Блог Контора пишет

Новому боссу комбината футбол был не нужен, игроки получали меньше тысячи, подписать Черника помог сон. Узнали, как загибалась «Городея»

В деталях рассказывает главный тренер.

Все команды высшей лиги уже приступили к подготовке к новому сезону. Все, кроме «Городеи». Клуб, который лишь в 2011 году получил профессиональный статус, последние пять сезонов провел в высшей лиге. И если в 2019 году команда остановилась на седьмом месте, то в прошлом финишировала 13-й, с трудом избежав участия в переходных матчах.

Однако сохраненная прописка в элите не спасла «Городею» от проблем. Команда еле дотянула до окончания сезона-2020, футболисты и тренеры месяцами работали за спасибо. Во многом к такому сценарию привел зимний арест одного из основателей клуба, директора Городейского сахарного комбината Михаила Криштаповича.

Задержание сахарных боссов может ударить по белорусскому футболу – они многое значили для «Слуцка» и «Городеи»

Нового руководителя завода Игоря Макара клуб почти не интересовал – руководитель погрузился в работу на комбинате и даже не посещал игры «Городеи». В итоге с ворохом проблем коллектив завершил сезон и разбежался. 15 января из клуба уволился и весь тренерский штаб. Вероятнее всего, проект будет ликвидирован, или в лучшем случае продолжит существование в глубоком миноре – например, вернется в любительские соревнования.

Через неделю после увольнения уже бывший главный тренер «Городеи» Олег Радушко встретился с Дмитрием Руто и подробно рассказал, как умирал клуб: про финансовые трудности, про расставание с игроками (обида Рудика, рациональность Архипова и расставание с любимчиком поселка Лебедевым) и про то, как удалось заманить к себе Черника (эта история началось во сне).

– «Городея» – всё?

– Сложный вопрос на самом деле. Еще 29 декабря я думал, что клуб будет жить, играть в высшей лиге. И даже в мыслях не было, что «Городея» может пропасть. Но когда директор [клуба] Александр Марченко поздравлял с Новым годом, он сказал, что 4 января нужно будет поговорить. Мы, тренеры, как раз в этот день выходили из отпуска, у всего штаба контракты действовали еще год. Когда приехали в клуб, оказалось, что контракт из всех игроков только у Андрея Сорокина. 5 января тренеры поехали на встречу с директором Городейского сахарного комбината Игорем Макаром, и он нам объяснил, что предприятие нерентабельное, оно находится в убыточном состоянии. Поэтому футбольная команда заводу, городу, да и лично Макару в тягость. В итоге он прямым текстом сказал, что клуба «Городея» не будет.

– В процессе разговора рассматривались какие-то варианты сохранения клуба?

– В отношении тренерского штаба никакой альтернативы, то есть нам ясно дали понять, что в наших услугах не нуждаются. Что касается непосредственного клуба, структуры, то лично я задал вопрос, ожидает ли «Городею» ликвидация? Макар уклончиво ответил: «Мы не знаем, посмотрим, будет видно». Директор хотел, чтобы тренеры написали заявление на увольнение, расстались бы еще и с Сорокиным, и тогда, по сути, никого в клубе не осталось бы кроме руководства.

– Вам предлагали уйти по собственному, чтобы не увольнять и не выплачивать компенсацию за год контракта?

– Да, получается так. Мы поговорили с Марченко, нашли точки соприкосновения, пожали друг другу руки и разошлись. Тренеры не хотели конфликтов, разборок, поэтому чисто по-человечески решили, что лучше уйти самим, потому что в этом клубе никакого продолжения не будет.

– Но вы до 15 января ходили на работу.

– Если бы мы перестали ходить, нас бы уволили по статье за прогулы. Кому нужно, чтобы такая запись появилась в трудовой книжке? Поэтому пришлось немного походить, с 8.30 до 17.00 находились в офисе. С коллегами сидели и разбирали матчи прошлого чемпионата. Даже, скажу честно, в эти дни была какая-то надежда, что все повернется в лучшую сторону, наладится. Мы очень хотели, чтобы клуб сохранился. В конечном итоге ничего не изменилось, и мы разошлись.

– На чем основывалась надежда, что клуб будет жить?

– Ходило много разговоров, что «Городею» передадут под Несвижский райисполком. Тем более нужно понимать, что у клуба в структуре не только основная команда, но и детская школа, 250 человек занимается в ДЮСШ. Мы надеялись, что если власти сохранят детскую школу, то обратят внимание на основную команду, может, за какие-то минимальные деньги будем играть в высшей лиге. Но пока никакой информации нет в принципе.

