Загрузить фотографиюОчиститьИскать

    Хоккейный босс №1

    Первый председатель Федерации хоккея Беларуси Евгений Кириллович Анкуда рассказал о том, как он был избран на свой пост и как на протяжении более чем 30 развивался хоккей в стране, вспомнил, на какую хитрость ему пришлось пойти ради строительства катка в парке Горького, поведал, как появилась идея создания минского «Динамо», а также немного порассуждал о нынешних делах белорусского хоккея.

    Евгений Анкуда в молодости сделал очень многое для развития белорусского хоккея.
    Евгений Анкуда в молодости сделал очень многое для развития белорусского хоккея.
    Ankuda1Евгений Анкуда в молодости сделал очень многое для развития белорусского хоккея. Из личного архива

    Первый председатель Федерации хоккея Беларуси Евгений Кириллович Анкуда рассказал о том, как он был избран на свой пост и как на протяжении более чем 30 развивался хоккей в стране, вспомнил, на какую хитрость ему пришлось пойти ради строительства катка в парке Горького, поведал, как появилась идея создания минского «Динамо», а также немного порассуждал о нынешних делах белорусского хоккея.

    «Мы избрали вас председателем только что созданной Федерации хоккея»

    — Евгений Кириллович, как же начиналось все то, что мы сегодня имеем?

    — До войны я жил в Смоленске. Там с ребятами мы частенько катались на коньках, даже за машины цеплялись иногда, вот такие сорви головы были. Когда я работал председателем Минского городского спорткомитета, вместе с маленьким сыном мы ходили на хоккейную коробку, которая располагалась за кассами стадиона «Динамо». Сына я отправлял просто кататься, а сам гонял в хоккей. И вот помню, сижу у себя в кабинете как-то, ко мне заходит известный в стране специалист кафедры футбола и хоккея Павел Филимонович Баранов и говорит: «Евгений Кириллович, разрешите вас поздравить!» Я, недоумевая, смотрю на него и спрашиваю: «С чем это?!» Ответ: «Мы избрали вас председателем только что созданной Федерации хоккея». Я еще больше изумился, мол, как так, без моего ведома. Но возмущаться не стал. Решил, что раз избрали, надо браться за развитие этого вида спорта. Произошло это в 1961 году.

    — А хоккей вообще тогда был популярен в Минске, в стране?

    — Было несколько заводских команд. Но, конечно, это все было исключительно любительское, ни о каком профессиональном спорте речи и не шло. Создав Федерацию, мы начали проводить чемпионаты страны, города. Хоккей у нас довольно быстро пошел вверх и потом наши команды уже играли на первенстве Союза, Спартакиадах народов СССР. Но что я видел главным — это развитие спортивной базы. Всерьез взялся за строительство хоккейных площадок с подвесным освещением. К слову, некоторые из построенных в то время коробок до сих пор сохранились.

    «Говорил для фигуристов, а на самом деле для своих хулиганов»

    — Главным из ваших катков, безусловно, стала площадка в парке Горького, на базе которой была создана школа «Юность», в будущем завоевавшая славу одной из самых известных во всем Союзе.

    «На месте велотрека я предложил построить каток. Мой начальник, председатель минского горисполкома Михаил Васильевич Ковалев, хоккеистов не слишком жаловал. Называл их „хулиганы с палками». Зная это, я пошел на хитрость“.

