android-character-symbol 16.21.30apple 16.21.30@Combined ShapeЗагрузить фотографиюОчиститьdeleteinfoCombined ShapeИскатьplususeric_avatar_placeholderusersview
Блог Оршанский вокзал

«Многие в Молодечно считают, что я приехал воровать». Человек, который хочет создать более надежные «Крумкачы»

Андрей Иваненко – о ставках, пользе стимулирования и схожести с Шунто.

Любители белорусского минора узнали об Андрее Иваненко в 2014 году, когда он в возрасте 26 лет пришел в рогачевский «Днепр» и наделал много шума: начал зарабатывать для клуба, организуя концерты, подписал Беганского и Капова, а также заявил за команду певца Дмитрия Колдуна. Правда, год спустя коммерческий директор покинул «Днепр» и занял должность digital-директора в «Крумкачах». Отношения с «воронами» получились короткими. Тогда Иваненко решил сделать свой проект. Андрей стал инвестором «Молодечно-ДЮСШ» из второй лиги. Сейчас в клубе он занимает должность председателя правления. Зачем молодому человеку белфутбол? Что в Молодечно забыл Сергей Кошель? Как этот клуб связан с букмекерами? Ответы узнал Александр Ивулин:

– Зачем вам белорусский футбол?

– Наверное, это самый популярный вопрос, который мне задают. Люди думают: «Есть много более интересный вещей, на которые можно тратиться». Понятно, можно ездить на лазурные пляжи, снимать элитных проституток или копить на дорогое жилье. Мне же интересен футбол. Для меня это не бизнес, а хобби, которое приносит удовольствие.

– Когда вы увлеклись футболом?

– Я родился в Рогачеве, там до 13 лет занимался футболом. Когда родители купили компьютер, мои интересы стали меняться. В это же время на поле у меня получалось все хуже и хуже, поэтому начал реже появляться на тренировках. Но я не забросил футбол. По-моему, в 2003 году вместе с Женей Поболовцом начал делать белорусские базы для Total Club Manager.

Лет через десять, в 2014 году, когда в Рогачеве решили возродить футбольный клуб, я поделился с руководством своими мыслями. Почитал 191-й и 300-й указы президента, поискал в СМИ примеры их применения и настрочил план развития клуба. Получилась папка где-то на 40 листов.

– Чем вы зарабатывали в 2014-м?

– Занимался организацией концертов. Старался работать так, чтобы все мероприятия выпадали на горячий сезон. Получалось, что мог пахать три-четыре недели, а потом пару месяцев отдыхать. В один момент решил, что нужно тратить свободное время не только на алкоголь и девочек, но и на что-то другое.

– На концертах вы зарабатывали большие деньги?

– На тот момент нет. Успешным считается концерт, который принес 10% от общего оборота. Я делал концерты средней руки с оборотом от 50 до 100 миллионов рублей. С успешных концертов забирал 10-20 процентов от этой суммы. В те времена я не зарабатывал каких-то больших денег. Сейчас мой доход благодаря работе в сегменте SMO (оптимизация сайтов под социальные сети – Tribuna.com) на порядок выше.

– Итак, вы идете на встречу с руководством рогачевского «Днепра»…

– Начальник команды Михаил Николаевич Ковалев был очень удивлен. Сидел, наверное, и думал: «Блин, откуда он свалился? Что он вообще несет?» Я поделился своим видением работы клуба. В бизнес-плане расписывалась четкая модель, ведь на тот момент у «Днепра» не было даже юридической структуры. При этом клубу было необходимо зарабатывать, чтобы получать государственную поддержку. Я знал, как это сделать. Посовещавшись с тренерами, Ковалев решил назначить меня коммерческим директором «Днепра».

– Чем вы занимались?

– Исключительно финансовыми делами. Например, той же организацией концертов, но делал это уже через клуб. Заработанные деньги оставались в «Днепре» и были основанием для получения госпомощи. Мне удалось договориться и провести несколько концертов Дмитрия Колдуна, и даже заявить его за клуб.

