Загрузить фотографиюОчиститьИскать

    «Время футбола» — вещь в себе»

    В июне Николай Ходасевич работает, практически как Алексей Стаханов. Полностью отказавшись от отечественного контента, «Время футбола» продало душу чемпионату Европы. Будучи тотально убежденным в том, что Ходасевича много не бывает, Никита Мелкозеров двинул на встречу с самым узнаваемым спортивным журналистом страны, во время которой узнал о рейтинговом росте единственного футбольного ТВ-проекта страны, который ни на что не влияет, и услышал сочно продекламированную цитату Сергея Шнурова.

    Николай Ходасевич не понимает, почему популяризация белорусского футбола беспокоит только журналистов
    Николай Ходасевич не понимает, почему популяризация белорусского футбола беспокоит только журналистов
    HodasНиколай Ходасевич не понимает, почему популяризация белорусского футбола беспокоит только журналистов Анастасия Жильцова

    В июне Николай Ходасевич работает, практически как Алексей Стаханов. Полностью отказавшись от отечественного контента, «Время футбола» продало душу чемпионату Европы. Будучи тотально убежденным в том, что Ходасевича много не бывает, Никита Мелкозеров двинул на встречу с самым узнаваемым спортивным журналистом страны, во время которой узнал о рейтинговом росте единственного футбольного ТВ-проекта страны, который ни на что не влияет, и услышал сочно продекламированную цитату Сергея Шнурова.

    — «Время футбола» итожит каждый игровой день Евро. Тебе нравится работать в таком режиме?

    — Нравится. Во-первых, Евро — очень интересный турнир, который предполагает практически полное отсутствие проходных матчей. Да и энергетика у каждой игры очень мощная. Во-вторых, белорусы заинтересованы в этом соревновании — все же три страны-соседки участвуют. Участвовали, по крайней мере.

    — Расскажи об изначальной задумке. Какой должна была быть программа на время чемпионата Европы?

    — Все помнят о достаточно неудачном опыте двухлетней давности, когда мы пытались отработать чемпионат мира дневниками по 39 минут. По сути, то была попытка соорудить на ровном месте какой-то аналитический обзор. Наверное, это моя вина. Многие моменты не были продуманы до конца. А что до Евро, так однажды я проснулся и понял, что ввиду участия на турнире трех соседей в тех же Украине, Польше и России будут обильно обсуждать все события. Мы изначально находимся в проигрышном положении — кому очень хочется, посмотрит российские или украинские каналы, на которых разборы матчей занимают по полтора часа. Мы сделали ставку на динамику и популизм, чтобы в сжатые сроки объяснить той же домохозяйке, кто и почему победил или проиграл. Думаю, у нас получается. По крайней мере, мне нравится нынешний формат. Наверное, впервые за время работы на ТВ (а скоро уже 10 лет) я удовлетворен продуктом, который выходит, и чувствую себя комфортно в качестве ведущего.

    — Быть ведущим четвергового «Времени футбола» с исключительно белорусским наполнением тебе некомфортно?

    — Нет. Я чувствую себя некомфортно только потому, что никак не могу сделать этот продукт интересным. Интересным не нам с тобой, чтобы посмотреть какие-то голы или увидеть знакомых, а интересным зрителю. Может, это оправдание. Может, нет. Но каждый четверг становится большим испытанием. Заполнить 39 минут эфира интересным контентом очень непросто. Ты никого не заинтересуешь очередным поражением «Славии» — чемпионат у нас достаточно серый. Телевидение должно быть выпуклым и ориентироваться на события, которые можно было бы потом обсудить в эфире. А у нас за неделю может ничего не случиться. И условного дядю Ваню я не заставлю смотреть четверговую программу, если событий нет. Вот поэтому я чувствую себя некомфортно. Да, бывает, иду в студию, зная, что будет круто. Потому, что есть события, которые мы можем играть нашей творческой группой. Но походы, как на каторгу, когда я понимаю, что мудотина более реальна, чем что-то феерическое, случаются чаще.

    — Евро как-то повлияло на рейтинги программы?

    — По последним данным, благодаря Евро рейтинги канала в целом выросли больше чем в два раза. Для «Беларусь-2» это большой успех. Соответственно, и рейтинг «Времени футбола» держится на уровне. Наверное, это только подтверждает тот факт, что мы сумели найти оптимальный формат, при котором не надоедаем зрителю.

    — Задача «не надоесть», согласись, — это как-то убого.