    — У арены в парке Горького вообще очень интересная история. Мало кто помнит, что на месте катка до его строительства был бетонный велодром. Его хотели модернизировать и меня назначили председателем приемной комиссии. К тому времени уже пошла тенденция строить велотреки с деревянным покрытием. Я понимал, что бетон — это вчерашний день, и, к тому же, очень травмоопасно. В общем, я собрал нескольких велогонщиков, попросил их покататься по этому велодрому и в итоге мы составили акт, что данный велодром не годится по качеству. И тогда на месте велотрека я предложил построить каток. Мой начальник, председатель минского горисполкома Михаил Васильевич Ковалев, хоккеистов не слишком жаловал. Называл их «хулиганы с палками». Зная это, я пошел на хитрость. Сказал, что каток построим для фигуристов. Это культурный, красивый, аристократичный вид спорта, каток в центре города, в парке, для населения очень удобно добираться. В общем, убедил. Вот так и началось строительство катка. А велодром мы потом начали проектировать в другом месте. Хотя Ковалев спустя какое-то мне сказал: «Ты, Евгений, обманул меня, говорил для фигуристов, а ведь на самом деле для своих хулиганов построил…» За год до окончания строительства катка было принято решение о создании школы «Юность». Ее первым директором был Геннадий Иванович Бандурин, тренерами — Туманов, Евдокимов и другие наставники.

    — Кто придумал такое название школе?

    — Мы обратились через газету к любителям хоккея с просьбой предложить свое название школы. Большинство сошлось на «Юности». Но название школе было присвоено чуть позже.

    — А кто был первым белорусским хоккеистом, заигравшим в команде мастеров?

    — Александр Белый.

    — Что из себя представляла Федерация хоккея в то время?

    — Тогда Федерации не были самостоятельными, как сейчас. Они были как совещательные органы. Собирались активисты, специалисты, любители, предлагали, рекомендовали.

    «Возможно, не встреть я Юрзинова, в Минске никогда бы и не было «Динамо»

    — Вы помните, как было создано минское «Динамо»?

    — Конечно, ведь это была моя инициатива. :) В то время в чемпионате Союза играла наша профсоюзная команда «Торпедо». А у всех профсоюзных коллективов была одна значительная проблема: они не могли сохранить в составе хоккеистов призывного возраста. Школа «Юность» уже начала выпускать хорошие хоккейные кадры. Возник вопрос: как сохранить ребят? В то время в Украине была ликвидирована команда «Динамо» и передана в систему профсоюзов под названием «Сокол». Я тогда даже не мог представить, что в Минске можно создать «Динамо», если оно было ликвидировано в гораздо более мощной экономически Украине. Тогда я обратился с инициативой о создании в Минске армейской команды. Тем более, строился армейский манеж в Уручье, в котором по моей просьбе была запроектирована хоккейная площадка. Но по ряду независимых от нас и руководства ЦСКА причин эта идея не была реализована.

    И вот как-то приезжаю я на президиум Федерации хоккея СССР в Москву. После заседания поднимаюсь в буфет, смотрю, а там стоит Владимир Владимирович Юрзинов грустный, задумчивый. Я подхожу к нему и между нами происходит такой диалог:

    — Владимир Владимирович, а я знаю, почему вы такой печальный, — говорю я.

    — Да?! И почему же?! – удивляется Юрзинов.

    — Вы думаете о том, как вам бороться с ЦСКА, у которого ряд дочерних команд и откуда они могут черпать уйму кадров. И вот что я вам предлагаю, давайте в Минске создадим «Динамо». Тем более, сейчас в Украине «Динамо» ликвидировано.

    — Хм… Дня через два-три я вам позвоню.

    „Самое интересное, что еще идя в буфет у меня и мыслей не было о каком-то разговоре с Юрзиновым, я тогда действовал абсолютно спонтанно“.

    И действительно на третий день Юрзинов позвонил и пригласил меня в Москву для обсуждения вопросов к председателю ЦС «Динамо» Петру Степановичу Богданову. Вот так в Минске и появилось «Динамо». Самое интересное, что еще идя в буфет у меня и мыслей не было о каком-то разговоре с Юрзиновым, я тогда действовал абсолютно спонтанно. Возможно, не встреть я тогда Юрзинова, в Минске никогда бы и не было «Динамо».

    — Скажите, а в то время «Динамо» было популярным настолько же, насколько и нынешний клуб?

    — Во время выступления команды в высшей лиге чемпионата СССР — да, оно было очень популярным. Люди спрашивали билеты не только у магазина «Алеся», но даже и на площади Свободы. Шарфов, шапок, как сегодня, тогда не было — это назвали бы в те времена низкопоклонством перед Западом.

