Кава и бла-бла-бла
Блог

«Белорусы не верят в себя – это очень неправильно». История тренера, который ушел от Серены Уильямс и оказался в Беларуси

Бывший тренер «Черной пантеры» рассказал Игорю Петрулевичу, каким ветром его занесло в Минск.

alt

Абдул Силлах – новый тренер по физподготовке в Национальной академии тенниса. В Минске он выстраивает систему для молодых спортсменов. Примечательно, что именно этот американский специалист тренировал саму Серену Уильямс – первую ракетку мира на протяжении долгого времени.

– Как вы попали в Беларусь? Кто сделал предложение?

– На самом деле, здесь была задействована цепочка людей. Сначала со многой поговорил спарринг-партнер Виктории Азаренко Саша Бажин, потом позвонила сама Виктория, после я общался с белорусским тренером Вагеном Акопяном, и, наконец, случилась встреча с президентом федерации тенниса Александром Шакутиным. На мое решение больше всего повлиял разговор с Викторией. Она деликатно держала связь через моего друга Сашу и однажды спросила, не против ли я помочь белорусам построить систему подготовки теннисистов целиком. Я решительно ответил согласием. Азаренко объяснила, что она хочет видеть в результате. И я понял, что это отличная возможность построить нечто значимое на очень долгое время.

– Трудно поверить, что после работы с легендой женского тенниса вы уехали именно в Беларусь. Вы ведь могли найти применение в любой команде мира.

– Да-да, многие задавали вопрос: «Зачем тебе это нужно?» Честно признаюсь, что хотел нового вызова. Я работал с Сереной в течение десяти лет. После нее мог бы попасть в команду к другому топ-атлету, но я желал немного изменить сферу обязанностей. У меня были на это сугубо личные мотивы. Я очень хочу создать что-то полезное для общества и для целой страны. Лично для меня это гораздо важнее, чем просто подготовка отдельного спортсмена. Сейчас у меня большое дело. Передо мной самый настоящий вызов.

Работа в Беларуси – история не о деньгах, а о полезности для мира. У меня есть свой тренажерный зал и вообще неплохой бизнес в сфере фитнеса.  Я хотел чего-то нового. Помогать одному спортсмену легко – в частности, поддерживать хорошую форму Серены было нетрудно. Но что ты оставишь после себя? Да, новое поколение будет знать Серену Уильямс, но это никак не повлияет на подготовку каждого отдельно взятого молодого человека.

Плюс на меня сильно повлиял разговор с Азаренко. Я почувствовал, что ее просьба исходила от сердца. Она хочет построить хорошую систему, благодаря которой в Беларуси будет появляться больше топ-спортсменов в теннисном туре. Вика делает это не для себя, а для страны. И мне было очень приятно, что я получил возможность строить нечто значимое и важное.

– Как вы вообще познакомились с Азаренко и какое впечатление она произвела на вас?

– Я долго работал вместе с Сашей Бажиным в команде Серены. Он для меня как брат. Мы сильно дружны. Потом Серена решила поменять всю команду. Саша, как вы знаете, начал работать с Викой, но мы продолжили поддерживать хорошие отношения. Он часто рассказывал о намерениях Виктории, о ее планах в родной стране. Затем представил меня Азаренко, после мы созвонились и отлично поговорили.

Она мне очень понравилась. Виктория – честная девушка. Она часто говорит, что думает, а не скрывает правду. Мне нравится, что она каждому дает шанс показать себя и только потом делает выводы. Но больше всего впечатлила забота Азаренко о своей стране и об игроках, которые подрастают в Беларуси. Мне кажется, она сильно любит белорусов. Именно поэтому настойчиво уговаривала меня приехать к ней на родину.

– Из ваших слов следует, что Виктория – настоящий патриот, но некоторые болельщики порой обвиняют ее в обратном, особенно когда она не приезжает на матчи Кубка Федерации...

– Болельщики всегда видят ситуацию поверхностно. Я не обвиняю их, просто констатирую тот факт, что они не знают всех мелочей, которые влияют на решение спортсмена. Каждая теннисистка серьезно анализирует свое состояние и здоровье, а уже потом соглашается на участие в матче. Уверен, Виктория всегда хочет приехать и помочь Беларуси, но иногда ее состояние не позволяет это сделать. Хотя в последнем случае она приехала в Россию и выиграла два матча в Кубке Федерации, а уже потом двинула на турнир в Мадрид. Не стоит забывать, что впереди у нее еще и «Ролан Гаррос». Надо понимать, что очень часто участие в определенных матчах зависит не только от желания спортсмена, но и других факторов. Например, расписание важнейших турниров WTA. Лично я люблю болельщиков, которые понимают всю историю и только на основе этого делают выводы о спортсмене, а не просто обвиняют теннисисток в нежелании играть за страну. Для меня Виктория, однозначно, патриотка своей страны. Она ведь так сильно нахваливала Беларусь, когда приглашала меня на работу. Я ей поверил. И увидел, что она действительно заботится о том, чтобы Беларусь вышла на принципиально другой уровень в развитии тенниса.

alt

– Азаренко повезло заиметь в команду Сашу Бажина?