    — Мы отталкиваемся от менталитета нашей публики. Сейчас говорим не столько о Евро, сколько об аспектах спортивной журналистики в нашей стране. Мне вспоминается предматчевая пресс-конференция Клаудио Раньери в Минске накануне встречи с БАТЭ. «Ювентус» тогда долго не мог забить. Встает первый журналист: «Вы давно не забивали. В чем проблема?» Раньери отвечает банальными словами, но обширно. Следует вопрос к Дель Пьеро от еще одного журналиста: «Ты давно не забивал. Почему?» Игрок начинает рассказывать, как он упорно работает на тренировках. Третий журналист: «Вам вообще не страшно, что вы так давно не забивали?» В результате про неспособность забить Раньери и Дель Пьеро спросили раз по пять… В Беларуси немножко другая специфика. Это касается и отношения к делу, и желаний публики. У нас вопрос «Вы давно не забивали» парируется фразой «Да, не забивали. Надеюсь, когда-нибудь прорвет». И если тот же самый вопрос будет переформулирован через пару минут, журналисту скажут: «Ты что, идиот? Тебе ж только что объяснили, что скоро прорвет». Поэтому мы относимся к зрителю точно так же. Зритель не готов проводить время с нашим спортом и слушать кого-то там. Он готов получить разжеванное четкое объяснение, которое позволит отвлечься от своих дел только на чуть-чуть… В общем, желание нашей творческой группы не надоедать вполне естественно.

    — Ты руководитель и ведущий проекта. Каким тебе видится идеал «Времени футбола»?

    — После года работы в прямом эфире, в формате ток-шоу (хотя определение ток-шоу не стоит использовать), я бы назвал идеалом программы предыдущую версию. 26 минут сюжетов. Условный «Футбольный клуб». Уткин и команда «НТВ+» создали идеальный формат для постсоветского пространства. Потому как наша публика вообще не любит людей.

    — ?

    Публика не любит, когда в студию приходят журналисты. Потому что для нее журналисты — это никто.

    — Приведу конкретный пример. Публика не любит, когда в студию приходят журналисты. Потому что для нее журналисты — это никто. Публика не любит тех, кто приходит на эфир в галстуке. Потому что человек в галстуке не говорит всей правды, которую хочется услышать. В общем, нонсенс. У меня сложилось такое чувство, что публика не примет любого гостя эфира. Условно говоря, в студию приходит Березинский, который говорит дельные слова. Но его не воспринимают. Ну, кто он такой? Не играл в футбол. Не тренировал. Не специалист — вообще никто… Человека в галстуке любят больше. Из-за статуса. Но он говорит банальности и тоже не удовлетворяет наличные потребности. Честно скажу, мне очень хотелось поработать в прямом эфире. Но за год я понял, что по причине нашей специфики в стране вообще нет ни одного ток-шоу, которое бы вызывало резонанс и которое бы хотели смотреть… Хотя этот год мы доработаем в нынешнем формате, дальше уже нужно будет придумывать что-то новое.

    — Возвращаясь к рейтингам. Ты зависим от показателей зрительской активности?

    — На рейтинги, распечатки которых приносят к нам на канал, я не обращаю большого внимания. Если вдруг завтра моя программа станет рейтинговее на 50 процентов, от этого я не поимею никакой выгоды. Главное — не упасть в самый низ, чтобы к тебе не пришли руководители и не сказали, что к твоему проекту вообще нет интереса. А так, у «Времени футбола» средние по каналу просмотровые показатели.

    — А какой твой ориентир?

    — Никакого. У меня единственная программа о футболе в стране. Нашей творческой группе собственный продукт даже не с чем сравнивать. По крайней мере, на данный момент. Свою аудиторию мы все прекрасно знаем. Это 20 тысяч пользователей Goals.by в день, тираж «Прессбола» в 20 тысяч экземпляров, по семь тысяч от «Спортивной панорамы» и «Всё о Футболе», две тысячи зрителей в среднем на каждом туре и условные пользователи неспортивного байнета. В совокупности аудитория от 30 до 100 тысяч человек, которая при любом раскладе будет интересоваться футболом. Есть, правда, другой вопрос.

    — Какой?

    У нас нет продукта, который мы бы могли переиначить и прийти к новым потенциальным зрителям, сказав: «Вот вам гламурный футбол».

    — Можно пойти в попсу. Чтобы проект стал интересен не только нам с тобой, тренерам и игрокам, но и каким-то неспортивным людям. Правда, за пределами обозначенных ста тысяч у нас нет аудитории. Еще у нас нет продукта, который мы бы могли переиначить и прийти к новым потенциальным зрителям, сказав: «Вот вам гламурный футбол». Более того, есть риск потерять часть своей нынешней публики. Исходя из этого, надо передать привет всему нашему белорусскому футболу.

    — Передавай.

    — Персональный привет Георгию Петровичу Кондратьеву, который в одном из интервью сказал, будто не понимает, что такое рейтинги. Тогда же прозвучала фраза: «Сделайте хорошую программу о футболе, и будет вам рейтинг». Так вот, Георгий Петрович, мое алаверды — сделайте хорошую сборную, которая сама, без соперника, будет способна привлечь на «Динамо» 40 тысяч человек, и тогда у меня тоже появится рейтинг. 40 тысяч будут интересоваться, как играет сборная. И 40 тысяч включат наш канал, чтобы посмотреть, во что играла сборная. Мне кажется, тренер главной команды страны должен понимать, что уровень нашего футбола сейчас ниже плинтуса. А телевидение — это зеркало событий. Итожа всю эту штуковину, можно привести слова Шнура: «Мы создали песню эту. Мы взяли говно и слепили конфету. Жалко, что конфета из говна. Сиди, наслаждайся, родная страна».