Я на днях общался с Марченко, и тот сам не понимает, работает он дальше директором клуба или нет. На ставке в «Городее» остался только директор, но и то его будущее туманное.

– Были разговоры, что «Городея» могла или даже еще может заявиться в чемпионат области или вторую лигу.

– Вот этот сценарий, думаю, наиболее вероятный. На любительском уровне команда могла бы выступать, и даже во второй лиге. Ведь столько детей занимается в ДЮСШ, лицензионные возраста, плюс дубль был, за который выступали ребята из Несвижа, Городеи. Думаю, их терять нельзя, поэтому варианты с чемпионатом области или Д3 сбрасывать со счетов не стоит.

– Но дубль «Городеи» в этом году просто шокировал: три ничьи и 27 поражений в 30 матчах при разнице мячей 18:98. Что это такое?

– Эта ситуация простая, объясню, что произошло. Основная команда готовилась к сезону, мы внутри коллектива поставили перед собой задачу занять место выше седьмого, да и бывший директор комбината Михаил Криштапович этого хотел. Под эти задачи комплектовался состав, нам удалось подписать многих ребят с прошлого сезона. Оставалось пригласить еще буквально пятерых игроков под основу – вратаря для конкуренции Игорю Довгялло и четырех полевых – но зимой арестовали Криштаповича. В итоге наша подписная кампания моментально закрылась. Мы банально не могли уже никого пригласить из-за отсутствия финансов. Решили брать парней из своего дубля, пригласили Ростислава Шавеля, Артема Воловича, Илью Баглая. А дубль в итоге не смог найти им замену и, по сути, остался практически ни с чем. Отсюда и такой удручающий результат.

Впрочем, все в клубе прекрасно понимали, какая нынче финансовая ситуация. Денег в основной команде какое-то время не платили совсем. Если Марченко находил какие-то деньги, то это было в районе 500-1000 рублей на человека. По чуть-чуть директор пытался закрывать долги, но это был откровенный мизер. Реально было сложно жить и работать, и не удивительно, что по ходу сезона из «Городеи» ушло аж 12 человек. Обстановка в команде была напряженная, нестабильная, коллективом было сложно руководить. Когда Макар пришел на должность руководителя сахарного комбината, он поставил задачу сократить зарплатную ведомость «Городеи» на 70 процентов. Поэтому если игроки находили для себя более выгодные предложения, они уходили. Мы никого не могли уговорить остаться. Жали друг другу руки, расставались полюбовно, а оставшиеся парни старались сохранить место в высшей лиге. Те футболисты, которые приезжали на замену ушедшим, работали за тысячу рублей грязными. То есть после вычета налогов они получали еще меньше.

– Однако зимой «Городея» провела один сбор в Турции.

– Эти траты были запланированы изначально, еще в конце 2019 года, и даже на процентов 50 или 60 проплачены. Мы должны были лететь и на второй турецкий сбор, но отказались по финансовым причинам. А первый состоялся еще при Криштаповиче, как вы помните.

– Если бы бывшего директора сахарного комбината не арестовали, «Городея» жила бы по-другому?

– Не знаю, сейчас сложно проводить какие-то параллели. Просто Криштапович, всем известно, безмерно любил футбол и команду. Марченко и Криштапович создали «Городею», фактически довели ее из чемпионата области до высшей лиги. Мне очень повезло, что я поработал с таким человеком, как Михаил Васильевич. Он очень требовательный, всегда от команды требовал максимума. И любил говорить, что даже БАТЭ уже не тот, что борисовчан можно обыгрывать, что «Городея» на домашнем стадионе иногда и делала :). Криштапович был максималистом, и у него была хорошая поговорка: «Надо ставить невыполнимые задачи, тогда достигнешь максимальной цели». В общем, с этим человеком действительно интересно было работать, и после каждой игры мы проводили с ним долгие разговоры. Трудно было с ним общаться после поражений, потому что Михаил Васильевич хотел, чтобы «Городея» побеждала всегда.

– Арест директора сильно ударил по клубу?

– Конечно, финансирование полностью прекратилось. Потом были большие задержки, какое-то время никто не получал вообще ничего. Что касается премиальных, то их мы так и не увидели. После ареста Криштаповича «Городея», можно сказать, начала жить сама по себе. В мае комбинат возглавил Макар, он пришел в команду, сказал, что будет помогать, будет все делать, постарается не похоронить клуб, выделять финансирование. Но, наверное, сделать это ему помешали какие-то обстоятельства.

