Блог Кава и бла-бла-бла

Сергей Кривец: «Мне кажется, в Европе предвзятое отношение к игрокам из наших восточных стран»

Самый креативный полузащитник страны – о новом этапе карьеры.

alt

Летом 2014 года Сергей Кривец подписал трехлетний контракт с «Метцом», но отыграл во Франции только два сезона. Белорус провел 22 матча в Лиге 1 и 14 игр в Лиге 2, а потом захотел больше практики и перешел в польскую «Вислу» из Плоцка.

– Главные причины ухода из «Метца»?

– Это произошло по обоюдному согласию. «Метц» был не против моего ухода, с моей стороны тоже не было препятствий. Я не чувствовал, что на меня полностью рассчитывают. Все-таки получал очень мало игровой практики. Хочется постоянно быть на поле, мне уже 30 лет, надо играть, а не сидеть на скамейке, изредка выходя на замену. Это и есть основная причина. Я не хотел больше быть в ситуации, что сегодня вот играешь, а уже завтра нет.

– Вы нашли для себя объяснение, почему мало играли?

– Много причин. Сначала был тренер, при котором вообще не играл. Это бельгиец Жозе Рига. С ним пришел еще и новый спортивный директор, который привел около 14 новых футболистов. Им давали играть. Потом этого тренера убрали – я стал играть. Но такие шарахания продолжались. В клубе была очень странная политика. Я не понимал, почему такая сильная ротация. За время, что я был во Франции, через «Метц» прошло около 50 футболистов. Постоянная смена игроков в клубе – нормальная история. Если сейчас посмотреть на состав «Метца», то там уже 70 процентов новых игроков, которых еще недавно не было.

– Это правда, что в европейских клубах нет той семейной атмосферы, которую привыкли строить в Беларуси?

– Да, люди ездили на тренировки, как на обычную работу. Я снова вспоминаю ротацию футболистов. Когда такая частая смена игроков, то как создать какую-то душевную атмосферу? Это не идет на пользу. В один момент на контрактах было 34 футболиста. Даже неизвестно, что с ними всеми делать. Естественно, в такой ситуации трудно создать единый коллектив. Вдобавок было много людей с очень разным менталитетом. Серьезный интернационал. Как-то заехало много португальцев, потом появились сплошь африканцы, еще одна большая часть арабов, к ним добавлялись турки, европейцы. Кроме как на тренировки с этими ребятами не будешь где-то общаться.

Конечно, я с кем-то дружил, как и в любой команде. Единственный минус в том, что как только я находил общий язык с каким-то футболистом, через полгода он уже уходил. Сложно постоянно искать новые связи.

alt

– Что такое французская Лига 2?

– Сразу замечу, что сильной разницы между Лигой 1 и Лигой 2 нет. Это если мы говорим о среднем уровне команд. Единственный нюанс лишь в том, что в элитном дивизионе есть ряд топ-клубов, которые выбиваются из общего числа. ПСЖ, «Марсель», «Монако» – большие команды, которые в состоянии пригласить звезд мирового уровня. Думаю, они и создают некую добавочную стоимость Лиге 1. Средний уровень, повторюсь, одинаков. На футбольном поле я ощутил это. В Лиге 2 команды тоже умеют играть в футбол.

– Немного скомканное время в «Метце» пошло на пользу?

– Конечно! Это был новый опыт для меня. Мне было интересно попробовать свои силы в классном чемпионате и посмотреть изнутри, что это такое. Я первый сезон провел в действительно сильной конкурентной среде. Матчи против ПСЖ и «Монако»  – это очень интересно. Плюс новый опыт выступления против сильнейших футболистов мира.

– Даже в «Метце» была звезда европейского футбола – Флоран Малуда. Это величина уровня Александра Глеба?

– Мне кажется, Саша Глеб посильнее. Он лучше выглядит, по крайней мере, выглядел. А Малуда – нормальный игрок с опытом. Естественно, даже на тренировках было видно, что это хороший футболист, который поиграл в больших клубах. В то же время было заметно, что человек доигрывает и постепенно заканчивает карьеру. Так, по сути, и получилось. После Франции он уже уехал в Индию.

alt

– Как жизнь во Франции? Польской прессе вы сказали, что была террористическая угроза. Это действительно пугало?

