Глава 1. Парень с K-Stand

Закончив игровую карьеру, Гари Невилл не потерял ни капли своей актуальности. Автобиография, которой он делится с любителями футбола, полна детальных, хорошо прорисованных, а самое важное, искренних воспоминаний. Главный недруг «Ливерпуля» рассказывает о детстве, прошедшем под знаком побед мерсисайдской команды, первом походе на «Олд Траффорд» и своем отношении к тогдашним футболистам МЮ. Кстати, Гари нравлись трудяги. Такие, каким он сам впоследствии стал.

Вспоминая детство, Гари Невилл называет
Вспоминая детство, Гари Невилл называет "Ливерпуль" своим мучителем
Gary_neville9Вспоминая детство, Гари Невилл называет «Ливерпуль» своим мучителем blogunited.co.uk

Закончив игровую карьеру, Гари Невилл не потерял ни капли своей актуальности. Автобиография, которой он делится с любителями футбола, полна детальных, хорошо прорисованных, а самое важное, искренних воспоминаний. Главный недруг «Ливерпуля» рассказывает о детстве, прошедшем под знаком побед мерсисайдской команды, первом походе на «Олд Траффорд» и своем отношении к тогдашним футболистам МЮ. Кстати, Гари нравлись трудяги, такие, каким он сам впоследствии стал.    

«Гари Невилл красный — он ненавидит скаузеров».

Я всегда любил «Юнайтед», и я любил спорить. Поэтому из каждого моего визита в школу, полную фанатов «Ливерпуля», рождалась гремучая смесь.

Я вырос в Бери, вверх по дороге от Манчестера. Но, судя по количеству футболок «Ливерпуля», вполне можно было предположить, что она находится всего в паре метров от «Энфилда».

Это были восьмидесятые. Болеть за «Ливерпуль» было модно, они были успешной командой, так что довольно много ребят в школе, как это обычно бывает, поддерживали именно их. Мы находились меньше, чем в 10 милях от «Олд Траффорд», но ощущали себя в самом сердце Мерсисайда. Разумеется, я не был единственным поклонником «Юнайтед» в округе, но иногда мне казалось иначе.

Я не знаю, как вы реагируете, когда остаетесь в меньшинстве, но во мне это закалило бойца. По отцовской линии в нашей семье все были упрямы, любители поспорить, и в школе я впервые узнал, что я Невилл по своей сути. Каждое из редких воспоминаний о моих школьных днях является какой-нибудь склокой с фанами «Ливерпуля». Должно быть, я больше тратил времени на перебранки с ними, нежели фокусировался на своей учебе. Мы спорили о том, у кого был лучший игрок, у кого лучше стадион, лучше форма. Эти споры никогда не прекращались. И не думаю, что они вообще когда-нибудь закончатся.

В те дни «Ливерпуль» был моим мучителем. В школе их успехи сдавливали мое горло день ото дня. Так зарождалась моя ненависть.

Они выигрывали все в те времена. И чем больше я слышал ликующих речей о триумфах «Ливерпуля», тем больше я защищал свой клуб. Я упрямо защищал «Юнайтед» в спорах целые дни напролет. Те, кто думает, что я слишком идеализировал свой клуб в последние годы, должны были слышать меня на игровой площадке «Чантлерс  Праймери» (школа, в которой учился Невилл — прим. пер.).

«Юнайтед» был самой волшебной вещью в моей жизни. Все свое детство я жил ради просмотра очередного матча. Посещения «Олд Траффорд» были для меня самыми яркими моментами недели. Благодаря отцу, клуб был у меня в крови с самых ранних лет.

Победы или поражения неважно— болеть за „Юнайтед“ было страстью отца. С тех пор, как он начал зарабатывать сам, он, навряд ли, пропустил хоть матч

Он посвятил «красным» всю свою жизнь. Он был на финале Кубка Англии 1958 в возрасте 9 лет, когда «Юнайтед» всего через несколько месяцев после мюнхенской трагедии достойно уступил «Болтон Уондерерс». Он видел годы побед под руководством сэра Мэтта Басби с Бэстом, Лоу и Чарльтоном. Он преданно поддерживал команду в скудные на трофеи 70-е; видел вылет «Юнайтед» в 74-м. Победы или поражения неважно — болеть за «Юнайтед» было его страстью. С тех пор, как он начал зарабатывать сам, он, навряд ли, пропустил хоть матч.

С самых ранних лет я отчаянно пытался присоединиться к нему. Я постоянно уговаривал его взять меня на матч. Я просил, умолял его. В конечном итоге, он согласился, но с одним условием: я мог присоединиться к нему и его товарищам на матче, но не должен был кого-либо отвлекать и беспокоить.