Когда мы снова встретились через какое-то время, он прямо сказал: «Ребята, извините, условия изменились. Завод нерентабельный, в минусе, у меня проблемы, поэтому помочь команде не могу».

– Мне рассказывали, что после собрания, на котором он объявил, что не бросит команду, три месяца вообще ничего не платили.

– Немного не так. Точно помню, что за все месяцы нам сразу не заплатили. В апреле рассчитались по зарплатам за январь, февраль и март. После мы сидели без денег, за апрель нам вообще ничего не дали, а майскую зарплату отдали в середине июля. Июньскую – в середине августа. И вот так до конца года.

– Но сейчас все долги закрыты?

– Да, в конце года со всеми рассчитались, по зарплатам вопросов нет. Единственное, премиальные нам так и не выплатили.

– На каком они уровне в «Городее»?

– Если бы мы шли в верху турнирной таблицы, то деньги были бы одни, но так как мы боролись за высшую лигу… Суммы, скажу откровенно, были заложены совсем небольшие. Как-то после матча у Сергея Черника телевизионщики спросили о том, какого размера премия, он просто в ответ засмеялся. Реально, это копейки.

Так что, повторюсь, работать было очень сложно. Чемпионат получился чудовищным и в том плане, что тренеры порой не знали, на кого рассчитывать в матчах. Были даже такие моменты, что сегодня ты думаешь, что этот игрок примет участие в следующем матче, но он подходит на тренировке за несколько дней до тура и говорит, что все, переходит в другую команду. Например, случилось так с Семеном Шестиловским. Трансферное окно уже было открыто, мы готовились к туру. Условно говоря, Семен должен был в субботу сыграть, а во вторник или среду подошел ко мне и сказал, что уезжает в другой клуб.

– И самое страшное, способов удержать его в «Городее» не было.

– Вот именно. Нам на самом деле нужно было сокращать зарплатную ведомость, потому что мы понимали, что в противном случае оставшихся ребят просто не рассчитают. Мы не имели права удерживать тех игроков, которые хотели уйти из команды по ходу сезона.

Помню, перед стартом первого круга я попросил ребят: «Давайте мы сыграем половину чемпионата, и если все наладится в клубе, будем стараться дальше показывать результат». Понятно, что с возникшими проблемами бороться за высокие места мы не могли, о том, чтобы финишировать выше седьмой строки, речи уже не шло, поэтому стремились хотя бы сохранить место в высшей лиге.

– Команда играла за спасибо?

– Не то, что за спасибо. Я считал, что «Городея» выступает за свой престиж, город, болельщиков. Я игрокам говорил, что если они будут всем проигрывать, то в итоге никому не будут нужны. Квалификацию нужно подтверждать каждый матч, ведь потом никому не докажешь, что не удавалось побеждать, потому что в клубе не платили зарплату. Скажут, что тренер плохо тренировал, а игроки плохо играли – вот и все, и в другие команды никого не позовут. На этих нотках пробовал сыграть, достучаться. И у меня к ребятам претензий нет. Они терпели, боролись, и откровенно провальных матчей у нас в сезоне не было, всем командам давали бой. 15 матчей завершили с положительным результатом: 8 побед и 7 ничьих. Когда команда набирает очки, по-моему, это положительный исход.

– Насколько знаю, в целях экономии команда тренировалась и жила в Городее.

– Да, и игроки, и тренеры. Спасибо Михаилу Васильевичу [Криштаповичу], который в свое время построил неплохую базу, а ресторан в Городее всегда был хороший. Поэтому на протяжении всего сезона команда квартировалась в поселке, только на выходные ребята разъезжались по домам.

– Не все на сборах выдерживают месяц друг с другом, а тут – целый сезон.

– Точно. И было такое ощущение, что мы провели на сборах восемь месяцев. Но что делать, поставили нас в такие спартанские условия. Выдержали. Самое главное, что решили задачу и остались в высшей лиге.

– Чья это была инициатива – закрыть команду на базе?

– Марченко пришел и сказал, что нужно сделать так и так. На самом деле экономия была очень большая, да и имеющиеся деньги крутились в клубе: работала база, ресторан, за поле выкладывать нужно было совсем немного. И ребята, которые ехали из России, знали, что будут играть за маленькие деньги, поэтому для них самое главное было – это питание и проживание. На базе они это все получали.

– Вам не было обидно, что новый директор комбината не хотел помогать команде?

– Он не то, что не хотел. Наверное, в какой-то момент он понял, что это сложно, и перестал обращать на нас внимание. Не приходил на игры, никогда не звонил и не интересовался нашими делами, не знал о результатах.

