Блог Контора пишет

Девятовский займется здоровьем, Тихон вместо него, Арзамасова вернулась в систему, так как «устала бояться»

Бурные перемены в легкой атлетике.

Вадим Девятовский отныне не председатель Белорусской федерации легкой атлетики. Известный в прошлом метатель молота, серебряный призер Олимпиады в Пекине, занимал пост с сентября 2014 года и, определенно, мог продолжать работу и дальше. Тем более Девятовский всегда открыто поддерживал власть и Александра Лукашенко. Однако то, что больше функционер не будет рулить легкой атлетикой в Беларуси, стало понятно после сенсационного заявления в августе: «Лукашенко – не мой президент!»

Девятовский отрекся от Лукашенко (по просьбе брата, который после этого попал в больницу) – а на госТВ говорят, что у босса легкоатлетов срыв

После разрыва информационной бомбы 21 августа до этого четверга о Девятовском ничего не было слышно. Лишь ходили разговоры, что у функционера случился нервный срыв, из-за которого ему пришлось лечь в больницу.

Наконец, 24 сентября на внеоочередной конференции БФЛА Девятовский впервые после августовского демарша показался на публике, а заодно принял непосредственное участие в назначении своего преемника.

Нового руководителя белорусской легкой атлетики выбирали в конференц-зале стадиона «Динамо». И уже за полчаса до старта мероприятия у его дверей собралось немало народу. Забегая вперед, стоит сказать, что официальное количество делегатов в итоге едва не достигло семи десятков.

Буквально за пять минут до старта Девятовский в компании замминистра спорта Александра Бараули и своего экс-партнера по команде Ивана Тихона появился в коридоре. На вопрос «как вы?» Девятовский лишь ухмыльнулся. И по первому впечатлению показалось, что чувствовал он себя действительно неважно. Походка не такая бодрая, как во времена прежних конференций или перед забегами, в которых он принимал участие. Взгляд слегка затуманенный.

Впрочем, во время самой конференции функционер неожиданно преобразился. Держался бодро, во время вручения директору стадиона «Динамо» Александру Бут-Гусаиму диплома за вклад в развитие легкой атлетики речь произносил уверенно.

Да и за трибуной, когда выступал последний раз в роли председателя БФЛА, тяжело было сказать, что у Девятовского имеются какие-либо проблемы на нервной почве. Тем не менее именно вопросы, связанные со здоровьем, функционер назвал основными, объясняя невозможность дальше исполнять свои обязанности.

– Мне часто говорили: берегите себя. Но организм дал сбой, и мне необходимо восстановление. Это вынужденная мера. Но мне не хочется, чтобы заданный темп останавливался, –  сказал Девятовский.

Поблагодарив свою команду, отметив вершины, которые удалось достичь за все эти годы, Девятовский перешел к главному – дал ответ на вопрос, почему же в зале присутствует Иван Тихон.

– Я бы хотел [на пост председателя федерации] предложить кандидатуру человека, который мне как брат, – Ивана Тихона. Вы даже не представляете, какие трудности внутри прошел этот человек. В Рио он показал, где раки зимуют и силушку нашу белорусскую, – уверенно произнес Девятовский.

Большое будущее в спортивной системе Тихону предрекали сразу же после августовской встречи с президентом в Гродно. Александр Лукашенко тогда назвал легкоатлета «патриотом, в отличие от других». После Тихон в компании других спортсменов был замечен на инаугурации Лукашенко, которая прошла в среду тайно и по-быстрому.

Почти два десятка представителей белспорта попали на инаугурацию Лукашенко – не всех мы ожидали там увидеть

И вот сейчас – пост председателя БФЛА, хотя совсем недавно Тихон заявлял, что намерен выступить на Олимпиаде в Токио. Как он собирается совмещать два дела сразу, увидим позже. Но одно можно сказать сразу: содействие от власти он наверняка получит.

