Загрузить фотографиюОчиститьИскать

    «Керамин» — модель нашего хоккея»

    Известный хоккейный специалист Евгений Лебедев, последнее время работавший в Поднебесной, рассказал о том, почему он уехал в эту далеко не хоккейную державу, чему научился у китайцев, почему не остался там на нынешний сезон, отметил, что сейчас он просто отдыхает и не находится в поисках работы, порассуждал о чемпионате страны, о минском «Динамо», а также вспомнил непонятное для него увольнение из «Металлурга».

    Евгений Лебедев намерен еще поработать тренером.
    Евгений Лебедев намерен еще поработать тренером.
    LevedevЕвгений Лебедев намерен еще поработать тренером. Юлия Чепа

    Известный хоккейный специалист Евгений Лебедев, последнее время работавший в Поднебесной, рассказал о том, почему он уехал в эту далеко не хоккейную державу, чему научился у китайцев, почему не остался там на нынешний сезон, отметил, что сейчас он просто отдыхает и не находится в поисках работы, порассуждал о чемпионате страны, о минском «Динамо», а также вспомнил непонятное для него увольнение из «Металлурга».

    — Евгений Иванович, встречаемся с вами за пару дней до наступления Нового года. Скажите, а в Китае вам удалось застать этот праздник?

    — В Китае, если не ошибаюсь, Новый год празднуется 3 января. К сожалению, в это время в прошлом году я был на Азиатских Играх в Астане. Мне говорили, что в Китае Новый год безумно весело проходит, бесконечные взрывы петард, фейерверки. Жаль, конечно, что не удалось мне всего этого увидеть самому.

    — Какое вообще впечатление произвел на вас Китай?

    — Он многослойный. Есть, так сказать, современное общество, а есть, грубо говоря, слаборазвивающееся. Ну, и в этой стране действительно очень много людей, они просто повсюду.

    — Смотрю на вас, сильно вы поседели с момента нашей последней встречи. Столько нервов у вас отобрала работа в Китае?

    — Работа там не каторга. Просто моложе я не становлюсь. :)

    — Некоторые наши хоккеисты, которых вы пригласили в Китай, отмечали, что там им было довольно тяжело именно в быту. Вы испытывали подобные проблемы?

    «У китайцев другие биоритмы, не такие, к которым привыкли мы. Там в 6 часов утра работа уже кипит».

    — Нет. Хотя у китайцев другие биоритмы, не такие, к которым привыкли мы. Там в 6 часов утра работа уже кипит.

    — Что-то для себя переняли от китайцев?

    — Душевное равновесие. На все беды, невзгоды, они реагируют как-то спокойнее, рассудительнее. Это правильно, нервную систему надо беречь.

    — Знаете, говорят, что рано или поздно Китай завоюет весь мир.

    — В каком плане? Экономическом? Резерв для этого у них, безусловно, существует.

    — А в плане профессионального роста работа в Китае вам что-нибудь дала?

    — Китайцы хотели всему научиться. Каждый день за два часа до начала тренировки мы встречались с местными тренерами, и я им объяснял каждое упражнение: для чего оно, какие качества развивает у хоккеистов и так далее. В общем, мне пришлось вспомнить то, что и сам я подзабыл. Это неплохо мне мозги прочистило.

    — А почему вообще вы уехали в Китай?

    — Два фактора. Первый — я, все-таки, на протяжении 20 лет работал в Беларуси. Появилась какая-то небольшая апатия. Тем более, что мне был известен сценарий развития нашего чемпионата. Была «Юность» и все остальные. Второй момент — банальное желание посмотреть сам Китай, а также Японию и Корею, чьи команды играли в нашей лиге.

    — Если у вас, как вы говорите, не возникало проблем в Китае, почему вы не продолжили сотрудничество?

    — В этом сезоне я отказался туда ехать. Не буду вдаваться в детали, но китайская федерация не пошла на кое-какое мое предложение — я настаивал на выплате премиальных для хоккеистов, а федерация не видела в этом смысла. В общем, не сошлись мы по этому пункту.

    — Уровень хоккея там неплох?

    — В Японии и Корее — да. В Китае — слабый. В этой лиге 4 клуба, которые по уровню вовсе не хуже лидеров белорусской экстралиги.