– Ему было плевать на команду?

– Я бы просто сказал: Макару было не до «Городеи». На комбинате была сложная ситуация, и это тоже нужно понимать. Хотя, как говорят, в прошлом году произошло некое чудо – сахарная свекла не уродилась в России, еще где-то, и поэтому наши сахарные заводы сильно выстрелили. По слухам, предприятия получили хорошую прибыль, но клуба она не коснулась. А вообще, сложно сказать, почему у Макара было такое отношение к «Городее». Я с этим человеком общался в начале сезона пару раз, мне казалось, что он поможет, что-то точно будет. Но эти мысли быстро исчезли, буквально в течение месяца, когда мы поняли, что денег нет, когда увидели, что Макар не ходит на наши матчи. Тогда я окончательно осознал, что вряд ли в клубе что-то существенно поменяется.

Мы надеялись на какое-то чудо. Может, Несвижский райисполком поможет, найдется какой-то спонсор, тем более разговоры об этом шли. Знаю, что Марченко обращался на разные заводы, в том числе достаточно крепкие, искал деньги. Директор связывался с Дзержинской птицефабрикой, белорусско-китайским предприятием по производству детского питания. В общем, точно искал, но не сложилось.

У «Городеи» трудности с игрой, деньгами и новым директором сахарного завода. Да еще вдруг ушел капитан

– Была история, что Евгений Култаев, сын футбольного менеджера, которого в свое время связывали с трансферами в «Шахтере», говорил, что если команда останется в «вышке», его отец поможет деньгами.

– Не скажу, что было именно так, но что-то подобное слышал. Евгений работал в «Городее» директором по маркетингу, клуб ему был небезразличен. И Култаев[-отец] тоже пытался найти каких-то инвесторов, чтобы клуб был, чтобы команда осталась в высшей лиге. А уже потом, возможно, подтянулись бы инвесторы, появился бы такой человек, как Криштапович.

– «Городее» просто не повезло с новым директором сахарного комбината?

– Может, заводу и городу повезло, но вот клубу – определенно нет.

– Понятно, что у тренеров были другие заботы, но не думали запустить в «Городее» краудфандинг, как сделал «Слуцк»?

– Нет, даже мысли такой не было. Тем более мы знаем, что у «Слуцка» из этой затеи, по сути, ничего не получилось, особых денег не появилось. Мы были заняты своими заботами и не смотрели на других. И тот же Марченко делал все возможное, чтобы сохранить команду, чтобы ребята как-то выживали. Мы ему доверяли и не вникали в какие-то финансовые вопросы.

– Правда, что по ходу сезона Сергей Яромко предлагал вам помощь, но вы отказались?

– Нет, такого точно не было. Он вообще мне ничего не предлагал. Когда Яромко ушел в молодежную сборную, мы с ним сразу общались, что-то обсуждали, но в работу друг друга никоим образом не лезли. Он – со сборной, я – с «Городеей».

***

– Как вам удавалось уговаривать легионеров приезжать в «Городею» на фоне всех этих проблем?

– Мы говорили, что есть возможность выступать в высшей лиге Беларуси, будет шанс проявить себя, показать, а потом найти команду получше. И мы сейчас видим, что практически все парни, выступавшие в прошлом сезоне, уже нашли себе новое место работы, причем в неплохих клубах.

– Все легионеры оправдали надежды?

– Наверное, да. Так получилось, что все ребята оказались квалифицированными спортсменами. Помню, из чемпионата Крыма к нам пришел защитник Янис Линда. Откровенно, не знали, что это за футболист, но его агенты упросили нас оставить парня, они ему даже платили свои деньги. Янис в итоге несколько матчей за «Городею» провел, оказался неплохим игроком. Помог нам Джамал Дибиргаджиев – в команду влился быстро, успел забить один мяч за короткий срок. Об Альберте Габараеве многие тренеры неплохо отзываются и хотят видеть у себя в составе. Максим Смирнов, парень из структуры «Зенита», отыграл шесть матчей в основном составе. В общем, можно сказать, что с новичками мы угадали на сто процентов. И остался я доволен теми, кто был у нас еще с сезона-2019.

– Один из таких – Артем Архипов. Что за история с ним приключилась весной: уехал в Тамбов, а потом не мог или не хотел возвращаться в команду, а в итоге приехал в Беларусь и стал игроком «Шахтера»?