***

На внеоочередной конференции присутствовала и чемпионка мира-2015 и Европы-2014 в беге на 800 метров Марина Арзамасова. Она, напомним, была одной из тех спортсменок, которые подписали открытое письмо, выступивв за честные выборы и против жестокости силовиков. Однако бегунья, как оказалось, недавно отозвала свою подпись. О причинах такого поступка, о назначении Ивана Тихона и о продолжающемся разбирательстве по допинговому скандалу, в который угодила спортсменка, Арзамасова рассказала «Трибуне».

– Конечно, я очень тепло и трепетно отношусь к Вадиму Анатольевичу, была тронута его речью. Понимаю весь тот огромный вклад, который он внес в развитие легкой атлетики в Беларуси, мне также было оказано много поддержки, оказывается до сих пор. От лица всех спортсменов скажу, что все уважают, любят и ценят Девятовского. Но он вынужден уйти. На пост председателя федерации заступил Иван Тихон. Наверное, это одна из лучших кандидатур. Тем более у него с Вадимом Анатольевичем прекрасные взаимоотношения, они друг другу доверяют. И Иван сможет, наверное, быть вдохновителем для всей команды, спортсменов, тренеров, сможет поддержать большую работу. Вся федерация – это прекрасная сплоченная команда, которая выполняет большую работу, делает наш спорт, нашу страну лучше.

– Тихон официально не заявлял об окончании карьеры, он хочет выступить на Олимпиаде в Токио. Как сочетать активный спорт с новой должностью?

– Думаю, Иван сделал обдуманные взвешенные шаги. И наверняка есть какие-то решения, план действий. И, повторюсь, в федерации замечательная команда, люди будут помогать руководителю. Ну а так нужно дождаться комментариев Тихона, мы за него не можем решать.

– Смена руководства БФЛА прошла на фоне беспрецедентных событий в белорусском спорте, и в частности в легкой атлетике, связанных с открытым письмом. Тихону будет легко начать новый путь в такой обстановке?

– На самом деле сейчас для всех непростая ситуация. Каждому, в том числе спортсменам, нужно максимально отстраниться, делать свое дело, сохранять нейтралитет, чтобы как раз сохранить свою работу. Точно так же федерациям, министерствам нужно выполнять свою работу, держаться своей линии, позиции. Мы все понимаем, что находимся в большой спортивной системе, и сейчас нужно максимально осознанно подходить к происходящему в стране, необходимо понимать, что со всех сторон идет много информации, провокаций. Простому обывателю иногда тяжело понять, где правда, а где ложь, поэтому лучше отстраниться, думать и ждать, чем завершатся все эти процессы.

***

– Когда началась история с открытым письмо, когда замминистра спорта Александр Барауля встречался с легкоатлетами, вы были одной из самых активных, дали несколько интервью.

– Скажу честно, это получилось совершенно случайно, не хотела. Я очень эмоциональный человек, моментально вспыхиваю, поддаюсь каким-то волнениям. А потом начинаю успокаиваться, думать, переосмысливать. Не скажу, что у меня сейчас кардинально поменялось мнение, точка зрения, но многие моменты пересмотрела, взглянула на них более взвешенно, трезво. Понимаю, что тогда многими спортсменами, в том числе мной, что-то было сделано на эмоциях.

Да, те картинки, фотографии, которые мы видели… Все против насилия, против жестокости, все мы от этого зажигаемся, загораемся, поддаемся эмоциям. Но нужно немного думать. И вот в порыве эмоций я тогда дала несколько интервью. Однако там же я говорила и о большом вкладе государства в развитие вида спорта, в мою карьеру. Но, повторюсь, беспрецедентная жестокость, которая была, вызывает массу вопросов и возмущения.

– Судя по прошедшей ночи, жестокость силовиков продолжается.

– Я отписалась от всех телеграм-каналов, потому что можно сойти с ума. Но утром сегодня заглянула и увидела, как мирные жители, протестующие блокировали дороги. Мне бы такое в голову не пришло, поэтому наверняка это что-то заранее продуманное, преследуются определенные цели. Я сейчас не понимаю, кто это придумывает, кто руководит действиями людей, кто их координирует. Впрочем, понятно, какие цели, но если сейчас посеять раздор, расколоть общество, то точно будет беда. Нам нужно максимально много думать, быть терпимее ко всем участникам событий и принимать мнение всех людей.

