android-character-symbol 16.21.30apple 16.21.30@Combined ShapeЗагрузить фотографиюОчиститьdeleteinfoCombined ShapeИскатьplususeric_avatar_placeholderusersview
Блог Магистр

«Судьи сами виноваты, что к ним потеряли уважение». Трагедия помешала ему стать первым арбитром из Беларуси на Олимпиадах

Павел Башмаков объясняет, что не так с белорусским судейством.

Павел Башмаков – известная личность в наших хоккейных кругах. Бывший судья, чья карьера из-за трагедии оборвалась слишком рано (об этом ниже), долгие годы работал инспектором на матчах чемпионата Беларуси и с первого сезона трудится судьей-видеоповторов на домашних играх минского «Динамо» в КХЛ. Вадим Кнырко встретился с Павлом Владимировичем, чтобы обсудить белорусское хоккейное судейство – направление, которым у нас недовольны очень часто.

– Уже не первый год я наблюдаю за тем, что творится в судейском корпусе Федерации хоккея Беларуси. Ситуация напрягала. Я молчал, нервничал, но всему есть предел. В нашем судействе происходят непонятные вещи, которые лучше наш хоккей уж точно не делают. Я в хоккее давно, заслужил уважение со стороны судей из бывшего Советского Союза – и мне становится страшно. Я сам себе задаю вопрос: что будет с нашим судейством дальше? А ответа на этот вопрос у меня нет. Точнее, есть: в ближайшее время предпосылок для улучшения ситуации я не вижу.

- Какие главные проблемы судейского сектора прямо сейчас?

– Наши судьи не растут – они плывут по течению. И это происходит далеко не первый год. Люди выходят судить матчи ОЧБ, а по сути лишь отбывают номер на льду. Это все видят, тренеры команд предъявляют претензии арбитрам, в федерации идет обсуждение, но не меняется ничего.

Наши судьи перестали работать на свое имя. Они не хотят работать над собой и доказывать всем окружающим, что они из себя что-то представляют. Сейчас у судей голова болит о двух вещах: сколько они получат игр и сколько они получат денег. При этом уважения к судьям нет что в экстралиге, что в высшей лиге. Личностей в судейском корпусе не осталось. Хотя по-прежнему арбитры в Беларуси, получив достаточное количество назначений в месяц, могут безбедно существовать – за судейство платят нормальные деньги.

В Беларуси за последние 20 лет выросло три судьи, которые добились какого-то уважения со стороны окружающих – Иван Дедюля, Дима Голяк и Макс Сидоренко. Все! За 20 лет!

- Вы не назвали Владимира Наливайко, который на протяжении нескольких лет признавался лучшим судьей Беларуси.

– Не имею права осуждать Володю. Но я просто приведу один пример. Наливайко некоторое время судил матчи КХЛ. Сейчас ему не 50 лет, но он больше не судит там. Почему его убрали? Конкретизировать я не буду. Для сравнения латыш Эдуард Одиньш – он начинал в КХЛ тогда же, когда начинал Наливайко, но до сих пор остается одним из фаворитов судейского корпуса в лиге. Наверное, человек работает над собой.

- Кто виноват в том, что к судьям потеряли уважение?

– Сами судьи и виноваты. Люди перестали работать над собой. Сейчас нет у нас в судейском корпусе человека, которого назначат на матч, и все будут уверены, что игра пройдет гладко. Я прекрасно помню, как начинал судить Максим Сидоренко в высшей лиге – не раз мне приходилось быть инспектором на его матчах. Было приятно от того, как человек относился к делу. Сидоренко судил и пытался разбираться в определенных судейских моментах. Не раз Максим сам подходил после матчей и спрашивал о нюансах. Он хотел развиваться и получать информацию. И какой итог? Высшая лига, экстралига, ВХЛ, а теперь на ведущих ролях в КХЛ. Насколько я знаю, во время работы в российских лигах Максим ни разу не получал отрицательных оценок от инспекторов. Более того, его признали на международном уровне: Сидоренко уже судит чемпионаты мира в элите и имеет шанс поехать на Олимпиаду в Южную Корею. Это говорит о том, что человек работает и думает головой, а не просто считает, сколько он сможет заработать.

- Сейчас судьи не подходят после матчей и не спрашивают о своей работе?

