Реклама 18+
Блог Square One

Почему болельщики «Ливерпуля» простили Фернандо Торреса

За те пятнадцать лет, что я активно слежу за футболом, только семь игроков действительно имели для меня особое значение – и только четыре прошли испытание временем, не свалившись в компанию Незабываемых, Но Все Же Временных Увлечений вслед за Аврил Лавин, неуклюжим мелированием и еще парой-тройкой призраков прошлого.

В 2006-м Стивену Джеррарду хватило одного удара, чтобы не только отправить игроков «Вест Хэма» в ментальный нокаут в финале Кубка Англии, но и мгновенно взлететь на первое место в рейтинге 13 людей, в честь которых я бы хотел назвать будущего ребенка (и это при том, что в списке также находились Доктор Дре и Заза Джанашия – а если вы обгоняете парня по имени Доктор, то я вообще не понимаю, почему вокруг вашего дома еще не ночуют паломники).

Чуть позже к Джеррарду присоединился Аршавин – и на какое-то время стал настолько священной фигурой, что я еще года три безуспешно пытался повторить гол Левенцу при каждом удобном случае, смотрел все матчи «Зенита» и «Арсенала», прикладывал палец к губам после забитых голов, а затем провел еще шесть-семь лет, отказываясь признавать, что прежнего Аршавина больше нет. Прошел уже почти год с того момента, как Андрей завершил карьеру – и пять лет с того дня, когда это на самом деле произошло, – но даже сейчас я все еще невольно проваливаюсь в воспоминания каждый раз, когда слышу его голос на телевидении. Видит бог, такое просто не забывается.

А еще был Фернандо Торрес.

Зимой 2011-го, после сенсационного перехода Эль Ниньо в «Челси», вам пришлось бы отправиться на Луну в поисках болельщиков «Ливерпуля», которые не считали его бездушным предателем. В какой-то момент казалось, что Нандо рухнул в глазах фанатов даже ниже Майкла Оуэна, подписавшегося с «МЮ». Вот только если к Майку на «Энфилде» до сих пор относятся в лучшем случае как к Антихристу, то Торрес? О, здесь все гораздо сложнее.

В конце августа, после прощального матча Фернандо в Японии, комментарии под новостями о нем заполонили тысячи болельщиков «Ливерпуля» со всего мира, которые пересказывали любимые моменты с участием Нандо и признавались, что с обидой покончено. На «Энфилде» опять поют его песню. Торрес – снова один из тех, кого любят и ждут.

На финише нулевых Фернандо провел в «Ливерпуле» лучшие сезоны в карьере – но чтобы вернуть доверие фанатов, которые когда-то сжигали его футболки у стадиона, ему понадобилось еще около четырех лет. И раз уж я как раз завел свою машину времени и пустился в воспоминания, давайте-ка отмотаем годы назад и попробуем разобраться, почему же – после всего, что произошло – на «Энфилде» снова относятся к Торресу, как к своему.

Слишком яркий пик

Чтобы понять, как именно болельщики «Ливерпуля» отреагировали на переезд Фернандо из «Атлетико» в АПЛ летом 2007 года, вам точно не хватит пары винтажных роликов и архивов британских газет. На старте июля 23-летний Эль Ниньо (130 голов в 256 матчах в Мадриде; контракт с Nike, когда ему было 14) впервые приземлился в аэропорту Джона Леннона – и запустил такую волну истерии, что 37 дней, которые прошли между его прощальной пресс-конференцией в «Атлетико» и дебютной игрой в Англии, казались вечностью. Это было не просто большое событие. Мало того, что Нандо приезжал в Англию в статусе одного из самых многообещающих молодых форвардов мира и самого дорогого игрока в истории клуба, болельщики «Ливерпуля», как это обычно и бывает, уделили особое внимание следующим фактам:

а) Ради «Энфилда» Торрес отказал в том числе «Манчестер Юнайтед», который пытался заполучить его годом ранее;

б) Ради «Энфилда» Торрес ушел из команды, где стал капитаном еще подростком;

И наконец:

в) За несколько месяцев до трансфера один из фотографов, работавших на матче «Атлетико» с «Сосьедадом», сделал кадр, который не только разлетелся по всем спортивным газетам планеты, но и моментально заставил всех в Ливерпуле сделать коллективное сальто назад.

Как выяснилось позже, капитанская повязка с текстом We’ll Never Walk Alone не имела никакого отношения к переходу Торреса в «Ливерпуль»: его приятели просто хотели увековечить дружбу в татуировках с модной английской фразой, а когда Торрес прикинул, как на такое отреагируют фанаты «Атлетико», ребята сделали выбор в пользу «секретной» надписи на повязке. Поверил ли в эту историю хоть кто-нибудь к северу от Ла Манша? Ну, конечно же, нет.

Фернандо тут же стал для Ливерпуля героем и получил неограниченный лимит поддержки – а британская пресса пошла еще дальше и выкатила целый список Удивительных Предзнаменований, среди которых упоминались, скажем, парикмахерская под названием «Рафа», расположенная неподалеку от дома Торреса в Фуэнлабраде, или местный университет, который по невероятному совпадению назвали в честь Джона Леннона.