    — Допустим. Игорь Рабинер, рассказывая о начальном этапе жизни «Спорт-Экспресса», вспоминал: «Глобальная идея была такая: пусть они того и не заслуживают, их надо раскрутить, им нужно уделять внимание. Чтобы футбол в стране кому-то был нужен». У нас в Беларуси также практикуется художественная лепка из говна…

    — Мы с тобой ею и занимаемся. Но можем лепить конфету лучше. Хотя не так — можем интереснее. Но это не значит, что лучше. Давай определимся с одной простой вещью. Вот выходит отдельно взятая программа «Время футбола» на телеканале «Беларусь-2». В течение всего времени ее существования я не повстречал ни одного футбольного человека, заинтересованного в функционировании этого специализированного проекта. То есть «Время футбола» — это вещь в себе. Я знаю, что мой работодатель позволяет мне работать. Я стараюсь делать это как можно лучше. По большому счету, являясь единственным заинтересованным в продвижении человеком. То же самое происходило в «Столичном футболе», когда Игорь Евгеньевич Коленьков в одиночку собирал видео голов по вокзалам. Но заинтересованности в существовании программы со стороны той же федерации я вообще не замечаю. Да и заинтересованности в белорусском футболе как таковом — тоже.

    — Обоснуй.

    — На протяжении года я еженедельно приглашаю собеседников в студию. Из них заинтересованными мне показались только 30 процентов… Слушайте, ребята, в таком случае мне хочется задать вопрос: «Это мне надо вас пиарить?» Поймите, я могу говорить о европейских чемпионатах, что будет даже выгоднее каналу в плане рейтингов. Мне странно, что у наших футбольных персонажей то понос, то золотуха. Я никогда не настаиваю. Спокойно всех обзваниваю, говорю: «Приходите, пожалуйста, тогда-то и тогда-то, поговорим о том-то и о том-то». Но у всех есть причины для отказа — уважительные и не очень. Правда, мне это не очень важно. Мое дело — предложить платформу, на которой люди могут культивировать интерес к своему виду спорта. А если они не идут… В конце концов, поговорю с ребятами из дирекции о Лиге чемпионов.

    — Консервация, надо надеяться, именно консервация, а не ликвидация, «Столичного футбола» сильно осложнила жизнь «Времени футбола»?

    — Когда закрылся «Столичный футбол» Коленькова, погудели месяц. Никто не сделал ни одного шага, чтобы вернуть проект в сетку вещания СТВ. У нас ведь нормальная история влияния на политику каналов. Получается, к примеру, в АБФФ «Столичный футбол» никому не нужен. То есть если завтра мое руководство вдруг скажет: «Слушай, а ведь белорусского футбола нет. Давай мы твою передачу закроем», произойдет то же самое. И люди потом будут жаловаться, вот у нас теперь нет футбола на ТВ. Ну, так почему журналисты должны раскручивать футбол? Почему речи не ведется о заинтересованности со стороны федерации? Я этого вообще не могу понять.

    — И теперь вашей программе приходится показывать голы, чем раньше занимался Коленьков.

    — Давай я тебе объясню одну штуковину. Моя идея очень простая: если на СТВ закрыли программу «Столичный футбол», мы на «Беларусь-2» не имеем права не показывать голы в программе «Время футбола». Правда, мы пошли дальше. Опять же все это пока на уровне обсуждения. Не знаю, что из этих обсуждений получится. Вполне возможно, в понедельник на «Беларусь-2» появятся еще 26 минут «Времени футбола». В начале недели мы будем показывать голы. В конце — вести обсуждение. Не знаю, примут это или нет… Но опять же — это моя инициатива. Журналистская. Почему АБФФ, которая собирается развивать футбол, подписывая контракт с БГТРК на трансляцию одного матча тура, не ставит условие о создании специализированной программы в удобное для зрителей время. Я не могу понять одного: почему журналисты должны развивать футбол? Вот гандбольная сборная, пока мы с тобой общались, вышла на чемпионат мира. Теперь я могу прийти к своим руководителям на канал и написать большую бумагу о причинах, по которым не надо говорить о белорусском футболе, но способствовать популяризации белорусского гандбола. И каналу будет, по большому счету, до лампочки, о чем говорить. Почему футбол находится в таком положении, когда задействованные в нем чиновники могут стоять и курить, а остальные должны плясать вокруг них? Развитие футбола сейчас в нервном, хаотичном состоянии. У федерации нет продукта. АБФФ просто повезло, что футбол — игра номер один в мире. Но игра номер один не в Беларуси, а за ее пределами. Это надо понимать. Чиновники должны отдавать себе в этом отчет и пахать, как лошади, будучи заинтересованными в продвижении вида. А пока в продвижении заинтересованы все виды спорта, за исключением хоккея и футбола. И все из-за привилегированного положения.

    КОММЕНТАРИИ

    Комментарии модерируются. Пишите корректно и дружелюбно.