца буду тренироваться в общей группе. Пока же мне только сняли швы. Правда, часть еще не затянулась, поэтому доктора посоветовали первое время не тренироваться. Зато когда швы еще не снимали, я занимался. В Италии врачи дали специальную программу с упражнениями, по которой я все четко старался выполнять.

    — Что в себя эта программа включает?

    — В нее входит комплекс специализированных упражнений на колени, на четырехглавые мышцы. В общем, программа рассчитана на то, чтобы не атрофировалась нога.

    — Делать упражнения не надоедало?

    — Надоедало, конечно. Ну а как поступить по-другому? Хочешь восстановиться, будешь делать.

    — И ни разу не филонили?

    — Честно, вообще ни разу. Хотелось только побыстрее восстановиться. Следил еще за правильностью выполнения упражнений. Хотелось, чтобы нога приобрела свой истинный облик.

    — В интернете, наверное, много познавательного читали?

    — Совсем нет. Мне это не нужно. Я ведь в поликлинике МТЗ занимался. Там есть хороший специалист — Наталья Владимировна Маслова. Она всегда знает, какие упражнения и как нужно выполнять. Недавно в Минск приезжал доктор из Германии, проводил семинар. Наталья Владимировна просто всем у него интересовалась. Не было темы, которую она бы упустила. Просто человек хочет знать о восстановительных процессах все. Лично мне с Натальей Владимировной работать весьма комфортно.

    — Когда мы договаривались об интервью, вы упоминали, что пойдете на семинар к немецкому доктору. Что познавательного для себя вынесли?

    — Много поучительного. Доктор рассказывал, как делаются операции, из-за чего чаще всего случаются травмы, какого характера они бывают. Рассказал о процессе восстановления при различных травмах и его сроках. То есть, для меня, как для травмированного игрока, информация была весьма полезна.

    — Выходит, вы теперь дока в этом вопросе?

    Мы теперь с Профессором профи по части травм и восстановительных процессов :)

    — Ну, да. Выходит, мы теперь с Профессором профи по части травм и восстановительных процессов :).

    — Слушайте, а зачем вам понадобилась вторая операция?

    — Так случилось, что у меня повредился мениск. Когда после первой операции начал тренироваться, в колене стала накапливаться жидкость. Сделали снимок, посмотрели. Потом еще на сборе в Турции МРТ прошел. Вот мне врачи и сказали, мол, у вас поврежден мениск. И все, решили, что мне необходимо лечь на вторую операцию.

    — После первой вы тренировались по плану?

    — У нас ведь в команде есть терапевт. Вот по его программе мы и начали тренироваться. Не в общей группе, конечно, сразу это делал — отдельно от всех. Но и от команды не отбивался. Простые упражнения, те же «квадраты», я с основным составом делал. Это потом уже начинал все выполнять по индивидуальному плану.

    — Выходит, это врачи виноваты?

    — Знаете, здесь не разберешь. Да и винить никого не хочется. Случиться могло что угодно. Резкая смена покрытий, например. Это дело ситуационное, дело случая.

    — Кто вам оплачивает операции?

    — Все расходы лежат на клубе.

    — И вы в этих процессах вообще никак не участвуете?

    — А почему я должен что-то оплачивать?

    — Хорошо вам. Зарплата ваша во время травмы тоже не изменилась?

    — Не изменилась. И не должна была изменяться. Я ведь травмировался на работе, а не где-то еще.

    — Слушайте, вы, наверное, из-за колена совсем не отдыхаете?

    — Практически так и есть. Я даже отдыхать в этом году никуда не ездил. Хотел побыстрее восстановиться. В отпуске тренировался, чтобы к сборам подойти в хорошей форме. Ходил постоянно в поликлинику МТЗ, в экомедсервис, бассейн. Хотя, конечно, времени на кино и маленькие ресторанчики тоже хватало.

    — Как-то вы сказали, что каждый отпуск ездите к брату в Калининград.

    — Ну, у меня по понятным причинам не получилось в этом году его навестить. Зато брат сам в Витебск приехал — я ездил домой на несколько дней.

    — И как?

    — Знаете, хорошо. Даже уезжать не хотелось :). Правда, понимал, что нужно продолжать восстанавливаться, поэтому уехал обратно в Минск.

    — С кем вы больше всего из команды общались за год?

    — Да много с кем. Я ведь еще после первой операции ездил с командой на базу заниматься, а уже потом ходил в поликлинику МТЗ. И там и там с ребятами общались. Постоянно хорошо разговаривали с Юревичем, Павловым, Родионовым.

    — Друзьями их назовете?