– О, это была шумная история.

– Хотелось, чтобы на «Днепр» обратили внимание. Эффект от приглашения Колдуна в клуб получился сильнее запланированного. Честно говоря, думал, что по этому поводу появится пара постов в социальных сетях, новости на «Прессболе» и «Трибуне», и на этом все успокоится. Но резонанс вышел гораздо мощнее. Жаль, матч, на который приехал Дима, получился не очень удачным. Колдун должен был появиться на поле на последних минутах, если бы одна из команд ушла бы в отрыв со счетом 2:0, например. Но этого не случилось.

Рогачевский «Днепр» стал первым клубом второй лиги, который сумел заработать миллиард белорусских рублей

Вообще, у нас была неплохая посещаемость. На матчи «Днепра» ходило 3% от населения города. Это очень достойный показатель. Наверное, мы были первой командой второй лиги, которая стала набивать на форме фамилии футболистов. У нас был хороший сайт на CMS-системе, заточенной именно под футбольные клубы. Не хочется хвастаться, но мы стали первым клубом второй лиги, который сумел заработать миллиард белорусских рублей. Понятно, удалось сделать это через организацию концертов, но факт остается фактом. Короче, это была крутая история, но сейчас могу сказать, что пару лет назад я вообще не разбирался в футболе. Если сейчас я просто не разбираюсь, то тогда совсем.

– Это как?

– Тогда для меня большую роль играли имена игроков, а не их функциональная готовность. Из-за этого в составе «Днепра» был дисбаланс. С одной стороны в команде было много возрастных футболистов: Капов, Капельян, Беганский, Сидоренко. С другой – ребята 16-18 лет. Получилось противостояние отцов и детей. У нас была всего пара человек нормального футбольного возраста.

– Как на 26-летнего парня, который не разбирается в футболе, реагировали в клубе?

– Меня всегда и везде воспринимают «особенно». В Беларуси каждый человек считает себя самым умным. Многое в нашей стране делается по принципам дедовщины: «Я старше, больше видел в жизни, поэтому сиди и не дергайся». Я живу по принципу старой белорусской пословицы «людзей слухай, а свой розум май», поэтому редко шел на поводу у других. Где-то это было правильно, где-то не очень. В Рогачеве на меня реагировали примерно так, как на Сергея Кошеля в некоторых клубах – смотрели, как на инопланетянина.

«Не время для бизнеса». Как за полгода потерять интерес к белфутболу

У людей просто не укладывалось в голове, что можно работать иначе. Они задавались вопросом: «Почему он не сидит в кабинете с восьми до пяти?» Просто каждый зарабатывает деньги так, как умеет. Кто-то руками, а кто-то собственным умом. Больше всего рогачевских руководителей удивляло, что когда у них заканчивался рабочий день, у меня он только начинался. В ту пору мне было комфортно работать ночью, поэтому до обеда звонить мне было бесполезно.

– Не поверю, если скажете, что с таким ритмом жизни у вас не было косяков в управлении клубом.

Конечно, они были. Самый главный – я слепо доверял чиновникам. Считал, что руководитель города и его заместители обязаны выполнять обещания. Мне казалось, что их слова – аксиома. Перед началом сезона-2015 мэр Рогачева сказал: «Не волнуйтесь, заключайте контракты с игроками. Мы футбол поддержим». Но все вышло иначе. На первых порах пришлось выплачивать игрокам зарплаты из денег, которые заработали на концертах Колдуна. Скоро они закончились. Сколько ни ходили к мэру, ничего не получили. Он все время перекладывал проблему с больной головы на здоровую. В конце концов человека посадили, а его сменщик сказал: «Я ничего не знаю. Долги предшественника меня не интересуют. Разбирайтесь, как хотите». В итоге долги «Днепра» по зарплате составили примерно 70 миллионов неденоминированных рублей. Пришлось отдавать ребятам деньги из собственного кармана.

