Загрузить фотографиюОчиститьИскать

    «Шитов постоянно находился на чемоданах»

    Нынче в белорусском футболе дела игроков все чаще ведут агенты. Иногда они помогают своим клиентам заключить выгодный контракт, иногда — жажда наживы перечеркивает карьеру молодого футболиста. Goals.by попытался выяснить у председателя БАТЭ Анатолия Капского, как ему работается с агентами, и узнал, как клуб ищет таланты, почему Шитов и Нехайчик не доиграли в Борисове прошлый год, и в связи с чем клуб отказался от очень перспективного футболиста из чемпионата Швейцарии.

    У Анатолия Капского не всегда получается найти общий язык с агентами
    У Анатолия Капского не всегда получается найти общий язык с агентами
    Kapskiy4У Анатолия Капского не всегда получается найти общий язык с агентами Анастасия Жильцова

    Нынче в белорусском футболе дела игроков все чаще ведут агенты. Иногда они помогают своим клиентам заключить выгодный контракт, иногда — жажда наживы перечеркивает карьеру молодого футболиста. Goals.by попытался выяснить у председателя БАТЭ Анатолия Капского, как ему работается с агентами, и узнал, как клуб ищет таланты, почему Шитов и Нехайчик не доиграли в Борисове прошлый год, и в связи с чем клуб отказался от очень перспективного футболиста из чемпионата Швейцарии.

    — Каким образом клуб осуществляет поиск игроков на проблемные позиции внутри страны и за ее пределами?

    — Полноценной системы скаутинга в БАТЭ нет. Хотя в планах хотелось бы создать собственный селекционный отдел. Все-таки это эффективный способ привлечения молодых, перспективных, интересных и нераскрученных футболистов с целью их развития, усиления конкретных позиций и, естественно, последующей выгодной продажи. Если говорить о поиске игроков для нашего клуба, то тренеры просматривают очень много матчей. Встречаясь с соперником в официальных и товарищеских играх, просматривая их матчи, стараемся отмечать для себя интересных игроков для последующего пристального наблюдения. Если возникают ситуации, требующие оперативного решения, тогда обращаемся к агентам. Хотя у нас не практикуется, чтобы агенты выполняли задания по подбору исполнителей на конкретные позиции. Здесь риски гораздо выше, нежели работать через собственную систему скаутинга. Но и в сотрудничестве с агентами бывают удачи, хотя они редки. Как положительный пример переход Симича.

    По такому принципу, о котором сейчас рассказал, работаем за рубежом. Если говорить о привлечении футболистов из Беларуси, то основную роль всегда играет тренерский штаб команды, в том числе и дубля, а также другие специалисты, отвечающие за спортивную составляющую деятельности клуба. То есть поступает информация о футболисте, после чего начинается пристальное наблюдение и сбор данных, а также подготовка досье по личностным качествам и состоянию здоровья.

    — В БАТЭ есть люди, отвечающие исключительно за селекцию?

    — На сегодня нет. Раньше такими вопросами занимался спортивный директор, но сейчас эта должность вакантна. Поэтому в большей степени ответственность лежит на тренерском штабе. Кстати, не хочу обидеть коллег, но ни в одном из белорусских клубов, на мой взгляд, нет того, кто соответствовал бы современным критериям оценки качеств спортивного директора.

    — Одно время вы активно сотрудничали с агентом, который занимался поиском игроков по Южной Америке…

    — Этот человек никогда не был агентом. Он работал у нас в штате. Но это  уже в прошлом. То, что нам предлагали, нас не устраивало. Было много разговоров и идей, но все оказалось неэффективным, больше было слов, чем дела. Сотрудничали больше года, а результата никакого. Доходило до того, что нам  привозили игроков, которым приходилось давать элементарные футбольные знания. Потому считаю, вопросами селекции должен заниматься выходец из нашей клубной структуры, впитавший нашу футбольную философию. Хотя у нас есть знакомые специалисты из разных стран. Например, если брать СНГ, в любой республике имеется человек, мнению которого можем довериться.

    — Как долго вы шли к тому, чтобы не брать на просмотры футболистов в большом количестве?

    «Уровень эффективности селекции в последние годы составляет порядка 70-75 процентов. И, на мой взгляд, это высокий показатель».

