«С твоей фамилией зарплату дадут»

Известный в недавнем прошлом футболист, становившийся чемпионом со «Славией» и «Гомелем», а также поигравший в «Молодечно» и «Динамо-93», рассказывает о шутках над своей фамилией, о порванном мяче в единственном поединке за сборную. О несостоявшемся изгнании из Мозыря. О том, как воспитывал команду Кузнецов и как не мог до нее достучаться Петрович, а также о науке Кондратьева, Гомонова и Кучука.

Федор Лукашенко никогда режимником не был, но до 37 лет доиграл
Федор Лукашенко никогда режимником не был, но до 37 лет доиграл
LukaФедор Лукашенко никогда режимником не был, но до 37 лет доиграл Иван Уральский

Известный в недавнем прошлом футболист, становившийся чемпионом со «Славией» и «Гомелем», а также поигравший в «Молодечно» и «Динамо-93», рассказывает о шутках над своей фамилией, о порванном мяче в единственном поединке за сборную. О несостоявшемся изгнании из Мозыря. О том, как воспитывал команду Кузнецов и как не мог до нее достучаться Петрович, а также о науке Кондратьева, Гомонова и Кучука.

— Ваше футбольное долголетие редко для нашего футбола, все-таки играете в 37 лет. В чем тут секрет?

— Бог здоровьем наградил, наверное :).

— А когда начинали, заглядывали в будущее и видели себя игроком в таком возрасте?

— Нет. Я в принципе вообще в то время о спортивной карьере не задумывался. Просто гонял мяч сначала во дворе, затем в спортшколе. Потом попал во взрослую команду.

— Когда пришла в голову мысль: «Я хочу играть в футбол»?

— Конкретно такой мысли не помню. Отец меня в детстве во многие секции водил. Старший брат занимался прыжками в воду, плаванием, водным поло. Я пошел по его стопам — прыжки в воду, шахматы, футбол. Все это как-то удавалось совмещать. Не знаю, как, но все успевал. А потом остался лишь футбол. Лет в 11-12 попал в спортивный спецкласс. И начал более профессионально заниматься футболом.

— Сразу прибрали к ногам середину поля?

— Да, правда, поначалу меня использовали с краю. Даже в «Молодечно» пару лет играл на бровке. Но, так как скоростными данными не выделялся, перевели в опорную зону. С тех пор так и бегаю в середине.

— Родители с пониманием отнеслись к выбору?

— Конечно. Я ж по подворотням не «шарился». С утра тренировка, школа, затем опять тренировка. Вечером — домой, уроки… Ребенок занят. Мама с папой были обеими руками «за».

— Вы — минский парень. Как оказались в молодечненском «Металлурге»?

— В последний год учебы на игры «Хрустального мяча» ходили скауты, если их в то время можно было так назвать. Кого-то забирали в «Динамо-93», кто-то в Гродно уезжал. Сергей Боровский меня в «Металлург» пригласил. Может, сам на играх был, а может, ему кто-то про меня говорил.

— «Металлургу» вы отдали 5 лет…

Я совсем молодой, не обстрелянный, можно сказать, еще жизни не видевший. А рядом играли такие люди, как Жора Кондратьев, Саня Кистень, Сергей Гомонов, Леня Кучук.

— Всегда вспоминаю те годы с приятными чувствами. Я совсем молодой, не обстрелянный, можно сказать, еще жизни не видевший. А рядом играли такие люди, как Жора Кондратьев, Саня Кистень, Сергей Гомонов, Леня Кучук. Пару лет назад их только по телевизору видел, а тут с ними в одной команде. Ходил с открытым ртом, смотрел, впитывал в себя все, как губка. Было интересно.

— В «Динамо-93», где вы играли затем, сложилась непростая ситуация…

— Когда я перешел, Хвастович только начинал распыляться на три команды – «Динамо», «Динамо-93» и «Атаку-Ауру». Первые полгода было нормально. А затем начались дрязги, разборки, отсутствие денег. Он за границу свалил. Но клуб запомнился коллективом. Мы до сих пор раз в год, зимой, встречаемся в кафе.

— Команда была многообещающая. Да и по игре веселая…

— И по возрасту молодые ребята там собрались. Еще бы пару лет поиграла вместе, могли шороху наделать.

— Вы согласны с тем, что мозырско-гомельский период — золотой в карьере Федора Лукашенко?

— Наверное, да. Если в «Динамо-93» начал раскрываться, то в Мозыре и в Гомеле был расцвет. Кстати, атмосферу в «Славии», наряду с динамовской, не забуду никогда. Бывает, переходишь в команду и нужно время, чтобы почувствовать себя своим. А в «Славии» на второй день уже был как свой. Из-за чего так? Так там же школы своей не было. Все ребята приезжие. Жили в гостинице. Нам целый этаж выделили. А вместе, как говорится, веселее.

— Вами были завоеваны золотые медали со «Славией» и «Гомелем».

Мозырское золото было явным. Мы тогда ощущали, что на голову сильнее всех. Мы понимали, что нас никто не может обыграть.

— Мозырское золото было явным. Мы тогда ощущали, что на голову сильнее всех. Мы понимали, что нас никто не может обыграть. А с «Гомелем» золото трудовым получилось. Никто на нас не ставил, да и сами не рассчитывали. Задача-то была финишировать в тройке.

— Вернемся к «Славии». Читал в прессе о конфликтах игроков с тренером Владо Петровичем. А как у вас с ним складывались отношения?