    — Что самое экзотическое вы попробовали в Китае?

    — Много чего: от змей до лягушек. Кстати, лягушачье мясо на самом деле вкусное. Похоже на куриное.

    — Получается, сейчас вы безработный и какой-то определенности в этом плане на будущий сезон у вас нет?

    — А я и не ищу эту определенность. Я просто отдыхаю. И это не какая-то бравада. Мне надо было взять паузу.

    — В нашу федерацию хоккея не думали пойти работать? У вас вон и значок ФХРБ на лацкане пиджака.

    „Кем бы я мог трудиться в федерации? Я даже не задумывался об этом. Думаю, я лучше еще поработаю тренером. Тем более, что самый продуктивный тренерский возраст — это с 50 до 60 лет“.

    — Этот значок — раритет. Он еще с начала двухтысячных. Сейчас, наверное, таких уже и не делают. А на счет работы… Кем бы я мог трудиться в федерации? Я даже не задумывался об этом. Думаю, я лучше еще поработаю тренером. Тем более, что самый продуктивный тренерский возраст — это с 50 до 60 лет.

    — Вы бы согласились работать в каком-нибудь из клубов-аутсайдеров ОЧБ?

    — Нет. Какой смысл? Если честно, я вообще не могу понять концепцию существования таких команд, как «Брест» или «Витебск». Для чего они? И какой смысл мне идти в такой клуб? Чтобы тоже просто существовать с ними. Я и дома сейчас нормально существую.

    — Евгений Иванович, что, на ваш взгляд, произошло с нашим чемпионатом? Почему пару лет назад он был куда сильнее и интереснее?

    — А чему удивляться? Все деньги тратились на команды экстралиги, о завтрашнем дне никто не думал: о школах, о собственных дворцах. В нашем хоккее нет базиса, нет основания. Смотрите, «Керамин» — это мини-модель всего нашего хоккея. Клуб, который не думал о собственном дворце, о своей школе. Его интересовала только команда экстралиги и сиюминутный результат.

    — Если так, то по примеру «Керамина» нашему хоккею грозит развал.

    — Считаю, что белорусский чемпионат должен стать профессиональной хоккейной лигой по примеру КХЛ. В этой лиге должны быть очень жесткие требования по участию. Главное — каждый клуб будет обязан полностью содержать 3-4 старших возраста из спортивной школы, привлекать к работе с ними как минимум по два квалифицированных тренера на возраст. Понятно, что это затраты, но это более чем оправданные затраты. Со временем эта цифра должна увеличиваться, чтобы в идеале школа полностью перешла на содержание клуба. Участниками должны предоставляться определенные финансовые гарантии, должна быть клубная пирамида со всей инфраструктурой. Да, пускай эти требования выполнят 4-5 клубов, но зато это будут настоящие клубы, которые действительно занимаются развитием хоккея.

    — Вы упоминали «Юность», какие у вас отношение с ее главным тренером Михаилом Захаровым?

    — Мы с Мишей не друзья. У нас чисто профессиональные отношения. Захаров, к слову, доказал, что что-то умеет и понимает в хоккее. В нашем чемпионате он один из ведущих специалистов. Мне немного непонятно, почему Захаров не пытается перейти на более высокий уровень. После Олимпиады в Ванкувере, например, у него был отличный шанс для этого.

    — Если продолжать тему сборной, то почему, на ваш взгляд, на двух последних чемпионатах мира результат был не из лучших?

    — На последнем чемпионате Занковец рискнул. Напрасно он затеял это омоложение, вливание свежей крови. Чемпионат мира — это не тот турнир, в котором надо заниматься вспрысками молодежи. Занковец, по сути, занялся благотворительностью, а в большом спорте она не проходит, за это всегда наказывают.

    — Евгений Иванович, помните случай, когда Гомельская область под вашим руководством обыграла в финале республиканских любительских соревнований команду президента, и буквально на следующий день вас уволили из жлобинского «Металлурга».

    „Игра с командой президента точно не имела никакой связи с моим увольнением. Я это уже отмечал не раз в различных интервью. Наверное, руководство „Металлурга“ просто не было слишком довольно нашим результатом“.