В конце концов, к шуму вокруг Фернандо присоединились ребята из Nike, которые сняли, возможно, лучшую футбольную рекламу в истории из тех, что были привязаны к какому-либо трансферу. В ролике, который сразу же стал классикой, жители Ливерпуля учились танцевать фламенко, покупали громадные сковородки для паэльи, переименовывали главные городские места на испанский манер и просто сходили с ума – а сам Торрес прогуливался со своим бульдогом по Стэнли-парку, разделяющему «Энфилд» и «Гудисон», и всем своим видом показывал: я – дома.

(Кстати, именно Фернандо принадлежит фраза, которая, пожалуй, лучше всего описывает ощущения игрока после перехода в «Ливерпуль»: «Я знал, что подписываю контракт с одним из самых больших клубов мира. Но только оказавшись в Ливерпуле, я понял, что подписываю контракт не с клубом, а с целым городом». Другими словами: Торрес сразу же понял, куда он попал. И честно говоря, не думаю, что в истории АПЛ было много иностранных игроков, которые чувствовали бы всю суть своего клуба так же здорово, как он).

Много лет спустя Фернандо признался, что нигде и никогда не чувствовал себя так, как в тот момент в Ливерпуле. Одно дело – быть легендой клуба, за который болел всю жизнь и рядом с которым вырос. Торреса боготворили в «Атлетико», потому что он был одним из них – и эта любовь была практически неизбежной, чем-то самим собой разумеющимся. В Ливерпуле у Нандо не было ни друзей, ни репутации, ни истории – но это не помешало ему в первый же день получить такую порцию обожания, будто он родился не в пригороде Мадрида, а в переулках у Мэттью-стрит, а потом еще провел первые месяцы на руках у дядюшки Ринго.

(Как однажды выразился сам Торрес, «у болельщиков «Ливерпуля» не было ни единой причины относиться ко мне иначе, чем к любому другому зарубежному игроку – но они все равно заставили меня почувствовать себя особенным. На «Энфилде» я чувствовал себя королем, который способен на все». Именно так и было.)

Согласно красивой концепции, придуманной британскими репортерами, Торрес должен был занять в премьер-лиге освободившееся место Тьерри Анри, перешедшего тем летом в «Барселону»; форварда, который расправляется с защитниками с элегантностью матадора и беспощадностью гангстера, и забивает необъяснимо, нечеловечески много. Где-нибудь в пабах у «Хайбери» над подобными формулировками, конечно, посмеивались, но весь пафос выветрился из этого заявления так же быстро, как пролетел мяч мимо ошалевшего Бен-Хаима в первом матче Фернандо на «Энфилде» против «Челси».

К Рождеству Торрес забил 11, оформив дубли в ворота «Дерби», «Порту» и «Портсмута», затем прибавил к этому два хет-трика в трех матчах и голы «Интеру», «Арсеналу» и «Эвертону», а в финальной игре с «Тоттенхэмом» стал первым иностранцем со времен Руда ван Нистелроя, который забил больше 23 голов в АПЛ в дебютном сезоне. К концу года отделаться от ощущения, что Торреса готовили к премьер-лиге всю жизнь, было уже совсем невозможно: Фернандо наслаждался взаимодействием с Джеррардом, пахал в тренажерке как черт, чтобы противостоять защитникам-мясникам, и получал истинное удовольствие от местного стиля игры, рассказывая, насколько сложнее давался ему медленный и тягучий испанский футбол (к слову, именно неподходящим стилем игры Торрес объяснял гораздо менее впечатляющую результативность в составе сборной Испании).

В пересчете на 90 минут пиковый Торрес забивал чаще Анри, Кейна, Ширера, Агуэро, Суареса и ван Нистелроя. Но в свои лучшие годы Нандо поражал не только количеством, но и смехотворной самоуверенностью, которая позже станет одной из причин его резкого спада в «Челси». Один из моих любимых эпизодов, связанных с Фернандо, произошел как раз в тот момент, когда он окончательно почувствовал себя неуязвимым и просто отказывался верить, что в мире остались неподвластные ему вещи.

На пятой минуте игры с «Блэкберном», который приехал на «Энфилд» в разгар чемпионской гонки 2009-го, Торрес обнаружил себя зажатым между двумя защитниками «Роверс» в паре метров от правого угла штрафной. Еще через секунду Каррагер запустил в его сторону длиннющий навес. Торрес ускорился, протиснулся между защитниками и выиграл себе около метра пространства – а затем обернулся назад, принял мяч грудью, дождался пока тот ударится о газон и, все еще находясь спиной к воротам, не глядя влупил в сторону ошалевшего Пола Робинсона – так, что мяч мгновенно оказался в дальней девятке, а бедняги из «Блэкберна» еще пару минут ходили по полю с отвисшими челюстями.