    — Исходим из требований, установленных тренерским штабом. К тому же не «хапаем» игроков с целью лишь бы взять. Хотя кто-то вспомнит неудачные переходы, но ведь хороших примеров было значительно больше. Мы долго наблюдаем за потенциальными новичками по выступлению в чемпионатах. Поэтому уровень эффективности селекции в последние годы составляет порядка 70-75 процентов. И, на мой взгляд, это высокий показатель. Дело в том, что мы тратим свои заработанные деньги. Доля государственных и спонсорских средств в клубном бюджете не так уж и велика. Поэтому и стараемся в вопросах трансферов распределять финансы экономно.

    Я еще после игры с «Шахтером» вам сказал, что стараемся привлекать в БАТЭ умных и воспитанных футболистов. Но иногда появляются такие «грамотеи», которые неадекватно оценивают свои качества. Как правило, из-за своей глупости и завышенной самооценки они и не могут вырасти в нашей команде. Это я об остальных 25-30 процентах.

    — Как считаете, действительно ли нужна футболистам помощь агентов?

    — Я не могу однозначно ответить, ведь существует своеобразный конфликт интересов. Мне как председателю правления клуба хочется приобрести игрока получше и потратиться  на трансфер и личные условия меньше. Есть футболист, который стремиться зарабатывать больше. Третья сторона — агент. Вроде как он должен быть партнером и клуба, и своего подопечного. Вот только являться партнером футболиста значительно выгоднее по причине желания агентов заработать быстрые деньги. Иными словами, получить комиссию от игрока. Потому некоторые агенты из-за погони за легкими деньгами абсолютно неадекватно относятся к карьере своего подопечного, и будущее игрока просто перечеркивается. В этом плане и существуют определенные проблемы.

    „Приятно работать с умными людьми. Правда, таких агентов не много. В Беларуси достаточно эффективно сотрудничаем с Исаевым, Гайдуком и Сычевым. В России — с Минасовым. В Сербии — с Грубером“.

    Приведу пример. У Димы Баги достаточно хороший контракт, к тому же строим ему квартиру. Но в феврале в клуб обратился его агент с просьбой улучшения финансовых условий своего подопечного. Я сказал: «Начнем сезон, а там посмотрим. В июне вернемся к разговору». На днях связался с агентом и сообщил, что готовы к пересмотру контракта. Это хороший пример. Понимаете, здесь вопрос в качестве футболиста. Есть и другие случаи, когда у игрока не все получается на определенном этапе карьеры, но ты ему все равно предлагаешь улучшение условий с целью поддержать в трудный момент, потому что веришь в него. Контракт — это бизнес. Значит, каждая из сторон должна разумно оценивать ситуацию. Мы ведь покупаем не чайник в хозяйственном магазине, а приобретаем футболиста, от которого зависит эффективность огромных финансовых вложений для осуществления деятельности всего клуба. И никому не хочется прогадать. Следовательно, приятно работать с умными людьми. Правда, таких агентов не много.

    Хотел бы отметить, что в Беларуси достаточно эффективно сотрудничаем с Исаевым, Гайдуком и Сычевым. В России — с Минасовым. В Сербии — с Грубером. То есть таковых, с которыми выстроены хорошие отношения, немного. На мой взгляд, если из всех зарегистрированных агентов будет 10 процентов профессионалов — это уже хорошо.

    — Приходилось сталкиваться с ситуациями, когда деятельность агентов мешала клубу?

    — Даже с перечисленными мною агентами иногда возникали конфликты интересов, ведь в бизнесе с такими моментами сталкиваются практически все. Поэтому важно из сложившейся ситуации выйти с честью, уважая все стороны. Это если говорить об умных людях. Но очень часто к нам обращаются деятели, которые вообще непонятно чего хотят. Понимаете, председатель правления клуба платит футболистам зарплату, а агенты часть зарплаты забирают, и это очень важный момент.

    — 10 процентов от зарплаты…

    — Бывает и больше. Некоторые хотят одновременно заработать и на игроке, и на клубе.

    — БАТЭ практикует выплаты так называемых «агентских»?

