Блог Магистр

«Ну какой прощальный матч? Кто я такой?» Коваль завершил карьеру

Прощальное интервью «Апельсина».

36-летний вратарь Виталий Коваль принял решение завершить карьеру. Уроженец Перми с 2008 года играл за сборную Беларуси на чемпионатах мира, а в 2010-м защищал ворота нашей националки на Олимпиаде в Ванкувере. Долгое время Коваль считался одним из лучших голкиперов КХЛ, а в сезоне-2011/12 стал лучшим по статистике в лиге, выступая за нижегородское «Торпедо». Однако два последних сезона оказались смазаны – из-за серьезных травм и нестабильных действий в рамке. Свой последний матч Коваль провел на чемпионате мира в Санкт-Петербурге – в игре с французами вратарь оформил шатаут. Летом Виталий тренировался с «Юностью» и даже подписал с чемпионами Беларуси контракт, однако через пару дней вратарь принял решение закончить с хоккеем.

- Это правда?

– Правда.

- Решение окончательное?

– И бесповоротное. Для себя я его принял. Все. Хватит.

- Долго раздумывали?

– Нет. Решение далось легко. Когда начал задумываться? Наверное, в начале лета. А потом двигался по инерции. Настало время нажать на тормоз.

- Раньше таких мыслей не возникало?

– В моей карьере случалось много разных вещей. Травмы, которые выбивали из хоккейного ритма на продолжительный срок, поражения, другие не очень позитивные события. Но прежде о завершении я никогда не задумывался. Кажется, время пришло именно теперь. Пора-пора.

- Советовались с кем-то перед тем, как принять решение?

– Только с близкими разговаривал. Семья, друзья. Я услышал много советов, вариантов, предложений. Но окончательное решение принимал сам.

- Вам тяжело?

– Нет. Просто не хочу заниматься своим делом плохо. Нужно работать или хорошо, или менять место работы.

***

- Другие причины такого поступка?

– Одной причины быть не может. Это комплекс. О некоторых причинах я бы вообще не хотел говорить из-за их незначительности. Самое важное – я не хочу делать свое дело не на сто процентов. У меня нет желания – я не смогу выходить на лед с таким настроем, с каким выходил раньше.

- На чемпионате мира в Питере вы работали не на сто процентов?

– Конечно, я не показал того, что хотел и чего от меня все ждали. Но я никогда не скажу, что на каком-то чемпионате мира я играл за Беларусь без желания и старания. В том числе на последнем турнире. Я хотел показать свою лучшую игру. Просто по разным причинам не получилось.

- После одного неудачного чемпионата мира вы сказали: «Я так паршиво себя давно не чувствовал». После Питера чувства были схожие?

– Что-то очень близкое. Мне очень не понравилась атмосфера в команде. Очень не понравилась. Почему так вышло? Тот же тренер, практически те же ребята. В Чехии в 2015-м мы держались вместе, а в Питере рассыпались, как горох по полу. Ничего не складывалось. Наверное, мы сами прогнулись под своими завышенными ожиданиями. В первых трех матчах нам показали наше место, и мы этой «новости» не выдержали. А ведь просто надо было реально смотреть на вещи. Мы пока далеко не на том уровне, где находятся финны, канадцы и американцы. Этот факт нужно принять и работать дальше. Хотя на уровне ощущений были тревожные звоночки. Иногда складывалось ощущение, что в Питер некоторые ребята ехали решать свои локальные задачи. Это недопустимо! Лучше вообще не ехать с таким настроением. На чемпионате мира нужно биться за страну, отбросив мысли о будущем месте работы или еще о чем-то там.

Атмосфера в команде была очень плохая – это факт. Показательный пример: прилетели в Минск, и в аэропорту никто друг другу даже руки не подал. Бух – и разбежались все по норам. Ни «пока», ни «удачи».