– Когда в 300 километрах от твоего дома что-то взрывается, это вызывает некую панику. Когда видишь ужасы по местному телевидению, это тоже неприятно. И в городе, когда мимо тебя проходят  арабы и девушки в полностью закрытых хиджабах, становится немного не по себе. К сожалению, во Франции с каждым годом все больше приезжих. Там можно встретить и арабов, и африканцев, и другие национальности. Последние события наталкивают на мысль, что в этой стране не так уж безопасно. Самое страшное, что не знаешь, где ждать следующей террористической атаки. Сначала были взрывы в Париже, потом совершенно неожиданно случилась ситуация в Ницце. Надо думать о семье. У меня есть жена и маленький ребенок, я хочу, чтобы с ними все было в порядке.

– От Франции с шармом не осталось и следа?

– Не сказал бы. Франция остается Францией. Чтобы ни случилось, люди продолжают жить и получать удовольствие, находясь, к примеру, в Париже или в той же Ницце. Франция – замечательная интересная страна. У меня остались очень благоприятные впечатления. Если говорить о комфорте жизни, то для моей семьи были созданы великолепные условия проживания. Все было хорошо. Разве что у моей жены было мало общения за пределами нашей семьи.

alt

– Чем занимались в свободное время?

– Ой, у нас недавно родился ребенок, поэтому все внимание было направлено только на него.

– Теперь вы в Польше. Какие аргументы повлияли на решение подписать контракт с «Вислой» из Плоцка?

– В первую очередь, это родной для меня чемпионат. Меня там хорошо знают. Плюс моя жена из Польши. Я знаю польский язык. Были варианты уехать далеко, но мне не хотелось оставлять семью и дочку без внимания. Да и самому не очень комфортно быть далеко от знакомой местности. И других вариантов, чтобы прям идеальных для меня и моей семьи, не было. А предложение от «Вислы» полностью устраивало.               

– Польский язык не забыли?

– Даже лучше стал разговаривать. В семье мы общаемся то на польском, то на русском.

– Насколько много внимания вам оказали  по приезду в Польшу?

– Ну, меня хорошо помнят. Как только подписал контракт, было очень много желающих взять интервью, как-то пообщаться. Смотрел местные передачи, в которых я хоть и не участвовал, но меня показывали, демонстрировали какие-то нарезки времен «Леха». Люди помнят. Видимо, какой-то след оставил в польском футболе. Приятно, что не забыли.   

– Что произошло в дебютном матче Кубка против «Стали» из Мелеца, когда вы оформили 1+2 по системе гол+пас, но команда проиграла 3:4?

– Так просто сложилась игра. Мы вроде вели в счете, все было хорошо, но потом какие-то ошибки в обороне привели к тому, что мы начали проигрывать, потом вроде сравняли, но на последних минутах снова пропустили и, к сожалению, вылетели из Кубка Польши. Да, у меня получилось набрать результативные баллы, приятно в дебютном матче забить мяч, но все равно гораздо больше было досады из-за того, что мы проиграли. Если бы прошли дальше, это было бы лучше, чем мои голевые передачи.

– Польский чемпионат стал круче?

– Мне кажется, он стал более интересным для болельщиков. Это мое первое впечатление. Сам футбол стал более привлекательным. Он и так был здорово упакован как продукт. Его классно показывают по телевидению, в СМИ очень много информации о каждой команде. Есть уйма аналитических передач. Это и раньше было на высоком уровне, а стало еще лучше. При этом сама игра изменилась, футбол в Польше стал более открытым, команды теперь меньше думают о защите, а больше о нападении. Для болельщиков это точно плюс.

alt

– Народу на стадионах стадо больше?

– В каждом городе по-разному. Например, во Вроцлаве было очень мало болельщиков – около 5-6 тысяч. Когда мы играли там с «Лехом», был биток на старом стадионе – около 12 тысяч. «Легия» почти всегда собирает полный стадион. У «Леха» поубавилось зрителей из-за плохих результатов команды. Возьмем нашу команду. Стадион вмещает 10 тысяч, и где-то 8 тысяч приходит на каждый матч. На играх против лидеров чемпионата собираем аншлаг. Думаю, для 100-тысячного города это очень неплохой показатель. Атмосфера всегда футбольная.

