«Белорусы, грубо говоря, словно рабы»

Нападающий сборной Беларуси Сергей Демагин откровенно рассказал о причинах, по которым он покинул минское «Динамо», отметил, что руководство «зубров» повело себя вопреки данным в прошлом году обещаниям, объяснил, что его связывает с агентом Марком Лапушем, а также посетовал, что в Беларуси у него «зависла» вся годовая зарплата.

Сергей Демагин не видел возможностей для профессионального роста в
Сергей Демагин не видел возможностей для профессионального роста в "Динамо".
DemaginСергей Демагин не видел возможностей для профессионального роста в «Динамо». Иван Уральский

Нападающий сборной Беларуси Сергей Демагин откровенно рассказал о причинах, по которым он покинул минское «Динамо», отметил, что руководство «зубров» повело себя вопреки данным в прошлом году обещаниям, объяснил, что его связывает с агентом Марком Лапушем, а также посетовал, что в Беларуси у него «зависла» вся годовая зарплата.

— Сергей, почему вы покинули «Динамо»?

— Намерение сменить клуб сформировалось по ходу сезону. В середине чемпионата я осознал, что топчусь в «Динамо» на одном месте и нет никаких предпосылок для профессионального роста. Шанса мне тренерский штаб особо не предоставлял, в большинстве играть не давали. Смысла оставаться при таком раскладе я не видел, так что мой переход вполне логичен.

— А почему вы не попытались переговорить с Сикорой на эту тему, с Торбиным. Вы ведь, все-таки, один из главных снайперов клуба в прошлом сезоне.

— Я такой человек, что не могу подойти и сказать: хочу то или хочу это. Тренеру виднее, руководству виднее, раз не ставят, значит считают, что так нужно. Я никогда не пойду сам разговаривать об этом.

Торбин в СМИ заявил, что «Динамо» получило финансовую выгоду от перехода Демагина. Вы, случаем, не платили из своего кармана за уход, как это сделал Глазачев?

«Сам-то я не платил, но «Нефтехимик», насколько мне известно, за меня платил. Хотя у нас были договоренности с «Динамо», что меня отпустят, но минский клуб сделал на моем уходе выгоду».

— Сам-то я не платил, но «Нефтехимик», насколько мне известно, за меня платил. Хотя у нас были договоренности с «Динамо», что меня отпустят, но минский клуб сделал на моем уходе выгоду. Произошел чистый обман, у нас была с Торбиным договоренность, что меня отпустят в случае чего, но «Динамо» захотело найти выгоду, и оно ее нашло. Когда я пошел к Торбину, он сказал, что у него нет полномочий, мол, иди к Матушкину. Я пошел к Матушкину, и в итоге они чего-то накрутили-навертели, и вот так получилось.

— Вам Торбин лично обещал, что отпустит вас?

— Да-да, в начале прошлого сезона, когда я подписывал на два года контракт с «Динамо». Говорил тогда, давайте я сезон поиграю, а там посмотрим. Мне ответили, без проблем, если что, отпустим. Была устная договоренность. В итоге подошел с этим вопросом, объяснил, что не вижу возможностей профессионального роста в «Динамо», а все завершилось вот так.

— Сергей, в прошлом году вы позволяли себе критику в адрес «Динамо». Проведя сезон в Минске, ваше мнение о клубе изменилось в лучшую сторону?

«По ходу сезона было видно, что определенные белорусы были сильнее определенных легионеров. Можно было хотя бы нас попробовать, но шансов вообще не давали».

— Если бы в «Динамо» было все хорошо, думаю, я бы остался. Но отношение к хоккеистам-белорусам… Чисто само отношение… Например, выиграем матч — ах, какие легионеры молодцы. Проиграем встречу — черт, какие же белорусы плохие. Вот так. Белорусы, грубо говоря, словно рабы. Третье-четвертое звенья, и больше нам ничего не светило. Хотя по ходу сезона было видно, что определенные белорусы были сильнее определенных легионеров. Можно было хотя бы нас попробовать, но шансов вообще не давали. Тяжело выступать при таком подходе. Ты чувствуешь, что можешь играть лучше, а тебе не дают этого делать, зажимают. А сейчас у меня такой возраст, что еще хочется прогрессировать, не стоять на месте!

— На ваш взгляд, это сам Сикора так решал в отношении белорусов или ему была дана установка от руководства?

— Мне трудно об этом судить. Лучше у них самих спросить.