– Отсутствует профессионализм. Когда я работал судьей, в наши обязанности входило появиться на арене за два часа до матча. Час из этого времени нужно было посвятить разминке. Остальное время – ментальной подготовке к матчу. Я выходил на стартовое вбрасывание, и у меня уже был комбинезон мокрый от пота. Сейчас хорошо, если 5 процентов готовятся в таком ключе. Я вижу, как люди приходят и как разминаются. Это не то.

 

Сейчас в нашем чемпионате мизер матчей, после которых инспектор может сказать: «Парни, все отлично. The best!» Претензии есть почти всегда. Но наши судьи эти претензии не воспринимают – они не прокручивают игру и свои действия после матчей. Через час после финальной сирены все забывают, что было на льду. Отработал – и забыл. Это неправильно. И к нормальной конструктивной критике они не прислушиваются. Такое чувство, что наши люди готовы воспринимать информацию только тогда, когда на них накричишь или обматеришь.

Взять тот же детский хоккей – место, где судьи могут начинать учиться и совершенствоваться. Что происходит там? Очень часто люди появляются во дворце за 15-30 минут до начала матча. Они просто приходят и катаются. Вот такое отношение к своей работе! Пришел, покатался, заработал какие-то деньги – и скорее домой или по своим делам. Нет анализа! Какой тут анализ? «Я отработал». И самое страшное в том, что действующие арбитры не имеют никакого желания судить детский хоккей. А это нужно им в первую очередь для самосовершенствования.

- Федерация может как-то повлиять на улучшение работы арбитров или дело только в них самих?

– Какого-то единого решения этого вопроса прямо сейчас я не вижу. Наверное, тут нужно менять саму систему. Нужно понять, кто из судей действительно хочет развиваться и расти дальше. Если ты не хочешь судить – иди на все четыре стороны. Может, вообще лучше без судей играть, чем с такими судьями :). Пофигизм здесь неуместен. Но, считаю, для нашей страны три выращенных арбитра за 20 лет – это очень плохой результат.

Еще один момент, о котором хочется поговорить – присвоение арбитрам категорий. Наверное, этот вопрос должно рассматривать Министерство спорта. Но сейчас получить высшую национальную категорию в хоккейном судействе проще простого – достаточно просто отсудить определенное количество матчей во внутреннем первенстве. Даже не нужно на международную арену выходить. Это в корне неправильно! У нас сейчас множество арбитров высшей национальной категории, а качество судейства какое? В свое время мне присвоили высшую категорию только после того, как я на четыре чемпионата мира съездил и получил назначение на Олимпиаду в Нагано. А сейчас просто смех. Зато все «великие арбитры».

Не понимаю, почему сейчас квалифицированные специалисты должны выбивать себе место в судейские бригады (судьи при оштрафованных, судья-регистратор и т.д. – Tribuna.com) на матчи чемпионата Беларуси. Почему я, человек не с улицы, должен звонить и выпрашивать себе это место? Сейчас судей в бригады назначает Валерий Жук. На работу на матчи экстралиги претендует множество людей. Вопрос только кто претендует. В судейском коллективе появляются люди, которые никакого отношения к судейству не имеют – экс-тренеры, еще кто-то. Думаю, в бригады должны попадать люди, которые это заслужили – те судьи, которые в силу возраста или проблем со здоровьем не могут быть на льду. А не любой встречный.

- Вы говорите, что развития судей нет, но на днях первая белорусская девушка-арбитр получила назначение от ИИХФ.

– Приятно, что Виталию Хамицевич заметили в Международной федерации хоккея. Значит, на нас все-таки обращают внимание. Но хотелось бы, чтобы для Беларуси приходили назначения не на матчи третьих лиг, а на игры высокого уровня. А Виталии я желаю только удачи, совершенствования и положительных отзывов.

***

В последние годы судейским сектором ФХБ руководил Владимир Проскуров, однако пару месяцев назад он ушел на повышение, став спортивным директором Федерации хоккея. Вместо Проскурова главным судьей Беларуси стал Петр Амосов. Тем не менее, сборы судей и инспекторов перед сезоном-2017/18 проходили еще под руководством Владимира Николаевича. Теоретический тест на этом сборе Башмаков не сдал.

– Я не могу критически оценивать работу гражданина Проскурова – не могу говорить, что при нем стало лучше или хуже, чем при его предшественнике. Но у меня тоже есть несколько не самых приятных историй, связанных с ним.

