Блог Контора пишет

Сотни студентов в протестном движении, почти 20 выгоняют, по коридорам бегают силовики. Что происходит в главном спортивном вузе страны

Рассказывает призер ЧБ по фехтованию, отчисленный за три дня.

Сразу после выборов активного протестного движения белорусы ждали от рабочих заводов, и, в принципе, несколько дней рабочий народ действительно бастовал. Однако со временем эти акции сошли на нет, люди вернулись на свои рабочие места. Даже после объявленного народного ультиматума мы наблюдаем единичные случаи забастовок на заводах.

Зато с началом учебного года активизировались студенты. Учащиеся многих вузов страны (в большинстве своем Минска) и раньше были активны, а с объявлением народного ультиматума ежедневно выходят на акции протеста. К студентам начали постепенно присоединяться и преподаватели: они увольняются, выпускают видеообращения к представителям власти. Но режим продолжает борьбу с протестующими – не только задержаниями. Один из методов борьбы с сторонниками перемен – отчисления.

Неспокойно сейчас и в Белорусском государственном университете физической культуры. Студенты ежедневно выходят к стенам вуза и проводят сидячие забастовки, но разгонять их приезжают силовики, которые даже не стесняются бегать за молодыми людьми по университету. Продолжаются в БГУФК и отчисления. Под репрессии попал в том числе и 18-летний Егор Озимко – один из самых перспективных фехтовальщиков Беларуси, ставший третьим на октябрьском взрослом чемпионате страны, а в прошлом году бравший бронзу на Кубке Беларуси. Вопрос по отчислению спортсмена, входящего в стажерский состав национальной сборной, решился в течение трех дней. Об этом и своей позиции Егор и рассказал в интервью «Трибуне».

– Вы еще находитесь в статусе студента?

– Меня официально отчислили из БГУФК, есть соответствующий приказ. Единственное, пока не забрал никаких документов, например, зачетку. Учился я на втором курсе спортивно-педагогического факультета спортивных игр и единоборств.

– Какой по бумагам мотивировали ваше отчисление?

– По-моему, в приказе формулировка «за многочисленные нарушения внутреннего распорядка университета». По факту во вторник я получил первый выговор, в среду второй, а в четверг меня уже отчислили. При этом раньше за время моей учебы в БГУФК никаких взысканий или замечаний я не получал. Был примерным студентом со средним баллом 9,0. Активно занимался спортом, совсем недавно на чемпионате Беларуси взял бронзовую медаль, выполнив норматив мастера спорта, 

– За что получили два выговора?

– Утром вторника меня вызвали на комиссию, где мне сказали, что у меня 62 часа пропуска занятий по неуважительной причине и 86 – по уважительной (одна пара состоит из двух академических часов – прим. Tribuna.com). По второй цифре все понятно – это сборы, соревнования и прочее. А насчет первой цифры нужно было писать объяснительную. Написал, что хорошо усваиваю материал самостоятельно, плюс из-за тренировочного процесса я вынужден иногда пропускать последние пары. Так за два месяца накопились 62 часа, что для нашего вуза совсем немного. В моей группе есть те, кто пропустил гораздо больше занятий. Все-таки у многих в жизни спорт: тренировки, разъезды. Но выговор выписали мне.

На следующий день – еще один выговор за нарушение правил университета. Организация несанкционированных мероприятий, агитация участвовать в них, что-то такое. Основанием приписать мне нарушение именно по этой части послужил мой отказ давать объяснения по поводу якобы участия в одной из акций у стен университета. У нас на большой перемене в амфитеатре на улице проходят, можно сказать, сидячие забастовки студентов, но никаких лозунгов, никакой символики нет, студенты просто спокойно сидят на лавочках. В этой компании был и я, меня заметил декан факультета [Виктория Новицкая]. Во время четвертой пары меня вызвали в деканат, и там спросили, что я делал на большой перемене. Я ответил, что это мое личное дело во внеучебное время, отказался писать объяснительную. Декан мне ответила, что составит акт об отказе, и отпустила на пару.

Даже не знаю, почему ко мне было такое внимание, тем более, как уже сказал, за все время учебы никаких замечаний мне не выносили. Тем не менее, два выговора за два дня получил.

– Вы активный участник забастовок студентов БГУФК?

– Я в числе тех, кто выражает протест, отстаивает свои требования. У нас в телеграме есть группа, где обсуждается, как и когда мы будем выходить на акции, где их проводить. Могу сказать, что непоследовательные и неграмотные действия руководителей университета повлияли на то, что количество студентов, готовых протестовать, только увеличилось. Ректор и деканы говорят, что нужно налаживать диалог, о чем-то договариваться. Но как это сделать, если в БГУФК приехали силовики в масках, бегали по коридорам и пытались кого-нибудь поймать? Непонятно, какого диалога хочет руководство. Все такие действия влекут за собой противодействие. В группе студентов, о которой я говорил, еще на прошлой неделе было около 170 человек, но события последних трех дней привели к тому, что в группе уже больше 400 студентов, и это число продолжает расти. Все больше и больше студентов хотят уважения к себе и требуют перемен.

Тем более перед глазами случаи, когда отчисляют действительно хороших студентов. Например, вместе со мной выгнали девчонку, которая шла на красный диплом. Плюс, насколько слышал, выгоняют далеко не последнего учащегося Института менеджмента спорта и туризма. А вообще, по слухам, у ректора готов приказ об отчислении еще 15 студентов. Естественно, все это вызовет еще больший резонанс.