– Насколько знаю, вы отозвали свою подпись, которую ставили под открытым письмом. Почему решили это сделать?

– Я подписывалась на эмоциях, но, безусловно, против насилия и жестокости. Тем не менее сейчас понимаю, что я в этой спортивной системе и хочу быть в ней. Хочу быть в спорте, в спортивной жизни. И только белорусской. Не собираюсь никуда уезжать из страны. Многие из тех, кто хочет побыстрее сделать революцию, говорят, что подпишут любое письмо, много чего сделают и уедут из страны. А я не собираюсь так делать. Я хочу здесь жить, делать что-то во благо Беларуси. И понимаю, что могу быть только в системе, а не против нее. Пока, к сожалению, так. На митинги и марши не хожу, потому что так будет безопаснее для меня, моей семьи. Здоровье и благополучие моих родных и близких – это приоритет.

– Отозвать подпись вы решили под давлением чиновников или это осознанный шаг?

– Все вместе, скажем так. Под давлением пришлось осознанно принять решение. На чаше весов два пункта: либо ты здесь, либо ты нигде. А уезжать из страны я не хочу. Честно скажу, до того, как я лично встретилась с Александром Ивановичем [Бараулей] и он мне не сказал, что меня никто не тронет, я не спала ночами. Боялась каждый день, проверяла, закрыта ли дверь, выглядывала из окна. Думала, паранойя это или нет. Но я решила для себя, что больше бояться не хочу и не могу. Я хочу отойти в сторону, понаблюдать, чем это закончится. Дай Бог, скоро закончится. Я же просто, повторюсь, устала бояться.

– Многие ваши коллеги все равно идут до конца, не желают отзывать свои подписи – вы же решили отступить.

– Это мое мнение. У каждого наверняка есть свой план действий, свое понимание будущего. Я прекрасно осознаю, какие были бы перспективы у меня, оставь я свою подпись, а что меня ждет сейчас. Возможно, ничего не поменяется, а, возможно, призовут в армию. Не знаю. Сейчас у меня отпуск, а после него, может быть, пойду в сапоги. Это реально, потому что свою подпись я отозвала совсем недавно, а приказы уже подписаны, и мой поступок, может, ничего и не решит, ничего не изменит. Может, шаг я сделала поздно.

Есть немало топовых спортсменов, которые не подписывали письмо, предпочли сохранить нейтралитет, понимая последствия. На эмоциях я не совсем поняла, какие могут быть последствия. Сейчас не кричу, что люблю ОМОН или что-то в этом роде, но я решила выбрать другой путь. Понимаю, что если буду в системе, то смогу принести немало пользы государству, стране и себе.

***

– Как развивается ваша история с допингом?

– Она идет, скажем так. До Нового года станет примерно понятно, что я имею, на что рассчитывать. В середине ноября пройдут слушания в независимой антидопинговой организации. К ней не имеет отношение ни наше агентство, ни наше государство, ни даже ВАДА. Там будут рассматривать все независимо.

– Девятовский помогал вам в разрешении ситуации?

– Понимаете, федерация ни в коем случае не может помогать мне своими действиями, потому что это заинтересованная сторона. Поэтому скажу, что я давно работаю с российской юридической фирмой, она представляет мои интересы. Почти год все проходило в вялотекущем режиме, потому что та сторона, которая рассматривает мое дело, все затягивала, я по два месяца не могла получить никакого ответа. Это очень непросто, потому что находишься в подвешенном состоянии, не знаешь, стоит ли выходить на тренировку или вся работа впустую. Не скажу, что все стало легче. Моя подруга пошутила как-то: «Не хватало тебе нервотрепки, так ты влезла в еще одну историю – с письмом». Но я продолжаю тренироваться и надеюсь, что все будет хорошо.

Фото: bfla.eu

Автор

Комментарии

  • По дате
  • Лучшие
  • Актуальные
  • Друзья