    — Матч против команды президента был честным. Глава государства после игры поздравил нас и даже поблагодарил за то, что наконец-то в стране появился серьезный конкурент для его команды. Помню, в воротах у нас тогда играл парень с завода, любитель, но он поймал такой кураж, что ему никто не мог забросить. А вообще в нашей команде было много известных мастеров: Алексеев, Стефанович, Скабелка, Ложкин, Овсянников, Пстыга… А из-за чего меня уволили, я не знаю. Игра с командой президента точно не имела никакой связи с моим увольнением. Я это уже отмечал не раз в различных интервью. Наверное, руководство «Металлурга» просто не было слишком довольно нашим результатом, хотя мы уверенно шли на пятом месте и целенаправленно готовились к плей-офф. В итоге же после моего ухода «Металлург» даже не попал в плей-офф, а руководство клуба сделало вид, что все в порядке…

    — Вас когда-нибудь «плавили» хоккеисты?

    — Вроде нет.

    За вами в хоккейных кругах закрепилась слава жесткого, авторитарного тренера…

    — Я просто требовательный и настаиваю на том, чтобы каждый хоккеист отрабатывал все до последней копейки, прописанной в его контракте. Я знаю, что ко мне некоторые игроки не хотели идти даже на хорошие контракты, потому что они были в курсе, что придется вкалывать. Им лучше было получать поменьше денег, но особо не париться.

    — Вы довольны карьерой?

    — Да. Может быть, я где-то упустил момент на пике, когда можно было продвинуться на более высокий уровень, но в целом мне не о чем жалеть. Единственное, о чем я сейчас переживаю, это то, что из-за работы я очень мало времени уделял семье.

    — Кстати, расскажите о ней.

    — Жена у меня домохозяйка. Старшая дочь — поэтесса и довольно известная в Беларуси. У нее несколько книг. На ее стихи написано много песен. Средняя дочь работает в сфере туризма. Сын студент, учится в лингвистическом колледже. Младшая дочка в этом году пошла в школу, я очень хотел сам отвести ее в первый класс.

    — Пожалуй, последняя тема, которую хотелось бы затронуть — минское «Динамо». Чем, по-вашему, вызван такой прогресс в игре команды?

    — «Динамо» обладает мобильными и примерно равными четырьмя звеньями. Это очень важно. Возьмем для сравнения «Северсталь», в которой, по сути, играют только две тройки нападения. Сикора грамотно пользуется этим — минимум два с половиной периода играет в четыре звена. Это позволяет сохранять свежесть на протяжении всего матча. Плюс белорусы, конечно, в этом сезоне сильно прибавили.

    — Одним из наиболее обсуждаемых моментов в отношении «Динамо» является соотношение количества легионеров и белорусов в команде. Что скажите по этому поводу?

    — На данный момент такое количество иностранцев оправданно. Если бы мы играли без легионеров и постоянно проигрывали, этот проект был бы просто похоронен. Я, ты, конечно, понимали бы, что это все на благо белорусского хоккея в целом, но обычный болельщик этого бы не понял. Но со следующего сезона количество легионеров уже надо сокращать. Плюс нам надо быть готовыми, что лига может в любой момент пересмотреть регламент и ввести такие же ограничения, какие существуют и для российских команд.

    «Мы уже достигли такого момента, когда создание второй команды КХЛ просто необходимо. Я вижу это следующим образом. Вторая команда создается с минимальным по меркам КХЛ бюджетом и в ней играют только белорусы».

    Мне кажется, что мы уже достигли такого момента, когда создание второй команды КХЛ просто необходимо. Я вижу это следующим образом. Вторая команда создается с минимальным по меркам КХЛ бюджетом и в ней играют только белорусы. Пускай этот клуб проигрывает всем подряд, как «Автомобилист», но играет только нашими хоккеистами. Эта команда должна стать своеобразным донором для «Динамо». Но! Игроки из второй команды должны переходить в «Динамо» только на коммерческих условиях и за нормальную цену…

    Ну, и в завершении позвольте поздравить всех любителей хоккея, специалистов, хоккеистов, журналистов с Новым годом и пожелать всем здоровья и профессиональных успехов!

    КОММЕНТАРИИ

    Комментарии модерируются. Пишите корректно и дружелюбно.