Блог Heavy bald

Яков Залевский: «Когда-то «Минск» побеждал БАТЭ, а Капский жалел, что Шеряков играет не у него»

Бронзовый призер ЧБ дает Никите Мелкозерову увлекательно-географическое интервью про июльский снег на Сахалине, геройства в Манчестере стоимостью в три квартиры и крылатые фразы из Микашевичей.

В офисе, расположенном недалеко от стелы «Минск – город-герой», еще свежи воспоминания о ремонте. Вокруг яркое вещевое изобилие американского дизайна. Девушка за стойкой демонстрирует максимум своих способностей улыбаться и быть настойчивой. «И все-таки, давайте, я вам подскажу. Скажите, что вам нужно?» – «Мне нужно, чтобы все были доброжелательны, скромны и любезны. Не беспокойтесь».

Появляется управляющий и увлекает в переговорку, которую наполовину занимает огромный стол. На столе пара мячей Nike. «Хочу предложить федерации. Представляешь, чемпионат Беларуси будет играться тем же мячом, что и английская премьер-лига. По-моему, круто». Нынешний бизнесмен Яков Залевский до прошлого года играл в большой футбол. В свои 35 лет Залевский с трудом понимает, кто он по национальности. Почти десять лет назад тогда еще атакующий полузащитник приехал в Беларусь ради жены и после выступления за жодинское «Торпедо», «Минск», «Гомель», «Гранит» и «Крумкачы» ко всему привык. А завязав со спортивной профессией, принялся возить в столицу экипировку Nike. Залевский находит в еще совсем сыром помещении себе стул, усаживается и под шум работы ребят, которые увлеченно скручивают офисные столы, начинает рассказывать: 

– Провел сезон в «Граните». После с «Ислочью» чуть-чуть поковырялся и понял, что все. Решение закончить с футболом пришло само собой. Прошлогодний сезон в «Крумкачах» профессиональной карьерой я уже не считаю. Да, сейчас команда стала серьезнее. А год назад при всем уважении – чистое любительство. Уже тогда я концентрировался на нефутболе. Всю карьеру любил хорошую экипировку. Особенно Nike. Вот и продолжил ею заниматься. Только более плотно. А раньше, помню, администратор дает тебе баул – и ты в нем весь вечер путешествуешь. Изучаешь.

– Как игралось в «Граните»?

– Щепетильная тема. У меня вообще есть ощущение, что про «Гранит» все уже рассказано :). Есть, конечно, любители разогнать телегу после ухода из клуба, но я особо распространяться не хочу. Поделюсь с тобой только самой запомнившейся фразой. Иногда Валерий Петрович Бохно в расстроенных чувствах произносил: «Говорили мне, дураку, не набирай в команду ветеранов! Потому что ветеран – это и бухгалтер, и юрист, и тренер в одном лице! Не придерешься. Будешь потом плеваться! А я не послушался» :). И на самом деле все так. Начинаешь старика качать по игровым моментам – ему есть что сказать в ответ. Начинаешь мутить с контрактом – он уже подстрахован. Начинаешь тянуть с зарплатой – у него и тут есть реакция.

Идеальная команда из 90-х. Хорошо играли – хорошо чудили

В Микашах мы играли с Димой Коваленком. Ему глубоко за 30. Мне – тоже. Естественно, чаще остальных поднимали бучу. Нам-то терять нечего. Зарплаты, премиальные, долги, которые до сих пор не вернули, – поводы выражать свое недовольство имелись. Молодых Валерию Петровичу, естественно, было попроще душить. Разумеется, в «Граните» постоянно проводились какие-то собрания. Все молчат, а ты выступаешь. Понятно, такая ситуация долго тянуться не может. Говорящих в футболе особо не любят, так что мне дали понять без особых намеков: Яша, финиш. В общем, технично попросили уйти. Игровой составляющей в решении братьев при этом не было. Все запросы я удовлетворял. Хотя о тренерской специфике «Гранита» все, думаю, и без меня знают. Так что фраза Валерия Петровича про ветеранов правдива :). Если за карьеру поработал с несколькими действительно хорошими специалистами, тренеров послабее воспринимать очень трудно. Все-таки определенная планка уже задана.