– Поэтому вы покинули клуб?

Еще одна причина – приход в «Днепр» нового директора Виктора Иванова. На первой же встрече он сказал: «Если разместишь в социальных сетях хотя бы одну новость без моего разрешения, у тебя будут большие проблемы». Я ответил, что в таком случае он может заниматься этим сам. Вскоре я покинул «Днепр», но с тех пор на счет клуба не поступило ни рубля.

Чем закончилась попытка встряхнуть футбольный Рогачев

***

– Чем вы занимались в «Крумкачах» в должности digital-директора?

Я давно знаком с Денисом Шунто. Когда «Крумкачы» играли в первой лиге, написал ему в «Вконтакте»: «Привет! Пойдем попьем чайку». Встретились, пообщались. Мне понравился проект, но в тот момент я занимался «Днепром». Думал чем-то помочь «Крумкачам», но я не очень люблю находиться на вторых ролях (как это было в Рогачеве). На тот момент в «Крумкачах» было три учредителя, поэтому не видел смысла своего прихода в клуб.

В середине первого круга после выхода команды в высшую лигу предложил Денису помощь. Объясню, в чем она заключалась. У клуба есть партнеры, которые дают деньги за размещение логотипа на майках. Увы, это не очень эффективно с точки зрения рекламного эффекта: не стоит размещение логотипа на футболке условные десять тысяч долларов даже для среднестатистической команды высшей лиги. По моим прикидкам, реальная рыночная стоимость такой услуги 1500-2000 у.е. В эту цену входит охват аудитории, идентификация зрителями бренда как помощника и прочие моменты. К сожалению, в белорусском футболе не тот охват рынка, чтобы платить за подобные вещи какие-то существенные деньги. Фактически у нас любая реклама – это меценатство.

Партнеры «Крумкачоў», которые шли с клубом в высшую лигу, обещали быть вместе и в горе, и в радости. На деле вышло, что они были только в радости

Я хотел предложить «Крумкачам» стать первым клубом, который уйдет от этого. По-моему, реклама должна быть взаимовыгодной. Например, клуб оказывает компании ZTE пакет услуг по SMM и SMO: продвижение в социальных сетях, настройка таргентинга и другие ходы. Любому современному предприятию все это нужно. В Беларуси есть несколько компаний, которые предоставляют такие услуги на хорошем уровне, но там работает огромное количество сотрудников с высокими внереализационными и амортизационными затратами. В итоге сумма, которую должен потратить условный ZTE, оказывается завышенной раза в три.

К сотрудничеству с клубом можно привлечь не один десяток таких компаний. Конечно, это сложная наука, но фактически большая часть работы проводится только на этапе запуска. Затем идут корректировки. Я самостоятельно мог бы вести порядка 20-30 проектов. С каждого партнера можно было брать по 20 миллионов неденоминированных рублей в месяц. Умножаем 20 на 12, получается, практически половину годового бюджета «Крумкачоў» можно закрыть только моей деятельностью. Я хотел зарабатывать хотя бы 10 процентов бюджета. Это уже можно было бы считать успехом.

– Почему не удалось реализовать эту задумку?

Денис не успевал заниматься всеми делами клуба. Для работы по некоторым направлениям он приглашал людей с опытом на руководящих должностях. Увы, не со всеми я мог общаться на одном языке. Причина проста: некоторые совсем не понимали, чем я занимаюсь. Меня не пустили ни на одну встречу с заказчиками. В итоге приходилось как-то доносить свои мысли директору, но он не был в теме. Человек просто брал и в уже в существующий пакет услуг включал мою работу, причем без увеличения стоимости. Я не понимал этого, ведь моя работа предполагает затраты и стоит денег. Из-за таких горе-руководителей, которых уже нет в «Крумкачах», не было взаимопонимания, не получалось приносить команде прибыль.

