Блог Оршанский вокзал

Сергей Гуренко: «Работают брат, сват, кум, но только не профи. Такие дела у нас сплошь и рядом»

Самый пламенный тренер белфутбола вернулся из Бельгии и рассказывает, как ему работалось там и что его не устраивает здесь.

– Как вы поживаете?

– Все хорошо. Отдыхаю, провожу время с семьей. Недавно в Беларусь приезжали представители «Ромы». Помогал им решать кое-какие организационные вопросы перед матчем с БАТЭ. Посоветовал какие-то гостиницы. Почему не помочь людям, которых знаешь?

– Вам уже хочется работать?

– Любая работа должна приносить удовольствие. Когда человек видит, что он востребован, все получается хорошо. Я получал удовольствие везде, где работал. Честно. Ведь нельзя сразу стать тренером. Нужно набить много шишек. Это называется опыт. Смотришь, что работает в одной ситуации, что в иной. Не буду скрывать, за время своей карьеры допустил много ошибок. В минском «Динамо» был один Гуренко. В «Торпедо» – другой, в последующих клубах – третий. В «Динамо» все-таки еще был футболистом. Было много эмоций. Сейчас стал более сдержанным.

– Главная ошибка, которую вы допустили в «Динамо»?

– Эмоции-эмоции. Они были лишними, но не скажу, что я работал неправильно. Ребята прогрессировали очень быстро. В  этом не только моя заслуга. До меня с этими игроками работали Хацкевич, Криушенко, Муслин. При мне парни стали попадать в национальные сборные. Только это не чисто мое достижение. Игроки были заинтересованы в прогрессе. Было видно поступательное движение вперед. Если человек не развивается и топчется на месте, то тут или проблема в тренировочном процессе, или в игроке. Когда мне говорят: «Вот есть хороший футболист. Посмотри», первым делом спрашиваю: «Сколько матчей он провел на высоком уровне?» Если человек не сыграл на нем 200-300 матчей, нельзя говорить о нем как о хорошем футболисте. Может быть, это хороший материал, но не более того.

– В Бельгии вы работали с хорошим материалом?

– В последние годы много работал с молодыми ребятами. Приходилось часто оставаться после тренировок, наблюдать за ними. Это касается не только Бельгии. Например, в 2013 году в «Краснодар» пришел Газинский. Молодой мальчик из первой лиги, который никогда не играл в «вышке». У него были свои сильные качества, но хватало проблем. Например, работа двумя ногами. После тренировок оставались с ним и работали индивидуально. Парень обучался очень быстро. С одним можно работать несколько лет и не будет никакого прогресса. Другой прибавляет после каждой тренировки. Сейчас Юра вызывается в сборную России.

Взять тот же «Амкар». Киреев ни за какие деньги не нужен был «Ростову». Его даже не взяли на сборы. Я знал его сильные качества: скорость и умение играть через не могу. Нам нужно было усилить игру на флангах. Через месяц Игорь стал футболистом основного состава. Им стали интересоваться. Тот же «Краснодар» был заинтересован в его покупке.

– Юрий Кендыш говорил, что вы очень помогли ему.

– Юра – хороший футболист. В свое время я приглашал в «Торпедо» Кендыша и Маевского. С одним удалось договориться. Со вторым – нет. Иван выбрал «Минск». Очень рад за него. Парень доказал, что его просто недооценивали в Беларуси. Увы, это не редкость.

– Переезд вашего сына в «Тракай» – показатель того, что у нас в стране недооценивают игроков?

– Я рад, что сын уехал в Литву. Там он прогрессирует и находится на ведущих ролях в «Тракае». Тренер очень доволен им. Парень начал играть с чистого листа, стал одним из лидеров команды. А то, что он не заиграл в Беларуси... Не знаю. Не хочется говорить о квалификации наших тренеров. Мне кажется, у нас в стране не умеют определять критерии уровня футболистов. Многие видят только основные качества, но не смотрят глубже. Например, мне всегда нравился Кендыш, Маевский. Сейчас они доказывают, что у нас их просто недооценили.