Я, допустим, начинал в «Роторе» у Прокопенко. «Роторе», который был реальной силой в России. С футболистами вроде Веретенникова и Геращенко в составе. Нормально так тогда шумели в вышке. Почти 20 лет прошло, а я до сих пор восхищаюсь тренером. Команда, помню, победила Ростов 5:0. На следующее утро в 10:00 Прокопенко организовал собрание с семьями игроков на корабле. При этом почти без ограничений. Сказал только: «Ребята, главное, водку не берите. Остальное все – можно». Правда, водку все равно проносили :). Договаривались с капитаном – и проносили. Виктор Евгеньевич все прекрасно видел, но спокойно относился к происходящему.

Получается, мы часа два плыли по Волге. А потом причалили. Прокопенко в том круизе был с собакой. Большой такой пес, типа лабрадора. Когда пришвартовались, тренер взял его и пошел метров на сто в сторону, оставив нас без контроля. Так что ребята спокойно сплачивались, а Прокопенко что-то читал и периодически бросал собаке какое-нибудь полено.

Очень грамотный специалист. Ни разу не слышал, чтобы он голос повышал, несмотря на отсутствие запретов. Не зря после поехал в донецкий «Шахтер», с которым поработал весьма успешно. В его командах всегда создавался прекрасный коллектив. «Ротор» реально был очень дружен. Наверное, отчасти из-за отсутствия легионеров. Хотя даже если бы иностранцы и были, то быстро бы обрусели в той атмосфере. Коллектив – просто бомба. Пацаны всегда вместе. На тренировках никакой пиханины. Никаких звезд. Тот же Веретенников в конце 90-х считался признанным лидером команды, но вел себя со всеми на равных. Никакого пафоса.

В общем, идеальная команда из 90-х. Хорошо играли – хорошо чудили. Был в «Роторе» один заслуженный товарищ, которому президент клуба Владимир Горюнов за геройства в матчах с «Манчестер Юнайтед» подарил Volkswagen Vento. В Кубке УЕФА-95/96 команда сенсационно прошла дальше. А игрок, о котором речь, на «Олд Траффорд» выбил мяч из пустых ворот. Пацаны рассказывали, что за тот матч запасные получили премии в размере от 15 до 20 тысяч. Квартиры на всякий случай стоили по пять-семь тысяч. То есть людям дали премиалку размером в три квартиры.

В общаге воровали в основном у боксеров. Ребята после шли искать вора. Залетали в комнату, били всех встречных, а потом начинали задавать вопросы

В общем, как-то герой Манчестера отдохнул и отдохнувшим сел за руль. Да так, что машина через некоторое время перевернулась и стала на крышу. Ребята выползли наружу, сразу протрезвев, но тут на их беду явилась милиция. Вроде бы скандал. Правда, «Ротор» в Волгограде тогда так любили, что милиционеры со старта сказали: «Ребятушки, спокойно. Мы сейчас посадим вас в свою машину и довезем куда нужно». Пацанов завезли на базу. А Volkswagen потом починили чуть ли не за счет милиции. Прокопенко тоже ничего не сказал. Он никогда не практиковал эти «Дыхни». Пацаны ценили доброту тренера и перед матчами гарантированно переставали чудить. Все-таки провинциальная команда может чего-то добиться только за счет доверия и единения. 

Мне было 17 лет. До того играл за камышинский «Текстильщик». Главная команда под задачу участвовала в чемпионате первой лиги. Перспективных ребят определяли в дубль, который выступал в чемпионате второй лиги. Денег на содержание такой армии хватало. Спонсором клуба было РАО «ЕЭС России». Но однажды летом бабло закончилось и начался мрак. Первую команду решили сохранить, чтобы доиграть чемпионат. Меня с еще несколькими перспективными пацанами привлекли в главную команду. 16 лет. Первая лига. Перелеты-переезды. У нас денег не было, так что гнили в автобусах. Я до сих пор не могу много времени проводить в дороге, только если не отправляюсь в нее на машине или самолете.