Шунто не видел результатов моей деятельности. Я же работал, но фактически не приносил денег. Несколько попыток что-то объяснить не увенчались успехом. Потом случился сложный разговор с директором. Я достаточно обеспеченный человек и без работы в «Крумкачах», которая заменяла мне хобби, поэтому такие разборки мне не нужны. Пришли к обоюдному решению, что нам не по пути. При этом я продолжил помогать «Крумкачам» с рекламой и делаю это до сих пор.

– Я так понимаю, что никаких партнеров в клуб вы не привели?

Передо мной изначально не ставили такой задачи. Мне нужно было работать со старыми партнерами в области расширения спектра оказываемых услуг. При этом им предлагались услуги, которые действительно нужны компаниям по цене ниже рыночной. Искать партнеров – задача отдела маркетинга. На мне были завязаны только технические вопросы. Вопросы реализации услуг.

«Крумкачы» превращаются в «Нафтан» – и это печально

– Понятно. Что вы думаете, глядя на то, что сейчас происходит с «Крумкачамі»?

Состав, который есть сейчас, клуб готов кормить на деньги партнеров и учредителей. Сегодня у «Крумкачоў» есть долги, но если они их закроют, то вполне могут существовать. Разумеется, ни о каких сверхзадачах речи не идет, но команде по силам располагаться в серединке таблицы. Мне кажется, «Крумкачоў» рано хоронить. Белорусский футбол требует денег, но только в том случае, если ты борешься за какие-то высокие места.

– Но это не нормально, когда люди, играющие в высшей лиге, накануне матчей разгружают фуры и работают в McDonald’s…

Это просто стечение обстоятельств. Команде нужно было закрывать позиции внезапно обидевшихся на руководство игроков. Я не разделю позицию Дениса, что этих футболистов нужно было обвинять. В этом вопросе правда находится где-то посередине. Игрок, который не едет на матч из-за того, что ему несколько месяцев не платили зарплату, рискует испортить себе репутацию. Даже клубы без финансовых проблем в дальнейшем с подозрением будут относиться к таким исполнителям. Мало ли что-то произойдет, такой игрок тут же побежит в федерацию или спортивный суд в Лозанне. Зачем брать проблемных исполнителей?

Денис Шунто: «Может, я тоже хочу сходить подзаработать, чтобы закрыть долги перед Ивановым и Шикавкой»

«То, что сейчас происходит с клубом, просто немыслимо». Дмитрий Яшин объясняет, почему разлетаются «Крумкачы»

– Не так давно вы сказали, что лезть в высшую лигу без финансовой подпитки – это самоубийство. Эта цитата про «Крумкачоў»?

Я считаю, что это финансовый мазохизм. «Крумкачы» пошли в «вышку», когда команда была на пределе белорусского хайпа. Сравнить это можно только с первым попаданием БАТЭ в группу Лиги чемпионов. Эта история о красивой золушке, которая всем нравится. Как отказаться от высшей лиги в таких обстоятельствах? Это был бы очень серьезный удар по личной мотивации таких людей, как Денис. Он сделал все правильно, хоть и жил сегодняшним днем. Решившись на такой шаг, Шунто и другие люди, причастные к клубу, пережили одни из лучших периодов в своей жизни.

Увы, в какой-то момент ребята потеряли связь с финансовой реальностью. Наверное, где-то нужно было умерить пыл, чуть срезать контракты. Еще один момент: партнеры «Крумкачоў», которые шли с клубом в высшую лигу, обещали быть вместе и в горе, и в радости. На деле вышло, что они были только в радости. Когда результаты пошли на спад, партнеры тут же начали нарушать обязательства по выплатам. Сложно жить, когда тебя кидает один партнер, затем второй, а потом третий.

Сейчас «Крумкачы» минимизировали расходы. Думаю, до конца года они потихонечку закроют долги и начнут новый сезон с чистого листа. Возможно, учредители продадут какую-то долю клуба, не потеряв над ним управления. Мне кажется, у «Крумкачоў» все будет хорошо, несмотря на долг перед БАТЭ. Борисову не интересно убивать «воронов», потому что они не являются для них конкурентами.