В августе в Молодечно проходили сборы для арбитров и инспекторов, на которых нужно было сдать тестовые экзамены по теории. По итогам этих сборов от судейского корпуса был отцеплен только я. Каким-то образом, по мнению Проскурова, я это тестирование не прошел. Я воспитанный человек – не буду сейчас оправдываться или возникать по этому поводу. Позже Проскуров присылает мне на почту письмо с приглашением на пересдачу экзамена по теории.

Я ему ответил, что в назначенный день прийти на пересдачу не могу из-за занятости на работе, и отметил дни, в которые могу посетить федерацию. На это мне Проскуров ответил, что в некоторые из означенных дней он будет в командировках, а после уходит в отпуск. Но затем, 8 сентября, я работал в бригаде на матче «Юность» – «Динамо-Молодечно» на «Чижовка-Арене». Не поверите, но инспектором встречи был Владимир Проскуров, который до этого написал мне про командировку. Я увидел его перед матчем – он прошел мимо, будто я столб какой-то. Как так? Человек мне пишет, что в командировке, а потом инспектирует матч на «Чижовка-Арене». Или у него командировка на «Чижовка-Арену»? Не понимаю

В конце сентября работал во Дворце спорта в бригаде на матче «U-20». Проскуров присутствовал на игре, увидел меня – мы поздоровались. Но ни тогда, ни после той встречи на пересдачу тестирования в федерацию меня никто не приглашал. На мой взгляд, человек меня просто культурно убирает.

- Зачем ему это надо?

– Возможно, это какие-то старые обиды. У меня есть такое объяснение. Пять лет назад Александр Поляков (бывший глава судейского департамента КХЛ – Tribuna.com) и Виктор Якушев (бывший главный инспектор КХЛ – Tribuna.com) пригласили меня в Новогорск – на сборы инспекторов КХЛ. Кроме меня ждал этого приглашения Проскуров, но пригласили меня. Наверное, его это задело.

- Чем закончились сборы?

– Прошел их успешно. Сдал экзамены. Но тогда был момент, что в КХЛ не хотели брать инспекторами белорусов. И до сих пор у лиги такая позиция – не знаю, с чем это связано. Сейчас почти все матчи КХЛ инспектируют россияне. Разве что дальние выезды – в Финляндию и Словакию – обслуживаются тамошними специалистами. Я в КХЛ не получал назначений. Но даже приглашение на сборы было большой честью.

- Понятно.

– Была еще такая история с Проскуровым. На протяжении нескольких лет Владимир Николаевич инспектировал матчи МХЛ и ВХЛ. В итоге его отстранили от инспектирования из-за того, что параллельно он судил матчи в Беларуси и получил назначение на судейство чемпионата мира в одном из низших дивизионов. А это большое нарушение: действующий судья не может инспектировать матчи. Это закон судейства!

А теперь смотрим, что происходит у нас. То же самое! Полевые судьи инспектируют матчи высшей лиги Беларуси (Максим Сидоренко, Владимир Наливайко и Андрей Шрубок обслуживают матчи «вышки» в качестве инспекторов - Tribuna.com). Арбитр не может инспектировать матчи. Это то же самое, что взять с улиц Минска любого Васю и привести инспектировать хоккейные матчи. Раньше такого не было, но все молчат, будто никто и не замечает. История повторяется – и вновь с подачи Проскурова.

- Михаил Захаров в прошлом сезоне не раз жестко высказывался в адрес Проскурова.

– Я не буду комментировать эти слова. Скажу одно: Михаил Михайлович Захаров не с пустого места стал 6-кратным чемпионом Беларуси. В хоккее этот человек разбирается, как бы к нему ни относились специалисты и болельщики. Думаю, неспроста Захаров это говорил. Ни один тренер экстралиги в разговорах со мной ни разу не сказал, что у нас в судействе все хорошо. Все чем-то недовольны.

Михаил Захаров: «Штраф от ФХРБ? Если кто-то хочет доказать, что слово «клоун» – мат или оскорбление, пусть сделает это в суде. Клоун – это профессия»

- Я попытаюсь защитить Проскурова: он в своей должности проработал пару лет и вряд ли успел что-то кардинально поменять.

