Блог Контора пишет

Брат – жертва хайпа, «Днепру» мешает репутация, против БАТЭ стимулировали. Дмитрий Калачев – о том, как стал менеджером

Мог уехать в московское «Торпедо», ценил приколы Володенкова.

Могилевский футбол в последние несколько сезонов будоражил новостями: то переименование главного в области клуба («Днепр», «Дняпро» и «Дняпро-МЧЗ»), то смена источников финансирования (от государственной к частной и обратно), и это все на фоне ужасных результатов, безденежья, интриг.

Сейчас могилевский клуб вновь перерождается – во второй лиге город представлен «Днепром» (вернулись к историческому названию, обновив юрлицо), который уже финансируется государством и местными предприятиями. Судя по всему, процесс идет по плану: после 15 туров «Днепр» находится на первом месте в группе В второй лиги, имея в активе абсолютный максимум очков – 45 очков. Команда очевидно повысится в классе, чтобы из первой лиги претендовать на возвращение в элиту.

Еще до вынужденной паузы в белорусском футболе, связанной с политическими событиями, Дмитрий Руто встретился с директором «Днепра» Дмитрием Калачевым и поговорил с ним о задачах, стоящих перед клубом, долгах, которых остались от прежних собственников, о жизни легендарного брата Тимофея в Ростове, а также о ярких случаях из карьеры.

– Судя по «Днепру» в сезоне-2020, можно сказать, что команда проходит очищение второй лигой?

– В прошлом году был сделан такой шаг, который мы должны были сделать лет 20-30 назад, – поменять форму собственности. Все понимали, что этот шаг был необходим, но почему-то никто ничего не предпринимал, и мы с каждым годом все больше отставали от других городов, опускались все ниже и ниже. В то время «Днепр» был закрытым акционерным обществом, по сути, частным клубом. И мы вынуждены были платить за пользование городскими спортивными объектами, полями. Суммы выходили очень значительные. Плюс, естественно, мы выкладывали деньги за стадион «Спартак», чтобы на нем играть. Поэтому уже тогда единственно верным шагом было перейти на баланс города. Благодаря этому снимались бы все обязательства по аренде полей, спонсоры и предприятия спокойно начали бы оказывать помощь «Днепру». Потому что, повторюсь, он стал бы государственной структурой, а не частной, 100 процентов акций принадлежали бы Могилеву. Но «Днепр» весь финансовый воз тащил на себе, и было очень тяжело.

Все всё видели, но ничего не делали. Благо появился человек, которому удалось донести свои идеи, свое видение развития могилевского футбола и клуба до самого верха. Я имею в виду Путило Константина Ивановича –  генерального директора «Могилевэнерго» и председателя Могилевской федерации футбола. Вот когда он начал руководить видом спорта в регионе, мы с ним сели, поговорили по душам, я ему донес мысли свои и общественности. Константин Иванович взялся за непростое дело – развивать футбол в Могилевской области, поднимать на ноги «Днепр». Губернатор Леонид Константинович Заяц нас выслушал и принял решение. Время покажет, насколько решение правильное, но пока, мне кажется, все выстраивается достаточно неплохо.

– Правильное решение – это начать в клубе все фактически с нуля?

– Именно, и сделать данный шаг настоятельно рекомендовали юристы, потому что если бы мы сохранили все то, что было раньше, могли бы быть проблемы со стороны УЕФА. Да, это потеря времени, двух-трех лет, наверное, но мы приняли такое непростое решение, прикинув все риски. Губернатор долго нас с Путило слушал, анализировал, думаю, не день и не два, потом в определенный момент вызвал нас и сказал, что со всеми нашими доводами согласен, нужно впрягаться в это дело и идти по новому пути.

– Не было опасений, что формирование команды с помощью местных, молодых игроков не приведет к желаемому результату?

– Естественно, опасения были. Те, кто разбирается в футболе, понимает, что сформировать боеспособную команду только своими ребятами невозможно. Естественно, должны быть легионеры, приезжие, опытные игроки. Но мы приняли решение во второй лиге играть своими,  могилевскими  футболистами. И это несмотря на то, что большая плеяда наших воспитанников сейчас оказалась и в «Рухе», и в минском «Динамо», и в других клубах. То есть парни, которые могли бы сформировать нормальную команду, разъехались, причем еще перед созданием «Дняпро-МЧЗ». Игроки могли бы уже через года два-три спокойно выйти в высшую лигу и достойно там выступать.

Когда мы начали историю «Днепра» с нуля, то оказалось, что существует определенный вакуум, то есть у нас в Могилеве много совсем молодых игроков, которые, по сути, не готовы ко взрослому профессиональному футболу. А времени на воспитание нет. Поэтому пришлось приглашать ребят, которые были до этого связаны с «Днепром», с могилевским футболом, из других команд. А это – дополнительные финансовые затраты.

К счастью, удалось ребят выдернуть, и сейчас мы видим, что команда дает результат. Хотя, стоит признать, молодые парни, выступающие за «Днепр», не готовы даже к первой лиге. Но у нас еще есть полгода-год, чтобы воспитать игроков и сформировать костяк. Тем не менее все понимают, что для достойного выступления в следующем году нужно привозить более опытных и сильных футболистов.

– Легко было приглашать могилевских футболистов из других клубов?

– Скажу откровенно, тяжело. И парней я начал приглашать еще тогда, когда не был утвержден главный тренер. Понимал, что если упустим время, потеряем и этих футболистов. Высокого класса они или нет – это уже другой вопрос, но времени на формирование команды у нас было мало. Что скрывать, у игроков до сих пор такое отношение к «Днепру», что в этом клубе ничего хорошего ждать не стоит, рано или поздно там все заканчивается. В клубе обманывают, денег нет, еще какие-то проблемы. К сожалению, у «Днепра» сложилась такая репутация. Так что в ход шли личные связи, разговоры, уговоры, решение денежных вопросов, у кого-то в Могилеве семья. В общем, различными способами удалось создать коллектив. В моем понимании он пока слабоват для первой лиги. Нам предстоит много работать, многое поменять. Но пока команда есть, результат она дает. Всем ребятам большое спасибо.