— В той ситуации, про которую вы рассказали, не возникало ли конфликтов в команде между белорусами и легионерами?

— Да белорусы все понимали. Мы смирились и играли так, как могли.

— Как появился вариант с «Нефтехимиком»?

— По ходу сезона мы разговаривали с Крикуновым, Кривоносовым. Плюс «Нефтехимик» мне уже знаком. Меня в этом клубе все устраивает. Отношение к хоккеистам тут не такое, как в Минске. Приятней работать.

— Крикунов всегда вас ценил. Наверняка именно он стал главным инициатором вашего приглашения в «Нефтехимик». Вам не обидно, что Владимир Васильевич перешел в «Ак Барс»?

— Я ведь контракт подписываю не с тренером, а с клубом. Ну да, так получилось. Конечно, изначально я ехал к Крикунову. Знал, что у Владимира Васильевича можно физуху подтянуть, играл уже у него, он мне доверял. Но ничего, будем двигаться дальше. Сейчас вот знакомимся с новым главным тренером. Он тоже показался мне хорошим человеком.

— Скажите, какие у вас отношения с агентом Марком Лапушем? Он официально является вашим агентом?

«Официально мы с Лапушем не сотрудничаем. Он мне просто иногда по-человечески помогает решать кое-какие вопросы».

— Нет, официально мы с ним не сотрудничаем. Он мне просто иногда по-человечески помогает решать кое-какие вопросы. Понимаете, Лапуш такой человек, который не даст себя обмануть, а со стороны «Динамо» много обмана идет. И вот Лапуш разговаривал на счет меня с «Динамо». Он мне просто помогал.

— Мне Лапуш рассказывал, что он общался с «Динамо» после того, как вы получили травму. Говорил, что «Динамо» предложило вам обследоваться за собственные деньги.

— Да, была такая ситуация. Я сделал МРТ колена за свой счет. Потом тишина. И если бы Марк эту тему не поднял, так бы все нормально и было для «Динамо». Сумма там, конечно, небольшая, но неприятно такое отношение, должна ведь быть помощь от клуба. А получи легионер травму, его на руках там носили. Меня вот такое отношение больше всего убивало.

— А что у вас с зарплатой в «Нефтехимике»? Она у вас больше, чем в «Динамо»?

— Примерно такая же, но в России я как легионер, налог больше, так что денег буду получать меньше.

— И даже потеря в зарплате не остановила вас от перехода?

— У меня потеря в Беларуси, сейчас годовая зарплата «висит» в белорусских рублях, и я ничего не могу с ними сделать. Вот это потеря.

— Погодите, у вас ВСЯ ваша зарплата за сезон «висит» в банке?

— Да, вся годовая зарплата. Я с чемпионата мира приехал, а мне говорят, мальчик, ты немного опоздал. Белорусские-то я могу снять, но что я с ними буду делать в России.

— И как планируете решать эту проблему?

— Не знаю. Дождусь, что будет, то будет. Я уже все равно потерял. Да и не в деньгах счастье.

— Сергей, давайте немного поговорим о сборной. Ваше отношение к отставке Занковца?

— Эдуард Константинович поступил как профессионал. Он понимал, что результат не тот, которого все ожидали. А кого лучше назначать главным тренером сейчас? Мне тяжело сказать. Мне, например, с Занковцом очень комфортно было и в плане тренировок, и в плане быта. Нравилось с ним работать.

— После критических высказываний министра спорта в адрес сборной, некоторые хоккеисты признаются, что с таким отношением не очень-то и хочется ехать в национальную команду.

«Думаю, каждого из нас речь Качана затронула. Мы изо всех сил защищаем честь страны, выкладываемся на площадке. Какой бы ни был результат, в тяжелую минуту надо было нас поддержать».

— Думаю, каждого из нас речь Качана затронула. Мы изо всех сил защищаем честь страны, выкладываемся на площадке. Какой бы ни был результат, в тяжелую минуту надо было нас поддержать. Понятно, что с трибуны легко говорить, как надо было ловить шайбу зубами. У нас ведь еще и клубный сезон был очень тяжелый. Усталость накопилась. Это ведь тоже надо понимать. На мой взгляд, это очень жесткое было высказывание.

— На ваше желание приезжать в сборную эти слова повлияли?

— Нет. Я всегда готов приезжать в национальную команду и защищать честь Беларуси на международной арене.

Комментарии

  • По дате
  • Лучшие
  • Актуальные
  • Друзья