– Насколько сильно вырос разрыв между польским и белорусским чемпионатом?

– Мне кажется, разрыв растет из-за того, что футбол в Польше интересен, прежде всего, зрителям, он сделан для людей. Также постоянно вкладываются средства в развитие нашего вида спорта, стадионы строятся бесконечно. Теперь даже первую лигу Польши показывают по телевизору. Я заметил, что и там почти у всех новые стадионы. У многих просто великолепные арены, не говоря уже про Экстраклассу. Я посчитал, что осталось только три старых стадиона. У них только год постройки относительно старый, но сами арены очень классные. Это не то, что мы видим в Бобруйске или Лунинце. В Польше нормальные стадионы, только старые. Тем более когда собирается аншлаг, это почти незаметно. Я считаю, такое развитие инфраструктуры – один из показателей высокого уровня чемпионата.

Еще раз отдельно могу сказать о футболе на ТВ. Там ему уделяется большое внимание. «Евроспорт» показывает две игры тура в чемпионате. Все остальные матчи можно увидеть на телеканале Canal+. Абсолютно все.

 – Считается, что за чемпионатом Польши следит россыпь агентов. Мол, в Беларуси футболисты никому не нужны, а вот в Европе за тобой тут же начинают охотиться. Ты ощутил на себе пристальное внимание скаутов? 

– Тут надо понимать, что там все равно ищут людей с европейским паспортом. Далеко не просто сейчас в Европе встретить футболистов с постсоветского пространства. Даже из России и Украины никого нет. Реально играют единицы. И им все равно тяжело. Тот же Евгений Коноплянка испытывает какие-то проблемы, хотя это очень хороший игрок. Он неплохо выступал, но все равно не прижился. Мне кажется, какое-то предвзятое отношение к игрокам из наших восточных стран действительно существует. Чтобы заиграть в Европе, надо быть на голову сильнее всех остальных.

– Белорусский менталитет вам не мешает?

– Мне – нет. Естественно, как только приехал во Францию, то мешал языковой барьер. Изначально это было проблемой, но со временем она решилась. В принципе, я со всеми мог найти общий язык и перекинуться парой слов. Все-таки уже много лет выступал за границей. Разве что как только впервые приехал в Польшу из Беларуси, то испытывал дискомфорт, который в принципе легко преодолел. Во Франции постепенно тоже выучил местный язык. В конце своего пребывания в «Метце» мог спокойно общаться с людьми, по крайней мере, на тему футбола. Мог уже обсудить дела и с простыми болельщиками «Метца».

– Из-за бесконечных футбольных путешествий когда последний раз навещали родителей в Гродно? 

– Ну вот перед матчами сборной успел заскочить ненадолго. Хоть какое-то время уделил. Из Польши вроде бы недалеко до Гродно, но раньше граница всегда была серьезным препятствием. Часто приходилось стоять в очереди по 5-6 часов. Не хочется так застревать.

– Пока вы осваивались в Польше, БАТЭ вылетел из еврокубков. Вы как-то поддержали знакомых ребят?

– Мне кажется, сейчас это очень трудно сделать. Сложилась такая ситуация, из которой надо выходить, чтобы сохранить свой имидж и имидж клуба. Надо подумать, что пошло не так, сделать из этого какие-то выводы и постараться в дальнейшем исправить допущенные ошибки. В 2013 году произошла неприятная ситуация, но мы, я считаю, вышли из нее достойно, потом БАТЭ еще два года попадал в Лигу чемпионов. Получается, уже у команды есть неприятный опыт. Кажется, пришла пора опять сделать какую-то перезагрузку. Мне трудно судить, потому что я сейчас не в команде.

– Если вас и увидим в Беларуси, то только в БАТЭ?

– Тяжело загадывать. В жизни возможно все. Вдруг БАТЭ не захочет видеть в своем составе? Мне самому хотелось бы однажды оказаться в Борисове. Я считаю БАТЭ своим родным клубом, за который всегда переживаю. Есть надежда, что когда-нибудь еще раз надену футболку борисовского клуба. 

Фото: facebook.com/FotoPyK, wisla-plock.pl.

Автор

Комментарии

  • По дате
  • Лучшие
  • Актуальные
  • Друзья