– А что касается тренеров? Нынешний наставник «Днепра» Игорь Чумаченко легко согласился возглавить команду?

– Стоит сказать, что он был не первым кандидатом на пост главного тренера. Мы вели переговоры и с Артемом Радьковым, и с Володей Невинским. В общем, рассматривали разные варианты. Но люди практически прямым текстом говорили, что они не верят в изменения в могилевском футболе. Все понимали, что что-то движется вперед, будет какое-то финансирование, но не слишком приятная репутация клуба, старый шлейф отпугивал потенциальных кандидатов. В итоге они отказывались от работы в «Днепре». А вот Игорь Гаврилович согласился, тем более он тесно связан с могилевским футболом, с «Днепром» в 1998 году становился чемпионом страны.

Мы понимаем, что у него за плечами мало тренерского опыта, не хватает в карьере стрессовых ситуаций. И все это может сказаться в дальнейшем. Впрочем, на сегодняшний день Чумаченко работает добротно, результат дает.

– Вам как бывшему одноклубнику, наверное, легко было его уговорить.

– В принципе, так и есть. День-два поговорили и пришли к общему знаменателю. Я так понимаю, Чумаченко и мне, и клубу поверил, при разговоре тет-а-тет он выразил надежду, что все получится. При этом финансовый вопрос особо не стоял, хоть я и обозначил условия, которые может предоставить клуб. Думаю, эти условия приемлемы и для тренеров первой лиги. По сути, футбольный клуб «Днепр» – это какая-никакая марка, ее нужно держать, поэтому и оплата труда должна быть соответствующей.

– У «Днепра» появились деньги?

– Они как были на определенном уровне, так на нем и остались. Цифры бюджета раскрывать не буду, чтобы не было потом каких-то ненужных разговоров и обсуждений. Единственное, могу сказать, что условия для работы команды улучшились, потому что клуб находится не за городом, на полуразрушенной базе «Янтарь», которую мы пытались реанимировать. Сейчас игроки занимаются в манеже на искусственном поле, в городе есть натуральные поля. «Днепр» не платит за аренду базы, тренировочных полей. Эта часть бюджета освободилась, и мы ее пустили на футбольную команду, на зарплаты.

Но все равно, признаюсь, финансы, которое есть на данный момент у «Днепра», маловаты для того, чтобы выходить в высшую лигу. Для первой же – вполне достаточно.

– Во второй лиге «Днепр» по бюджету в топ-3?

– Думаю, в топ-1. Мы самый богатый клуб лиги :).

– А как же долги, которые не выплачены еще с прошлого года?

– Они остались за прежним клубом – «Дняпро-МЧЗ», которого по факту не существует. Клуб находится в стадии банкротства, все долги – и старого «Днепра», и «Дняпро-МЧЗ» – зависли. Все пока в стадии вялотекущего процесса, и особых движений в плане разрешения ситуации не происходит, насколько я знаю.

– Значит, игроки не дождутся своих денег?

– Думаю, да. И не только игроки, но и работники клуба. Футболистам должны зарплаты за два месяца, работникам – за два-три. Собственник [Владимир Тельпук] принял решение банкротить клуб, а что будет дальше, тяжело сказать.

– Бывшие футболисты «Дняпро-МЧЗ» периодически в интервью вспоминают, что клуб им должен деньги, говорят, что ждут возвращения долгов.

– Все вижу, читаю, и мне звонят люди. Но сказать им, по сути, я ничего не могу.

– Самое интересное, что они звонят в «Днепр», который никаких задолженностей перед футболистами не имеет. Почти все – у «Дняпро-МЧЗ».

– Именно так и есть. У «Дняпро-МЧЗ» был свой собственник, который давал определенные гарантии футболистам, работникам. И люди звонят ему. А вот те, кто ждет долгов от старого «Днепра», звонят уже мне.

***

– Какие перед вашим клубом сейчас стоят задачи?

– Самая главная – развиваться в правильном направлении, доводить до ума те объекты, которые переданы на баланс клуба. Не скажу, что эти объекты в плохом состоянии, но доработать их надо. Ведь, по сути, они были изначально сделаны под легкую атлетику или другие виды спорта. Имею в виду стадион «Торпедо», домашнюю арену «Днепра» «Спартак». На «Торпедо» мы хотим сделать закрытую базу команды, чтобы ребята могли работать в черте города, где тихо, спокойно. Там натуральное поле, которое нужно доработать. А если в следующем году удастся добавить еще и искусственное покрытие, то будет просто замечательно. В общем, планы большие, но все зависит от финансирования. В целом, если решим вопросы с инфраструктурой, то, уверен, будет и результат в плане игры. Мы сможем приглашать качественных футболистов, предоставлять им хорошие условия для работы.

– Есть, грубо говоря, бизнес-план, где прописано, за сколько лет «Днепр» должен вернуться в высшую лигу?

– Внутри клуба мы поставили такую задачу: в следующем году выступать уже в первой лиге и сразу же взять путевку в высшую. Но как оно получится, тяжело пока предположить. Надеюсь, что задуманное все-таки удастся осуществить. Повторюсь, самое главное для меня – качественная инфраструктура. Как только она будет соответствовать элитному дивизиону или, грубо говоря, канонам футбола, тогда можно идти к выполнению самых амбициозных задач. От футбола ничего не должно отвлекать.

– Вы уже уходили с поста генерального директора «Днепра», в сентябре 2018-го, но в этом году вернулись.