У «Крумкачоў» – новые совладельцы: кто они?

– Кстати, нормально, что один клуб высшей лиги дает взаймы другому?

Не вижу в этом ничего плохого, как и в футбольном стимулировании. Например, если в последних турах чемпионата второй лиги в борьбе за путевку в Д2 не все будет зависеть от «Молодечно», почему бы не простимулировать команды-соперницы наших прямых конкурентов? Можно легко пообещать условным «Ошмянам» 5 тысяч рублей за победу над нашими конкурентами, ведь так?

– Подождите, но финансовое стимулирование запрещено.

Может быть, это запрещено юридически. Фактически это присутствует везде, просто обыгрывается на бумаге иначе. Не вижу ничего страшного в том, что команду на достижение наивысшего спортивного результата простимулирует другой клуб.

***

– Почему после «Крумкачоў» вы пришли в Молодечно?

Захотелось создать собственный проект, в котором я бы отвечал за все. Встречался с заместителем председателя Рогачевского исполкома. Говорил, что готов вложить в клуб 200 миллионов неденоминированных рублей при условии, что власти закроют аренду стадиона и расходы на транспорт. Мне не поверили, хотя я предлагал заключить договор. Позже возник вариант с Молодечно. Мне позвонили люди, которые переживают за местный футбол, и предложили помочь клуб вернуть былую славу.

– Чем вас привлек этот проект?

Здесь не нужно было умолять городские власти дать тебе стадион и условия для работы. В том же Рогачеве серьезно вставляли палки в колеса. Пока «Молодечно-ДЮСШ» не получило юридическое лицо, мы бесплатно играем на стадионе как городская команда. Плюс руководство города частично помогало нам с экипировкой, организацией сборов. Пусть на минимальном уровне, но чувствуется, что клуб не безразличен боссам города. Здесь хотят сделать команду, которая будет уверенно стоять на ногах, причем, сейчас о высшей лиге никто не заикается. Скажу больше: если в этом сезоне «Молодечно» не выйдет первую лигу, клуб точно продолжит существование в таком же формате. Будем пробиваться в Д2 в следующем сезоне. Все-таки нам, возможно, еще нужно время на притирку.

Если «Молодечно» выйдет в первую лигу, футболисты кроме денежных благодарностей получат еще и туристические путевки в жаркие страны

– Вам удалось собрать неплохой состав по меркам второй лиги. Если не секрет, сколько зарабатывают футболисты «Молодечно»?

Лучше опущу ответ на этот вопрос. На размер оплаты жалоб нет ни у кого: ни у местных, ни у приезжих игроков. Причем, приезжим закрываем все вопросы по транспорту и питанию. Если молодеченские ребята кроме футбола имеют основную работу, то «легионеры» думают только об игре. К слову, если мы выйдем в первую лигу, вполне сможем потянуть четыре ставки с окладом в полторы тысячи рублей в месяц. В плане финансовой стабильности в клубе все в порядке. Мне хочется, чтобы все поверили в наш проект. Сегодня «Молодечно» впервые за 12 лет имеет реальный шанс на повышение в классе без последующих отказов, хотя о своем желании пойти в первую лигу заявляли шесть команд: мы, «ЮАС», «Ошмяны», «Чисть», «Спутник», «Виктория». Такого не было давно.

– Объясните, зачем в клуб второй лиги едут Сийака, Макаров, Кошель?

Мы можем создать хоть какие-то условия. У нас есть финансирование под задачу, хорошее премирование. Если «Молодечно» выйдет в первую лигу, футболисты кроме денежных благодарностей получат еще и туристические путевки в жаркие страны. Плюс мы находимся на виду в информационном поле. Не стоит забывать, «Молодечно» – самая посещаемая команда первой и второй лиг. В среднем на наши матчи ходит около тысячи зрителей. Ну и, конечно, у нас один из лучших фан-секторов страны.