– Это парень порядочный, нормальный, дерзкий по футбольным меркам, любил забивать мячи. Он очень сильно выручил «Городею» в 2019 году. Но, понимаете, бывают разные ситуации. Парень он молодой, у него в определенный момент появился агент, который сказал, что в «Городее» денег не будет, да и клуб в принципе исчезнет. Мол, он все знает, все пробил. Это было еще весной, буквально перед началом сезона. Артем подошел ко мне и говорит: «Олег Александрович, разрешите мне уйти из команды». Я смотрю на него и не понимаю, как это возможно. Тем более на сборе в Турции мы неплохо выступили, Архипов забивал, мы в двух матчах победили, две встречи завершили вничью, и Артем выглядел очень неплохо. Я на него рассчитывал в сезоне как на основного форварда. Но весной игрок подошел ко мне и попросил отпустить в минское «Динамо». Спрашиваю у него, как он это вообще себе представляет. Сейчас, мол, начинается сезон, мы договорились со всеми, что отыграем первый круг, и если ничего в клубе не наладится, тогда кто хочет, может уходить. Артем мне говорит: «Нет, я принял такое решение. Я вам помог в том году, поэтому помогите и вы мне – отпустите». Пошел такой странный разговор. Я твердо сказал: «Нет, я против. Иди к Марченко, и если он тебя будет продавать, тогда хорошо, за эти деньги нам хоть выплатят какие-то зарплаты. В общем, иди разбирайся с директором. Во всем цивилизованном мире поступают именно так. Но, повторюсь, я против твоего ухода, тем более верю, что все в клубе наладится».

Стартовал сезон, Архипов провел два матча. Не хочу сказать, что он не хотел играть, но выкладывался в них не на 100 процентов. Мы уступили «Витебску» и «Шахтеру», и после этого футболист отпросился у меня в Тамбов, чтобы решить семейные обстоятельства. Говорить, что за обстоятельства, я не могу, но, поверьте, причины были серьезные. Артем сказал, что все решит и буквально через три дня вернется. Я отпустил, мы были на постоянной связи. Но потом он никак не могу вернуться в «Городею».

– Объяснял причины?

– Якобы из-за пандемии, проблем на границе и все в таком роде. Когда он все-таки оказался в расположении команды, до конца первого круга оставалось две игры. Я ему говорю: «Артем, проведи еще эти два матча. Ты в «Шахтер» (вариант с «Динамо» сорвался) все равно уходишь, у нас же ничего не наладилось, но тебе будет хорошо – получишь игровую практику». На это он мне ответил, что боится травмироваться. Объяснил, что «Шахтер» предложил ему хорошие условия, поэтому рисковать не может и не хочет.

– Это можно назвать в какой-то степени предательством?

– Изначально я был сильно на него зол, считал, что, может, это предательство. Но глядя на то, как закончился для «Городеи» год, понимаю, что Артем все сделал рационально. Он мыслил так, что на самом деле здесь нет ни денег, ни будущего. Поэтому и каких-то футбольных перспектив не было. А травму в тех играх он мог получить, игра могла вообще не пойти, и контракт с «Шахтером» мог сорваться. Так что, наверное, Архипов поступил правильно. В первую очередь правильно для себя.

Вернидуб похвалил главного забивалу «Городеи» – и тот на два месяца застрял в России. А как вернулся, сразу перешел в «Шахтер»

– Я с ним хотел пообщаться, звонил ему в Россию, и он даже согласился на интервью. Но вечером перезвонил и сказал, что тренер запретил что-либо комментировать в прессе.

– Мы оказались в непростой ситуации, когда новый директор комбината еще не был назначен, и мы боялись навредить команде и клубу. Иногда лишние слова, произнесенные невовремя, могут негативно повлиять на будущее. Поэтому я и Марченко решили создать такую зону тишины и не выносить сор из избы. Мы надеялись, что придет новый директор комбината, все наладится, и потом уже можно будет что-то говорить.

– Брат Артема Сергей не хотел уйти из «Городеи»?

– У этого нападающего зарплатная ведомость была средняя по городейским меркам. Насколько знаю, Марченко был не против, если футболист уйдет, чтобы разгрузить платежку. Но Сергей сказал, что его в клубе все устраивает, ему все нравится, согласился на понижение зарплаты и закончил сезон в «Городее».

– Средняя по городейским меркам зарплата – это какая?

– Не хочется объявлять, если честно. Но несколько тысяч рублей у Сергея было. Но, опять же, такие суммы назначались еще зимой, когда ставились большие задачи. Однако позже выплаты начались сокращаться.

