Блог На вулiцы маёй

«Горжусь нашими отважными людьми, которые находят силы и высказывают свою позицию». Гандболистка сборной не понимает, за что прессуют белорусов

И удивляется, что к сторонникам Лукашенко такого отношения нет.

Буквально через неделю после выборов белорусские гандболисты, выступающие за рубежом, записали видеообращение к белорусам, в котором поддержали их в стремлении добиться правды и справедливости. Одним из инициатором обращения стала гандболистка сборной Беларуси и польского «Эльблонга» Анна Ящук. Кроме того разыгрывающая, уже много лет выступающая за границей, обозначила себя и среди подписантов открытого письма спортсменов за честные выборы и отставку Александра Лукашенко.

Гурков, Зверева, Барабанщикова, Тумилович, Дулуб, Герасименя, Романовская и еще более 800 спортсменов подписали письмо за отставку Лукашенко и против насилия

В интервью Андрею Масловскому Ящук рассказала о решении подписать письмо, польской солидарности, неожиданном подарке на день рождения и возможном отказе выступать за сборную Беларуси.

Вы среди первых подписали открытое письмо спортсменов против насилия и за честные выборы. Почему решили это сделать?

– Хочу сказать, что до всей этой ситуации с выборами я была далека от политики. Я и сейчас считаю, что не занимаюсь какими-то политическими делами. Просто то, что произошло тогда… В Беларуси не было интернета, и я не могла даже связаться с родными. Меня это очень сильно взбудоражило. Всё, что мы видели в первые три дня, очень меня тронуло. Я никому не могла помочь, и от этого мне было очень плохо. Поэтому совершенно не сомневалась и не колебалась, когда принимала решение подписать письмо. Это самое малое, что могла сделать.

Что из происходившего в Беларуси в первые дни впечатлило больше всего?

– Историй было очень много. Даже не знаю, про что рассказывать. Меня трогало все: как в первые дни относились к мужчинам, взрывы гранат, стрельба, избиения. Наши люди всегда были мирными. И они до сих пор это показывают, высказывая свое мнение мирно и спокойно. И никто не заслуживал такого отношения. И это меня не оставляет равнодушной. Я живу и играю в Польше. У меня здесь особо нет людей, с кем я могу говорить [о Беларуси] и делиться переживаниями. Приходя домой, я, можно сказать, оставалась одна. Хотела любым способом поддержать наших людей, но у меня не было с ними связи. И это чувство безысходности… Я просто плакала и не могла найти себе места.

Когда мы наконец созвонились с родными и близкими, они стали просить меня рассказать им, что происходит. Не я просила, а они. Представляете! У них не было доступа к какой-либо информации. И я рассказывала.

Кто должен отвечать за насилие на улицах?

– Мне кажется, президент, те, кто еще правит страной, и те, кто это делает. Потому что ничего не происходит просто так. Люди ничего противоестественного не делают – просто выходят на улицу. Это не повод стрелять в них, бросать гранаты, задерживать, насиловать и убивать. За это должен кто-то ответить.

Открытое письмо подписали почти тысяча человек. Следите за тем, кто в списке?

– Не скажу, что пристально слежу за обновлениями, но меня восхищает единство. Горжусь нашими отважными людьми, которые, несмотря ни на что, находят силы и высказывают свою позицию. И я рада, что число подписантов растет. Люди откликаются. Конечно, хотелось бы видеть еще больше спортсменов. Но у каждого свои причины для принятия или непринятия этого решения. И их надо уважать.

Интересно, что вскоре после того, как я подписала письмо, мои друзья из Польши (их не много) говорили, что беспокоятся за меня и переживают, чтобы это плохо не сказалось на мне. Они реально беспокоятся за мою безопасность, если я поеду в Беларусь. Не знаю… Конечно, все возможно. Но, кажется, я ничего ужасного не сделала. Просто высказала то, что думаю.

* * *

Вы одна из инициаторов видеообращения гандболистов. Как родилась эта идея?

– Все произошло быстро и организовалось легко. Связалась с людьми, которые играют за границей, и мы совместно решили снять видео. События дома откликались у каждого из нас в сердце. И это тот минимум, который мы могли сделать.

 
 
 
Посмотреть эту публикацию в Instagram

Публикация от Ania Yashchuk (@aniayashchuk)

 

Белорусы дома оказались в несправедливой ситуации. Мамы, которые потеряли своих детей, люди, над которыми издевались… Мне даже трудно сравнивать их поступки с нашим. По сути, мы ничего такого не сделали.

Были те, кто отказался участвовать?