– Я не осуждаю и не обсуждаю его работу. Я привожу лишь факты. И если люди говорят, что плохо, значит, что-то есть. 

- В каких вы отношениях с Проскуровым?

– Всегда у нас были хорошие отношения. Ни с кем из судейского корпуса у меня не было конфликтов. Сейчас я просто решил рассказать правду. А люди пускай оценивают.

- А что скажете про Амосова?

– Петр рос как судья. Он очень старался стать лучше – и претензий от инспекторов к нему было меньше с каждым матчем. Но я не могу понять, почему Амосова назначил один человек – Проскуров. Почему это решение не принимал весь судейский сектор коллегиально?

Есть и еще один момент щепетильный. Насколько я знаю, Амосову пришло назначение на судейство чемпионата мира в одном из низших дивизионов. Вопрос: как он собирается совмещать работу в судейском секторе ФХБ и работу главного судьи на льду? Или ты работаешь там, или тут.

***

Несмотря на отстранение от инспектирования матчей чемпионата Беларуси, Башмаков продолжает работать судьей видеоповторов на матчах минского «Динамо» – от создания лиги до теперешнего дня.

- Судья видеоповторов – интересная работа?

– Больше ответственная, чем интересная. Я несу ответственность за все спорные моменты, которые происходят на площадке. Моя задача – безотрывно наблюдать за матчем и видеть все. Четверо судей на льду могут и не заметить что-то – в этот момент должен помогать я. Мы постоянно с судьями на связи через рации. Пример? Шайба коснулась игрока, который находится на скамейке, и вернулась обратно. Судьи не заметили. Я должен им сообщить о необходимости остановки игры.

- Бывает такое, что вы сами вынуждаете судей взять видеопросмотр?

– Разумеется. Не далее как в одной из последних домашних серий случилась такая ситуация. На последней минуте матча с «Ладой» шайба после отскока попала за спину Энроту. Судья не принял никакого решения: не показал жеста «гол» и не показал, что гола нету. Судья видеоповтора имеет право взять паузу на просмотр момента, связанного с пересечением шайбы линии ворот. Я включил мигалку сам. Не дай Бог, шайба зашла бы в ворота – это был бы протест со стороны «Лады» и моя ошибка. В итоге гола не было.

- Однажды в ваш адрес поступили претензии от «Динамо». После матча турнира памяти Салея со жлобинским «Металлургом» (2:3) вашу работу опротестовывал тогдашний гендиректор клуба Алексей Торбин.

– Была такая история. В тот вечер не работала камера в воротах, с помощью которой в том игровом моменте только и можно было определить, пересекла ли шайба линию ворот «Динамо». Неработающая камера – это проблема организаторов. Организатором того матча было минское «Динамо». Торбин высказывал претензии в мой адрес. Я же принимал решение, исходя из просмотра эпизода по работающим камерам – по тем повторам было видно, что шайба линию ворот пересекает. Я сообщил об этом главному судье Владимиру Наливайко, который и принял решение засчитать гол. Я не виноват в том эпизоде. Виновато было «Динамо». Позже про этот эпизод забыли, а Торбин передо мной даже не извинялся.

- После этого «Динамо» когда-нибудь высказывало претензии в ваш адрес?

– Никогда. Какие могут быть претензии к судье видеоповтора, у которого вся картина перед глазами?

- Вы за «Динамо» болеете?

– Хороший вопрос :). Разумеется, во время работы я беспристрастен – судья должен убивать все симпатии к какой-либо команде во время игры. А когда «Динамо» играет на выезде, конечно, я болею за «зубров». Это все-таки наша родная команда. В то же время, у меня есть свои взгляды по поводу развития клуба. Я не вижу итога, для которого создавался этот проект. А создавался он для улучшения результатов сборной. И где это улучшение? Его нет. Нет прироста игроков для национальной команды, которая уже третий год болтается на дне элиты. «Динамо» остается коммерческим проектом, который интересен для болельщиков и который приносит результат. Но сборной Беларуси от этого не легче. После Костицыных, Грабовского и Калюжного у нас никто не вырос.

И есть конкретный противоположный пример – клуб «Динамо» Рига. В Риге делается ставка на своих хоккеистов. Да, они на дне в КХЛ, но зато сборная Латвии уже уверенно входит в состав середняков мирового хоккея. А мы все увереннее идем к вылету из элиты. И есть ощущение, что если мы вылетим, то вернуться нам будет очень-очень сложно.