Я не помню свою первую поездку от нашего дома в Бери до «Олд Траффорд». Мой отец говорит, что мне было 4 года, значит, на дворе был 1979 год. Я точно не вспомню этот матч, зато я отлично помню волнение, предвкушение и мурашек бегущих у меня по коже во время тех первых поездок.

Как только мы пересекли мост Бартона, который проходит над корабельным каналом Манчестера, мое сердце начало стучаться быстрее. Это означало, что мы недалеко от стадиона. Вскоре я увидел возвышающиеся трибуны, и мы парковались. Мы всегда рано приезжали на стадион, в районе полудня и что-то ели в «Marina’s Grill». Это кафе до сих пор находится там, вверх по дороге от стадиона. Я всегда заказывал пирожок и картофель, а уже к часу дня мы были одними из первых в очереди на старый K-Stand.

Мой отец встречал своих товарищей, но я нисколько не возражал. Я был вполне счастлив сам по себе. Он пил пиво внизу, а я поднимался на свое место, любовался видом стадиона изнутри. Я никогда не скучал, сидя один на своем месте. «Олд Траффорд» мог быть полностью пустым, а я бы все равно смотрел вокруг очарованный стадионом. В ту пору я пропитался этим шумом, этим видом и этим запахом. И они остались со мной на всю жизнь.

Я до сих пор помню Арнольда Мюрена, отрабатывающего свои крученые удары. Но моим самым ранним воспоминанием является Джо Джордан, борющийся за верховой мяч

Когда игроки выходили на разогрев, я замирал. Я до сих пор помню Арнольда Мюрена, отрабатывающего свои крученые удары. Но моим самым ранним воспоминанием является Джо Джордан, борющийся за верховой мяч. Я был на «Олд Траффорд» в день, когда «Юнайтед» подписал Брайна Робсона за полтора миллиона фунтов, что стало английским трансферным рекордом. Мне было всего шесть, но это четко отложилось у меня в голове. Кто бы тогда мог подумать, что я выйду со своим героем детства на поле тринадцать лет спустя в его последнем матче.

Робсон был моим идолом, несмотря на то, что на моей стене в спальне никогда не висело ни одного плаката. Я также никогда не просил автографа и никогда не понимал, зачем дети делают это. У меня была футболка «Юнайтед», но я никогда не ходил в ней на «Олд Траффорд». Отдельные игроки не вызывали у меня трепет. Даже если бы у меня был телефон с камерой в те дни, я бы никогда не захотел сделать смазливое фото с игроком. Я любил именно игру. И в моем понимании ничто не могло соперничать с атмосферой просмотра матча «Юнайтед» субботним вечером.

Я всегда любил искренних футболистов, вот почему Робсон сразу же стал моим любимцем. Я думаю, он является воплощением того, каким должен быть футболист «Юнайтед». Он полностью выкладывался в каждой игре, оставляя на поле кровь, пот и слезы. Он был настоящим лидером. Когда он врывался в штрафную, казалось вся его жизнь зависит от этого прохода. Это читалось на его лице и в его стиле игры. Он никогда не переставал бороться, чем произвел на меня колоссальное впечатление.

Позже я полюбил Марка Хьюза и Нормана Уайтсайда. Я больше всего следил именно за этими тремя игроками. У каждого из них был огромный талант, но что я действительно любил в них, так это то, как они отдавали себя игре. Я всегда восхищался трудягами.

У нас было несколько хороших игроков, как Артур Альбистон и Майк Даксбери, но, как бы мне не хотелось обратного, нужно признать, что мы проигрывали „Ливерпулю“ по глубине состава

Мне нравились игроки, которым «Юнайтед» был дорог так же сильно, как мне, но одной только преданностью титулы не выигрываются. У нас было несколько хороших игроков, как Артур Альбистон и Майк Даксбери, но, как бы мне не хотелось обратного, нужно признать, что мы проигрывали «Ливерпулю» по глубине состава. «Юнайтед» выиграл несколько Кубков Англии в мои школьные годы — в финале 83 мы обыграли «Брайтон», а в 85 одолели «Эвертон» — но «Ливерпуль» выигрывал чемпионат за чемпионатом и добивался успехов в Европе. Они доминировали.

Оглядываясь назад, могу сказать, что уважаю успехи того «Ливерпуля». Как бы сильно я их не ненавидел, я не был слеп к достоинствам той команды. Лишь глупец не признает великолепие Кенни Далглиша. Какой болельщик не жаждал увидеть игру Грэма Сунесса, Питера Бердсли и Джона Олдриджа? Я в тайне восхищался Стивом Николом. Джон Барнс тоже был чертовски талантлив, за что я его ненавидел. 