– Да, сто процентов. Когда у тебя в команде есть Саша, ты легко можешь рассчитывать на номер один в туре. Я убежден, что именно он помог Серене завоевать много титулов. Он хорошо работает. Для меня Саша абсолютно лучший спарринг-партнер в мире как среди девушек, так и среди мужчин. Он очень уверенный в себе человек. Это качество передается и спортсменкам, рядом с которыми он работает.

Когда Азаренко поздно ночью прилетела в Беларусь, чтобы начать подготовку к Кубку Федерации, уже на следующий день в девять утра она была в тренажерном зале

– Окей, разобрались, как вы попали в Беларусь. Какие ваши обязанности в академии тенниса?

– Я должен помочь выстроить систему подготовки спортсменов и поучаствовать в развитии фитнесс-инфатструктуры. Я делаю белорусских атлетов сильнее, быстрее и, вообще, даю навыки чувствовать собственное тело и понимать, как устроена физическая подготовка. Большинство белорусских теннисистов никогда не было за пределами родины. Они даже не представляют, каким может быть другой уровень тренировок. Я помогаю им почувствовать этот уровень, приехав сюда и показав новые упражнения.

Моя работа заключается не только в смене физической работы, но и умственной. Когда поменяешь собственное мышление, тогда и будешь готов к другим занятиям на корте. Я помогаю сделать и это. Стараюсь перевоспитать белорусских спортсменов. Нахожу пути для их мотивации. Моя 10-летняя работа с Сереной – это, прежде всего, работа над мотивацией. Даже сейчас я вижу, как она всегда настроена на победу. Это очень важно.

– Как белорусы воспринимают новые правила? Они работают лучше американцев? Говорят, что наша нация очень трудолюбивая.

– Ха-ха, ты даже не догадываешься, насколько это интересный вопрос :). Американские дети более разбалованные, чем белорусы, но при этом они прекрасно понимают, как нужно достигать своей цели. И они ее не видят где-то высоко в небе. Американцы искренне верят, что легко могут стать номером один в мире. Этого нельзя сказать о белорусах. Они просто не верят в себя. Это очень неправильно. Белорусы не понимают, что серьезная работа может привести к большим достижениям. Я это связываю с тем, что белорусские дети мало получают зарубежного опыта. Из-за этого они скептически относятся к своим успехам. Большинство тренеров и учителей из Беларуси также не имеют мирового опыта. Они привыкли работать по старой-старой системе и не хотят меняться. Из-за этого их ученики также не любят какие-либо изменения. Лично для меня это большой вызов – поменять сознание белорусов. Я хочу объяснить им, что некоторые изменения в системе подготовки просто необходимы.

alt

– Тренеры старой формации слушают вас?

– Некоторые. Да-да, некоторые из них. Я здесь нахожусь, чтобы менять сознание каждого. Предполагаю, люди все-таки получают удовольствие от того, что у них есть возможность увидеть нечто новое, что они приобретают новый опыт. Для меня вызов заключается именно в этом – попробовать что-то изменить. Проблема в том, что белорусские спортсмены – звезды у себя дома, но за пределами страны их ведь никто не знает. Я всегда повторяю об этом.

– Президент федерации тенниса Александр Шакутин верит в ваши изменения? У вас есть кредит доверия?

– Я верю, что он понимает необходимость определенных изменений. Это умный бизнесмен. Думаю, он знает, что на сто процентов будешь уверен в своей идеей, когда попробуешь реализовать ее. Мне кажется, мы понимаем друг друга. У нас одна цель – помогать белорусскому теннису. Никто не хочет навредить. Так что мы будем работать и пробовать. Как однажды заметила мне Виктория Азаренко, если не будешь работать и верить в свои задумки, никогда не будешь на вершине. Я не знаю, насколько все белорусские атлеты готовы приносить себя в жертву ради развития. Вот вы спрашивали о разнице американцев и белорусов. Повторюсь, в Штатах всех еще в детстве приучают к тому, что любые вершины досягаемы. Только работай. Таких мыслей я не вижу в Беларуси. Здесь дети не имеют конкретной цели быть номером один. Без нее трудно стать лучшим. Я считаю, это большая проблема. Но мы работаем над ее решением.