Еще помню, как ректор говорил студентам, что вот, мол, сидит у входа в университет по 20 человек, и при этом 10 – это не студенты БГУФК. Наверное, хочет доказать всем, что ребят кто-то настраивает на акции, провоцирует. Но на самом деле на эти протесты ходят только студенты БГУФК.

– Расскажите подробнее о ситуации с появлением силовиков в вузе.

– Меня в тот момент в университете не было. Так как я больше не являюсь студентом, на пары мне ходить, по сути, запрещено. Да и во время этого инцидента готовился к намеченной встрече с ректором [Сергеем Репкиным]. И всю информацию узнавал из интернета, ребята писали. По рассказам студентов, дело было так. Еще в среду к тем, кто сидел на лавочках перед университетом, вышел ректор, его спросили, можно ли находиться на этом месте на большой перемене. Репкин ответил, что, конечно, можно. А в четверг ко входу в БГУФК вышло какое-то количество ребят, но их уже встречал некий работник вуза с камерой на штативе, снимал абсолютно всех. Затем к нему подошли милиционеры в масках, поговорили и принялись догонять студентов. Ребята убежали в университет, смешались с толпой, и силовики в итоге никого не схватили. Потом в интернете писали, что одну девчонку с плакатом задержали, но это неправда, подтверждения такая информация не получила.

– У вас была встреча с ректором? Как строился разговор, о чем говорили?

– Эту тему хотелось бы опустить, потому что я еще вел переговоры с руководством федерации фехтования по поводу урегулирования ситуации со мной. Призрачные надежды на мое восстановление еще есть. Я так понимаю, любой приказ можно отменить, а приказ об отчислении можно обжаловать в течение месяца.

– Вы рассчитываете на помощь федерации после ряда примеров, как чиновники обходятся даже с топовыми спортсменами?

– Надежда все равно есть. Мне кажется, федерация фехтования за своих спортсменов все-таки держится и сделает все возможное, чтобы мне помочь.

– До этого инцидента с милицией силовики в БГУФК появлялись?

– Вроде бы нет. Хотя были случаи, когда студентов неизвестные снимали на камеру в стенах университета. Но в подземном переходе около БГУФК последние несколько недель постоянно дежурят неизвестные мужчины в черной форме, наверное, «тихари». И когда мы хотели провести одну акцию, распечатали стихотворение Янки Купалы «А хто там iдзе», чтобы листики разложить на лавочках, к нам подошли такие мужчины и «настоятельно порекомендовали» ничего не делать.

– Руководство университета как-то пыталось поговорить с протестующими студентами?

– Постоянно приходил первый проректор [Сергей Шаврук]. В предпоследний раз он просто сказал всем: «30 секунд – и вас здесь быть не должно». Никакого диалога. Да его руководители и не хотят, лишь создают видимость, что готовы говорить со студентами. Более того, помню, мы написали обращение к ректору, где просили его все-таки высказаться, не молчать, учащиеся подписались, и обращение было отнесено в ректорат. Ректор разозлился, начал вызывать тех, кто подписался, по одному к себе в кабинет, проводил «разъяснительные беседы». Кто-то в итоге свои подписи отозвал, но большинство людей остались со своей позицией. Заодно мы поняли, что слова о готовности к диалогу у руководства так и остаются словами.

– Преподаватели поддерживают студентов?

– Несомненно, есть среди них те, кто поддерживает наши действия, но на какие-либо акции они с нами никогда не выходили, поддержка только на словах. Мне кажется, у нас протестное движение пока не такое активное, как во многих других вузах, а только набирает обороты. Но, думаю, может дойти до того, что забастует минимум половина университета. Тем более руководство совершает такие шаги, которые только злят студентов и провоцируют на новые акции.

– В вузе ходили разговоры о вступлении студентов в народные дружины?

– Такого я не слышал. Но у нас уже есть некая добровольная дружина. И перед одной из акций, которую мы хотели провести у стен университета, они выстроились полукругом и делали угрожающий вид, якобы они охраняют порядок.

А так, я уверен, те студенты, с которыми я общаюсь, вступать в какие-то народные дружины не готовы и не хотят.

– Как пишут в СМИ, некоторым отчисленным студентам сразу начали приходить повестки в армию.

– Я слышал о таком еще до моего разговора с ректором, и мне стало немного страшновато :). Ректор в процессе разговора намекнул на такое развитие событий, сказал, мол, вы же понимаете, куда пойдут документы после отчисления – в военкомат. Но до конца призыва осталось совсем немного, надеюсь, что меня не успеют забрать.

– Вы проживаете в общежитии?

– Да, и пока никто не говорил, что я должен освободить место.

– Как вы считаете, в целом студенты и преподаватели БГУФК больше за нынешнюю власть или за перемены?

– За всех говорить не могу, но конкретно мое окружение, те люди, с которыми я общаюсь, все выступают за перемены, все понимают, что происходит в стране. И осознают, что в нынешнее время оставаться аполитичным просто невозможно. Это в каком-то роде даже преступление.

– БГУФК не остановится?

– Конечно, нет. Даже не представляю, как после всего, что делают руководители, можно остановиться. Уверен, что количество протестующих студентов будет только увеличиваться.

Фото: из личного архива Егора Озимко, ex-press.by

Автор

Комментарии

  • По дате
  • Лучшие
  • Актуальные
  • Друзья