Сейчас я в состоянии смотреть на Ливерпуль, как на другой рабочий город на севере. Я могу заметить преданность их болельщиков и восхищаться, что Ливерпуль, также как и Манчестер, является лучшим, когда дело касается музыки и футбола. Но тогда я ненавидел «Ливерпуль» и ненавидел их успехи.

«Юнайтед» был моей командой, и я всегда защищал их, даже вопреки логике. В школе я хвастался, что у нас был Робсон — капитан английской сборной и лучший игрок в стране. Я кричал о том, что «Олд Траффорд» больше, чем «Энфилд». И ответ мне был словно пощечина: «Да, но «Ливерпуль» выиграл чемпионат, опередив вас на тридцать одно очко».

Я цеплялся за великое наследие Басби, Беста, Лоу и Чарльтона, о котором слышал от своего отца и говорил себе, что МЮ вскоре вновь окажется на вершине

Я цеплялся за великое наследие Басби, Беста, Лоу и Чарльтона, о котором слышал от своего отца и говорил себе, что «Юнайтед» вскоре вновь окажется на вершине. Но даже я усомнился в своей вере, когда мы финишировали тринадцатыми в лиге, позади «Ковентри Сити» и «КПР».

Мы израсходовали свой запас удачи и не выиграли ничего. Мы покупали Гарри Биртлеса или Питера Дэвенпорта — это было большой помпой — но вскоре мы снова опускались вниз. Мы угрожали бросить вызов, но наши угрозы исчезали в никуда. Однако меня все равно было не перекричать.   

Должно быть, со стороны я выглядел, как фанаты «Сити» все эти годы, которые постоянно что-то невразумительно кричат из-за своего комплекса неполноценности. Фаны «Сити» любят громко покричать о том, что дерби это самая важная игра, и о том, что они являются истинными фанатами Манчестера, но противостояние «Юнайтед» — «Сити» никогда не несло определяющего значения для меня. Настоящим соперником для меня был «Ливерпуль», и я всегда буду им благодарен за эту детскую вражду.

Каждому нужна команда, которую он будет любить ненавидеть

Любому футбольному болельщику мало просто любить свою команду. Каждому нужна команда, которую он будет любить ненавидеть. Великолепие английского футбола во многом заключается в его традициях, и между «Юнайтед» и «Ливерпулем» всегда будут натянутые отношения.

Когда я был ребенком, я вынужден был раз за разом с горечью наблюдать за тем, как они обнимаются, празднуя очередной успех. Но именно благодаря этому каждая последующая победа в моей жизни была такой сладкой. Поэтому я находился на седьмом небе от счастья, празднуя каждую победу над «Ливерпулем». Поэтому я целовал эмблему «Юнайтед» у них на глазах, как истинный фанат своего клуба.

В итоге, моя страсть обошлась мне в пять тысяч фунтов, когда ФА оштрафовала меня за подобное празднование победного гола на «Олд Траффорд». Я считаю это возмутительным наказанием. Как я тогда сказал, неужели они хотят, чтобы мы все превратились в роботов? Только задумайтесь, насколько часто нам приходится слышать об игроках, которые далеки от болельщиков, и совсем не волнуются о клубе, который представляют? И после этого они наказывают кого-то за то, что он был настоящим. Это ничтожно.

Мне всегда доставалось от фанатов «Ливерпуля», так как я многого добился. Но я никогда не жаловался на подобные оскорбления, хотя услышал достаточно, чтобы мысленно вернуться в те школьные дни.

Фанаты «Ливерпуля» пытались перевернуть мою машину на Селфорд Кейс, когда я возвращался домой после матча

Годами мне приходилось слышать кричалки в свой адрес. Фанаты «Ливерпуля» пытались перевернуть мою машину на Селфорд Кейс, когда я возвращался домой после матча. Они попытались силой открыть двери. Когда у них это не вышло, они принялись раскачивать машину. Мне повезло, что движение на дороге стало достаточно активным и я сумел смыться.

Однажды ночью, накануне другой игры против «Ливерпуля» на «Олд Траффорд» полиция сказала мне, чтобы я уходил из своего дома, потому что у них есть сведения, что банда парней из Мерсисайда собирается устроить мне бессонную ночь. Мне пришлось собрать свои вещи и поехать в отель.

Я всегда знал, что это цена за то, что выбрал эти цвета, еще когда был ребенком. Но во что бы превратился футбол, если никто не выбирал себе команду? Футбол — противостояние моего клуба и вашего, неважно на поле, на трибуне, в баре или на школьной площадке.

«Юнайтед» до конца моих дней. И к черту все остальное.

КОММЕНТАРИИ

Комментарии модерируются. Пишите корректно и дружелюбно.