– Были люди, которые просто не вышли на связь, и этим показали свою позицию. Я не хочу никого осуждать. И никого не виню. Как и не хочу влиять на кого-то. Я хочу, чтобы к моей позиции относились справедливо. Поэтому и к мнению других людей тоже отношусь справедливо.

В фэйсбуке за помощь с роликом вы благодарите Паулину Адамску. Кто это и что она такого сделала?

– Паулина – моя подруга, с которой мы когда-то играли в одном клубе. Я на вы с техникой. И у меня нет друзей, кто здорово и быстро умеет обрабатывать видео. У меня бы это заняло гораздо больше времени. Да и не знаю, получилось бы вообще. А она умеет. И все кусочки в одно видео «склеивала» она. Я очень ей благодарна, потому что Паулина потратила три дня на то, чтобы помочь нам. Она сводила, монтировала, добавляла субтитры. И она работала на непонятном для себе языке. Мы говорили по-белорусски, а она не знает этого языка. Это было сложно, но получилось. Спасибо ей.

Почему решили говорить на белорусском?

– Решение принимали совместно и учитывали мнение каждого, чтобы не делать каких-то глупых шагов. Да, мы разговариваем на русском, но я, например, очень хорошо знаю белорусский. Я училась в белорусскоязычной школе, где все предметы преподавались на родном языке. И обращением на белорусском мы хотели попасть в большее количество сердец, чтобы это тронуло большее количество людей.

Какой была реакция?

– Разная. Кто-то говорил, что мы говорим на «трасянке», что у нас акцент и так далее. Стараюсь не обращать внимания на такие вещи. Но куда больше было слов поддержки. Говорили, что мы молодцы. Я была рада. Хоть и не думаю, что мы сделали какое-то масштабное дело.

Признаюсь, вообще не ждала какой-либо реакции. Мы просто хотели показать, что против насилия в нашей стране. Против того, что людей бьют и сажают за то, что они высказывают свое мнение. Кстати, меня мучает один вопрос. На улицы ведь выходят и те, кто поддерживает Лукашенко. Почему к ним такого отношения нет? Я не могу этого понять.

Говорите, что не считаете, что сделали что-то масштабное. Дело в том, что вы были одними из первых, кто высказался.

– Хотелось, чтобы еще больше людей подключилось. Но на кого-то влиять неправильно.

Мне часто говорили: «Не возвращайся в Беларусь. Не возвращайся!» Ну, почему? Если бы у меня была возможность играть в Беларуси и так же зарабатывать, я бы не покидала свою страну и была бы рядом со своими родными. Я очень люблю Беларусь и обожаю приезжать домой. Мне очень не хватает атмосферы Беларуси. Белорусы чистые, толерантные люди. Я понимаю, что это как наш плюс, так и минус. Но с другой стороны, агрессия никогда ни к чему хорошему не приводила. И я очень рада, что у нас мирные протесты и что со стороны людей нет агрессивных действий – никто не разжигает огонь и не стреляет. Люди верят в то, что можно решить все мирным путем.

Это после видео вам советуют в Беларусь не возвращаться?

– Нет. Уже давно периодически заходят подобные разговоры на кухнях: «Ой, не возвращайся. Сиди там». А меня это всегда обижало, и я начинала ругаться. Почему я не должна гордиться своей страной? Почему мы не можем сделать так, чтобы Беларусь была на хорошем спортивном и экономическом уровне? Когда мы куда-то едем и у меня спрашивают откуда я, мне иногда приходится объяснять, где находится Беларусь. Мне хочется, чтобы нас знали, а не постоянно рассказывать, что Беларусь – страна где-то между Польшей и Россией, Украиной и Литвой.

Как вообще поляки реагируют на то, что происходит в Беларуси?

– Поддерживают. Их очень трогало происходящее. Та же Паулина, повторюсь, так прониклась ситуацией, что помогла мне. Понятно, что так, как белорусы, меня никто не поймет, но поддержка есть. И даже финансовая помощь. Не мне, конечно. Просто через меня знакомые ребята узнали, что можно куда-то переводить деньги и помогать. И я знаю, что многие пересылали деньги в наши фонды для белорусов, которые потеряли работу.

Ого!

– У меня есть персональный болельщик из Щетина. Я его называю «мой герой». Например, когда командой подписываем майку и выставляем как лот в интернете, чтобы отправить средства на благотворительность, он всегда участвует. Обычно мы помогаем детям или дедушке, у которого никого нет. Так вот он часто выигрывает, «покупая» ее за 200 злотых – это примерно 50 евро. Но он всегда пересылает больше. Выиграл майку за 200 злотых, а пересылает нам 400. И я видела, что он также перечислял в фонд помощи белорусам деньги. Я очень рада, что люди неравнодушны к ситуации у нас.

