Блог Железный дровосек

«Переехать в Беларусь из Тирасполя – как пересесть с «Тойоты» на «Ламборджини». С этим игроком минское «Динамо» не ошиблось

«Динамо» продолжает погоню за БАТЭ – команда вытаскивает матчи на жилах и даже без лидеров выглядит весьма неплохо.

Минское «Динамо» в порядке: даже без лидеров выдержало краш-тест. У Бреста слабая защита

Один из тех, кто ведет «Динамо» к медалям, – полузащитник из Ганы Сейду Яхая. Африканец приехал на просмотр в Минск прошлой осенью, с ним долго не подписывали контракт, но по итогу игра новичка так впечатлила Гуренко, что коуч ради Яхаи в опорной зоне отправил на правый фланг лидера команды Александра Нойока. Тарас Щирый встретился с ганцем и проговорил с ним полтора часа о боксе, щедрых румынах, молдавских стадионах и алюминиевом бизнесе.

* * *

Говоря с Сейду, cразу вспоминаю ивуарийскую бригаду «Слуцка», к которой ездил в гости прошлым летом. Помните этих парней?

Мечтают уехать в сильный чемпионат и разбогатеть. Как трое африканцев с непростой судьбой живут на окраине Слуцка

Яхая такой же веселый и шумный африканец, любящий жестикулировать. Ему не надо много времени, чтобы втянуться в разговор.

– Я родился в Аккре – столице Ганы. Этот город больше Минска. Мне кажется, в нем проживает порядка 7 миллионов человек. Экономический и промышленный центр страны. В центре столицы находятся офисы крупных компаний, в пригородах много заводов и фабрик. Средняя зарплата по стране? Честно говоря, не знаю. Она зависит от работы, которой ты занимаешься. Думаю, зарплата где-то в пределах 100-150 долларов. При этом жизнь в Гане намного дороже, чем в Минске (согласно статистической базе numbeo.com, прожиточный минимум в Гане на 67 процентов выше, нежели в Беларуси – Tribuna.com). Знаешь, все продукты, которые привозят в нашу страну из европейских или других стран, стоят на порядок дороже местных. Условно говоря, бутылка минералки в Беларуси стоит доллар, а в Гане она обойдется в два или три доллара из-за налога на импорт.

Я не знаю, как живут в деревнях или маленьких городах, но в Аккре уровень жизни достаточно высокий. Все те бутики, которые есть в Европе, в Аккре тоже имеются. Если у тебя есть деньги, ты найдешь там все, что хочешь. Проблема лишь в том, что из-за налогов на импорт там все стоит дороже, нежели в Европе.

Моей мамы, к сожалению, нет в живых. Остался лишь отец. В нашей семье четверо братьев и трое сестер. Один из моих братьев стал архитектором, другой очень много учился и сейчас работает в представительстве ФБР в Гане. Живет на две страны –  постоянно летает в США. А еще один – Мустафа – тоже стал футболистом. Он играл раньше за голландский «Твенте», но последнее время провел в аренде в гибралтарской «Европе».

Жил я в Спинтексе. Это один из самых дорогих районов города, где проживает преимущественно богатое население. О бедных микрорайонах, честно говоря, ничего рассказать не могу – я туда просто не ходил. Мой папа окончил старейшее и крупнейшее учебное заведение страны – университет Ганы. Работал архитектором. Он занимался в основном тем, что делал проекты домов, апартаментов и потом продавал их.

Отец – большой фанат бокса. Вместе с футболом это, кстати, самый популярный вид спорта в нашей стране. Папа любит поговорить про Мохаммеда Али и Джорджа Формана, а я люблю Флойда Майвезера. Мне импонирует его стиль. Майвезер проповедует элегантный и умный бокс. Он никогда никому не проигрывал.

Кто тогда привил тебе любовь к футболу?

– В детстве вообще мечтал стать юристом, но ты же не знаешь, как сложится жизнь в будущем. Только Бог знает об этом. Потом все изменилось. Мои футбольные способности рассмотрели, когда я учился в школе. В Гане проводятся соревнования между средними школами. На игры турнира приезжают многие тренеры, чтобы присмотреть футболистов для своих команд. В итоге меня заметил немец Эрнст Миддендорп, один из тренеров «Асанте Котоко» – самого титулованного клуба Ганы, и я попал в их молодежную команду. Так началась моя карьера. Отец изначально не поддерживал мое увлечение, хотел, чтобы я получил хорошее образование, но мой взгляд на происходящее с его не совпадал. Я хотел играть.