Игрок должен понимать, чего от него хотят. Что можно говорить, когда ему кричат с лавки: «Сделай хоть что-нибудь». Тогда он начинает делать хоть что-нибудь. Я – сторонник конкретики. У меня есть четкие требования к каждому. Артем Соловей – яркое тому доказательство. Играем против БАТЭ. Он забивает два мяч, отдает две сумасшедших передачи. На первый взгляд, он сыграл идеально. Правда, на разборе указываю ему на ошибки. Тут неправильно занял позицию, здесь упустил соперника. Он из-за своей молодости болезненно воспринимал критику: «Что вы мне тут рассказываете? Я два забил! Я – звезда!. Конечно, если хочешь играть в Жодино, я могу тебе ни на что не указывать. Если хочешь расти – нужно искоренять эти недочеты. Что прощается в чемпионате Беларуси, недопустимо в той же России. Соловей столкнулся с этим в «Урале». Надеюсь, сейчас он понял, что я желал ему только добра. Как показывает практика, после сезона 2011 года он больше так не выступал. Из тех, кто тогда играл у меня в Жодино, потом никто не стал действовать лучше. Те же Леша Козлов и Юра Рыжко поехали на Олимпиаду. Тогда о них много говорили. Сейчас об этих парнях что-то ничего не слышно.

– Играют в «Белшине» и «Ислочи».

– После моего ухода они расслабились. Тогда игроки говорили: «Гуренко нас зажал, не давал раскрыться». Просто я не довольствуюсь малым. Мне нужен максимальный результат. В противном случае какой смысл заниматься футболом? Для чего в стране существует большинство клубов? Есть план, по которому в высшей лиге их должно быть 16. Мы его придерживаемся. Тогда вопрос, какие это 16 клубов? Можно сделать и 22. Мы работаем над количеством или над качеством? Понятно, все представители высшей лиги не станут топ-клубами. В любом чемпионате есть четыре команды, которые выделяются. Остальные занимаются подготовкой игроков для них. Кого для лучших белорусских команд готовит условный «Гранит»? Я не хочу сейчас что-то предъявлять конкретному клубу. Таких у нас 90%. Все гонятся за результатом, но какая разница – займет команда шестое или десятое место? Я работал в «Стандарде». Из 20 игроков главной команды 12 были 1994-1997 года рождения. Из них в составе постоянно играли три-четыре человека. При этом ставилась задача выиграть чемпионат.

– Подождите, перед командой вроде бы ставилась задача попасть в первую шестерку.

– Ее бы выполнили без вопросов. Я в этом не сомневался, но в клубе поменялся президент. «Стандардом» начал руководить новый человек. Причиной расставания с тренерским штабом стало недовольство болельщиков.

– В Бельгии болельщики имеют такое большое влияние?

– По-моему, это полный бред. Нужно было просто найти повод. При любой игре команды найдутся довольные и недовольные люди. Формулировка, с которой отправили в отставку наш тренерский штаб, была абстрактной. Было понятно, что мы уйдем – не в этот момент, так через несколько туров. Мне всегда было странно слышать от руководителей: «Даем четыре матча – нужно набрать определенное количество очков. Не выполняете задачу – расстаемся». В таких ситуациях лучше уходить сразу. Что могут решить четыре матча? Ну, выиграли их, а потом проиграли десять. Ну какой смысл работать, если тебе не доверяют?

– Вам ставили подобный ультиматум?

– Была немного другая история. Пришел новый президент. Сразу выгонять предыдущий тренерский штаб никто не будет. Подождали чуть-чуть, а потом все сделали. Это нормальное явление. В Европе подобное сплошь и рядом. Новое руководство, новый спортивный директор. У них другая политика, другие взгляды на футбол. Старый президент клуба продал все, что было ликвидно. У него есть клуб, который вышел из первой лиги чемпионата Бельгии в высшую. Он перекинул все свои финансы туда. Тем более в «Стандарде» его недолюбливали, потому что он был не из Льежа. Все говорили, что он не хочет вкладывать деньги в клуб, покупать дорогих игроков. Человек просто ушел, и все. Сейчас в клубе президент и спортивный директор из этого города. Это нормально.

– Среди причин отставки штаба Муслина называют то, что команда не смогла квалифицироваться в группу Лиги Европы.

