Контора пишет
Блог

Беларусы уже привыкают к Японии. Тренер нашей лучшей пловчихи – о надоевшем меню, ограничениях из-за ковида и об отказе от медальных планов на ОИ

Поговорили и о перспективах 18-летней Анастасии Шкурдай.

До официального старта Олимпийских игр в Токио остается чуть больше недели. Спортсмены потихоньку начинают прибывать в Японию, среди них – некоторые беларусские атлеты. Так, еще 11 июля в Японию отправились несколько представителей национальной команды по плаванию: тренеры и четыре спортсмена (Анастасия Шкурдай, Алина Змушко, Илья Шиманович и Никита Цмыг). Остальные члены делегации прилетят в Токио за несколько дней до старта плавательной программы. Первые заплывы намечены на 24 июля.

Дмитрий Руто связался с одним из тренеров сборной Беларуси Ольгой Ясенович, которая уже находится в Японии и вместе с коллегами и спортсменами живет в портовом городе Амагасаки. Специалист рассказала о том, как коллектив добирался на другой конец материка, в каких условиях живут беларусы, ковидных ограничениях в Японии. Поговорили мы и об олимпийских перспективах лучшей пловчихи страны Шкурдай – Ясенович является ее личным тренером.

– Расскажите для начала, как вы добирались до Японии.

– Тяжело. И хорошо, что мы заранее прилетели на сбор. Понадобилось время, чтобы отойти от долгого перелета. С определенными проблемами при перелете сталкиваются абсолютно все спортсмены, потому что не всем аэропортам разрешено сейчас принимать самолеты с олимпийцами из-за ковидных ограничений. А найти рейсы в определенный аэропорт очень непросто. В итоге и нам, и некоторым другим сборным приходится лететь частями, то есть кто-то прибыл, например, в один день, а кто-то прилетит чуть позже. Насколько я поняла, с такими логистическими проблемами столкнулись многие, в том числе команда Украины, с которой мы живем сейчас в отеле.

Наш перелет занял практически двое суток. Из Минска на «Белавии» мы перелетели в Москву. Оттуда на самолете компании Air France попали в Париж. А уже из столицы Франции полетели в Осаку. Это был очень долгий перелет – аж 11,5 часа. Надеюсь, все это не скажется на форме наших пловцов. Если бы мы прилетали и через три дня стартовали, было бы тяжелее. А так уже прошло какое-то время, чуть обвыклись, отдохнули.

В аэропорту столкнулись с определенными проблемами. После приземления порядка 3-4 часов находились в здании аэропорта: сдавали тест на коронавирус, решали все аккредитационные вопросы. И такое ждет абсолютно всех участников Олимпиады. Благо, насколько я поняла, больше нам такой коридор проходить не придется. Для нашей команды выкуплен весь вагон на скоростном поезде, и 20 июля из Амагасаки мы переедем в Токио, это где-то 300-400 км. А в столице нас встретят и на автобусе перевезут в олимпийскую деревню.

– А почему вы сразу не поселились в олимпийской деревне?

– Спортсменам, по-моему, заселяться там можно только с 18 июля. Другие члены делегаций, вроде, имеют право поселиться там раньше. Мы решили сделать так: 20 июля позавтракаем, и после этого на скором поезде уедем в Токио. Заселимся в деревню и вечером проведем тренировку в соревновательном бассейне. Просто, понимаете, если долгое время находишься в том месте, где проводятся соревнования, это не очень хорошо – все приедается, ожиданий больше, давления. А сейчас нам как-то поспокойнее.

– Почему было решено поселиться в Амагасаки?

– Наверное, вопрос цены и наличия свободных мест в отелях. Этими вопросами занималась наша федерация и главный тренер. Насколько знаю, еще в 2020 году была достигнута договоренность с организаторами, что мы будем жить и тренироваться именно в этом городе.

Кстати, я знаю, что некоторые сборные отказались проводить предолимпийские сборы в Японии, жить тут до соревнований из-за ковидных ограничений. Те же россияне, например, разместились во Владивостоке, хотя изначально они планировали сбор именно в Японии. Не приехали австралийцы, еще кто-то.

– Расскажите об условиях, в которых вы живете.