Финансовая ситуация в клубе была такой, что перед спаренным вылетом в Читу и Владивосток наше руководство решило сэкономить и отказаться от Читы. Дешевле было заплатить штраф федерации за недолет, чем организовать поездку, размещение и питание нашей делегации. Так что мы отправились только во Владивосток. В итоге поехали на автобусе из Камышина в Волгоград. Оттуда вылет в Москву, оттуда – во Владивосток. На место проведения матча прибыли мы за три часа до начала. С этими часовыми поясами я вообще потерялся и не понимал, что происходит вокруг. Все-таки почти сутки в пути. Ноги распухли – бутсы не надеть. В общем, на третьей минуте получили гол. Это владивостокская традиция. Пока соперники еще спят, хозяева забивают. В итоге скрутились 0:1, еле добегав до 90-й минуты.

И весь прикол состоял в том, что домой мы отправлялись только на следующий день после обеда. Нет, чтобы прилететь заранее… В общем, за те сутки наши ветераны нормально так выступили. Я молодой был, меня особо не подключали, но старики устроили знатный концерт. В Камышине тогда играл Рустем Шаймухаметов. Ветеран, заслуженный человек, отец двух дочерей, который очень хотел сына. Настолько, что когда жена в третий раз забеременела, даже запретил делать УЗИ. Ну очень-очень хотел пацана. В итоге, накануне игры жена позвонила ему во Владивосток и сказала: «Поздравляю, Рустем! Ты – отец трех дочерей». Три дочки плюс жена – полный дом женщин. Расстроился, в общем, Рустем. Отправился в магазин и на игру с «Лучом» даже не вышел. Все тренеры его поняли. Никто ничего не сказал.

А еще раньше я тренировался с «Торпедо» из Волжского. Тоже первая лига Россия. Правда, изначально меня даже не заявили. Просто ездил на тренировки. Но после, как это часто случалось в 90-х, началась беда с деньгами. Помню, по завершении одной из тренировок я сел себе спокойно в автобус и поехал в общагу в Волгоград. Чтобы было понятно, это как из Заславля в Минск. Добрался в общагу, покушал, отдыхаю. И тут звонок. Не звонок, как сейчас, – снимаешь трубку и разговариваешь. А кто-то по городскому позвонил в общагу, попросил вахтершу меня найти и начал ждать, пока бабушка поднимется на нужный этаж да вернется. «Кто там?» – «Не знаю, но хотят тебя». Оказалось, главный тренер «Торпедо»: «Завтра с нами поедешь на матч. Пять человек на травме, три на карточке. Играть некому».

Сейчас любой 18-летний, который хоть чуть по мячу попадает, имеет тысячу баксов. А тогда, чтобы получать такие деньги, надо было ходить чуть ли не под сборной России

Поехал в общем. 15 лет – дебют в первой русской лиге. Ощущения сумасшедшие. Правда, 0:6 скрутились. Да и матч, как потом старшие рассказали, был расписанным. И вот едем мы назад. Тренер суперстрогий. Пить вообще не разрешал. Но у ветеранов горело. Я попытался заснуть. Покемарил чуть. Но никак – 15 лет, организм после 90 минут на взрослом уровне крутит. Проснулся. Пить очень хочется. Передо мной ветераны. Сидят, Sprite пьют. А меня сушит. «Ребята, дайте, пожалуйста, попить». – «На, пей». Ну, я присосался – раз-раз-раз – нету питья. «Спасибо, ребята». А они на меня с интересом смотрят, типа, что же сейчас произойдет. И тут до меня начинает доходить вкус. Оказалось, напиток назывался «Русский Sprite». 50 на 50 – водка на газировку. Тренер же косяки на задние сидения кидает, так надо замаскироваться. А какие претензии могут быть к Sprite? Вот ребята и понабирали себе таких снарядов. Хорошо, без последствий обошлось. Взбудоражило меня, но плохо не было. Сидел потом, разговаривал со старшими.

Такое вот детство в волгоградском УОРе. Жили в общаге. Разные виды спорта – под одной крышей. 90-е. Естественно, кто-то у кого-то воровал. Почему-то воровали в основном у боксеров. Ребята после, ясное дело, шли искать вора. Залетали в комнату, били всех встречных, а потом начинали задавать вопросы. Интересная методика :).