    — А сами вы сейчас переживаете за «Динамо»?

    — Да. Постоянно хожу на домашние матчи.

    «Поручили миссию оставить минское «Динамо» в высшей лиге»

    — А еще я однажды помог сохранить «Динамо» прописку в вышей лиге, хотя команда и заняла последнее место в чемпионате, — продолжает Евгений Кириллович. — В мае была конференция Федерации хоккея СССР в Москве. Главным тренером сборной тогда был Тихонов, его помощниками — Юрзинов и Дмитриев. Тихонов и его ассистенты на протяжении не одного месяца высказывались за то, чтобы со следующего сезона сократить число команд в высшей лиге, поскольку по их мнению было много проходных матчей. Меня в Москву наше спортивное руководство: Рыженков и Хроменков направило с миссией оставить минское «Динамо» в высшей лиге, поскольку интерес к хоккею в Беларуси был очень большой, люди уже заболели этим видом спорта, а без высшей лиги все это могло пойти на спад. В общем, я Тихонова, Юрзинова и Дмитриева уламывал дня три и в конце концов Тихонов сказал: «Евгений, ну, ладно, мы Минск оставим, ну так вы ж последнее место заняли, а перед вами Омск, его тогда тоже нужно оставлять…» В тот момент я подумал, что все, конец, ведь в словах Тихонова действительно была железная логика. И вот начинается конференция, выступают Тихонов, Юрзинов и Дмитриев и неожиданно для всех тренеры сборной заявляют о необходимости сохранения высшей лиги в текущем формате. Это была настоящая фантастика. «Динамо», таким образом, осталось в «вышке».

    «За развитием хоккея не очень следил»

    — В каком году вы покинули Федерацию хоккея?

    — В 1993 году.

    — С 1993 года вы имели какое-то отношение к хоккею в стране?

    — Никакого.

    — А за развитием-то хоккея хотя бы следили?

    «После ухода из Федерации за нашим хоккеем начал следить только лишь когда внук мой вернулся в Беларусь, Женя Курилин, он сейчас в „Юности“ играет. Ну, и когда меня Владимир Наумов и Александр Белый начали приглашать на различные мероприятия Федерации».

    — Не очень. Только лишь когда внук мой вернулся в Беларусь, Женя Курилин, он сейчас в «Юности» играет. Ну, и более пристально начал интересоваться хоккеем, когда меня Владимир Наумов и Александр Белый начали приглашать на различные мероприятия Федерации.

    — И как вы оцените работу Федерации за последние 10 лет, скажем?

    — Поскольку я не работаю в хоккее, давайте закроем тему.

    — Хорошо, а что скажете об участии белорусского клуба в КХЛ?

    — Белорусские хоккеисты растут в «Динамо» – это факт.

    — Нужна ли нам вторая команда в российской лиге?

    — Для меня это странный вопрос. Мне это напоминает такую ситуацию: у человека есть одна машина, а у него спрашивают, нужна ли ему вторая. Ну, например, если у какого-то клуба есть деньги для заявки в КХЛ, на мой взгляд, наоборот надо только поддержать такую инициативу. Что в этом плохого?

    — Вы вот сказали, что белорусы в «Динамо» растут, а результаты сборной между тем падают.

    — А это уже тренерский вопрос. От наставников зависит очень многое.

    — Как вы относитесь к фразе: сильный чемпионат — сильная сборная?

    — У Тихонова была другая фраза: сильные команды — сильная сборная. Тихоновский подход мне более по душе.

    — Каким вам видится будущее белорусского хоккея?

    — Президент создает отличную материальную базу для развития спорта в стране в целом и хоккея в частности. В этих условиях ответный шаг должны сделать спортивные организации и тренерские кадры. Тогда белорусский хоккей достигнет мирового уровня…

    КОММЕНТАРИИ

    Комментарии модерируются. Пишите корректно и дружелюбно.