– Разместились мы в неплохом отеле, комфортном. У него, по-моему, четыре звезды. Единственное, через парадный вход мы никогда не ходим. По крайней мере для беларусских спортсменов – отдельная служебная лестница или служебный лифт, запасной выход, и за дверями нас всегда ждет автобус, который отвозит на тренировки.

На этаже мы живем одни, у каждого своя комната. В бытовом плане все нормально и уютно. Главное, чтобы были условия для тренировок.

– Бассейн находится далеко от отеля?

– Всего в восьми километрах от гостиницы, но добираемся мы до него долго, где-то минут 30. Все зависит от того, как работают светофоры, а их на нашем пути очень много. Как-то один наш тренер подсчитал, что по пути в бассейн мы проехали аж 27 светофоров. Они тут находятся практически каждые 100 метров. Хотя и в долгой поездке есть плюсы – можно утром доспать.

Кстати, надо сказать, что из-за ковидных ограничений нам выделили два автобуса – и мы ездим в них по пять человек на весь салон. Естественно, все в масках, но никто не заставляет рассаживаться подальше друг от друга. А вообще маски мы можем снимать только, наверное, в бассейне. Разрешено это делать в том числе и тренерам.

– И в номерах.

– Конечно. Как я уже сказала, нашей команде выделен отдельный этаж. У нас четыре спортсмена, три тренера, врач, массажист и главный тренер. Остальная команда в Бресте пока, она прилетит сразу в олимпийскую деревню 20 июля.

Каждое утро мы сдаем слюну для теста на антитела. Никто палочкой не колупается в носу :). Сдаем мы все это в отдельной комнате, каждый по очереди. Нам сказали, что если у кого-то что-то будет обнаружено, то сообщат. Пока молчат – значит, все хорошо.

Затем у нас завтрак, а после него едем на тренировку. Автобус подгоняют к отелю. Самое интересное, что автобус подъезжает максимально близко к двери, из которой мы выходим. Казалось бы, можно было стать на стоянке в 10 метрах от гостиницы, но нет. Как нам объяснили, это сделано для того, чтобы ни мы никого не заразили, ни нас.

– За тем, чтобы вы носили маски вне номеров или вне бассейна, следят внимательно?

– Маска – это вообще сам собой разумеющийся атрибут. Я заметила, что японские водители, даже если они одни в машине, все равно ездят в масках. Нам рассказали, что ковидные ограничения и правила расписаны в каком-то отдельном протоколе чуть ли не на 200 листов. Поэтому, может, водители следуют всем правилам. А, может, уже привыкли так жить.

– Ну и еще одно место, где можно снять маску, это кафе или столовая, где вы питаетесь.

– Конечно :). Но и тут есть свои интересные особенности. В кафе в отеле стоят столы, за которыми сидят по четыре человека. При этом стол разделен на четыре части прозрачными пластмассовыми перегородками. В итоге получается, что ты, вроде, с командой, но при этом все равно отдельно от всех, пусть и видишь остальных ребят. Не очень удобно, если честно, не всегда слышим друг друга, сидим как в вакууме.

– Что из себя представляет питание для спортсменов?

– Говорят, что в олимпийской деревне кормить будут получше, а в гостинице, где мы живем, рацион однообразный и уже немного надоел. Например, салаты из капусты, помидоров и огурцов дают на завтрак, обед и ужин. Днем и вечером могут дать курицу, рыбу, что-то еще. Ну а завтрак стандартный и каждый день один и тот же: яйцо, бекон, брокколи. Единственное, могут сделать омлет вместо двух поджаренных яиц. Мы уже разговаривали с организаторами, просили, чтобы поменяли нам еду. Обещали – ждем. Ну а так меню, в целом, европейское.

– По чему-то беларусскому скучаете?

– По сырникам, о них все мечтают :). А еще хотелось бы запеканку поесть.

– Что-нибудь специфическое из японской еды попробовали?

– Нет, пока еще не ели. У нас ребята любят японскую еду, те же суши, и мы разговаривали по этому поводу с организаторами. Пока тоже ждем.

– Из-за ковидных ограничений людей в городе мало?