Ну, и после этого случился мой просмотр в «Роторе». Тренировался с основной командой. Общался с ребятами из дубля, которым жилось совсем несладко. И знал: если подпишу контракт, есть вариант, что меня отправят к ним. Раньше не было никаких агентов. Думать приходилось самому. Поэтому долго тянул. А меня ловили после каждой тренировки – и в переговорку. А там воротилы русского футбола – Прокопенко, Шох, Файзулин, Горюнов. С одной стороны стола–я, с другой – такие вот акулы. Предлагали контракт на три года. А я тогда бегал в первой лиге за камышинский «Текстильщик». Безденежье жуткое. Это сейчас любой 18-летний, который хоть чуть по мячу попадает, имеет тысячу долларов. А тогда, чтобы получать такие деньги, надо было ходить чуть ли не под сборной России. Я подумывал согласиться на предложение «Ротора».

Но после отец позвонил и позвал домой: «Езжай в Тирасполь и подписывайся с «Шерифом». Тем более молдаване обещали заиграть за «молодежку». Прокопенко предлагал оставаться в Волгограде, но я все-таки уехал. Может, и надо было согласиться на условия Волгограда. Правда, нечего уже жалеть. Я и не жалею.

– Молдавия, получается, ваш дом?

– Когда меня спрашивают: «Кто ты по национальности?», до сих пор не знаю, что ответить. Паспорт украинский. Есть вид на жительство в Беларуси. Через два-три года стану белорусом. Родители на момент моего расставания с «Ротором» жили на территории Приднестровья. Потом мы еще и в Крыму провели года два. Так что на всех спорных территориях я отметился :). В Приднестровье жили в 15 км от границы с Украиной. Село было чисто хохляцким. Правда, папа у меня военный, поэтому родился я вообще в Чувашской ССР. Когда люди узнают, говорят: «Яшка, ты издеваешься, еще и Чувашия?» В общем, до Беларуси я больше четырех лет нигде не жил.

Молдавия после России в плане футбола… Ну, это как выйти на любительском уровне и набить каким-нибудь пацанам кошелку в 12 голов. Но веселое время. Мы тогда играли с печально известным Серегой Перхуном. Его после любили в любой компании подтравить: «Ну, Серега, давай, трави байки про Молдавию». Самая задорная – про нашего тренера. Он и так был любителем поорать, а тут еще купил себе громкоговоритель. Солидный такой, как надо, в одной руке рация, в другой – кричалка. В итоге во время матча он залез на площадку для операторов и откомментировал все 90 минут. Зрители получили колоссальное удовольствие, мы – так себе :). Персонаж просто фантастический.

Необходимые для минского ЗАГСа бумаги собирал по всему бывшему Союзу. Ездил и в Украину, и в Молдавию, и куда только не ездил

Тогда как раз пошла мода на нигерийцев. В «Шериф» привезли пятерых. Посольство Нигерии в Молдавии получилось. Одним из приезжих оказался Чиди Одиа. Он после переехал в ЦСКА. Помню, настолько перерос Молдову, что начал придумывать новые финты и использовать их во время матчей. Съездил, было, на просмотр в «Спортинг», но почему-то не подошел. А после его ЦСКА встретился в финале Кубка УЕФА как раз-таки со «Спортингом» и победил. Отомстил за невнимание :).

Мы жили в номере с другим нигерийцем. Помню, что первое время сильно удивлялся. У них же кожа, как папиросная бумага. Одному икру шипом порезали. Рана – полоска сантиметров пять в длину. Врачи хотели ее зашить. Но кожа просто рвалась от иголки. Так что рану плотно залепили пластырем. Вот такая кожа. Помню, нигерийцы приходили на тренировку с косметичками, битком набитыми кремами. И после душа начинали натирать все тело.

Одна из самых сложных молдавских тренировок – «четыре по сто». Четыре рывочка по сотке. Грузины наши смеялись: «Да что тут сложного?!» Правда, после второго рывка дружно рыгали на бровке. Меня поставили в тройку к Айзеку Окоронкво. До этого я считал, что обладаю хорошей дистанционной скоростью. Правда, Айзек разубедил меня. У него мощные бедра и тонкие длинные голени – оптимальный набор для бега. В итоге я надрывался на жилах, а Окоронкво с внешним спокойствием каждый раз закрывал дистанцию за 10,8. Потом человек играл на Украине, в Англии и России.