– Скажем так, меня тогда, несколько лет назад, уходили. А что касается нынешнего года, то, честно, не пошел бы. Но сделал это по одной простой причине. Когда Путило стал председателем Могилевской федерации футбола, я с ним пообщался, увидел, что этот человек не просто сотрясает воздух, а имеет вполне конкретные планы и идеи. Мы с ним год работали в могилевской федерации, а потом в определенный момент Путило мне говорит: «Дима, надо, чтобы кто-то этим [клубом] занялся». Я ему ответил, что после того, как со мной поступили ранее, не хочется. Но позже мы с ним сели, поговорили, и он дал понять, что верит в меня, уверен, что я смогу справиться с поставленной задачей. Сходили к губернатору, он мою кандидатуру утвердил, но предупредил, что отныне за все в «Днепре» я отвечаю головой.

– Вас ушли несколько лет назад. Было неприятно?

– На самом деле довольно спокойно ко всему отнесся. Понимал, что, заступив на определенную должность, рано или поздно ее покину. Все меняется, тем более в футболе. Единственное, мне не понравилось, что все понимали, что клуб не соответствует высшей лиге, что мы пытались выжать невозможное из того, что есть, все понимали, что мы будем бороться за выживание, но когда неплохо стартовали в сезоне, все успокоились. Я понимал, что мы не вытянем длинную дистанцию, плюс тренер Вячеслав Дмитриевич Левчук психанул и ушел из команды, а мне не хватило гибкости, чтобы его уговорить остаться. Потом со своими мыслями и идеями в работу клуба влезли посторонние люди. В итоге возникла ситуация, как в той басне о лебеде, раке и щуке. Мы вылетели из «вышки», что стало логичным, но перед этим во всех бедах обвинили директора, то есть меня.

***

– Вижу, вы стали носить очки. Зрение садится из-за бумажной работы?

– Да, таких обязанностей хватает. И хочу отметить, что по сравнению с предыдущим разом к работе председателем клуба отношусь гораздо спокойнее, даже умиротвореннее. Уже знаю, где, что, куда и как. А вот в первое время были истерики и паники, не знал, за что схватиться и что делать. Боялся не туда пойти, не то сказать. Сейчас уже все, конечно, попроще – опыт сказывается.

– А на футбольное поле, чтобы поиграть, давно выходили?

– Делаю это каждые понедельник и среду, хотя здоровье не особо позволяет выкладываться :). В понедельник «забиваем пулю» 11 на 11 на искусственном поле – молодежь, ветераны, все, кто желает. А по средам либо в зале зимой, либо на какой-нибудь площадке летом участвуем в чемпионате Могилева среди ветеранов. В прошлом или позапрошлом году я становился чемпионом, в этом пока не претендую. Есть у нас чемпионская команда, где выступают бывшие футболисты: Болтрушевич, Шунейко, Капов, Свердлов, Ланько, Булыга и так далее. А я – игрок средненькой команды, но, признаюсь, мне больше нравится получать удовольствие от общения с ребятами, чем от побед.

– Немногие помнят, но карьеру игрока вы фактически закончили в «Горках» из чемпионата Могилевской области.

– Да, было такое. Закончил с профессиональным футболом, и руководитель «Горок», мой хороший знакомый, пригласил в свою команду. В принципе, мне несложно было в выходные поездить, поиграть, пообщаться с народом, посмотреть районные центры. Мне это было в удовольствие. Даже года два, где-то до 2015-го, поиграл.

– Посмотрели на кочкодромы?

– Да, насмотрелся :). И это потом очень помогло при работе в областной федерации в плане понимания, что и где нужно исправить и на чем сделать акцент. Я увидел, что везде есть фанаты, любители футбола, и они хотят что-то сделать, просто им нужно помочь. А меценатов у нас не так много, как хотелось бы.

Что касается моих впечатлений от кочкодромов, то как-то с «Горками» приехали в один районный центр, а там трава на поле в буквальном смысле по колено, может, чуть ниже. Зато людей собралось – человек сто. Приноровились, сыграли, неплохой футбол игроки показали. В этом была определенная романтика :). Впрочем, на условия я не особо обращал внимания, потому что меня всю жизнь учили, что, независимо от них, нужно играть и показывать максимально качественный футбол. Мое поколение игроков привыкло выступать абсолютно на любом покрытии, начиная от песка, заканчивая зеленым газоном. Нас уже ничем не удивить, в том числе машинами, которые паркуют за воротами :).

– Вы были чемпионом Беларуси, играли в еврокубках, а заканчивали карьеру в таких условиях.

– Это участь многих, ничего страшного здесь не вижу. Вот езжу я иногда к Тимофею в Ростов, и вижу, как он с другими парнями играет на гаревом поле. Он мастер спорта, обладатель Кубка России, легенда «Ростова», а играет на таком покрытии. Ну и ничего страшного. Тимоха даже слова не скажет. Мы просто так обучены, родители и жизнь воспитали, что нужно привыкать к любым условиям.

«Взял и затолкал арахис себе в ноздрю». Тимофей Калачев, каким вы его не знаете

– Вы давно были в Ростове?

– В прошлом году. Отлично съездил, тем более маму проведал, которая там живет. Чуть больше недельки пробыл с родными, отдохнул замечательно. Хотя не хватает, конечно, общения, потому что в Могилеве я фактически один остался из нашей семьи. Тимофей принял решение забрать маму к себе, и она сейчас рядом с внуками, ей там комфортно.

– Так в Могилеве же у нее тоже есть внуки.

– Конечно. Но они уже выросли, а у Тимофея дочке годик всего, поэтому нашей маме хочется с ней понянчиться.

– Ваш сын по-прежнему играет в футбол?

– Нет, уже не занимается. Он переключился на IT. И, думаю, о том, что отказался от футбола, не жалеет. Да и я, в принципе, тоже не жалею. Но футбольная династия Калачевых все равно продолжается. У Тимофея сын, которого также зовут Тимофей, занимается в школе «Ростова», парню 14 лет. Вроде, неплохо получается.

– Ваш брат рассматривал вариант возвращения на Родину?

– Нет. Он прожил практически 12 лет в Ростове, и как-то мне сказал, что уже просто не сможет перестроиться с того уклада жизни. В Минске бывал, приезжал по делам или в отпуск, но спустя время даже его семья убедилась, что все-таки нужно окончательно перебираться в Ростов. Значительный промежуток времени там проведен, и перестроиться, все поменять будет очень тяжело.