– Живем мы в центре, бассейн находится где-то ближе к окраине. Когда едем на тренировку по утрам, я часто вижу на улицах много детей в одинаковой форме, в белых рубашках и галстуках. Я даже не понимаю, то ли учеба у них продолжается, то ли в какой-то лагерь они ходят. Но людей, в принципе, на улицах немало – нет такого, что город вымер. Да и магазины те же работают, ничего не закрывается из-за пандемии.

– Ваша жизнь в Японии сейчас – это только отель и бассейн? Больше ничего не видели, никуда не ходили?

– Так и есть. Если тебе что-то нужно в магазине, то нужно обращаться к организаторам сбора, и они сходят в магазин и докупят. В первый день я попробовала здешний кофе – просто ужасный. Организаторы откликнулись на мою просьбу и дали вкусный :). А вот сами мы никуда ходить не можем, даже в ближайший магазин. В итоге даже прочувствовать температуру на улице не можем. Но тут, вы знаете, не так жарко, как в Беларуси – где-то 26 градусов и большая влажность.

– Немного, наверное, обидно, что приехали в Японию, а видите ее только из окна автобуса или номера в отеле.

– Да. С одной стороны, хорошо, что спортсменов ничего не отвлекает, нет у них лишних передвижений. Пловцы приехали, отдыхают и никуда не шастают. С другой стороны, от этого однообразия уже начинаешь уставать. Вроде бы, нам обещали, что в воскресенье к нам приедет кто-то из беларусского посольства и организует поездку к достопримечательностям. Обещали еще и ужин или обед в японском стиле. Надеюсь, что в выходные нас все-таки развлекут.

– Удалось хоть немного изучить город?

– Тут огромное количество заводов и большой порт. Еще перед перелетом я читала, что тут самый большой порт в Японии, через который идут все товарные поставки. Ну а из-за количества заводов город кажется таким сероватым, и немного напоминает Советский Союз. Мы тут как будто дома :). Такого чего-то красивого и классного пока не увидели – все очень просто и лаконично. А мне, помню, друзья перед вылетом говорили, чтобы не забывала слать им красивые картинки из Японии. Но ничего особо красивого тут нет.

А еще я вспомнила один момент, который меня очень удивил. Когда ехали из аэропорта по платной дороге, встретили человека, который собирал деньги и выдавал чеки. Везде уже внедрены компьютерные технологии, камеры фиксируют твой проезд по платной дороге, приходят электронные платежи. А тут – нет. Даже несмотря на то, что Япония – высокотехнологичная страна, все равно сидит человек и выбивает водителям чеки.

Еще нам рассказывали, что на местных заводах сохранились советские принципы контроля труда. То есть люди приходят, отмечаются, записывают свои фамилии в бланке.

– Из-за большого количества заводов воздух в городе грязный?

– Какого-то смога я не заметила, никакого тумана нет. Город сам по себе очень чистый, хотя, что удивительно, мусорки тут – большая редкость. При выходе из бассейна будет мусорка, в отелях, в комнатах. И все, в принципе. Мне это очень бросилось в глаза. Но при этом мусора на улицах все равно нет.

– В городе есть ощущение, что через неделю в Японии стартует Олимпиада?

– Нет. Только в бассейне висят флажки с украинским и беларусским флагами. А так какой-то символики, чего-то еще вообще нет. Едешь по Амагасаки – не понять, что скоро в стране пройдут Олимпийские игры. Может, конечно, на японском языке и есть реклама ОИ, просто мы не понимаем.

– Кстати, что насчет языкового барьера?

– Когда прилетели, в аэропорту было заметно, что почти никто не говорит на английском. Люди в своем японском стиле вежливо кивают, кланяются и все равно говорят на своем языке, даже если ты что-то спрашиваешь на английском. При этом нам и за пределами аэропорта приходится сталкиваться с большим количеством людей из числа организаторов. Во-первых, нашу делегацию сопровождает человек пять, плюс в отеле на этаже постоянно кто-то дежурит. Как нам рассказали, этих надсмотрщиков периодически проверят свои начальники. Здесь все очень строго.

В бассейне я отметила для себя один момент. Увидела человека из числа организаторов, и у него в руках был небольшой электронный переводчик. Человек диктует слова на него, а эта штучка переводит речь на русский. Так же ты можешь сказать, что хочешь, и все будет переведено на японский. Наши врач и массажист так и общались с японцами.