Удивительно, но именно в Молдавии мы познакомились с моей женой-белоруской. Просто ее мама работала на ТЭЦ-3, получила путевку в санаторий и отправила туда дочь. А там я. После какое-то время не общались. Затем я уехал на Сахалин. И вот однажды звонок. Оказалось, подруга из Беларуси нашла меня на краю света. Долго не верила, что это я, поэтому задавала вопросы, как мы познакомились, но я на все правильно ответил :). Поэтому в 2007-м постарался найти себе команду в Беларуси. И нашел, подписавшись с Жодино.

Здесь же мы и поженились. Необходимые бумаги для ЗАГСа я собирал по всему бывшему Союзу. Требовалась справка о несудимости, а для ее получения – прописка. В итоге я ездил за бумажками и в Украину, и в Молдавию, и куда только не ездил. Когда нас поженили, вышли из ЗАГСа и не знали, чему больше радоваться: факту свадьбы или окончанию моей эпопеи с документами.  

– Как вы оказались на Сахалине?

– После Молдавии год-полтора болтался без команды. Права на мой трансфер принадлежали «Шерифу». Молдаване хотели много денег. Вот я и не мог устроиться. Дергался по просмотрам, но ничего не выгорало, решил: будь что будет. Хотя заканчивать совсем не хотел. Хорошо, что у украинцев отлично развит любительский футбол. Ну, по крайней мере был отлично развит до недавних передряг. Можно было, играя за какой-нибудь колхоз из Одесской области, зарабатывать 200-300 долларов. Не пошикуешь, но жить можно. Я снимал комнату и мог позволить себе сходить куда-нибудь раза два в неделю.

Честно, не помню, как нарисовался вариант с Сахалином. Просто позвонил какой-то знакомый и сказал: «Хочешь, приезжай на месяц за полторы тысячи». Чего же не поехать за полторы тысячи, если тогда некоторым профессионалам в первой украинской лиге таких денег не доставалось? Так и отправился поближе к Японии. Честно, никогда раньше не задумывался, где Сахалин находится. Сел, помню, открыл атлас, стал искать его где-то в центральной России, а потом палец ушел куда-то на обои – и я обалдел. Но поехал. Понравилось. Все четко, все ясно, все сразу отдали. Плюс какие-то премиальные. Люди приятные, так еще и сумку икры и рыбы нагрузили.

Когда пацаны шли на разбор игры к Кубареву, то ржали: «Ребятушки, идем анализировать Залевского»

Через некоторое время поехал туда на оклад в 500 долларов. Весь 2006-й провел на Сахалине. Третья лига России. Я играл нападающего и под нападающими. Все получалось. Мне нравилось. Правда, цены в два раза выше, чем по России, и зима восемь месяцев в году. Не «-50», как в Иркутске, но с дикими осадками. Идешь, бывало, по улице, смотришь в бок – а там светофор, который торчит на уровне твоего колена. Серьезно, горы снега прессуются – и получается вот такая фигня. В июле бегали кроссы ближе к сопкам, видели там снег. Я все смеялся: «Нет, ну, где еще в июле по снегу побегаешь?» Да, природа там сумасшедшая. Очень сильная. Когда все зацветает, просто смотришь и наслаждаешься сочной зеленью.

Мог бы остаться на Сахалине навсегда, но благо начались отношения с будущей женой и ради нее я поехал в Беларусь. Там попал в «Торпедо» к Кубареву, Журавлю и Дулубу. Тройка просто великолепная. Команда никогда не была грандом белорусского футбола, поэтому никто не стал смотреть, что я пришел из любительского клуба. Это было приятно. Никакого папиного дома. Плюс я был в себе уверен. Все-таки российская школа помогала. Помню, на первой тренировке не было Кубарева. Занятие проводил Журавель. Мы сразу нашли общий язык с Владимиром Ивановичем. Легкие тренировки, послеотпускные: пулечка, продышаться, пропотеть. Потом пришел Кубарев и стал что-то лепить. Сразу же поставил меня центральным защитником. А я всю жизни впереди бегал. Называется «Добро пожаловать в Беларусь». Ну, ладно. Поставили и поставили. Надо радоваться уже этому. Кубарев сначала не очень был мной доволен. Поэтому долго-долго меня просматривал. Потом сказал: «В четверг играем с «Динамо-Минск». После этого я тебе сообщу свое решение». Закончили 0:0. Отыграл вроде нормально – и остался, обрадовав жену и себя. Все же Минск, столица центрально-европейской страны, цивилизация, никакого снега в июле :).