- Некоторые хоккеисты предъявляли претензии партнерам, а вы советовали каждому смотреть за собой.

– А я не отказываюсь от своих слов. Каждый должен смотреть себе под нос, а не искать причины своих неудач в других. Насчет ЧМ могу сказать так: если бы каждый выполнял свою работу полностью, у нас не получился бы такой провал.

- Кто в Питере сделал свою работу на «отлично»?

– Я не готов кого-то выделить. За результат должны отвечать мы все. Или все на коне, или все под конем.

- Как сделать так, чтобы в Минске во время квалификации ситуация с атмосферой не повторилась?

– Во многом это работа тренеров и опытных хоккеистов. Опытные ребята должны показывать на своем примере, как должно быть, а не только критиковать и указывать остальным, что надо делать. Нужно вести за собой. Своим отношением показывать, как не впасть в прострацию в очередной раз. В Питере такого сильного в моральном плане человека не оказалось.

***

- Странно: в начале недели вы подписываете контракт с «Юностью», а в конце недели этот контракт разрываете и завершаете карьеру…

– Это называется сомнение. Потом эти сомнения собрал вместе и выбросил.

- И зачем же было подписываться с «Юностью»?

– Поспешил. Не скрою: у меня были изначально мысли и желание поучаствовать в сентябрьской олимпийской квалификации. Но я пришел к выводу, что это не имеет смысла.

- Вы считаете, что не в силах помочь сборной?

– Считаю, да. Я был бы лишним. Сборной не нужен игрок, который не будет готов на сто процентов. За эту команду должны играть хоккеисты, подготовленные во всех планах – психологическом, физическом и прочих. У меня стойкое ощущение: я не готов. Я не хочу в таком состоянии приезжать в сборную и занимать чье-то место. Не хочу.

- Причины кроются только в вас или имел место какой-то конфликт?

– Нет-нет. Все хорошо.

- С вами связывалось руководство федерации, тренеры сборной?

– Нет. Я говорил только с новым тренером вратарей Яри Каарелой. Встречались с ним на днях, поговорили. Нормальный парень :). Я сообщил ему о своем решении. Он ответил: «Это жизнь». Рассказал пару историй из своей практики, дал пару напутствий. Приятный человек. А еще Яри высказал очень интересную мысль: «Я ненавижу хоккеистов, которые играют в свое удовольствие и не выкладываются. Полевые могут себе это позволить. Вратарь – никогда». Если голкипер играет без желания, это будет сразу же заметно. А я же не хочу выходить на площадку и просто отбывать контракт. Это не мой путь.

- «Юность» хотела видеть вас в своих рядах. Как минимум, в матчах Лиги чемпионов. А это могло бы открыть новые перспективы.

– Мы опять возвращаемся к старту нашего разговора. Взвесив все «за» и «против», я принял решение остановиться.

- Этих «за» было много?

– Не очень. «Против» перевесило.

- Правда, что «Юность» приглашала вас на просмотровый контракт?

– Нет, у меня был контракт до сентября. Но честно: я не хотел играть в чемпионате Беларуси. А потом понял, что не хочу играть вообще.

- Михаил Захаров сказал, что позвал вас в клуб тренером?

– Михал Михалыч все слил :). На самом деле у меня есть теоретическая база, с которой я мог бы быть тренером. Мог бы принести пользу. Но не хочу.

***

- Что будете делать дальше?

– Займусь чем-нибудь. Без дела сидеть не буду – я так просто не смогу. Жизнь продолжается. Я перевернул новую страничку – попытаюсь написать что-то интересное.

- Вам хочется остаться в хоккее?

– Нет. Совсем не хочется. Есть желание кардинально поменять сферу деятельности. Кое-какие наметки есть, но конкретного ничего сказать не могу.

- Устали от хоккея?

– Не совсем правильное слово. Просто перестали гореть глаза. А в командном виде спорта такое не должно происходить. Если один человек выключается, плохо будет всем. Я не хочу никого подводить. Думаю, я сказал себе «стоп» вовремя.