– Как долго вы будете в Беларуси? 

– Чтобы реализовать весь проект, над которым мы работаем, требуется больше двух лет. В кое-каких аспектах нужно создавать все абсолютно заново, можно сказать, с чистого листа. Я разговаривал по этому поводу с Владимиром Волчковым. Он понимает, что я имею в виду, и он мечтает выстроить такую систему, которая работал бы, как часы. Он верит, он надеется. Я не могу его подвести. Для меня это очень важный и ответственный момент. Я вижу, как он старается. Иногда, приходя домой, Волчков звонит мне, и мы часами обсуждаем некоторые нюансы подготовки. Я решил, что буду находиться в Беларуси, пока не закончу намеченные планы.

– Когда нам ждать новую Викторию Азаренко среди ваших учениц?

– Ха-ха, как вы быстро всего хотите. Но, если честно, я готов назвать имя, на которое всем стоит обратить внимание. Возможно, она станет новой Азаренко. Это Арина Соболенко. У нее огромный потенциал. Ей только недавно исполнилось 18 лет, а она уже показывает взрослый теннис. И самое главное, я вижу, что она готова много работать для достижения цели. Для нее не существует неразрешаемых проблем. Новая Виктория Азаренко – это не так уж нереально.

Разница между Азаренко и кем бы то ни было из нового поколения заключается в том, что Виктория в последние годы юношеского развития работала в США. В Беларуси у нее не было возможности выйти на топ-уровень. Тогда это была большая проблема. Прямо сейчас ситуация изменилась. Уже в Беларуси можно вырасти в замечательного спортсмена. Я верю в это. Честно, я верю, что многие юные таланты добьются серьезных успехов, находясь в Беларуси, если в течение карьеры они будут принимать правильные решения и их будут окружать нужные люди. В этом случае очень важна поддержка. Виктория стала успешной благодаря тому, что однажды рядом с ней появились хорошие люди, которые помогли ей в развитии.

Правда, Азаренко отличает поразительная работоспособность. Я никак не могу забыть одну историю. Когда Азаренко поздно ночью прилетела в Беларусь, чтобы начать подготовку к Кубку Федерации, уже на следующий день в девять утра она была в тренажерном зале. Удивительно, что она там была одна. Виктория спросила меня, где все остальные спортсмены, почему они не работают над собой. Я даже не знал, что ответить, хотя понимал, что мало кто хочет так упорно трудиться. Эта история отвечает на вопрос, почему Азаренко всегда добивается поставленной цели.

– Как вам работается в Беларуси в бытовом плане? Все ли ученики знают английский?

– Большинство из них. Я учу их иностранному языку. Понимаю, что это важная необходимость в карьере теннисиста. В этом виде спорта ты должен принимать участие в турнирах по всему миру, где никто не поговорит по-русски, а только по-английски. Вообще, это очень интересно – работать с людьми, которые не до конца знают твой родной язык. У нас очень весело на тренировках, потому что иногда они шутят, разговаривая по-русски, а иногда я, быстро давая задания на беглом английском. Я же знаю только пять слов на русском. Не больше.

Белорусы не видят необходимости улыбаться просто так. Им нужна причина для этого

– Не могу не задать вопрос о Серене Уильямс. Весь мир поражает ее физическая мощь во время матчей. А как она работала на тренировках?

– Она не всегда была такой сильной. Серена очень много работала. И не только на основных занятиях. Каждый день она занималась дополнительно.  Она научилась этому у отца. Он тренировал ее с детства, и уже тогда смог ей объяснить, насколько важна физическая мощь. Когда я пришел в ее команду в 2004 году, продолжил отличное начинание ее отца. Я постоянно повторял ей, что она должна много работать над своим телом, чтобы добиться успеха. Это стало ее главным отличием  от других спортсменов. В теннисе всегда сражаешься против какого-то соперника, а не наедине с собой. Надо быть уверенным, что тебе хватит сил. Это позволяет не подвергаться стрессу во время матча. Но когда мы только встретились в 2004 году, она могла пробежать лишь один километр. Это был ее самый трудный воркаут. Мы решили работать на этим. Я попытался доказать ей, что она может бегать настолько долго, сколько того требует матч. Серена была согласна на такую работу. Не зря же она первая в туре пригласила специализированного тренера по физподготовке. Результат нашей работа вы можете увидеть сейчас. Иногда складывается ощущение, что никто в мире не способен перебегать Серену.   

alt

– Давайте поговорим о нашей стране. Вы не боялись ехать в такую даль и в незнакомое место?