- Как ты оказался в Европе?

– В  2007-м вместе с молодежной сборной поехал на турнир во французский Тулон. На меня обратил внимание греческий ПАОК и начал вести переговоры с моим клубом «Тема Йос». С ПАОКом в итоге не сложилось. Был еще один вариант в Польше, но агент посчитал, что Греция – лучшая возможность для развития карьеры. Поэтому я перешел в «Анагенниси» из Кардицы. Это греческий Д2.

- Ты переехал в другую страну с совершенно незнакомой культурой и народом. Как  быстро адаптировался?

– У меня никаких проблем не было. Ведь я сам был заинтересован поскорее привыкнуть, должен был сражаться за лучшую жизнь. Я знал английский, поэтому никаких проблем в коммуникации не было. В Кардице меня любили и уважали. За команду болел парень, который владел обувным магазином, и он мне постоянно дарил какую-то обувь от Adidas, Puma и Nike. Когда я шел по улице, люди приглашали меня в рестораны и бесплатно угощали. Они там очень любят фраппе (кофе со льдом – Tribuna.com). Греки могут пить его целый день.

- Опиши обычный график в Кардице.

– Если не было тренировки, я просыпался в девять или десять утра. Потом завтракал, а дальше мне звонили друзья, и мы шли пить кофе – я, Палиордос, Бителис, Диуф, Сакис. За кофе обсуждали футбол, наши игры и другие темы. Ну а после я возвращался домой.

- Экс-игрок «Городеи» Тайанан Вэлкер рассказывал, что когда играл в Греции, фанаты как-то ворвались в автобус и забросали футболистов пластиковыми бутылками. Ты нечто подобное видел?

– В 2010-м АЕК проиграл в товарищеском матче команде из второго дивизиона. В конце игры болельщики прорвались на поле и атаковали главного тренера АЕКа Душана Баевича (фанаты не любили специалиста за то, что он в свое время возглавлял главного конкурента – «Олимпиакос» Tribuna.com). Полиция сопровождала Баевича с самого поля, но болельщики все равно били его.

- У тебя в Греции были проблемы с фанатами?

– Мне кажется, нет футболистов, которые в Греции не имели бы проблем с фанами. Многие из них просто не понимают футбол, но каких-то сложностей между мной и ими не возникало.

Греция очень красивая страна. Там хватает мест, где можно отдохнуть, но футболист должен всегда понимать, что за ним могут следить папарацци. Мы однажды пошли вместе с Начо (Игнасио Скокко – Tribuna.com) и другими ребятами в паб в городе Кифиссия. Сидели в заведении, отдыхали и даже не видели, что нас кто-то фотографирует. После этого снимки были опубликованы в прессе, но неприятностей удалось избежать. Все улеглось. Это была моя единственная проблема, связанная с папарацци в Греции. У меня вообще не было проблем в Греции. Никаких. Со всем все было хорошо. Отдыхал на море, ездил на Миконос, жил в прекрасной стране и играл вместе с большими футболистами. К примеру, Начо выступал потом в Англии, Даниэль Майстрович играл за сборную Швеции, Костас Манолас, Пантелис Кафес – за Грецию.

- Назови самого сильного футболиста, с которым тебе довелось играть в одной команде?

– Лучший футболист… В АЕКе пересекался с Ривалдо, но много с ним не общался. Так получилось, что я перешел в команду в июне 2009-го, а он через несколько месяцев покинул ее.

- У него были телохранители?

– Да нет. Он хороший парень, ездил по Афинам на предоставленном ему BMW без личного водителя и обходился в Афинах без охраны.

- Слушай, ты жил в прекрасной стране, играл за большую команду. Почему ее пришлось покинуть?

– В АЕКе хватало классных футболистов, и у меня было немного игрового времени. Поэтому перешел в «Маккаби» из Хайфы. Как и в Афинах, в Хайфе меня все полностью устраивало, и я вообще не ощущал никакого дискомфорта. О войне постоянно говорят в СМИ, но если ты туда приедешь, то увидишь, что ничего такого там нет. В Израиле нормально. Да, я слышал несколько раз воздушную тревогу, но ничего страшного не происходило. Однако в 2012-м мне пришлось покинуть команду. «Маккаби» возглавил Реувен Атар, и я оказался не нужен клубу.