- Когда у вас в последний раз по-настоящему горели глаза?

– Всегда, когда играл. Я старался выполнять свою работу на максимуме. Я горжусь своей карьерой. Да, в ней не было чего-то сверхвыдающегося. Но я горжусь, что отдавался делу на 110 процентов. Да, у меня были ошибки. Но у меня было желание учиться и эти ошибки исправлять.

- Ваш последний сезон, мягко говоря, получился не совсем удачным.

– Такой винегрет! Год карьеры выбросил в мусорку. Зато я получил много новых жизненных знаний, посмотрел на жизнь в другой стране. Но в хоккейном плане все получилось очень плохо. В Нижнекамске все решил мой статус – лишнего легионера в «Нефтехимике» держать не стали. А в Швеции не удалось адаптироваться к условиям. Сразу не влился – получилось то, что получилось. Совсем другой уклад жизни, другой хоккей. Я не смог привыкнуть к тамошним реалиям.

- В России вы стали жертвой лимита. В будущем это ограничение может повлиять на наш хоккей?

– У нас есть проблемы похлеще лимита в КХЛ. Если бы у нас были сильные хоккеисты, мы бы на этот лимит даже внимания не обращали. Нужно растить игроков – это самое главное. И у нас вроде об этом говорят каждый год, но дальше разговоров… Развития хоккея в Беларуси пока я не вижу. Нет системы. Новые решения, новые правила, новые подходы – и так каждый год. Для начала давайте хотя бы выберем один путь и пойдем по нему.

***

- От карьеры осталось больше положительного?

– Конечно. Я всегда помню только те события, напротив которых можно поставить плюсик, а негатив забываю. Иногда ностальгия накатывает. Больше всего я рад, что хоккей подарил мне много хороших товарищей. Правда, перечислять я никого не буду, чтобы кого-то не забыть. Хотя подонки тоже попадались.

- Подонки остались там же, где и негатив?

– Разумеется. О таких людях просто забываешь.

- Три вещи, которые вы бы изменили в своей карьере, если бы имелась такая возможность?

– Ничего. И это касается не только карьеры, но и жизни. Я считаю, каждый человек должен прожить свою жизнь так, как ему это предначертано. Каждый сделает свои ошибки, каждый одержит свои победы. И мы не в силах на это повлиять. Я бы ничего не хотел менять. И никому об этом не советую думать.

- Перефразирую: может, хотелось сыграть в каком-то матче, в какой-то лиге?

– Тоже бесполезное занятие. Я играл там, где мог играть. Сыграл то, чего смог добиться своими силами. Да, когда добивался, старался сделать правильные выводы и пойти еще дальше. Не всегда это получалось. Но я не унываю. Я вообще никогда не унываю. Какой в этом смысл?

***

- В Беларуси хоккеистам платят адекватные деньги?

– Мне сложно рассуждать, потому что я не знаю, сколько платят в Беларуси хоккеистам.

- Хорошо. Как вы относитесь ко мнению, что деньги испортили хоккей?

– Вряд ли это так. Хотя я придерживаюсь мнения, что недопустимо платить хоккеисту 500 долларов.

- Слышал, что в «Динамо» белорусским хоккеистам подрезают контракты. Это нормально?

– Двоякая ситуация. Если смотреть со стороны игроков, то ненормально. Если со стороны руководителей – их можно понять. Ведь главная задача руководства – добиться результата при максимальной экономии средств. И если зарплата уменьшается, то у хоккеиста есть выбор: либо остаться на этих условиях, либо уходить куда-то. Другое дело, что уйти куда-то не так просто, и игрок просто соглашается на пониженные условия.

- В «Динамо» белорусы действительно, как рабы?