– А вы не думали переехать к Тимофею?

– Может, и думал, но пока, как говорят, где родился, там и пригодился. Но никогда не говори никогда.

– Несколько лет назад Тимофей угодил в неприятную ситуацию, когда подвергся критике за майку, в которой появился перед детьми. Позже он говорил, что не против, если Беларусь и Россия станут одной страной. Вы как брат как реагировали на все это?

– У нас общество разношерстное, у каждого свое мнение. Тимофей говорил то, что думает. И, живя там, его мнение, естественно, было с небольшим подтекстом в сторону России. Не скажу, что это высказывание антибелорусское, но у каждого свое мнение, и винить каждого за то, что он говорит о том, что думает, нельзя. Я почитал, посмотрел на этот хайп – с кем-то согласен, с кем-то не согласен. Но это мой брат, и я всегда буду на его стороне.

Мы, кстати, с Тимофеем потом общались по этому поводу с глазу на глаз, и он говорил, что имел в виду совсем не то, что начали писать в СМИ. Потом он вообще чуть ли не обиделся на журналистов, мол, зачем так поступать, размусоливать. Выставили в таком свете, будто Тимофей против Беларуси, против жизни в нашей стране, хотя он всю жизнь провел здесь и благодарен Родине за то, что она его воспитала.

Что же касается майки, то, насколько помню, эпизод случился в 2015 году. А Тимофей еще был молодым, захотел надеть что-то модное. Вряд ли он это делал с каким-то подтекстом. Журналисты же подняли хайп.

– У Тимофея белорусский паспорт? 

– До недавнего времени по паспорту он был белорусом. Но когда с семьей окончательно переехал в Ростов, принял российское гражданство, чтобы было легче в бытовом плане.

– А вы как считаете: брат по духу белорус или россиянин?

– По духу уже россиянин. Даже, я бы сказал, ростовчанин. В этом городе свой особенный народ, там свой взгляд на жизнь. Люди привыкли жить каждый в своем доме, не приветствуют девятиэтажки. Мне нравится туда приезжать и общаться с совершенно другими людьми :).

– Ростов близко располагается к Восточной Украине.

– Да, до Донбасса 40 км, но в Ростове все спокойно. Знаю даже, что украинцы приезжают в этот город, живут там, потому что боятся событий, которые творятся на их Родине. Военных пару раз в Ростове видел, натыкался на посты, но так, в принципе, все спокойно, никаких волнений.

***

– Вам приятно, что брат – легенда Ростова?

– Очень. Когда мы с ним гуляем по городу, жители буквально не дают пройти. И Тимофей выходит на улицу то в кепке, то в темных очках, лишь бы не быть заметным. Но практически каждый остановит, то руку пожмет, то автограф попросит. Мы как-то в баню общественную пошли, а потом брат махнул рукой: «Да ну его нафиг, не пройти, не проехать». Немного не любит он публичность, ведет закрытый образ жизни. Не хочет, чтобы семья была на виду. Тимофей тихий, спокойный, но в Ростове ему все равно не дают спокойно пройти. И его любят не как бывшего футболиста, а именно как человека. Местные жители говорили, что Тимофей за клуб отдавал больше сил и здоровья, чем другие игроки. Для людей он настоящая легенда.

Калачев трогательно попрощался с «Ростовом»: белорусу рукоплескал весь стадион

– Поэтому Тимофея оставили в структуре клуба, он работал детским тренером.

– Да, занимался с ребятами лицензионной группы, но из-за пандемии команды распустили. Да и Тимофей сам говорит, что ему нужно уже двигаться дальше. Он хочет попробовать свои силы в роли ассистента главного тренера, благо, вариант имеется. Плюс Тимофей имеет категорию, получил лицензию А.

– Профессиональную карьеру он закончил при Валерии Карпине во главе «Ростова». Мне кажется, будь другой тренер, Тимофей дальше бы играл.

– Безусловно. Но случилось противостояние двух характеров. Тренер понял, что авторитет футболиста выше, чем его. И все специалисты, футбольные люди это прекрасно понимали. Карпин принял решение, что игрок, обладающий большим влиянием на коллектив, не должен находиться в команде. Со стороны тренера это, может, нормально. Но если взглянуть на ситуацию глазами игрока, то это тяжело принять. В итоге Карпин своим решением фактически вынудил Тимофея завершить карьеру. Хотя, признаюсь, брат перед этим не единожды заикался, что сам хочет закончить, тяжеловато ему.

***

– В отличие от брата, вы никогда не играли за границей. Хотя был вариант с переходом в московское «Торпедо».

– Мог перейти и туда, и в московский «Локомотив», и в чемпионат Польши. Но как-то не сложилось. Хотя с «Торпедо» был самый реальный вариант. Мы с Тимофеем в конце 90-х пробыли там пять дней на просмотре, потренировались, поели черной и красной икры :). Тренеры сказали, что мы устраиваем их, осталось только переговорить с руководством «Днепра». Вот тогда мы поняли, что ничего хорошего не получится. Москвичи хотели заплатить за нас небольшие деньги, может, тысяч 30 долларов, но вот «Днепр» наверняка просил не меньше 100 тысяч. С позиции Валерия Стрельцова это нормально, он хотел заработать на дальнейшее существование клуба, да и просто так отпускать молодых пацанов не желал.

В общем, не получилось у нас ничего с « Торпедо», хотя на тренировках мы выглядели неплохо, и вполне могли в будущем заиграть. Зато мы посмотрели, как устроен футбольный мир, чему-то научились. Тимофею все это помогло, он уехал в солигорский «Шахтер» к Вергейчику, а потом его карьера пошла вверх. А я вернулся в «Днепр», и так получилось, что пересидел в этом клубе. Когда оказался в минском «Динамо», мое развитие как футболиста уже практически закончилось.