– Давайте остановимся на Сергее Кошеле. Как уговорили его на переход в «Молодечно»?

– Просто я сам еб****й [сумасшедший], поэтому никаких вопросов не возникло. Мы общаемся на одном языке. Недавно сидели с ним в гостинице, разговаривали, и речь зашла о кино. Оказалось, у нас один и тот же любимый актер – Том Хэнкс.

Кошель всегда был мне интересен как футболист и как личность. Это неординарный человек. Например, не вижу ничего плохого в том, что когда-то в Пинске он сказал, что у него средний пол. Разве не видно, что это парень? Зачем задавать глупые вопросы? Все просто: какой вопрос – такой ответ. После этого человек просто выгнали из «Волны». Это показывает местечковую ограниченность некоторых белорусских руководителей. Из-за нее Кошель часто бегал из одного клуба в другой. Мне хочется, чтобы он подольше задержался в «Молодечно». Хотя «знатоки белорусского футбола», коих вокруг пруд пруди,говорили: «Намучаешься с ним, это человек не от мира сего». Не знаю, по мне Кошель абсолютно нормальный адекватный парень и прекрасный футболист.

«Мое имя — Окад». Интервью Сергея Кошеля Никите Мелкозерову

– Чем он занимался до прихода в «Молодечно»?

Полгода залечивал травму, полученную во время просмотра в «Звезде-БГУ» и «Луче». После этого получал высшее образование по специальности «спортивный менеджмент». В общем, Сергей – классный парень, вокруг которого понастроили стереотипов. Впрочем, стереотипов хватает и вокруг меня.

– Например?

Многие в Молодечно считают, что я приехал в клуб воровать деньги. Люди просто не понимают, как человек, которому нет 30, может прийти в клуб и просто так тратить 3-4 тысячи в месяц на содержание команды. Многие просто не видят альтернативной точки зрения, кроме одной: он – вор. Наверное, с таким мнением просто невозможно бороться. Некоторые предыдущие работники клуба говорили: «Ты здесь никто и не можешь ничего решать». Потихонечку избавились от них. Сейчас руководство «Молодечно» – это по большей части три человека. Я, главный тренер Сергей Дорохович и его помощник Николай Татун, он же начальник и администратор клуба. Пока нам этого хватает.

Да, мы сдаем матчи :). Открою один секрет: у нас в планах переименовать клуб в «Молодечно Макслайн»

– Давайте проясним, как формируется бюджет «Молодечно».

Даже могу его назвать. Ориентировочно это сто тысяч рублей. Где-то сорок тысяч деньги города, которые идут на аренду спортивных сооружений, транспорт, организацию сборов и заявочный взнос. Оставшуюся сумму закрываю я. Еще примерно 5% бюджета дают наши хорошие партнеры – компания «Макслайн» и компания «Дискаунтер путешествий».

– Получается, «Молодечно» финансирует букмекерская контора?

– Да, мы сдаем матчи :). Открою один секрет: у нас в планах переименовать клуб в «Молодечно Макслайн». Сразу скажу, что «Макслайн» это не юридическое лицо, такой компании нет ни в одном реестре. «Макслайн» это просто слово, которое мы будем продвигать как бренд.

– Но всем известно, что «Макслайн» – это букмекерская контора.

– И что? Букмекерский бизнес сейчас распространен во всем мире. Что плохого в том, что он будет помогать спорту? В Беларуси запрещена реклама азартных игр на стадионе. Окей, нельзя в открытую рекламировать ставки, но этого никто делать не будет. Сейчас белорусскому спорту, в частности футболу, не до жиру. Зачем отказываться от помощи? Деньги от букмекерских контор не стимулируют рост договорных матчей и не подталкивают к тому, чтобы люди больше играли. Это все равно, что сказать, будто строительство библиотек способствует росту чтения.