– Конечно, отношение к иностранцам в Минске совершенно другое. Думаю, ни для кого это не секрет. Но опять же: не устраивает – собирай форму и уходи. А разговоры о том, какие все бедные и несчастные, я считаю бесполезными. Лукавство. Если кому-то из белорусов не нравится, что у него условия хуже легионерских, тогда становись лучше. Под пистолетом тебя никто не заставляет контракт подписывать – ты идешь на переговоры сам.

- В России такое же отношение к иностранцам?

– Где-то да, где-то нет. Все зависит от руководства и тренеров. В основном, я играл в клубах, где с иностранцев очень жестко требовали. Легионеров всегда берут под определенные задачи. Если тебя подписали, значит, будут ждать, что ты принесешь результат. Во всяком случае, в «Торпедо» у Ялонена я столкнулся именно с таким отношением. Но бывало и такое, что иностранцам позволялось все, а другим – нет. Но об этом я лучше умолчу.

***

- Болельщики расстраиваются. Задаются вопросом: что же теперь без вас дальше будет?

– Да все нормально. Подрастают нормальные вратари, которые могут выстрелить. Незаменимых людей не бывает. И я уж точно не из этой когорты. Мой уход точно никто не заметит.

- Вы как-то излишне самокритичны.

– Все нормально, идет своим чередом. Жизнь – карусель. Но я еще раз повторю: надо делать, а не разговаривать. Нужно растить хоккеистов. А пока остаются Кевин с Димой Мильчаковым. Проблем во вратарской линии не будет. Миша Карнаухов подрастает – у парня есть талант. Но ему нужно играть.

- Прощальное интервью Михаэля Ленера в «Прессболе» читали?

– Да. Мы с ним в хороших отношениях, общаемся до сих пор.

- Он назвал вас лучшим из вратарской троицы сборной.

– Спасибо, Майкл, за то, что повышаете мне самооценку :). Это его мнение. Мне больше нечего добавить. Просто приятно и никаких иных мыслей. Мне обидно, что из этого человека сделали козла отпущения. Ленер не заслуживал того, чтобы его выкинули из Беларуси. Очень открытый человек, прямой, никогда не будет юлить. Майкл всегда говорит правду в глаза. Как понимаете, это качество нравится далеко не всем людям. Особенно в нашей стране. Причина его «ухода» только в этом. 

- Вы осознаете, что олимпийская квалификация очень важна для всего нашего хоккея?

– Конечно, осознаю. Она не просто очень важна, а критично важна. Если мы не попадем на Олимпиаду, я боюсь представить, что будет с хоккеем в Беларуси. Гайки могут закрутиться так, что потом ничем не открутим. Лично я буду очень сильно переживать и болеть за команду. Но уже с трибун.

У нас сейчас вилка с несколькими вариантами. И все зависит от сентября. А дальше возможны несколько сценариев: хороший, нормальный и очень плохой. Думаю, не стоит объяснять, при каких условиях выпадет тот или иной сюжет. Все мы взрослые люди. Но тут тоже стоит осознавать: если даже все будет хорошо, останавливаться нельзя и нужно развиваться дальше. Не дай Бог, наступит стагнация. Раз-ви-ти-е. Мы отстаем от лучших стран.

- Есть хорошее слово – «камбэк»?

– Хорошее слово, но ко мне неприменимо. Я не вернусь. Принял решение окончательно и дергаться не буду. Пословицу про реку все знают.

- Прощальный матч будет?

– Да успокойтесь вы! Ну какой прощальный матч? Кто я такой?

- Опять самокритика. Думаю, выскажу не только свое мнение: мужик вы заслуженный, для вида спорта сделали много.

– Я так не считаю. Хотя, может, и сыграю прощальный. Соберу товарищей в Гродно и покатаемся по-дружески :).

Фото: globallookpress.com/imago sportfotodienst (топовое); junost.org; belta.by

Автор

Комментарии

  • По дате
  • Лучшие
  • Актуальные
  • Друзья