Что до икры, то мы ее ели в ресторане каждый день. Команда, в которой хватало звездных игроков (Кормильцев, братья Аджинджалы, Лухвич), жила прямо на стадионе «Лужники», а питалась в ближайшем ресторане. Там в зале стояли два графина с икрой. Мы с Тимофеем первое время стеснялись брать, а когда поняли, что никто нас не остановит, насели на икру по полной программе :).

– А что насчет «Локомотива»?

– Это один из клубов, который просто звонил и интересовался. Были в этом списке и «Химки», и какие-то команды из Польши. Звонили, но до конкретики все равно не дошло.

Честно, немного есть сожаление, что не удалось поиграть за границей. Но чисто из-за того, что хотелось посмотреть на то, как там все устроено. В сознании бы впечатления остались и помогли даже сейчас при работе в руководстве клубом.

– Карьеры ваша и Тимофея отличаются, но вот то, как они закончились, во многом схожи. Ведь вас так же в свое время, когда вы играли за «Днепр», заставили уйти из профессионального футбола.

– Скажем так, это наш тяжелый семейный характер. Мы с Тимофеем такие люди, у которых всегда есть свое мнение, то или иное решение. Мы никогда ни под кого не прогнемся. Отсюда вылезают какие-то побочные явления.

– Ваше завершение карьеры – это результат конфликта с тренером и руководством «Днепра» в самолете после одного из еврокубковых матчей?

– Нет, нисколько. Я немного позже завершил карьеру. А в самолете история отдельная. В 2010 году мы ездили в гости к албанскому клубу «Лачи» на матч Лиги Европы. И с нами послали товарища из могилевского спорткомитета. Он не знал всех футбольных нюансов, и получилось так, что мы должны были уже ехать на игру, но в 40-градусную жару ждали этого товарища в автобусе. Потом у меня нервы не выдержали, и на правах старожила я «напихал» не только тренерам и руководителям клуба, но и этому опоздавшему из спорткомитета. Тренеры не виноваты, конечно, но… Считаю, нужно было оставить такси товарищу и самим уезжать, но у нас же как заведено – начальников все равно нужно ждать. В самолете я снова сцепился, и после прилета этот товарищ поставил жесткое условие: либо меня убирают из команды и он продолжает ей помогать, либо сотрудничество заканчивается.

– Во время конфликта вы переходили на личности?

– Да, было такое. Но я привык говорить прямо и ничего не скрывать.

– Когда чиновник поставил ультиматум, не подумали, что наговорили лишнего?

– Первые два дня немного попереживал, тем более убирали меня за правду. Самое интересное, что Андрей Скоробогатько, который тогда возглавлял команду, все прекрасно понимал, кто прав, а кто нет. Но сделать ничего не мог – работа была важнее. Благо через два-три дня после конфликта позвонил мне Александр Седнев и забрал в «Белшину».

– Стоп, вы и Скоробогатько «напихали»?

– Нет, до этого не дошло. Но я ему высказал свое мнение, мол, зачем нам ждать какого-то человека, если необходимо ехать на игру. Спросил у тренера, есть ли у него собственное  мнение по данной ситуации. Естественно, это никому не понравилось. Но со временем со Скоробогатько мы все обговорили, уладили и до сих пор общаемся.

– Вы карьеру закончили в роли играющего тренера дубля «Днепра». А почему так и не пошли по тренерскому пути?

– Скажем так, я занимался тренерской деятельностью с одной из лицензионных групп «Днепра» три-четыре месяца. Вроде, неплохо получалось, мне это нравилось, но потом Стрельцов позвал на разговор и попросил участвовать в жизни клуба на одной из небольших руководящих должностей. Но получилось так, что я пришел, а руководства вообще нет. В итоге пришлось заняться новыми делами, решал кучу вопросов. Плюс команда в сезоне-2013 едва удержалась в высшей лиге, в переходных матчах одолела «Городею». В общем, получилось у меня такое боевое крещение.

– Еще один эпизод из вашей жизни и карьеры, когда вы, по сути, делали не то, что изначально хотели?

– Не скажу, что не хотел. Я всегда видел себя в роли менеджера, понимал, что мне это нравится, могу какую-то пользу принести. Но в то же время, когда попробовал тренировать, увидел, что это также мне дается, что-то получается, но отказать своему родному клубу, когда понадобилась помощь, не смог. Пошел на административную должность. Со временем свыкся, затянуло. Хотя тренерскую категорию В имею.

– В случае форс-мажора сами можете руководить «Днепром» с бровки?

– Да, во второй лиге смогу. Легко, я готов :).

***

– Вы поиграли под руководством многих тренеров. Кто запомнился больше всего?

– В первую очередь, конечно, это Анатолий Николаевич Байдачный – человек-глыба. Когда попал в его тренировочный процесс в минском «Динамо», для меня футбольный мир просто перевернулся. Я не знал, что бывают такие упражнения, такая интенсивность и настолько быстрая работа. Тренировки не останавливались ни на минуту, мы как начинали, так в одном темпе час 20 минут отрабатывали до конца. Плюс общение Байдачного, постановка себя как тренера, поведение в быту – это тренер топ-уровня. Мне безумно нравилось работать под руководством этого специалиста.

Второй тренер, который очень на меня повлиял, – Сергей Владимирович Боровский. С ним пересекался в «Динамо-Брест». Понимаю, что у Владимировича можно на теории заснуть, он долго и размеренно все объясняет, но то, что он дает, это очень полезно и необычно для футболиста. А вообще, если соединить Байдачного и Боровского воедино, то получится вообще топ.

– Засыпали на установках Боровского?

– Было дело, в Турции на сборах после двух тренировок. Владимирович давал теорию, и ты, хочешь не хочешь, но закемаришь. И не только я дремал, а потом тренер давал всем втык.

– Раз двоих тренеров назвали, давайте еще третьего.