Хочется подчеркнуть, в России есть крупнейший производитель креветок «Макслайн», в Англии – бренд одежды с таким названием. Ни один суд не займет позицию, что в таком варианте названия клуба есть реклама азартных игр. Так что здесь все сводится к желанию увидеть то, чего нет. Нам нужно отходить от подобных вещей. Не вижу ничего криминального, если в следующем году «Макслайн» выделит клубу определенную сумму, часть которой мы будем должны потратить на улучшение футбольной инфраструктуры города. На эти деньги мы наконец-то, например, отремонтируем душевые и туалеты в местной ДЮСШ. Неужели это принесет много вреда?

Более того, уже имеется информация о том, что закон об азартных играх у нас будут пересматривать. Значит, мы, скорее всего, пойдем по пути российского и украинского законодательства, где инвестирование букмекеров в спорт является обычной ситуацией.

– Но вы понимаете, что теперь к клубу будет «особое» отношение?

Можете написать, что «Молодечно» играет только под контору, ведь это так очевидно. Посудите сами, максимальная ставка на матч второй лиги в «Макслайн» 30 рублей. Собрались мы командой, подумали: «Почему бы нам не «слить» матч и не получить за это по 50-60 рублей?» Это же абсурд. Пока «Макслайн» помог нам только с формой, но в дальнейшем мы очень рассчитываем на плодотворное углубленное сотрудничество и будем ломать стереотипы. Никто не говорит о каких-то огромных деньгах. «Молодечно» развивается поступательно. К слову, планирую привлечь к сотрудничеству с клубом еще несколько организаций.

Безусловно, в какой-то степени это создаст монополию управления в клубе, которая будет завязана на мне. Сейчас мне хочется найти молодого и энергичного директора, который бы мог решать все насущные вопросы и постоянно находился рядом с командой. Я бы хотел остаться в «Молодечно» в качестве председателя правления. Например, мне нравится то, как получается руководить у Паши Остроуха из «Осиповичей», хотя изначально в него не верил. Если в свое время я приходил в футбол с каким-то опытом в бизнесе, работе с нормативными актами, то Остроух пришел в «Осиповичи» вообще без знаний и денег. Посмотрите у него очень многое получается. Очень бы не хотелось, чтобы «Осиповичи» вылетели во вторую лигу.

«Буду получать 300 рублей в месяц». Как в 21 год стать директором профессионального футбольного клуба

– Сколько своих денег вы уже вложили в белорусский футбол?

Не знаю, наверное, 500 миллионов неденоминированных рублей.

– Вы не жалеете об этом?

Наверное, когда-то этого хватило бы на квартиру в Минске. Но, с другой стороны, эти деньги можно было бы пропить. Если бы не потратил их на футбол, то точно не вкладывал в бизнес или недвижимость, например. Это не доставляет мне удовольствия. Я, как и Денис Шунто, живу на съемной квартире и езжу на общественном транспорте. Мне куда интереснее вложить деньги в клуб и выйти с ним в первую лигу, чем купить дорогое авто. Здесь все дело в личных амбициях и личной ценности денег.

– Что изменится в вашей жизни, если в этом году «Молодечно» сможет выйти в первую лигу?

Я постараюсь сделать так, чтобы мои расходы на клуб сократились. Сейчас трачу на футбол больше половины заработанных денег. Хочется привлечь к работе надежных партнеров. Начнем оказывать им услуги SMM и SMO, которые будут дешевле рыночных. Это я планировал сделать в «Крумкачах». Хочется создать структуру, в которой будет несколько крупных партнеров и десяток мелких, которые бы перечисляли клубу пусть по 100-200 долларов в месяц. Пока я не ставлю каких-то глобальных задач. Хочется выстроить нормальную структуру. Наверное, есть желание построить чуть более стабильные «Крумкачы». Пусть это и займет гораздо больше времени и будет, возможно, не так ярко, зато более качественно и надежно.

Фото: архив Андрея Иваненко

Автор

КОММЕНТАРИИ

Комментарии модерируются. Пишите корректно и дружелюбно.

Лучшие материалы