***

Судейская карьера Павла Башмакова оборвалась на взлете и очень рано – в 26 лет. В 1997-м во время поездки в Германию за новым автомобилем с Башмаковым приключился несчастный случай – на автобане при загадочных обстоятельствах он был сбит машиной. Обстоятельств трагедии никто не знает – очевидцев нет, а сам Башмаков помнит лишь отрывочные моменты. Факт остается фактом: после этой аварии судья получил черепно-мозговую травму и тяжелые травмы ноги, несовместимые с дальнейшей хоккейной карьерой. Почти два месяца Башмаков провел в коме, еще полгода – в немецких госпиталях на реабилитации. Из-за несчастного случая Павел Владимирович не смог принять участие в Олимпийских играх в Нагано, куда получил назначение от ИИХФ – первым из белорусских арбитров.

- Вы скучаете по судейству?

– Очень. Я очень жалею, что мне пришлось закончить так рано. Фактически на немецком автобане я потерял всю свою карьеру. Пропустил Игры в Нагано, где я должен был стать первым белорусским судьей в истории Олимпиад. Наверняка пропустил много чего еще. Тяжело. Я стал калекой. На лед мне запрещено выходить, хотя человек я более-менее дееспособный :). Я не падаю во время ходьбы, прихрамываю самую малость.

- Вы же начинали как хоккеист?

– Да, конечно. С 1971-м годом. В одном году со Скабелкой, Антоненко, Копатем, Макрицким и другими известными ребятами. Первый тренер – Николай Васильевич Беспрозванных, дай ему Бог памяти. Гонял нас сильно – из-за этого люди и выросли личностями. Я же попробовал посудить первый раз, когда еще в юношеском возрасте был. Мне понравилось.

- В чем крутость судейства?

– Судья – такой же игрок на площадке. Мне нравилось быть в эпицентре этого. Начинал я с матчей КФК – ветераны играли. И безумно приятно было, когда после матча хоккеисты говорили: «Башмак отлично отсудил». Никто мне ни разу не сказал, что я урод и ужасно отработал. Это и подталкивало к совершенствованию.

Я рос. Из второй лиги чемпионата России вырос сразу же до МХЛ. Вскоре начал получать назначения на чемпионаты мира в низших дивизионах. А на Олимпиаду я получил назначение из дивизиона «В» – невиданное событие ни тогда, ни сейчас. Но в Нагано я не поехал из-за трагедии. Честное слово: я лежал в Германии в госпитале, смотрел матчи и меня пробивало до пяток из-за того, что я лежу, а не там нахожусь. Меня убило то, что я рос, не было застоя – и  вдруг все резко пропало. Мне до сих пор при встрече Миша Захаров говорит: «Паша, возвращайся в хоккей». Это смешно звучит, но такие слова приятны. И это говорит человек, которому я еще во время карьеры дважды выписывал матч-штрафы.

- Когда вы работали судьей, вас пытались купить?

– В России всякого хватало. В Казани во время одного из матчей в судейскую зарвались четверо братков: «Ну че, пацаны? Вы же знаете, какой должен быть счет?» А я в молодости занимался боксом – задиристым был, любил подраться. Сижу, значит, пью чай при братках этих. Потом встаю: «Ну так что? Стреляй. Чего стоишь?» Братки такого не ожидали и были, мягко говоря, удивлены. Посмотрели на нас – и ушли. Не был в Казани давно – хочется верить, что такого там больше нет.

Раньше в России на судей наезжали часто – в Казани, в Магнитогорске, в Москве. Приходилось решать вопросы с помощью наглости. Братва наезжает – нельзя было давать заднюю. Если команда уступала по игре, к судьям не могло возникнуть каких-то вопросов.

- А если бы выстрелили тогда в Казани?

– Что тут поделаешь? Судьба. В Германии меня сбила машина – это предсказать было невозможно. Опять же судьба. И так везде в нашей жизни. Я понимаю, что интервью произведет определенный резонанс. Полностью понимаю ответственность. Но терпеть то, что происходит в нашем судействе, уже реально надоело.

Фото: hockey.by; Сергей Анискович

Автор

КОММЕНТАРИИ

Комментарии модерируются. Пишите корректно и дружелюбно.

Лучшие материалы