В итоге поехал в Румынию. В «Астре», с которой подписал контракт, собралась очень хорошая команда. За нее играл полузащитник сборной Кипра Венсан Лабан, замбиец Фвайо Тембо перешел из «Базеля». Мы выступали в Лиге Европы, выигрывали Кубок и Суперкубок Румынии. Кроме того, нам платили очень хорошие деньги. Откуда они были у «Астры»? Клуб содержал cамый богатый человек Румынии Иоан Никулае (владелец сельскохозяйственного конлгомерата InterAgro – Tribuna.com). Кроме зарплаты он давал серьезные бонусы. О своей зарплате в Румынии я говорить не могу – это конфиденциальная информация, но после каждой победы в виде бонуса игроки «Астры» дополнительно получали по 3 тысячи евро и иногда за месяц чисто премиями зарабатывали по 8 тысяч евро.

Рамзан Кадыров дарил футболистам «Терека» автомобили и наручные часы. А что тебе подарил Иоан Никулае?

– Он мог просто дать денег. Не в счет зарплаты, а, дескать, вот тебе 2 тысячи евро – на шопинг.

Неплохо. Твой переезд из «Астры» в Тирасполь – главная ошибка в карьере?

– Думаю, да. Когда закончился контракт с «Астрой», агенты предложили мне несколько вариантов. Назывались такие клубы как «Газиантепспор», «Коньяспор», «Уфа». Но мне сказали, что нужно ждать. Я ждал. В итоге подписал соглашение с «Шерифом». А когда поставил свою подпись под контрактом, узнал, что мной интересуется пражская «Спарта». Хотя, что тут говорить, в «Шерифе» мне предложили хорошие деньги. Но, оказавшись там, понял, что в развитии карьеры я потерял.

- Мне кажется, в такой ситуации переезжать в Тирасполь было не очень разумно.

– Мне хотелось играть за «Спарту», но назад ничего нельзя было вернуть. Я не мог расторгнуть контракт с «Шерифом».

- Что ты вообще знал о Молдове до подписания контракта с «Шерифом»?

– Смотри, у «Шерифа» очень хорошая репутация. Это добротный клуб, в Тирасполе построен классный футбольный комплекс, туда едут хорошие футболисты, но обо всем остальном говорить трудно.

- Но все-таки расскажи несколько забавных историй о Молдове.

- Смотря о чем.

- Давай о футболе.

– Я провел в Приднестровье два года, и все это время там менялись игроки и тренеры, причем тренеры по два за год. Это невозможно. Все они хорошие специалисты, но им толком не давали поработать. Зоран Зекич в 2015-м завоевал Кубок Молдовы – через два дня его отправляют в отставку. Лилиан Попеску проиграл один матч и его тут же собирались уволить. Брюно Ирлес – тренер, который работал с резервом «Монако» – возглавил команду летом 2016-го, в сентябре проиграл «Дачии» и его тоже уволили. Мне это вообще непонятно.

- Ты знаешь, что президент «Динамо» Юрий Чиж тоже любил часто менять тренеров?

– Нет, и я ни с кем об этом не разговаривал. Говорю лишь о том, что знаю. Я встречался с нашим боссом, и у меня сложилось о нем хорошее впечатление. Никаких проблем.

- Продолжай.

– Когда приезжаешь в Тирасполь, видишь классную арену «Шерифа». У «Милсами», «Дачии» и «Зимбру» тоже неплохие стадионы. Но, скажу тебе честно, порой, когда мы ехали играть в гости к «Саксану» или «Сперанце», выходить на поле вообще не хотелось. Там не стадионы, а катастрофа! Не могу найти слов, чтобы описать те раздевалки. Их нужно просто увидеть.

- А как тебе Тирасполь?

– Это город, в который я бы никогда не хотел вернуться, чтобы жить. Там нечего делать. От скуки хотелось спрыгнуть с балкона. Я выходил на него и видел буквально весь город. Когда появлялось свободное время, уезжал в Кишинев, останавливался в гостинице и отдыхал там.