– Какие впечатления оставил бассейн, в котором вы тренируетесь?

– Неплохой такой бассейн, хотя и видно, что он построен достаточно давно. Тут 50-метровые дорожки, у каждого своя, никто никому не мешает. Может, этот бассейн общественный, не знаю, но когда приезжаем мы или сборная Украины, которая работает тут же, то никого, кроме спортсменов, в бассейн не пускают. Есть вместительные трибуны. В самом плавательном центре есть свой тренажерный зал, но мы туда не попали. Нам вынесли определенные вещи к бортику, потому что, по словам организаторов, в зале мы не защищены от коронавируса и можем заразиться.

Тренировки у нас длятся по два часа. Бывает, что один раз в день, иногда и дважды – утром и вечером. Есть восстановительные процедуры. В общем, стандартное расписание.

– Как в свободное от тренировок время вы развлекаетесь?

– Я, например, учу английский :). Вообще, в первые дни было тяжеловато в плане акклиматизации, днем очень хотелось спать. Между тренировками все вырубались. Сейчас привыкли, и каждый отдыхает, как хочет. Конечно, в условиях ковидных ограничений. Ходить друг к другу в номера никто не запрещает, поэтому ребята общаются между собой, плюс у каждого есть компьютеры, телефоны. Так что находят, как провести свободное время.

– До Олимпиады осталось чуть больше недели. Есть чувство волнения?

– Так как в городе нет ничего такого, что может сильно нагнетать и давить, то мандража и волнения у меня нет, все достаточно спокойно. Да и спортсмены, как я вижу, тоже не особо волнуются. Ребята готовятся в своем обычном тренировочном ритме.

– Вы являетесь личным тренером Анастасии Шкурдай. Расскажите о ее олимпийских перспективах.

– Я хочу отметить, что у нее сейчас реально профессиональный подход к делу, видно, что она готова выступать на Олимпийских играх, выкладываться на 100 процентов. Что касается ее перспектив, то пока говорить об этом очень сложно. Непонятно, насколько сильны японцы и китайцы. Мы видели отбор американцев австралийцев, канадцев – у них очень хорошие результаты. А вот по японцам и китайцам нет никакой информации. Поэтому пока что-то предполагать тяжело.

Мы уже с Настей разговаривали – никаких медальных планов у нас нет. Просто хочется показать наилучшее время. Но сейчас, мне кажется, у Насти снова какой-то переходный возраст, меняется масса тела, появляются разные физиологические нюансы. И сейчас не все зависит от тренировочного процесса и желания самого спортсмена. Есть определенные физиологические факторы, которые могут помешать. Посмотрим, как справимся с этим.

– Недавно стало известно, что на Олимпиаде не будет парада атлетов. Как вы отреагировали на эту новость?

– Мы не планировали идти на церемонию открытия Игр, потому что она состоится 23 июля, а у нас первые заплывы уже 24-го. Накануне – две тренировки. Так что нам не до таких церемоний. И особых расстройств у меня по этому поводу нет.

А вообще, эта Олимпиада какая-то странная. Я представляла себе немного по-другому наши первые Игры. В более радужном цвете, более празднично. Без боязни заразиться, без ежедневных утренних тестов. Мы вообще боялись, что нас поселят в отель и запретят выходить из номеров, а еду будут приносить лично каждому. В апреле был этап Кубка мира по прыжкам в воду, так нам спортсмены рассказывали, что они жили в Токио, и им даже нельзя было есть вместе – каждый получал еду прямо в номер.

– Плюс соревнования пройдут без зрителей.

– Мы были уже на соревнованиях, где зрителей не допускали, так что нам не привыкать. На таких турнирах организаторы обычно делают подсветку, включают музыку, заплывы проходят в неплохой атмосфере. К тому же, насколько я поняла, члены команды будут допускаться на трибуны, поэтому какие-то зрители будут.

Фото: из личного архива Ольги Ясенович

https://s5o.ru/storage/dumpster/2/cc/baf28cf85bf0e8f207e3cd4581af5.jpg

Комментарии

Возможно, ваш комментарий – оскорбительный. Будьте вежливы и соблюдайте правила
  • По дате
  • Лучшие
  • Актуальные