– Знаю, что тем, кто получал изначально три тысячи рублей, зарплаты сокращались до 1800.

– Да, это правда. Но, например, Станислав Сазанович не согласился на понижение и ушел летом. Мы, по-моему, даже не слишком хорошо расстались, были свои нюансы. Остальные ребята, которые согласились получать меньше изначально заявленной суммы, остались.

– Были даже те, кто получал меньше тысячи рублей?

– Это основная часть команды, то есть не только молодые игроки. Например, Габараев, Дибиргаджиев, за Линду вообще платили агенты. Лукашевичу и Соловью платил «Шахтер», они парня дали нам в аренду, чтобы он получил игровую практику. Сергею Чернику платили меньше тысячи. Пашевича мы взяли из БАТЭ, так он вообще получал 300 рублей. По-моему, это вообще ненормально. Просто в «Городее» так получилось, и я благодарен, что в команде собрались достойные ребята, которые хотели себя проявить, что-то доказать. И, несмотря на все проблемы, к делу относились добросовестно. Хотя, если честно, если бы мне сейчас предложили в «Городее» работать на тех же условиях, не знаю, согласился бы или нет.

«Городея» полсезона мучалась от безденежья, но на финише подписала 7 новичков (есть статусные). Клуб вдруг разбогател?

– А вам понижали зарплату?

– Не буду говорить, это секрет :).

– Легко было уговорить Черника?

– В принципе, да. К тому же, наверное, сказалось то, что он же при мне в «Немане» заиграл в высшей лиге, и мы оба из Гродно.

Ну а история его появления в «Городее» вообще интересная. Перед игрой с «Торпедо-БелАЗ» в сентябре мне приснилось, что Черник у меня в команде. Проснулся и сразу подумал: «Точно, Сергей же сейчас без клуба, тренируется с «Ислочью». Утром позвонил его отцу, так как телефон вратаря куда-то пропал. Переговорил с отцом Сергея, он сказал: «Смотрите сами, Олег Александрович. Я, в принципе, за. Если хотите, переговорю с ним, расскажу». Я попросил телефон Сергея и позвонил ему сам. Он мне ответил: «Спасибо за предложение, но у меня есть вариант за границей, и сейчас над ним идет работа. Все должно решиться в течение нескольких дней, грубо говоря, до вторника. Если ничего не получится, то буду с вами». Мы поговорили еще о жизни, закончили разговор, и я, если честно, забыл уже об этом. В субботу мы проиграли «Торпедо-БелАЗ», в воскресенье был выходной, а в понедельник в 22.30 звонит у меня телефон. Смотрю: Сергей Черник. Он мне сразу сказал, что переход за границу сорвался, поэтому готов работать с «Городеей». Мы договорились, что утром встретимся и вместе поедем на тренировку. Приехали мы в Городею и сразу пошли в офис к Марченко. Директор меня спрашивает: «Олег Александрович, а вы сказали, сколько Черник будет зарабатывать?» Отвечаю: «Нет, такой вопрос не обсуждался. Я просто сказал, что у нас очень маленькие зарплаты. Да и не в деньгах счастье». Когда Сергею объявили сумму его зарплаты, он просто рассмеялся: «Я не думал, что настолько мало» :). Но, сказал, если дал согласие помочь «Городее», то забирать свои слова не будет. Очень порядочный парень, настоящий профессионал.

– Вы приглашали его на замену Довгялло?

– Нет. Именно для конкуренции: кто окажется лучше, тот и будет играть. Сергей пришел в тот момент, когда у Игоря возникли проблемы с коленом, сразу же заиграл в основе. И так получилось, что провел все матчи до конца сезона. Честно скажу, я остался доволен тем, что Сергей пришел в «Городею».

***

– В апреле команду покинула легенда «Городеи» Дмитрий Лебедев. Почему?

– Тут сложилась непростая ситуация. Естественно, в первую очень нужно говорить о материальных проблемах, а Лебедев был в команде самым высокооплачиваемым игроком. Плюс нужно сказать, что у Димы характер лидера, и он хотел играть в основе с первых же туров. Но он же из-за проблем со здоровьем пропустил все сборы, приступил к работе только в марте. В итоге сложился такой конфликт интересов. Дима хотел играть, а я ему не мог этого дать, говорил, что нужно потерпеть, еще поработать. Он даже физически выглядел чуть хуже партнеров, поэтому в первых двух турах выходил на замену. В общем, Лебедев терпеть не стал и решил уйти. Расстались мы без каких-то обид.

– Если бы он остался в команде, то потом стал бы железным игроком основы?