В итоге первый матч – и я забиваю минскому «Динамо». Да еще и головой, которой почти не играю. Мы неожиданно поперли и едва не стали третьими. Кубарев довольно быстро назначил меня своим любимчиком. Когда шли на разбор игры, пацаны ржали: «Ребятушки, идем анализировать Залевского» :).

Честно, порой было обидно до слез. Но я сдерживался. До определенного момента. Он наступил в игре с… Не важно, главное, что мы тогда победили. Кубарев 30 минут делал рывки от скамейки к бровке, обращаясь только ко мне: «Залевский! Яша! Что ты делаешь? Как ты отдаешь?» Я терпел. А в тот период наши болельщики очень активно дружили с борисовскими. Они приезжали даже на домашние матчи «Торпедо» в Жодино. И вот картина: Кубарев в очередной раз выскакивает пихать мне под борисовские барабаны: «Яша, да кто так играет!» Вдруг барабаны резко замолкают – над стадионом устанавливается тишина, а потом cлышится мой крик: «Да иди ты на…» В общем, послал я тренера. Кубарев офигел от неожиданности и вернулся на скамейку :). До конца матча слова не сказал больше.

Мы победили. Команду отправили на выходные. Кубарев не стал устраивать разборки и пропустил тот эпизод. Но после ко мне подошел Дулуб: «Кого ты там послал?» – «На себя ругнулся». – «Ага, рассказывай». На выходных позвонил Журавлю посоветоваться. Он сказал: «Набери, попроси прощения». Набрал, попросил. Я же не могу сказать главному тренеру: вы тоже не правы, хватит мне пихать :). Я вообще спокойный, умиротворенный. Всего раз сорвался. Поэтому Кубарев простил. Я ему благодарен. В итоге чуть не залезли в тройку. Основными нашими конкурентами были ребята из МТЗ-РИПО. И, так получилось, что в матче с ними я забил Саше Сулиме. Люди пролетели мимо тройки и больших-пребольших премиальных. А теперь мы с Сашей вместе играем за любителей :).

Скиндерис родом из Паневежиса – литовского Чикаго. Как-то он явился с выходных с переломанной челюстью

Кубарев-Дулуб-Журавель – естественно, колоссальная школа. Защитниками в основном занимался Журавель. Иногда меня от обороны уже тошнило. Очень хотелось увидеть мяч и побить по воротам. Но терпел, как мог. К тому же Иваныч часто давал посмотреть кассеты с наработками Арриго Сакки. Перестроение, маневры – очень полезно. Да, хорошая была команда. Жаль, третьими на стали. «Бронза» у меня случилась уже в «Минске». Снова-таки при сотрудничестве с Дулубом. Честно, я получал удовольствия от игры той команды. Конечно, есть вопрос, кто ее поставил – Дулуб или Тараканов. Мне кажется, ответа никто не найдет. Это вечный спор. И я в данном отношении лучше промолчу, чтобы никого не обидеть. Все-таки было очень круто.

Мне нравился коллектив. Просто бомбовый. Мы постоянно собирались, объединялись, не до поросячьего визга, но душевно. С легионерами ладили отлично. В рамке тогда играл Симас Скиндерис. Человек родом из Паневежиса – литовского Чикаго. Как-то он явился с выходных с переломанной челюстью. Тренеры удивились: «Сима, что это?» – «Так вышло…» – и глазками своими узкими хлоп-хлоп. Мы его называли Мяшкис. Крепенький, пухленький. Но вратарь отличный. В тот год сильно помог. Да, во втором круге пошел небольшой слом. Но в первом мы играли вообще отлично. Победа над БАТЭ в Борисове получилась очень яркой. После Капский ругался в подтрибунке и сетовал на то, что у него нет Шерякова :). Андрюха Борисову два положил.

Вот так я и осел в Беларуси. Остался ради семьи. Да, ездили на полтора года в Одессу с женой, но после вернулись. Мне тут все нравится. Минск – отличный город. Я настолько здесь обжился, что теперь тоже бешусь, когда слышу восторги по поводу чистоты улиц :). Откровенного хамства и высокомерия за почти десять лет в Беларуси я не встречал. Да, есть нюансы в плане вождения. Но незначительные. В Одессе, допустим, если показываешь поворот, тебя пропускают. В Минске же приходится ждать, пока красный не загорится. Хотя я всегда стараюсь уступать водителям, которые забыли перестроиться. Ну, сделал ты человеку приятно, и получил позитив. Так и водитель, которого ты пропустил, тоже остался довольным. Это же классно. Позитив по-хорошему заразен.  