Это полный бред. Это всего лишь один из поводов прекратить сотрудничество. У «Стандарда» была поставленная игра. Ну не тренер же виноват, что в конкретном матче футболист с двух метров не может попасть по воротам. Тренер виноват, когда команда не двигается. Согласен, мы безобразно провели первый матч раунда плей-офф в Норвегии. Это была наша самая безобразная игра. Наши ребята посчитали, что еще до выхода на поле прошли «Мельде». Мы предупреждали, что нам противостоит серьезный соперник, матч на трудном синтетическом покрытии. Не сумели достучаться, пока не пропустили два мяча. Могли как спасти ту встречу, так и уступить с еще большим счетом. В ответной игре все было в наших руках. Создали массу моментов. Соперник всего раз пробил в сторону наших ворот. Штрафной метров с сорока. Пропустили. Сыграли 3:1. Победили, но не выполнили задачу. Команда хорошо двигалась, хватало дисциплины. Это видели все. Однако штаб Муслина отправили в отставку. Зато команда «здорово» сыграла следующий поединок. «Стандард» проиграл «Брюгге» со счетом 1:7. В той встрече могли пропускать и 14, и 15. Команда просто развалилась.

– Отставка Славолюба Муслина стала для вас неожиданностью?

– Нет. К этому были предпосылки. Спортивный директор начал вмешиваться в тренировочный процесс, спрашивать: «Почему играет тот, а не этот?» Пожалуйста, с «Брюгге» вышли те, кого он хотел видеть на поле. Результат очевиден. Просто главный тренер находится с командой каждый день, а спортивный директор только в день игры. Ты можешь начать высказывать свое мнение, если живешь внутри коллектива.

К сожалению, во многих европейских клубах каждая сторона видит развитие команды по-своему. Тренер имеет одну позицию, спортивный директор – вторую, президент – третью. В Европе многое завязано на деньгах, агентах. Например, многие руководители покупают игроков специально для болельщиков. Сейчас все хотят видеть в своей команде Месси. Зрителям нравится, когда игрок схватит мяч и бежит обыгрывать троих-четверых. По-моему, это не совсем правильно. Дима Лоськов в «Локомотиве» одной передачей обыгрывал десятерых. Часто футболисты, которые любят идти в обводку, создают на поле дисбаланс. Короче, в «Стандарде» хватало нюансов.

– Как вам вообще работалось в Бельгии?

– В «Стандарде» очень хорошие условия для работы. В России в этом плане лучше всех развит «Краснодар». В Льеже примерно такая же инфраструктура. Правда, я был удивлен, когда заметил, что в возрасте 18-19 лет европейские мальчики физически выглядят сильнее наших. Общая выносливость у них развита гораздо лучше. Раньше у нас мальчишки бегали кроссы, переменный бег, работали на снегу. Закладывалась хорошая функциональная база, на которую все крепилось. Сейчас у белорусских юношей такого нет. Их начали загонять в тепличные условия. Мальчишки зимой в манеже тренируются на четвертинке поля. Что можно дать на такой площадке? Дыр-дыр, какие-то квадраты. Все. Когда тестировали игроков «Стандарда», оказалось, их физическая база выше футболистов того же «Амкара». Европейские ребята превосходят наших в работе с мячом. Они тренируются на более качественных полях. А вот в плане тактики нет особых отличий.

Еще одно наблюдение. По уровню подготовки белорусские специалисты ничем не уступают европейским. У нас в стране есть пять-шесть тренеров, которые спокойно могли бы работать в Европе. В плане тактической подготовки, глубины анализа они ни в чем не уступают зарубежным коллегам. В некоторых моментах даже превосходят.

– Тогда почему наши тренеры не уезжает работать в Европу?

– Есть серьезная проблема – языковой барьер. Чтобы работать в Европе, ты досконально должен знать язык. Нужно мыслить на иностранном, чтобы делать моментальные подсказки. Без языковой подготовки в Европе нечего ловить. Услуги переводчика – полный абсурд.

– Как у вас дела с языками?

– В команде было много людей, которые знали итальянский и испанский. Корни слов очень похожи. В плане беседы, обычного разговора у меня не было никаких проблем, но делать подсказки на французском было очень сложно. Нужна доля секунды, чтобы среагировать на игровой эпизод, а на языке вертятся испанские или итальянские слова, но ни в коем случае не французские.

– Вы понимаете, почему квалифицированные тренеры уровня Кубарева, Журавля, Боровского не востребованы даже в чемпионате Беларуси?