– 100 процентов. Мы с ним по этому поводу много разговаривали, я его убеждал, что нужно немного потерпеть, поработать. Я к Диме очень хорошо отношусь и рассчитывал на него, но Лебедев ждать не стал и в итоге ушел. Пожали руки и разошлись.

«Не хотел так уходить». Легенда «Городеи» – о расставании с клубом, колоритных болельщиках и директоре, которого задержали

– Никакого конфликта не было?

– И в помине. Тут больше люди со стороны хотели надумать и что-то придумать.

– Вам не прилетело с трибун из-за ухода Лебедева?

– Вы знаете, нет, хотя я был готов к критике. Все-таки это легенда клуба, и я думал, что болельщики начнут меня поливать. Но все получилось как-то спокойно. И даже когда Дима приезжал в составе «Белшины», вышел на поле, ему стадион поаплодировал, но в мой адрес никто ничего не кричал.

– А вы вообще в прошлом году, когда команда боролась за место в «вышке», от болельщиков много узнали о себе?

– Самое интересное, что все отнеслись к ситуации с пониманием, никто ничего не кричал. Хотя был один неприятный эпизод. Играли в мае дома с «Неманом», и даже несмотря на то, что у гродненцев на 50-й минуте удалили вратаря, мы все равно проиграли. Так вот, по ходу матча я услышал с трибун (а они же на стадионе в Городее находятся очень близко к полю) что-то неприятное. Мне кричали, чтобы, мол, делал замены, что-то еще предпринимал. Без мата, но в довольно грубой форме. Я был на нервах, на взводе, мы проигрывали, и я повернулся к болельщику и ответил: «Иди сам делай замены и тренируй». И все на этом.

Или мужик перестал ходить, или что, но больше в свой адрес я ничего подобного не слышал. Наверное, болельщики начали с пониманием относиться к нашей ситуации, и даже когда мы проигрывали, нас все равно поддерживали, говорили, чтобы мы продолжали бороться, стараться. Когда команда шла в раздевалку, никто игроков не поливал. Наша знаменитая болельщица Казимировна постоянно кричала Довгялло: «Игорек, давай – держи воротА». В общем, в плане болельщицкой поддержки в прошлом сезоне все получилось очень хорошо, и спасибо людям за понимание.

***

– В начале сезона в команду вы взяли молодого парня из дубля – Ростислава Шавеля. Но за основу он отыграл всего в пяти матчах, а с июля так и вовсе не выходил ни за первую команду, ни за дубль. Что случилось?

– С ним ситуация вообще простая. Молодых парней мы действительно привлекли из второй команды «Городеи», Шавель тоже начал играть. Но не потому, что был достоин выходить в первой команде (на минутку, он за дубль в прошлом сезоне ни одного мяча не забил), а из-за того, что у нас просто не хватало людей. Я привлекал Шавеля к работе с основной, где-то надеялся, что он сможет себя проявить, доказать что-то. И я этому 19-летнему футболисту постоянно говорил, что у него есть шанс себя зарекомендовать. Парень даже в основном составе выходил, но свой шанс не использовал, если откровенно.

А летом случилась вообще непонятная ситуация. В июле он привез на базу собаку – стаффордширского терьера. Ростислав жил в одном номере с еще одним молодым парнем, Владиславом Морозовым, и привез собаку. Да, небольшую, но это же терьер. Я как-то услышал из комнаты лай. Захожу в номер и вижу пса. Подозвал к себе Ростислава и сказал, чтобы через два дня ее на базе не было. Шавель мне отвечает: «Мне ее не с кем оставить. Родители за ней смотреть не хотят». Тогда я ему сказал так: «Выбирай: либо собака, либо команда». Ростислав вечером собрал вещи и уехал. Потом провел один матч за дубль, повредил колено и выбыл до конца сезона.

– После этого парня несколько раз задержания на акциях протеста.

– Давай лучше этой темы вообще не касаться, не хочу ее комментировать.

«Из клуба мне не позвонил никто». Молодой форвард «Городеи» дважды побывал на сутках в Жодино, но в самой команде это будто не заметили

***

– Хочу вспомнить одну ситуацию, но еще из сезона-2019. Что за конфликт у вас произошел с Филиппом Рудиком?