    Друзьями в команде сильно не обживешься

    — Нет. Мы просто хорошо общаемся. Да и друзьями в команде сильно не обживешься.

    — Как-то ваше общение ограничено исключительно опытными футболистами.

    — Почему же, с молодыми тоже держим связь. Просто с людьми, которые накопили определенный жизненный опыт, мне интереснее.

    Лам, агрессия, психология

    — Прочел в интервью, что ваш любимый футболист Филипп Лам. Это почему еще?

    — Мне нравится в человеке стабильность. Лам ведь прогрессирует от игры к игре, и это просто здорово.

    — Пока такой стабильностью похвастаться вы не можете.

    — Ну, пока моя карьера только растет. Да и у меня все еще впереди.

    — Никогда не задумывались, что ваша травма — это конец большой карьеры.

    — Нет, конечно. Моя травма — это лишний повод о чем-то подумать, что-то переосмыслить. Где-то начать заново. Думаю, сейчас восстановлюсь и стану совсем другим. Буду более агрессивным.

    — Это в жизни или на поле?

    — На поле, конечно. Потому что в жизни я спокойный, сдержанный человек.

    — По-вашему, защитник должен быть агрессивным?

    — На мой взгляд, агрессия в защитнике — это вообще главное. Если не будет агрессивности, то это и не защитник вовсе. Вот, представьте, толкнут такого футболиста, а он и не отреагирует вовсе. Ну, это ведь неправильно. Защитник постоянно должен быть заведенным. Не должно быть вальяжности. Тем более соперник всегда видит и чувствует такие моменты. С первых минут защитник должен дать сопернику понять, что ты не мальчик для битья.

    — Слушайте, а вы не боитесь, что из-за чрезмерной агрессии вы снова сломаетесь?

    Если вобью себе в голову, что все у меня отлично, то и страшно не будет

    — Все это зависит от моей психологии. Если вобью себе в голову, что все хорошо, что все у меня отлично, то и страшно не будет. Главное, не зацикливаться на таких вопросах. К тому же друзья и близкие мне помогают.

    — Вас в психологическом плане, наверное, тяжело сломать.

    — Думаю, что с такими людьми, которые меня постоянно поддерживают, всех будет тяжело сломать. Главное мозги настроить так, чтобы думать всегда о хорошем. Ведь если буду постоянно думать о колене, о том, что оно меня тревожит, то ничего путного из этого точно не выйдет.

    — Когда травму получили, никто от вас не отвернулся?

    — Вообще никто. Все только поддерживали меня.

    — Выходит, все друзья настоящие?

    — Так и есть.

    Рыбалка, черви, муравьиные яйца

    — Знаю, в БАТЭ многие ездят на рыбалку и ходят по грибы. Вы тоже к этой когорте людей относитесь?

    — В клубе не особо. Хотя когда приезжаю на выходные в Витебск, то с братьями можем съездить на рыбалку. Я, конечно, могу порыбачить, но я не фанатик этого дела. Выехать раз в полгода на подобного рода мероприятия для меня норма.

    — Кто же у вас тогда фанатик?

    — Эдгар Олехнович очень любит рыбачить. Вот! Я же один раз на зимней рыбалке был.

    — Рассказывайте.

    — Поехал я зимой в Витебск. Ну и брат меня затащил на рыбалку. Правда, ничего мы не выловили. Вернулись домой ни с чем.

    — Не замерзли?

    — Нет. Хотя сразу думал, что замерзну. Так я просто укутался, наверное, нормально.

    — Интересно, кто вас рыбачить учил?

    — Мы всей семьей рыбачили. Выходит, вся семья и учила.

    — Первое время себя на крючок ловили?

    — Кажется, нет. Мой крючок все больше за камыши цеплялся. Вообще, добавлю к предыдущему вопросу. Я всегда смотрел и повторял за старшими. Мне же маленькому все это интересно было. Увидел, как червя насаживают, — повторил. Увидел, как удочку закидывают, — повторил.

    — Не страшно было червей в руки брать?

    — Этого я точно не боялся.

    — И как проходили их поиски?

    — У меня у бабушки в деревне искали. Под корой смотрели или под палками.

    — Часто на рыбалку червей копают возле туалетов.

    — Не-не, мне хватало и тех, что мы другими способами искали. К тому же часто еще ловили рыбу на муравьиные яйца.

    — Это как вы их добывали?

    — Ходили в лес, расковыривали муравьиное гнездо, засовывали туда руки и забирали яйца. Правда, все руки потом были в муравьиных укусах :).

    КОММЕНТАРИИ

    Комментарии модерируются. Пишите корректно и дружелюбно.