    — В зависимости от ситуации. Если футболиста сложно заполучить из клуба, а помощь агента становится частью общего плана по переходу игрока в нашу команду, — тогда можно отблагодарить. То есть мы должны видеть эффективность работы. Например, в случае с Георгиевски заплатили сумму в пределах десяти тысяч евро. Просто сложно было вести переговоры с руководством македонского клуба: языковой барьер, постоянно меняющееся настроение и прочее. В итоге, пришлось обратиться к коллегам из Сербии, так как доверяли им, и проблемы решили.

    „Для большинства агентов все футболисты хорошие. Пусть они еще не научились хорошо играть в футбол“.

    Вот знаете, в чем отличия представителей клуба от плохих агентов? Я не могу врать футболистам. Раз игрок не достиг определенного уровня, значит, нужно прямо ему об этом сказать, чтобы он разумно выстроил и предложил систему мотивации с четкими конечными целями. Зато для большинства агентов все футболисты хорошие. Пусть они еще не научились хорошо играть в футбол, но агенты рассказывают своим подопечным, что они находятся рядом едва ли ни с Месси или Роналду. Некоторые агенты вообще появились из ниоткуда. Вчера держали киоск на рынке, а сегодня занимаются делами футболистов и рассуждают о тактических схемах. Зимой БАТЭ имел честь разговаривать с одним агентом по Королюку. Кто он? Откуда? Потом и появляются «Амкар», «Карпаты» и все остальное. Но все это «туфта», на которую поведется лишь молодой пацан, зарегистрировавшийся у вас на сайте. Просто всем интересно показать себя, особенно, когда игрок совершил громкий, пусть даже и по белорусским меркам, трансфер. Прикоснуться к славе желают многие.

    — Насколько адекватны гонорары агентов по отношению к проделанной им работе?

    — Объем гонораров диктует рынок. Иногда комиссионные доходят до 15 процентов. На мой взгляд, суммы завышены. Об этом говорят и в УЕФА, и в ФИФА, и в Ассоциации европейских клубов. Хотелось бы, чтобы были приняты соответствующие решения. На самом деле ведь существует много скрытых потоков, но Беларусь этим не заражена, так как здесь деньги небольшие. В других странах творится что-то невообразимое. Хотя, считаю, пяти-семи процентов комиссионных агентам вполне достаточно.

    — Сталкивались с тем, когда «благодарность» агентам превышала стоимость самого трансфера?

    — В БАТЭ — нет. Но, насколько я знаю, в мировой практике есть подобные примеры. Особенно это касается южноамериканских футболистов. Как правило, правами на игрока владеют клуб и группа различных инвесторов.

    — Неоднократно приходилось слышать, будто при переходах внутри страны агенты футболистам совершенно не нужны. Согласны?

    — Абсолютно. Правда, и здесь есть свои нюансы. Например, при переговорах по трансферу Полякова ситуация кардинально менялась несколько раз. Хотя свою позицию по защитнику четко обозначили руководству «Шахтера» еще год назад. И мы изначально знали, что сам Денис кроме БАТЭ другие варианты не рассматривает. Но на футболиста шло давление. Иногда все делается с целью получения большей суммы за трансфер. Конечно, я мог бы сам разговаривать с Поляковым и его родителями, но это было бы нечестным по отношению к руководству «Беларуськалия» и «Шахтера». Потому в данной ситуации с футболистом практически не общался. И те деньги, которые заработал агент от клуба, адекватны его услугам и затратам при решении конкретной проблемы.

    — Нужна ли футболистам независимая юридическая поддержка?

    „По большому счету, футболист является доверителем, а агент — поверенным. Но зачастую агенты все ставят с ног на голову, загоняя футболистов в кабалу“.

    — Да. Правда, иногда игроки путают понятия «юридическая поддержка» и «агентские услуги». По большому счету, футболист является доверителем, а агент — поверенным. Но зачастую агенты все ставят с ног на голову, загоняя футболистов в кабалу. АБФФ на это нужно обратить внимание. Роль независимых лиц, специалистов из федерации, в данном случае велика, ведь они могли бы просвещать игроков в юридических вопросах. Если человек необразованный, то может случиться беда.

    — С кем проще договориться: с агентом или футболистом?