И мне немного грустно, что иногда поляков не волнует, что происходит совсем рядом с ними. Говорят: «А, у нас такое когда-то было» и просто машут рукой. Мне кажется, надо реагировать на то, что происходит сейчас, а не вспоминать то, что было когда-то.

Поляки устраивают акции солидарности, концерты. Подключаются и белорусы, живущие в Польше. Эльблонг в этом плане активен?

– Это маленький город, из которого молодежь по большей части уезжает учиться в другие города. Это скорее город старого населения, и здесь нет таких активностей. Но я видела однажды, и мне было очень приятно, как врачи одной больницы вышли в поддержку Беларуси. Их было немного, но я была очень удивлена и обрадована. Это как раз было в тот момент, когда я себе места не находила и не знала, что делать. А тут такая поддержка под боком! Я ожидала этого от Варшавы, других больших городов, но не от Эльблонга.

Белорусы есть в городе?

– Почти нет. Правда, буквально месяц назад познакомилась с двумя белорусами, которые временно живут тут. Очень рада, что их встретила. Мне была очень важна поддержка не через телефон и интернет. Теперь чувствую, что не одна. Кстати, ребята мне устроили замечательный день рождения (14 октября – Tribuna.com). Не знаю, где они нашли тюльпаны, но подарили мне бело-красно-белые цветы, нашу символику и белорусские конфеты. Без понятия, где они отыскали это все в Польше :). Было чертовски приятно почувствовать единство.

Как вы с этими белорусами познакомились?

– Случайно через интернет. Оказалось, что они живут совсем недалеко от меня. Встретились и сразу поняли, что это здорово. Белорус белоруса за границей будет поддерживать всегда. Слышала много историй от поляков, которые жалуются на своих. Если поляк в Германии встретит поляка, то они друг друга скорее обманут, нежели будут поддерживать. Сколько я встречала белорусов, мы всегда поддерживаем друг друга.

Говорят, поляки хитрые ребята.

– Когда ехала играть в Польшу, мне говорили точно так же. Аккуратней, они тебя обманут и проведут. Они хитрые и все такое. Но я попала на самых хороших людей, которые всегда хотели помочь. Например, когда у меня были проблемы с языком или документами. Причем инициатива исходила от девочек, а не от меня.

У меня есть подруга, с которой играли вместе в Щечине, – Ада. Она вратарь сборной Польши и играет сейчас во Франции. Она всегда, в любой момент старалась мне помочь. Даже если ей было неудобно или не по пути. То же самое и в Эльблонге сейчас. В общем, поляки мне по жизни много помогали. Жаловаться на них я не буду. Они тоже чистые люди.

* * *

Какие у вас отношения с национальной сборной?

– В прошлом году переехала играть в Испанию, но по семейным обстоятельствам пришлось вообще закончить карьеру. Так сложилась жизнь, что мне надо было находиться дома. В итоге приняла решение вернуться в Беларусь и провести какое-то время с мамой. А со сборной и гандболом закончила. Но через три-четыре месяца пришла в себя, вернулась и уехала в «Эльблонг». После чего мы разговаривали с [главным тренером сборной] Томашем Чатером и пришли к тому, что если он будет во мне нуждаться, я буду рада приехать. И в июне мне пришел вызов в сборную, но коронавирус помешал нашим планам. Вызвали меня и на недавний сбор, но снова «корона». У команды не было официальных игр, а сбор был всего на шесть дней. Совместно решили, что нецелесообразно просто тренироваться неделю в зале, а потом еще две недели сидеть на карантине. При этом клуб был готов меня отпустить, но при условии, что срок карантина будет уменьшен. Поговорила с тренерами и администратором сборной и решили, что в такой ситуации мне не стоит приезжать. Следующий сбор планируется на ноябрь.

Вам будет комфортно в этой сборной с учетом всей ситуации?

– Да, в сборной есть люди, у которых другое мнение о ситуации в стране. Но я бы не хотела, чтобы это сказывалось на наших отношениях. Я приезжаю в коллектив девочек, с которыми мы пытаемся попасть на чемпионат мира или Европы. Это наша золотая мечта. Я уверена, что убеждения человека не должны влиять на вызов или не вызов в главную команду страны. Надеюсь, наша федерация не играет в политические игры и не будет давить на коллег по поводу политики. Но если давление все-таки будет, то у меня не останется выбора – в сборную приезжать не буду.

(Уже после беседы появилась новость, что со старшим тренером сборной с Натальей Петраковой и начальником команды Константином Грибовым не продлили контракты. Оба подписали открытое письмо спортсменов).

Сейчас многие спортсмены сталкиваются с давлением со стороны Минспорта и своих федераций.