– Скажу откровенно: Рудик как футболист – это просто космос. Наверное, каждый тренер хотел бы иметь такого игрока в своей команде. Но характер и репутация Филиппа известны всем. Нет, я не боюсь работать с такими парнями, и с Рудиком у меня не было по ходу чемпионата никаких проблем. Однако когда мы начали тренироваться на синтетике, у него то спина болела, то еще возникали какие-то проблемы со здоровьем. Заставлять в такой ситуации работать мы просто не имели права. Со временем Филипп начал отдаляться от коллектива, был сам по себе, в итоге сыграл всего семь матчей за «Городею». При этом, хочу заметить, никаких конфликтов у меня с ним не было.

В сентябре мы начали работу по продлению контрактов с ребятами, делали это до конца сезона. Но вот Рудику новое соглашение не предложили. Он подошел ко мне и прямо спросил, почему ему не дают новый контракт. Мы до этого как раз по игроку общались с Криштаповичем, и он заметил, что Рудик – травматичный, нужно подумать, оставлять ли его в команде. В итоге парень обиделся, завелся и расстояние между нами увеличилось. Хотя, повторюсь, игрок он классный и помог нам.

– В феврале 2020 года он дал нам интервью, в котором сказал, что вы его обвиняли в сдаче матча.

«После матча с Брестом Радушко обвинил меня в сдаче. До сих пор жду аргументов». У Рудика снова всё сложно

– Я на то интервью отреагировал нормально. Все мы люди, как говорится, и можем судить о каждой ситуации по-своему. Я почитал, что-то где-то укололо, но вскоре обо всем забыл.

Что касается его слов о том, что я его обвинил в сдаче игры… После матча с брестским «Динамо» я произнес, что нужно будет еще разобраться, почему такой опытный футболист допускает такие детские ошибки. Мы в том сезоне неплохо играли, могли даже рассчитывать на итоговое четвертое место, но уступили брестчанам, меня захлестнули эмоции, где-то психанул.

– Но слова «сдача» с вашей стороны была?

– Нет, я сказал, что нужно разобраться, почему игрок допустил глупые ошибки. Он же интерпретировал мои слова по-своему и высказался потом в интервью.

– У вас не было желания позвонить Рудику и разобраться, почему он так о вас говорит?

– Нет. Я давно работаю в футболе, и видел много разных интервью, читал разные высказывания. Когда футболисты с чем-то не согласны, они могут вынести сор из избы, рассказать о ситуации со своей точки зрения. Такое бывает. Но я считаю, что коллектив – это семья, и какие-то проблемы должны оставаться внутри. Эмоции, по-моему, нужно сдерживать. 

– Помните, какое пари он заключил? Если команда займет место выше седьмого, он целый матч проведет в костюме маскота, а если ниже – то клуб напишет ВКонтакте, что он классный футболист.

– И клуб свое общение выполнил, все солидно :). А так, когда я прочитал его слова о пари, подумал, что парень просто веселится, ничего серьезного.

***

– Вы знали, что по окончании сезона-2020 команда собиралась на корпоратив?

– Да.

– Но ни один из тренеров на него не был приглашен.

– Тут дело вот в чем. Игроки спросили у нас, будет ли банкет по случаю окончания сезона. Я сказал, что в клубе не лучшая финансовая ситуация, да и праздновать нечего, честно говоря. Чемпионат получился сложным, многие покинули команду, мы заняли всего лишь 13-е место, поэтому особых поводов устраивать банкет не было. После заключительного тура мы попрощались со всеми в раздевалке, пожелали друг другу удачи и разошлись. Многие потом мне звонили и поздравляли с Новым годом и с днем рождения.

– Нет огорчения, что команда все-таки собралась на банкет, но без тренеров?

– Нет. То, что не будет банкета, это была моя инициатива. А почему бы ребятам с женами самим не посидеть? Это их право, они взрослые люди и вольны делать то, что хотят.

– Будущее «Городеи» мутное. А что с продолжением вашей карьеры?

– Так же мутно, как и в клубе :). В пятницу уволился, на этой неделе ходил на курсы повышения квалификации, продлил категорию «Pro». Буду что-то думать, ждать. Тренерская жизнь такая, так что посмотрим.

– С большой долей вероятности «Городею» ждет ликвидация. Как думаете, в этом городе позже появится профессиональный клуб уровня высшей лиги?

– Очень сложно ответить на этот вопрос. Надо, чтобы пришел такой же любитель футбола, как Криштапович, тогда все может быть хорошо. В противном случае, думаю, вряд ли в Городее снова появится профессиональный клуб.

Фото: fcgorodeya.bymlyn.by

Автор

Комментарии

Возможно, ваш комментарий – оскорбительный. Будьте вежливы и соблюдайте правила
  • По дате
  • Лучшие
  • Актуальные
  • Друзья