– Наверное, назову Костюкова Владимира Викторовича. Несмотря на то, что он сам из Украины, играл в «Днепре», остался работать в клубе, тренировал. Жизненно подкованный специалист, который мог тебя как осадить, так и настроить, советовал, как и что в жизни нужно делать правильно. Многих футболистов он воспитал в психологическом плане. На Викторовиче, наверное, в 1998 году весь «Днепр» и держался, хотя он старался сделать так, чтобы на первом плане всегда были футболисты, а сам он оставался в тени.

С Костюковым я и стал чемпионом страны. Пишут, что главным тренером тогда был Стрельцов, но он исполнял эту роль формально. Валерий Иванович больше занимался финансовыми вопросами, искал игроков, а занимались и расписывали тренировочный процесс, формировали состав совсем другие люди, в том числе Костюков. Стрельцов мотивировал нас финансами и разными жизненными рассказами. Навскидку и не вспомню, что он нам говорил, но его слова каким-то образом заставляли нас работать на пределе. Его коронное выражение было такое: «Видел нашего футболиста? Почему не отдал ему передачу? Раз не отдал – будешь сидеть». Часто он это говорил.

– Удивляюсь, почему не назвали Петра Шубина, под руководством которого играли в чемпионском минском «Динамо».

– Ох, это вообще интересный специалист. Может, нельзя так говорить, но я вообще не понял его тренерского таланта. Он давал нам откровенно странные упражнения. Например, футбол один в один, максимум два в два на всю половину поля по 30 минут. На сборах на Кипре мы как-то таким занимались. Мы просто с ума сходили. А у нас еще был Виталик Володенков, веселый товарищ, с сумасшедшими скоростями. Шубин меня поставил против Володенкова, и мне требовалось отобрать у него мяч. А Виталик как стартанет, бегает по всей половине поля – не угнаться. Проходит 20 минут, 40 градусов жара, жить не хочешь, а Володенков бегает и смеется.

Вот такие были странные методы. Но еще больше удивило то, как Шубин строил тренировочный процесс. Он говорил: «Вы профессионалы, поэтому я провожу одно занятие, а второе вы уже сами должны отработать, самостоятельно. Находите способы, решения – или тренажерный зал, или с мячом бегайте. В общем, решайте сами. И нагрузку дозируйте сами». Тоже было что-то необычное.

При Шубине на старте чемпионата мы, вроде, выиграли девять-десять матчей, но играли откровенно не ахти. Если побеждали, то в основном 1:0. Качественного футбола реально не было, и в итоге Юрий Саныч Чиж убрал тренера в мае. Хотя, если откровенно, свою лепту в завоевание чемпионства Шубин все-таки внес. Он заложил базу в предсезонке.

Но во втором круге нами уже руководил Юрий Шуканов. И он сделал очень интересный и, на мой взгляд, правильный шаг – к себе в помощники пригласил опытного Леонида Остроушко. Специалист давал нам приличные нагрузки в середине сезона, не давал опуститься определенной планке, поддерживал ее. Так что в физическом плане команда выглядела очень хорошо, поэтому мы, по сути, и стали чемпионами.

– Как команда отреагировала на отставку Шубина?

– А это прошло как-то буднично, никто не обратил на это внимания. У нас была вялотекущая работа – что тренировки, что жизнь – поэтому никто и не заметил. Сняли и сняли. Хотя определенная встряска произошла, все-таки мы перестали выполнять странные упражнения. Но главное – остался коллектив. Он тогда в «Динамо» собрался просто фантастический, что ни фамилия, то звезда. Отдельно могу отметить Виталика Володенкова. Это человек-фонтан, человек-праздник, как говорят. Из любой искры делал костер: кого-то подтравить, кого-то по-доброму поддеть. И меня пытался «поддушить», но в основном ориентировался на молодежь :).

Помню одну историю. Прибил или приклеил кому-то в комнате бутсы к полу. У нас уже начинается установка на игру, «жертва» Володенкова собирается, а Виталик поторапливает. Даже сам сумку собрал. Тот парень хватается за бутсы, дергает, а в руке остаются только шнурки – обувь стоит на месте. Виталик делает удивленное лицо и предлагает искать новые бутсы. Детские шалости, но коллектив они расслабляли.

– Был у нас один материал, когда футболисты рассказывали истории о Володенкове, о его шутках. И в комментариях некоторые пользователи писали, что такие шутки – от не большого ума.

– Со стороны, может быть, я согласен. Но в мужском коллективе это нормально, по сути, мы же малые дети :). Почему бы не побаловаться, тем более это разряжает обстановку, расслабляет. Для процесса это очень неплохо. Да, у Виталия юмор своеобразный, и простые люди его могут не понять, но у нас в команде он заходил на ура.

Володенков – самый беспощадный юморист в истории белорусского спорта. Даже Галыгин отдыхает

– Кого еще из футболистов отметите?

– Был у нас Петя Златинов – очень талантливый мальчишка. Но перелом ноги, который случился в 2003 году, фактически поставил крест на карьере. Если бы не травма, думаю, до сборной Болгарии Петр дорос бы. Помню, он приехал к нам в совсем молодом возрасте, но всегда был очень позитивным, компанейским. И поначалу феерил в «Динамо», но после перелома возник у него страх возвращения на поле.

Был еще Дэвид Зоубек. Чех как чех :). Рабочая лошадка, но мы его поначалу не воспринимали как футболиста. По сути, обычный игрок, без сильных индивидуальных качеств. Не знаю, кто что в нем увидел. Хотя, насколько помню, левая нога у него хорошая.

Братья Цыгалко, как я называю, без царя в голове. Молодые пацаны, которым хотелось погулять, поучаствовать в ночной жизни Минска. Не видел, чтобы они нарушали режим, но к футболу все равно относились больше как к хобби, поверхностно. Тренировка есть – поработаем, но главное – что после нее. У меня такое сложилось впечатление. Мне кажется, если бы рядом оказался кто-то с жесткой рукой, вправил им мозги, то парни играли бы достаточно неплохо и долго. Но получилось так, что сами себя загубили.