 Кто в итоге помог тебе перебраться в Беларусь?

– В прошлом году у меня закончился контракт, и «Шериф» предложил мне новое соглашение, но я сказал: «Нет, постойте. Мне нужно подумать о своей карьере». Я не тот парень, который долгое время проводит в одной команде типа четырех лет. Я провел в «Шерифе» два года и мне хотелось двигаться дальше. Я вернулся в Гану, было несколько вариантов из топ-лиг Турции, Румынии – не сложилось. И тогда один российский агент сообщил про «Динамо», но предупредил, что тренер хочет увидеть меня в работе, так как я был без дела четыре месяца. Я согласился, приехал в Минск в ноябре и в конце месяца подписал контракт с клубом.

- Как тебе жизнь в Беларуси после Приднестровья?

– Это как пересесть с «Тойоты» на «Ламборджини». Беларусь – это «Ламборджини». Если говорить о городах, где я жил, топовыми назову Бухарест, Афины и Хайфу. В Минске тоже очень хорошо. Здесь мне все нравится. Никаких проблем я не чувствую. Но чего-то большего сказать о Минске не могу – мало здесь живу. Моя квартира находится в районе «Минск-Арены», и я видел совсем немного. Чаще в магазин хожу. К примеру, был, «Замке», «Дана Молл».

- На каком языке изъясняешься, когда приходишь в магазин? У нас далеко не все знают английский.

– А я беру с собой Нино Галовича – мы живем рядом – и он мне помогает :).

- Сергей Гуренко знает английский?

– Ну, он пытается говорить на английском :). Но я его иногда и так понимаю. Если нужно, с переводом помогает Галович, Николич, другие ребята.

- Кто из белорусских игроков «Динамо» лучше всех знает английский?

– Хващинский :).

Серьезно?

– Нет :). Думаю, лучше других из белорусов на английском говорит Каплен (Никита Капленко – Tribuna.com). Он может что-то сказать.

- Белорусский футбол кажется более интересным, нежели молдавский?

– Да, и уровень повыше, и условия в Беларуси лучше. Тут играют в более атлетичной манере. Каждую игру ты должен много бегать, сражаться за победу. А когда я играл за «Шериф», мы часто побеждали с результатами 7:0, 5:0, 6:0… Там все было очень просто.

* * *

- Давай поговорим о твоем будущем.

– Я не хочу говорить о будущем. У меня сейчас действующий контракт, согласно которому я работаю в «Динамо». Все. Больше ничего сказать не могу. Во всех командах, где я играл, я сражался за трофеи и за высокие места, играл с «Астрой» в Лиге Европе. Этого же хочу добиться с «Динамо».

- Но ты все еще хочешь отучиться на юриста после завершения карьеры?

– Сделать это будет сложно. Мне для этого нужно учиться. Кроме того, у меня есть свой бизнес. И когда я завершу карьеру, все внимание сконцентрирую на нем. Я знаю футболистов, которые во время карьеры зарабатывали в год по несколько миллионов евро, но потом футбол закончился, и произошла катастрофа – они оставалась ни с чем. Я такого не хочу. Шесть лет назад основал компанию Unique ideas. Она занимается поставками алюминия из Китая в Гану. Я не буду сравнивать деньги, которые мне приносит продажа алюминия с футбольными зарплатами, но скажу, что они очень хорошие. Весь бизнес построен на суммах, которыe пришли из футбола. Я их просто инвестировал в дело. Моя компания является одной из ведущих в своем направлении в Гане.

- После карьеры собираешься жить в Гане?

– Смотри, у меня есть сын. Кевину шесть лет, и он живет в Норвегии – в Осло, занимается в футбольной академии «Лиллестрема». Я никогда в Норвегии не играл, но там родилась моя бывшая девушка, хотя и является типичной африканкой. Просто мы встретились с ней в Гане, позже переписывались, а потом были в отношениях, родился ребенок. Я бы хотел жить в Осло, но у меня на этот счет нет никаких гарантий. Кто знает, как все сложится. 

ФОТОvk.com/dynamobrestvk.com/fc_dinamominskarsenaltula.rufc-sheriff.comromaniansoccer.rot-online.de

Автор

Комментарии

  • По дате
  • Лучшие
  • Актуальные
  • Друзья