– Если честно, я вообще ничего не слышал о Беларуси до приглашения Виктории. Перед тем, как я уехал, многие мои друзья в США задавали такой же вопрос: «Ты вообще понимаешь, что делаешь? Ты знаешь, куда едешь?» Моя дочь искала информацию о стране, об устройстве государства и многое другое. Я был скептически настроен к Беларуси. Но когда впервые приехал сюда в августе, я просто влюбился! Я никогда в жизни не видел настолько безопасного места. Это самое главное впечатление от страны.

– А почему были скептически настроены?

 – Я не был уверен, будто все, что я слышал о Беларуси, находясь в Штатах, является правдой. В представлении американцев Восточная Европа – очень закрытое место. Я же не хотел мыслить стереотипами и думать, что в Беларуси творится все, как показывают в голливудских фильмах или как написано в интернете. Я настроился быть абсолютно открытым к новым впечатлениям.

– Что интернет в США говорит о Беларуси?

– Ох, моя дочь очень много читала. Прежде всего, она беспокоилась за меня. :) Она жадно искала информацию о каждой мелочи жизни. Думаю, она знает культуру Беларуси не хуже местных жителей. И благодаря ей еще в США я увидел много фотографий Минска. В итоге, дочь вынесла вердикт: «Ладно, все окей. Ты можешь ехать». Эта фраза повлияла на мое окончательное решение.

– Ваши первые впечатления, когда прилетели в аэропорт Минска?

– Если речь идет именно об аэропорте, то я честно отвечу, что хотел вернуться обратно. Я проходил таможенный контроль три часа. Представляете? Это было так ужасно. После этого мне уже не хотелось никакой работы в Беларуси. И каждый раз, когда я улетаю в США, а потом возвращаюсь в Беларусь, испытываю одни и те же проблемы. Аэропорт – не то, с чего хочется начинать разговор.

Потом я уже посмотрел Минск, увидел фантастические пейзажи, и я влюбился в Беларусь. Это очень спокойное место, где можно быть по-настоящему счастливым. И люди очень доброжелательные. Это самое главное, почему с удовольствием здесь и работаю. Посмотри вокруг, мы сидим возле кортов, проходят люди, улыбаются, здороваются, жмут мне руку. Это же прекрасно. И прохожие, когда я задаю им вопрос, с удовольствием начинают помогать, даже если не знают английский. Мы говорим на языке жестов.

– Удивительно слышать. Американцы часто рассказывают о том, что мы – закрытая нация и вообще не привыкли улыбаться прохожим.

– Да, в США улыбаются постоянно. Я не мог свыкнуться с обратным устройством жизни в Беларуси. Никто не улыбается. Я попытался разобраться в этой ситуации. Про себя думал: неужели люди настолько злы ко всему происходящему вокруг? После изучения культуры белорусов пришел к выводу, что они улыбаются, когда либо по-настоящему расслаблены, либо когда им рассказали действительно смешную историю. Белорусы не видят необходимости улыбаться просто так. Им нужна причина для этого. Мне понадобилось время, чтобы привыкнуть к этому.

– Какие места успели посетить?

– Я думаю, белорусы гордятся страной. Возможно, я ошибаюсь, но вижу это именно так. Я сходил в несколько музеев в Минске и увидел, что Беларусь имеет очень богатую историю, которую жители страны знают очень хорошо. Если честно, я не так часто гуляю по городу, чтобы рассказать о каких-то местах. Я либо сижу дома, либо работаю на кортах или в тренажерном зале :).

alt

– Теннис – популярный вид спорта в Беларуси?

– О да. Мне иногда кажется, что все белорусские дети хотят заниматься теннисом. Порой голова идет кругом от количества девочек и мальчиков с ракеткой в руке. Каждый из них хочет заниматься теннисом.

– Но ваш вид спорта очень дорогой. Беларусь – не самая богатая страна в мире.

– Я согласен с этим. Но в Минске работа построена таким образом, что шанс проявить себя получает абсолютно каждый. Это замечательно. Тем более практика показывает, что успеха добиваются те, кто родился в бедных семьях. Этот факт заставляет детей двигаться вперед, добиваться поставленной цели. Прекрасно, что сотрудники федерации понимают это и не делают из академии частный клуб, куда могут попасть лишь люди, обладающие деньгами.   

Фото: Facebook-страница Абдулы Силлаха.

Комментарии

Возможно, ваш комментарий – оскорбительный. Будьте вежливы и соблюдайте правила
  • По дате
  • Лучшие
  • Актуальные
  • Друзья