– Этот вопрос лучше задать руководителям клубов. Большинство из них выбирают тренера так: «Ну, ён добры хлопец. Дзе-та гуляў. Пусть трэнирует». Проще иметь под рукой удобного тренера нежели человека, который будет что-то двигать вперед и пытаться изменить в лучшую сторону. У команд Кубарева всегда было свое лицо. Человек имеет богатый опыт, но сидит без работы. Все команды Журавля постоянно шли в призерах – та же история. Оба могли работать в любом белорусском клубе.

У нас в стране все хотят видеть быстрый, агрессивный компактный футбол с большим количеством голов. Это понятно, но чтобы так играть в таком режиме, нужно в нем и тренироваться. Футболист играет в таком темпе, в котором тренируется. Не может он работать спустя рукава, а потом выходить на поле и играть на пределе возможностей. Проведет он так три минуты, но не всю игру. Увы, в Беларуси в большинстве клубов тренировочный процесс построен, как в группе здоровья. Когда начинаешь требовать с игроков, оказывается, становишься плохим тренером. Они говорят: «Как же так? Почему он с меня требует?» Футболисты «Шахтера» не приняли Боровского. Может, потому что он требовал? Тренер не хотел быть вторым-третьим. Человек хотел быть первым, поэтому требовал с подопечных. Когда читал высказывания солигорских игроков по этому поводу, удивлялся. Кто вы, а кто Боровский, чтобы что-то говорить?

Читали интервью Анатолия Юревича, в которых он рассказывал о теории работы Лобановского? Многие руководители просто обязаны его выучить и вникнуть в суть. В первую очередь. эти три этапа должен пройти не футболист, а руководитель клуба. Понятно, сначала идет непонимание, затем отторжение, потому что человек не понимает, чего от него хотят, а только потом идет работа в удовольствие. Все три этапа сумели пройти только единицы из всего тренерского цеха. Этого достигли Фергюсон, Венгер. Люди по 15-20 лет работали на одном месте. Они строили философию клубов. Этим стоит восхищаться.

– Вы восхищаетесь Муслиным?

– Муслин заставил меня мыслить и видеть некоторые нюансы. Простой эпизод. Сборная Беларуси играет с Украиной. Корниленко выходит на ударную позицию, его сбивают. Все видели этот фол, но никто не обратил внимания, как Гордейчук из глубины побежал предлагать себя. Защитник перестроился на него и передача пошла Корниленко. Если бы Михаил не открылся, Сергей никогда бы не вышел один в один. Мы видим футбол только под углом мяч – игрок. Смотришь футбол с Муслиным. Вроде бы нейтральный эпизод, а он нажимает на паузу. Только потом понимаешь, что здесь один игрок должен был сделать движение, чтобы освободить зону партнеру.

Главная проблема Муслина – он хочет видеть идеальный футбол в исполнении своей команды. В его понимании, это стиль игры «Барселоны». Ему нравится, когда команда играет очень быстро в одно-два касания, присутствует динамичный контроль мяча. Часто говорю ему: «Слава, чтобы добиться такого футбола, нужно иметь соответствующих исполнителей, а времени, чтобы их создать, нет». Можно что-то где-то улучшить. Есть изменения в лучшую сторону. Месяц-полтора – прогресс заметен, но этого мало. Футбол Славолюба мне близок, но сложно добиться чего-то идеального за короткий период времени.

– Вам не надоело работать ассистентом?

– Я начинал карьеру в качестве главного тренера. Может, я не идеальный ассистент, потому что имею свою точку зрения. Хотя Муслин постоянно говорил: «Мне не нужен помощник, который будет постоянно поддакивать. Он должен меня направлять, двигать процесс». Со Славой мы обсуждаем все, начиная от состава на игру и заканчивая заменами. Для меня несложно расставить фишки, организовать ребят. То же самое делал в Жодино или в «Динамо», будучи главным тренером. Сейчас я учусь. Мне очень интересно и комфортно работается с Муслиным. Наше сотрудничество идет мне только в плюс.

– То есть вы не планируете возобновить сольную карьеру?