– Вы уходили из футбола в пустоту?

– В мысли. Был вариант пойти учиться на тренера. Но сосед, который занимается бизнесом, задумался над разработкой нового направления, связанного с поставкой экипировки. Я был в теме, потому товарищ предложил стать его управляющим. Вот и придумали экипировочный центр.

Мы, конечно, пока не доросли до прямого сотрудничества с солидными брендами. Да и в России спонсорских контрактов откровенно мало. В Беларуси почти вся закупка государственная. А это предполагает тендер. Морока страшная. Но пытаемся бороться. В том числе и с помощью личных связей. Плюс стараемся формировать наиболее демократичные цены. Все же Nike не Метна, сам понимаешь. Mercedes и Hyundai – разные истории. Поэтому нужно не отпугнуть. Ведь сейчас в белорусском футболе все смотрят не на качество продукта, а на его цену. Если бы мы открылись года четыре назад, безусловно, раскрутились бы быстрее. Тогда все было вкуснее и клубы не особо экономили.

Отгрузки, загрузки, прочая головная боль – за год разобрался. А сразу после футбола ощущал себя котенком, которого кинули в реку и стали смотреть: выживет или нет. Таляпался, не знал, что делать. Теперь успокоился и начал получать удовольствие. Любители, профессионалы – мы хотим работать со всеми.

Если сегодня плохая погода, я в этом не виноват. Не надо загоняться. Постоянные загоны могут привести в дурдом

Вот одели «Крумкачоў» и «Белшину». «Крумкачам» сделали большую скидку. В таких же футболках, кстати, играет московское «Динамо». Нашим ребятам, естественно, вышло дешевле. Это своеобразный вклад в белорусский футбол, как я считаю. Ребята на своем энтузиазме, на своих деньгах строят симпатичный клуб. Почему бы не сделать так, чтобы их бюджету было не больно? Дай Бог, пацаны найдут спонсора и продолжат развивать свой проект. Хороший проект, душевный. Думаю, все у них получится. Кстати, еще в начале сезона звали поиграть за них. Но куда я уже пойду, если целый день телефоном качаю бицепс, пока разруливаю рабочие вопросы. Так что играю за любителей в удовольствие.  

Знаешь, вообще, меня нефутбол научил смотреть на многие вещи гораздо попроще. Я сам по себе очень ответственный. Стараюсь не давать людям повода думать о себе плохо, мол, вот он обещал, а не сделал. И раньше очень сильно переживал по этому поводу. Бывало, звонит женщина: «Надо десять пар гетр». – «Окей, сделаем». Но к оговоренному числу их нет, потому что доставка плохо сработала. И я начинаю себя накручивать. Но так было раньше. Теперь я понимаю, что есть вещи, которые от меня не зависят. От постоянных загонов гетры не доедут в Беларусь быстрее. То есть если сегодня плохая погода, я в этом не виноват. В этом весь смысл. Постоянные загоны могут привести в дурдом. Я рад, что понял это. Плюс после футбола стало понятнее, что шансы есть всегда. Никогда не надо ставить крест на идее, не проработав ее до финиша. Иногда позвонишь на удачу – и срабатывает самый нереальный вариант.

Вообще, я счастлив быть чем-то занятым. Хуже всего в футболе – это сесть после него и начать вспоминать славные годы: «А как там было здорово! А, может, надо было поехать в Азербайджан?» Это прямой путь к депрессии. Не надо. Сейчас у меня нет времени отвлекаться на что-то постороннее. Футбол мне не снится. Может присниться работа – ну, и отлично. Честно, мне теперь очень интересно. Плюс провести аналогию со спортом. Начинаешь, а потом прибавляешь, прибавляешь, прибавляешь, ставишь перед собой все новые и более сложные задачи.

Фото: Иван Уральский

Автор

Комментарии

  • По дате
  • Лучшие
  • Актуальные
  • Друзья