    — Мне лучше всего напрямую общаться с клубом и игроком. Агент — это четвертая сторона. Раз так, то я должен быть уверен, что он находится на моей стороне и заинтересован в развитии футболиста. Как уже отмечал, некоторые хотят получить деньги и от футболиста, и от обоих клубов.

    — Как считаете, правильно, когда делами игроков занимаются родственники?

    — Не могу оценивать чужие решения, если они не касаются БАТЭ.

    — А как же Савицкий?

    — У нас нет разочарований по поводу несостоявшегося перехода Павла. Возможно, когда-нибудь он будет играть в Борисове. Дай Бог, чтобы его карьера складывалась успешно, желаем ему удачи. А что до межсезонных разговоров о «Зените», московском «Динамо», комментарии Шпилевского — все это подогрев. Я ведь знаю, откуда появились высказывания Шпилевского. Согласитесь, рано говорить о ЦСКА, «Зените» и «Динамо» в контексте Савицкого. В том, что отец представлял интересы Павла, нет никакого негатива. Просто наши интересы не совпали на данном этапе, а что будет дальше — посмотрим.

    — Чем отличаются белорусские агенты от иностранных?

    — Наверное, адекватностью. Да и грязи у нас меньше. Вот, например, БАТЭ следил за игроком из чемпионата Швейцарии — молодой парень высокой квалификации. Клуб с именем таких футболистов может приобрести значительно дешевле. В нашем случае за нераскрученного нападающего попросили заплатить два миллиона евро. В конечном итоге остановились на сумме в полтора миллиона. При этом 500 тысяч получал бы клуб, а миллион нужно было отдать неизвестно кому. С таким подходом мы не согласились. Хотя футболист хотел перейти в БАТЭ.

    Кстати, когда общаюсь с белорусскими агентами, уверен, что разговариваю с конкретным человеком. Многие иностранные несамостоятельны в своих решениях, так как представляют не себя, а какую-то группу людей, которая находится в тени.

    — Что можете сказать о самом успешном и, пожалуй, лучшем белорусском агенте Николае Шпилевском?

    — Не знаю, кто давал такую характеристику Николаю. У меня с ним были разные периоды во взаимоотношениях, но в конце концов все заканчивалось цивилизованно. Например, по Шитову. Пусть у Игоря и не все получается в «Динамо», но тот переход был достоин его. То, что предлагалось ранее, лично меня как руководителя БАТЭ не устраивало. Думаю, что, оглядываясь назад, сегодня не устроило бы и Игоря.

    — Если конкретнее…

    — Футболист с помощью агента постоянно находился на чемоданах, а это шло в разрез с интересами клуба, мешало Игорю показывать лучший футбол.

    — Если бы не давление со стороны агентов, может, Шитов и Нехайчик доиграли бы сезон в БАТЭ?

    «Виктор Михайлович сказал: "Когда начинается тренировка, не могу видеть кислую мину футболиста в строю. Наличие игрока с таким настроением негативно сказывается на всем коллективе».

    — Думаю, да. Мы ведь не собирались отпускать ребят в другой клуб. Тому же Шитову в феврале улучшили финансовые условия и договорились, что тот доиграет у нас до конца сезона. В случае с Нехайчиком, наверное, сказался переход Игоря. К тому же решение по Паше с большего было принято Гончаренко. Ситуация напряглась настолько, что Виктор Михайлович сказал: «Когда начинается тренировка, не могу видеть кислую мину футболиста в строю. Наличие игрока с таким настроением негативно сказывается на всем коллективе».

    — Нужны ли вообще агенты белорусскому футболу?

    — Недавно прочитал интервью Георгия Петровича Кондратьева. Так вот он очень здорово ответил на вопрос о легионерах. В чемпионате нужно предоставлять больше возможностей своим 18-19-летним ребятам. Отчасти мы все виноваты, так как завозим в Беларусь кого не попадя, часто идя на поводу у агентов. Что до агентов, так у нас они нужны на последней стадии, чтобы помочь футболисту заключить контракт и выдвинуть условия, а также при международных переходах, если это достойные легионеры.

    КОММЕНТАРИИ

    Комментарии модерируются. Пишите корректно и дружелюбно.