– Юрий Шуканов в сезоне-2004 успел с вами и поиграть, и потренировать «Динамо». Футболистам тяжело было перестроиться?

– Очень тяжело. Поначалу мы к нему относились как к партнеру, как к футболисту, хотя он был одним из самых возрастных игроков «Динамо», учил многих уму-разуму. Но, повторюсь, тяжело было сознавать, что он уже тренер, и мне, например, так до конца и не удалось перестроиться. Времени на это не было, сезон в самом разгаре. Поэтому Шуканов, как уже говорил, сделал грамотный ход, приведя в штаб опытного Остроушко. Он все вопросы субординации решал, каждый день игрокам повторял, что Шуканов – это все-таки главный тренер. Мне кажется, именно Остроушко и вытянул нас на первое место тогда.

– Для игроков Шуканов был Юрой или Юрием Владимировичем?

– По отчеству, хотя некоторые все равно называли его по имени. Шуканову это не сильно нравилось, он человек амбициозный, и хотел побыстрее себя поставить в коллективе на определенную ступень. Я, если честно, не воспринимал его как тренера :).

***

– Чемпионский коллектив «Динамо» можете сравнить с чемпионским коллективом «Днепра»?

– Да вы что, тут нечего сравнивать. В Минске была молодая команда, пару дядек. Мы стали тогда чемпионами вопреки всем сопутствующим обстоятельствам. А в Могилеве – своя история, за «Днепр» играли опытные парни, плюс молодежь, средняя прослоечка. Сплоченный коллектив, который создавался годами. И уровень мастерства у людей был очень приличным, практически все потом уехали за границу играть. У нас внутри команды были такие отношения, что мы вместе были и на тренировках, и вне их. Семьями дружили.

Дмитрий Лихтарович не обижался на прозвище Пирожок?

– Конечно, нет. Все же по-доброму. Да и Дима любил булочки, а они у нас в столовой были просто великолепные. У Димы организм молодой, растущий, он возьмет одну-две-три, ветераны это увидят и начнут потом «травить», прозвали Пирожком.

– А вас называли Злюкой.

– Это было редко, в основном Калач. Но я сам по себе всегда был колючим, шел в подкаты под ветеранов, в том числе прямыми ногами. Да и в меня шли, под зад пинка получал периодически. Это нормальный процесс, тем более после тренировки жали друг другу руки, обнимались – все отлично. Общее дело делали. Интересно, что на тренировках мы реально рубились, жестче, чем в играх, потому что конкуренция была сумасшедшей. Тем не менее до мордобоя, рукоприкладства никогда не доходило.

– Кто был самым жестким игроком в команде?

– Володя Климович. Его один в один практически нереально было обыграть. Он либо локоть выставит, либо колено, либо как-то ногой наступит. Вроде бы, не грязно играл, но достаточно жестко. И в подкате мог с мячом вынести тебя за бровку. Вова Шунейко постоянно стелился, не щадя никого.

– Был у вас в той команде и Виталий Ланько.

– До сих пор бегает за ветеранскую команду. Но да, он попал в неприятную историю, если вы про это. Слушайте, у каждого своя голова на плечах. Однако для меня такое – договорные матчи – неприемлемо и странно, я бы этим никогда не занимался. Не могу даже представить. Но с Виталиком так получилось, наверное, жизнь заставила. Осуждать его не буду, не имею права, но, считаю, за такие поступки люди должны наказываться как можно жестче. Я – за пожизненное отстранение от футбола. А этих парней, в том числе Ланько, жизнь уже наказала, и пускай они со своими проблемами сами разбираются.

В деле о футбольных договорняках поставлена точка: Козлова взяли под стражу в суде, а кто-то отделался штрафом и общественными работами

Когда играем с ним, вижу, что Виталику эта тема крайне неприятна, поэтому стараюсь ее не поднимать. Заметно, что совесть мучает.

– В вашей игровой карьере сталкивались с договорными матчами? Может, предлагали, слышали разговоры?

– В те времена, когда я играл, слава Богу, это не было распространено. У нас же не было букмекерских контор, они только-только зарождались. Поэтому никто ни на кого не выходил. По слухам чаще использовалась схема «три на три». То есть мы вам три очка отдаем в первом круге, а вы нам их вернете во втором круге. Но при мне «Днепр», по-моему, так не поступал.

– Но бывали же случаи стимулирования, когда клуб обещал дополнительные премиальные игрокам другой команды, если они отберут очки у конкурентов.

– Я приветствую такие способы, если честно. Если есть возможность сделать так, чтобы команда сыграла еще лучше, то пожалуйста.

В моей карьере встречались такие случаи. В последнем туре сезона-98 мы играли с БАТЭ на выезде. Тогда борисовчане спорили с «Белшиной» за второе место. И из Бобруйска был посыл, что если мы обыграем БАТЭ и «шинники» в итоге возьмут серебро, нас ждут солидные дополнительные премиальные. Но мы проиграли 0:1, и никто никому ничего не привез. Мы играли честно и уступили заслуженно.

– Что касается денег, то Дмитрий Огородник рассказывал, что однажды вам в «Днепре» выдали зарплату сахаром.

– В начале 2000-х, в один из сезонов, денег в клубе не было от слова совсем. А семью ведь кормить надо было. Пришел Стрельцов к игрокам и сказал, что денег нет, но есть возможность забрать зарплату сахаром. Какой-то частник предложил такой вариант. Мы согласились, быстро нашли одного товарища и втюхали весь сахар, который привезли в клуб. Понятно, что всю зарплату таким образом не отбили, но на какое-то время деньги у ребят появились. Я, по-моему, отдал полтора-два мешка сахара.

– Была еще знаменитая история о том, как ОМОН ворвался на базу «Днепра». Огородник рассказывал, что это были якобы учения.

– Немного не так все произошло. Заехала команда на базу, сидели все игроки в общем зале, вечером смотрели телевизор. И тут неожиданно врывается ОМОН, всех ставит к стенке, обыскивает. И это оказались не учения, а поиски человека, который в районе нашей базы напал на девушку. Всех нас построили, девушка посмотрела на всех и сказала, что среди нас нет нападавшего. И силовики мгновенно ретировались.