– Все будет зависеть от конкретного предложения. Я могу работать даже с молодежью. Нет проблем, но, повторюсь, мне должно быть интересно. Ты должен понимать, для чего это делаешь. Взять тот же «Партизан» Андрея Лаврика. Пришли ребята, которые за месяц-два стали другими футболистами. Многие продолжают карьеру. Где бы они были, если бы тогда не попали к нему? Если одному-двум дал путевку в жизнь – уже хорошо.

– Все-таки какое предложение будет вам интересно?

– Создать в Беларуси клуб без финансовых вложений – нереально. Доказывать какому-то человеку, мол, сделайте денежные вливания, я построю команду, а потом заработаем кучу денег, я не хочу. В нашей стране заработать на футболе практически невозможно. Механизмы, которые успешно функционируют в той же Бельгии, здесь не работают. Банальный пример. Взять двух футболистов одинаково уровня из условного «Динамо» и «Стандарда». Один будет стоить 500 тысяч долларов, а второй – три миллиона. Это при равных игровых качествах. Знаю, о чем говорю. Мне привозили такие дрова из «Бенфики»! Поверьте, эти мальчики не играли бы в чемпионате Беларуси по своему возрасту, но школа «Бенфики» дает свое. Мне не интересно, из какого клуба приехал человек. Достаточно две-три тренировки, чтобы понять уровень игрока: его движение, скорость принятия решений, психоэмоциональное состояние, ментальность… На основе этого предполагаешь, что можно сделать с этим материалом.

– Белорусские футболисты могут играть в Европе?

– У нас есть ребята не слабее западных сверстников, но им нужно уезжать за границу лет в 14-15. В этот момент начинается самый сложный период в развитии футболиста. Из перспективного материала нужно слепить игрока. В Беларуси в этом возрасте парней готовят к играм. Это неправильно. Молодых ребят нужно развивать через игры. Поэтому на уровне дублей пропадает много игроков. Порой ребята перерастают дубль, но недотягивают до основного состава. Они пересиживают год, а потом идет развитие не вверх, а вниз. Потом часто говорят: «Ах, каким он был год назад, а сейчас что?» Просто у нас в стране не доверяют молодым. Что тренеры сделали, чтобы он продолжил развиваться? Поставь в пару к опытному игроку молодого, тот за счет игровой практики будет тянуться вверх. Мне нравится, как прогрессирует Корзун. Хороший парень. Самый перспективный по своему возрасту. Сейчас все его хвалят. По большей части, только за характер. Парень не уступчив, всегда идет до конца. У него огромное желание расти. В принципе, немного нужно, чтобы стать хорошим футболистом :).

– Вы наконец-то убили в себе игрока?

– Если хочется подвигаться, после тренировки пробегаю кроссик или до занятия посещаю тренажерку. Но на поле уже не тянет. Не хочется бежать сломя голову, чтобы кому-то что-то доказать. Может, два-три года назад это было. Сейчас спокойно ко всему отношусь. Хотя легко могу показать парням какие-то игровые элементы. Одно дело что-то говорить, другое – взять и сделать самому. В той же Бельгии парни из «Стандарда», когда я приехал, начали спрашивать: «Кто ты? Что ты? Где играл?» Потом они залезли в интернет, посмотрели, биогрфию. Сам показал что-то на тренировках, а потом все вопросы отпали. Где бы ты ни играл, должен подтверждать свой уровень.

– Вам хочется работать в Беларуси?

– 15 лет скитался по миру. Хочется наконец-то вернуться домой. Лучше работать в Беларуси. Конечно, здесь не те финансы, не те условия… Все это прекрасно понимаю. Хочется, чтобы руководители осознали, для чего существуют клубы. Банальный пример. Приходишь к руководству «Торпедо-БелАЗ» и объясняешь: «Нельзя этому человеку работать массажистом. По его вине трем футболистам делали операции». Тебе говорят: «Этот человек должен работать в клубе. Он родственник того-то». Такие дела у нас сплошь и рядом: брат, сват, кум. Все кто угодно, только не профессионалы.

Чтобы что-то поменять и достичь, нужно выстроить четкую систему. Для ее работы нужны люди. Не может система работать, если для этого нет нужных кадров. Говорят: «Сейчас будем работать по голландской системе». Какая бы она ни была, для нее нужны качественные специалисты.

Фото: Иван Уральский, championat.com, footballtop.ru

Автор

Комментарии

  • По дате
  • Лучшие
  • Актуальные
  • Друзья