— У меня отношения были чисто рабочие. Другое дело, что после ухода Кузнецова к любому сменщику было негативное отношение. Ситуация была интересная. Шли первыми с отрывом в пять или семь очков. Обыгрываем дома «Витебск». Всем дают выходные на четыре дня. Приезжаем, и нас ошарашили — «Кузю» сняли. И пришел человек с другим менталитетом. Золото в тот год мы выиграли, но на старом багаже. А на следующий год начался привоз сомнительных сербов. Задача перед командой стояла ни много ни мало — группа Лиги чемпионов. А Владо оказался сложным человеком. Языка толком не знал. С ним по душам не поговоришь. Приходишь на тренировку: «Здравствуйте, тренер». Отработал: «До свидания, тренер». И все.

— А вы вообще с тренерами уживаетесь?

— А я стараюсь от руководства подальше быть :).

— С кем было комфортней всего работать?

Помню, играли в одно время через три дня на четвертый. Александр Дмитриевич после первой игры говорит: «Ребята, потерпите. Воздержитесь от пива».

— Наверное, с Кузнецовым в «Славии». Он — не выдающийся тренер. Ничего особенного не предлагал в плане тактики или еще чего-то. Но он очень хороший психолог. Помню, играли в одно время через три дня на четвертый. Александр Дмитриевич после первой игры говорит: «Ребята, потерпите. Воздержитесь от пива. После второй игры я вам дам полноценный день отдыха». Как это обычно бывает, терпеть никто не стал. На следующий день на собрании он говорит: «Ребята, я же вас просил. Вы не выполнили. Штрафовать вас я не хочу. Это не мой метод. Я забираю свою барсетку и ухожу, а вы что хотите, то и делайте». И вправду, забрал барсетку и ушел. Мы в тот момент сами прочувствовали, что были не правы и подвели его. Поехали на тренировку. Каждый, кому что положено было по расписанию, выполнил от и до.

— Вы про режим заговорили. Часто нарушали?

— Режимщиком меня нельзя назвать. Всякое бывало. В Мозыре часто ловили. Отчислять хотели, но ребята заступались. С возрастом по-другому начинаешь на это смотреть. Лишний бокал пива себе уже не позволишь.

— В Гомеле как оказались?

— Задачу выхода в группу Лигу чемпионов «Славия» провалила. Петровича сняли. Вся югославская диаспора уехала. И буквально сразу же пошли финансовые проблемы. Поснимали премиальные. В то время председателем правления был Зубовский. Он сказал: «Половину зарплаты я вам урезаю, если финишируете в тройке, то все доплачу в конце сезона». А шли тогда неважно. Людей начали раздавать по арендам, кого-то продавали. Команда разбегалась, — в общем, разброд и шатание. Процесс было сложно остановить. А в конце сезона Сергей Подпалый, принявший «Гомель», позвонил и пригласил.

— С «Гомелем» тоже расстались не самым радужным образом…

Приехали после выходных, а нам говорят: «А не надо было вам ехать»!

— Это дело руководства. Приехали после выходных, а нам говорят: «А не надо было вам ехать»! Неужели нельзя было позвонить? 300 верст проехал, вещи собрал и 300 обратно.

— Могли поиграть за границей?

— Особо и предложений не было. В Мозыре был парень Саня Шутов. Он в «Амкар» уехал, звал туда. Но я был на контракте — не рыпнешься. Да и уезжать в то время не хотелось. Напрашиваться я не люблю.

— Поиграв в «Дариде» и брестском «Динамо», перешли в «Верас». Тяжело было перестроиться с «вышки» на первую лигу?

— Тяжело. Инфраструктура совсем другая у клубов. Но я философски смотрел. Что имеем, то имеем. Были б деньги, была бы иная инфраструктура.

— Свой первый официальный матч вы не помните, а единственную игру за сборную?

Одновременно ударили по нему с соперником. Мяч лопнул и полетел в их штрафную. Защитник подбежал и схватил руками. По правилам должен был быть пенальти. А судьишка проморгал этот момент и не свистнул.

— А вот его хорошо запомнил. Играли с Израилем на «Динамо» (в август 1997 года белорусы проиграли 2:3 — Goals.by). Тренировал тогда Вергеенко. Легионеры не приехали и нас, «93-х», выдернули для количества. Я в той игре мяч порвал. Одновременно ударили по нему с соперником. Мяч лопнул и полетел в их штрафную. Защитник подбежал и схватил руками. По правилам должен был быть пенальти. А судьишка проморгал этот момент и не свистнул.

— В определенный момент истории страны ваша фамилия стала очень известна…

— Все постоянно подкалывают. «Когда ГАИ тормозит, можешь не останавливаться». «Иди нам зарплату пробей, с твоей фамилией дадут» :).

— Задумываетесь о будущем?

— Да. Я уже в этом году завязать собирался. Но позвонил Гольмак (тренер СКВИЧа — Goals.by). Я даже удивился, в 37 лет еще футболисты нужны! Вообще, каждый год, когда сезон заканчивается, говоришь себе: «А ну его, этот футбол». А потом пара месяцев отпуска проходит, и начинаешь скучать, тянет обратно на поле.

— Тренер «Городеи» считает, что в первой лиге можно играть до 40…

— Вряд ли дотяну. В первой лиге тоже уровень. Пешком играть не будешь.

— Тренером будете?

— Это точно не мое.

— Есть в футболе то, о чем сожалеете?

Жалею о финалах кубка. Из шести проиграл четыре. Обидно, пройти большой путь и проиграть в самом конце.

— О финалах кубка. Из шести проиграл четыре. Обидно, пройти большой путь и проиграть в самом конце. А так, в принципе, доволен, как сложилась карьера.

— Будь такая возможность, какой бы матч переиграли?

— Любой из неудачных финалов. Желательно, чтобы моя команда победила.

КОММЕНТАРИИ

Комментарии модерируются. Пишите корректно и дружелюбно.