– Кстати, с тем же Огородником вам пришлось провести какое-то время в армии.

– Можно было избежать службы, но я не сдал экзамен в институте :). У меня получилась такая ситуация. Учился в технологическом университете и на зимней сессии нужно было сдавать экономику, а это учить, зубрить – в общем, сидеть над учебниками. Но в это время «Днепр» активно шел к золотым медалям, конец сезона. О какой учебе можно было говорить? Я походил на сессию, вроде бы, все сдал, но вот экономика… Попалась принципиальный преподаватель, я и так, и сяк пытался к ней подступиться, но она уперлась – только сдавать. В итоге завалил экзамен, из вуза меня отчислили. И мы с Димой Огородником, который еще не поступил в университет, попали под осенний призыв. В «Днепре» нам пообещали, что послужить придется пару недель, нас быстро оттуда вытащат. А потом мы поедем на сборы в Туапсе и на Кубок Содружества.

Мы с Димой фактически отметили чемпионство и через пару дней – в кирзовые сапоги. Служили мы в саперных войсках. Впрочем, моя служба, по большому счету, запомнилась тем, что один раз мину с одного этажа здания на другой перенес. А еще портянки научился мотать и подворотничок пришивать :). Даже с лопатой саперной не бегал.

А так, в принципе, понял, что армия – специфическая организация. Если ты туда целенаправленно не хочешь, то лучше не попадать. День сурка, все строем, никакой свободы. Для меня потерянное время. К такому режиму нужно быть готовым, а мы с Огородником были не такими. К счастью, отбыли карантин 20-дневный и вернулись в клуб. Хотя могли нас развернуть. Потому что когда еще шли по части, вверх подбрасывали шапки на радостях :).

***

– Мы уже затронули тему зарплат. В каком клубе получали больше всего?

– Наверное, в «Дариде» в 2007 году. Тогда Анатолий Николаевич пробил хорошие финансы у основателя команды Владимира Делендика. По-моему, моя зарплата составляла две с половиной тысячи долларов. Деньги было куда вкладывать – квартиру строил.

– Если по деньгам в «Дариде» было все хорошо, то вот в плане руководства имелись вопросы?

– Просто тяжело, когда футбольным клубом руководят люди, которые не совсем в этом  разбираются. В «Дариде» имелось все для того, чтобы сделать клуб хорошего европейского уровня, играть в еврокубках. И первые шаги были правильные: турецкие сборы, питание, экипировка. На начальном этапе все было замечательно. Но когда с первых туров чемпионата не пошел результат, все начало валиться. А результата не было из-за того, что перед сезоном мы ездили на сбор в Сочи, там тренировались, и в итоге подошли к чемпионату перегруженными. Недовольный Делендик начал закручивать гайки, давить на тренерский штаб, он хотел все и сразу, мечтал, чтобы команда шла в первой тройке. И напряжение сказалось на коллективе.

– Вы как-то вспоминали, как Делендик отказался вешать сетку на стадионе «Дарида», чтобы мячи не улетали за забор.

– Точно, было такое. Мы тренировались, и когда били по воротам, иногда мячи улетали за забор. Байдачный подошел как-то к Делендику и сказал, что обязательно нужно повесить сетку. На что основатель клуба с белорусским акцентом только и произнес: «Немагчыма». Хотя все равно стоит признать, что Делендик создал клуб неплохой, и ребята там играли сильные. Но если бы руководитель больше разбирался в футболе или был бы человек, который грамотно бы ему помогал в спортивных вопросах, тогда, уверен, все сложилось бы по-другому. 

– Делендик чем-то похож на Юрия Чижа, который в «Динамо» тоже хотел всего и сразу?

– Нет, они совершенно разные. Юрий Саныч предельно требовательный, он привык как спортсмен, как борец добиваться моментального результата. Но он забыл, что в борьбе на ковре ты один идешь к триумфу, а футбол – это большой организм, где очень много людей. И нужно сделать так, чтобы все были в едином настроении и порыве.

– Чиж был требовательным, но грань не переходил?

– При мне – нет. Он, кстати, в принципе крайне редко заходил в раздевалку, только если поздравить с победой. Если хотел «напихать» игроку, то делал это один на один. Он все понимал, все анализировал, но его окружение сбивало с верного пути, вбивало в голову совсем другие, неправильные, мысли, в том числе по тренерам. Чижу не хватило знания футбольной среды, футбольной психологии, терпения и, конечно, умных помощников. Если бы все это срослось, то «Динамо» сегодня было бы там, где БАТЭ, а то и выше.

– Вы, став руководителем, какие-то черты работы Делендика или Чижа себе взяли?

– У каждого руководителя свои методы, своя фишка, и, может, поначалу у меня что-то было от них. Сперва я был импульсивным, мог бросить что-то, наорать на человека, а потом переживал. Но со временем понял, что подобное поведение не должно быть обыденным. Шум, крик и гам можно позволить себе один раз, максимум два, в противном случае ничего такими методами не добиться. Человек сам должен прийти к логическому решению, а не через давление.

– Вы практически всю жизнь в могилевском футболе. Это – работа фактически на одной местности – позволяет вам как функционеру развиваться?

– Нет, скажу откровенно. Естественно, надо учиться, ездить везде, смотреть. Я практически каждый отпуск уезжаю не на море, а стараюсь попасть на стажировки, семинары. Неважно куда, лишь бы это было связано с футболом. Смотрю базы, детские школы. Не хочу сидеть на месте. Без учебы и познания чего-то нового нельзя, иначе застоишься на месте.

– Насколько высоки амбиции директора Дмитрия Калачева?

– Высоки :). Но пока конкретизировать не буду.

Фото: fc-rostov.ru, pressball.by

Автор

Комментарии

  • По дате
  • Лучшие
  • Актуальные
  • Друзья