– Происходят вещи, которые не должны происходить. Отказ от людей, которыми мы гордимся, которые принесли стране славу, отказ от всех их заслуг, – это неправильно. По ходу карьеры спортсмены не видятся с родными. Они постоянно на сборах, в разъездах и переездах. Это огромный, кропотливый, каждодневный труд с болью, травмами и реабилитацией. И так легко от них отказываются… Возьмем ту же Елену Левченко, которая находилась на Окрестина в жутких условиях. Понятно, что Елена такой же человек, как и все остальные, но она – элита Беларуси. И если мы так легко отказываемся от целой прослойки спортсменов, значит, что-то идет неправильно. Мы теряем то малое, что сумели добыть за время суверенитета. И теряем на ровном месте. Это жалко.

Есть еще наблюдается и пакостничество, как в случае со школой плавания Александры Герасимени, которой не продлили аренду.

– Да. Все эти вещи направлены на то, чтобы задеть людей, которые ничего плохого не делают. Они просто хотят следовать правильным решениям, хотят другой жизни. Наверное, мы имеем право поменять то, что сейчас не работает.

* * *

Вы говорите, что раньше не интересовались политикой. В чем это выражалось? Вам было все равно, кто победит на выборах?

– Все равно не было. Просто у каждого человека свои проблемы… Спортсмены постоянно в спорте. У нас есть цели, к которым мы идем через тренировки, сборы, матчи. Есть мысли, как этих целей достичь. И наша работа не заканчивается выходом из зала после тренировки. Мы постоянно думаем о том, как лучше сыграть, как правильней действовать и так далее. И углубляться в политику не было ни времени, ни желания.

Я всегда считала, что главное – что нет войны, что мама идет домой с работы в 12 часов ночи и она в безопасности. Вот это было хорошо. Но оказалось, когда копнули глубже, когда прошли выборы, всё не так хорошо, как выглядело. И, наверное, пришло время что-то менять.

И когда начали следить за выборами?

– Я, конечно, слышала, что сидит в тюрьме Тихановский и Бабарико, но не могу сказать что сильно этим жила. Пристально начала следить уже после оглашения результатов, когда брат позвонил на телефон. Чтобы вы понимали важность этого звонка, просто так брат мне не звонит – общаемся через мессенджеры. Последний раз он мне звонил напрямую, когда у нас умер папа. Поэтому когда брат позвонил на сей раз, у меня были самые страшные мысли. Трубку брала дрожащими руками. Но оказалось, он звонил, чтобы я рассказала ему о том, что происходит в Беларуси. И вот с того момента я пристально слежу. Равнодушной оставаться невозможно.

Вообще меня изначально обидело (думаю, не только меня), что страна не позаботилась о своих людях в момент коронавируса. Понимаю, что у нас сложно с экономикой: нет моря, нет большого количества природных ресурсов. Но государство не позаботилось даже о старших людях. Понятно, что люди должны были сами следить за собой. Но в Польше, например, были введены определенные меры. Например, с 10 до 12 часов дня в магазин могли ходить только пожилые. Если бы я пришла в этот промежуток, меня даже не впустили бы в магазин – стояла бы на улице до 12. Считаю, такие минимальные меры помогли бы. Они бы не пошатнули сильно экономику, но была бы забота о людях.

А потом выборы, ситуация с количеством голосов и всё, что было после. И всё это огромной лавиной обрушилось на Беларусь. Страна будет другой.

Как отреагировали на 80 процентов голосов за Лукашенко?

– Примерно понимала, какой процент на выборах будет за него. Но то количество людей, которое выходит на улицы, показывает, что этого процента нет!

Как вам поведение Лукашенко после выборов?

– Раньше его модель работала. Он делал хорошие вещи. И мне сейчас жалко, что он не хочет принять мнение большинства и теряет все свои заслуги. У него не всегда были правильные решения, но он же что-то делал. А сейчас он хочет только удержаться у власти и теряет то, что нарабатывал годами.

Не знаю, чем это все закончится, но однозначно люди уже не будут прежними. Надеюсь, он прислушается. И надеюсь у народа хватит сил, энергии, терпения и креатива. С креативом, кстати, пока порядок. Как-то прочитала в интернете очень яркую фразу: «Секс – это, конечно, хорошо, но вы видели, что творят белорусы?!» И дальше был такой комментарий: что бы другие страны теперь не делали, они должны понимать, что выше белорусов не прыгнешь. Я в приятном шоке от нашего креатива, от того, как белорусы едины и чисты сердцем. И очень рада, что мы выбрали именно этот способ, чтобы все решить.

Фото: eksstart.pl

Автор

Комментарии

  • По дате
  • Лучшие
  • Актуальные
  • Друзья