Ты забиваешь много, когда ты хорош, и еще больше – когда на тебя играют команда, удача и форма. Но трюк в матче с «Блэкберном»? Это была уже совсем другая история. К концу второго сезона на «Энфилде» у Торреса не осталось ни капли сомнений в собственных силах. Он забивал в ситуациях, когда у других игроков и в мыслях не было пробить по воротам; временами казалось, что ему не нужно даже стараться – достаточно принять мяч в любом месте и любом положении, а все остальное просто… случится.

Волшебный пик Торреса был обусловлен сразу несколькими факторами. Во-первых, как мы уже обсудили выше, Фернандо идеально подходил вертикальному футболу Бенитеса – особенно если вспомнить, какие люди тогда управляли игрой «Ливерпуля» в центре поля и как легко они находили его передачами. Во-вторых, зарядившись энергией «Копа», Эль Ниньо сразу же почувствовал себя одним из лидеров клуба и требовал с себя по полной – скажем, регулярно закрывался в квартире, чтобы отсмотреть DVD с нарезками действий соперников, или относился к каждому слову Бенитеса так, как будто на Землю спустился Иисус и вот-вот расскажет ему, как спастись от потопа.

«Встретив Рафу, я, возможно, впервые осознал, насколько важен тренер, – рассказывал он позже. – Ему надо из каждого выжать максимум. Кого-то нужно подталкивать и провоцировать, за кем-то – присмотреть. Помню, у меня был отрезок, когда я играл феноменально. Я сделал хет-трик, ребята расписывались на мяче. Писали «ты лучший» или «поздравляю». И тут ко мне подходит Рафа: «Сегодня ты потерял мяч 8 раз». Одна из важнейших вещей, что я выучил с Рафой – это то, как играть ближе к штрафной, как нападающему открыться за спины защитникам. Мне не надо оттягиваться вглубь, моя позиция больше зависела от расположения центральных защитников, чем от положения мяча или идей команды в розыгрыше».

Помимо всего прочего Англия просто оказалась не готовой к настолько мощному Торресу – зато сам Фернандо получал удовольствие не только от футбола, но и от жизни в городе, где ему, как выразилась бы какая-нибудь утомленная популярностью рок-звезда, позволяли быть самим собой и наслаждаться «маленькими вещами». В Уолтоне – крошечном пригороде Ливерпуля, куда он переехал после пары стартовых недель в Альберт-доке – Нандо без проблем ходил с женой за покупками, общался с соседями, которые уважали его личное пространство, и старательно подтягивал свой английский.

(Что, к слову, заслуживает отдельного текста, учитывая, как именно учил язык Торрес. Моя любимая часть? Одним из ходовых приемов его репетитора было заставить Фернандо открыть какую-нибудь газету на странице с объявлениями, затем взять телефон, набрать номер ничего не подозревающей старушки и вручить трубку Торресу – чтобы тот в панике узнавал, сколько стоит трехлетний бульдог или диван, который застал еще Черчилля).

В конце 2008-го Торрес занял третье место в голосовании за «Золотой мяч» после Роналду и Месси – и хотя это так и осталось высшей точкой его карьеры, если говорить исключительно об индивидуальном признании, всем нам тогда казалось, что это только начало. Впервые со времен Оуэна в напарниках у Бэтмена-Джеррарда оказался не ролевик вроде Луиса Гарсии или Харри Кьюэлла и не помятая временем постпиковая суперзвезда в духе позднего Фаулера. Торрес чувствовал сердцебиение «Энфилда» не хуже Стивена, выигрывал матчи одним решением и пугал защитников еще в тот момент, когда шнуровал бутсы в центральном круге.

Когда в 2009-м «Ливерпуль» проиграл чемпионскую гонку «МЮ» после умопомрачительного сезона с уничтожением «Реала» на «Энфилде» и жестоким убийством Неманьи Видича на «Олд Траффорд», это было больно, но никто даже подумать не мог, что произойдет с клубом в течение следующих 20 месяцев. Фернандо стал последним ярким событием «Ливерпуля» докризисной эпохи – и, конечно, оглядываясь назад в поисках приятных воспоминаний, болельщики так или иначе натыкались на Торреса.

Имело ли это хоть какое-нибудь значение в первые годы после его ухода? Разумеется, нет. Но чем дальше, тем больше ненависть и обида растворялись в ностальгии и самых разных «Что, если бы?» – а когда шум вокруг трансфера в «Челси» утих, у нас еще и появилась возможность взглянуть на все эти события с другой стороны.

Хаос в «Ливерпуле»

Согласно общепринятой Легенде о Поразительном Предательстве Фернандо Торреса, зимой 2011 года произошли следующие события:

а) Торрес при первой же возможности бросил «Ливерпуль», где его умоляли остаться, купившись на 1) деньги и 2) потенциальные трофеи в Лондоне. Почему? Потому что он говнюк, у которого нет сердца (отчетливо помню, как во флешмобе под названием «Торрес – сосунок» принимали участие даже бывшие игроки «Ливерпуля» типа Робби Фаулера, который выставил на аукцион свою футболку с фамилией Нандо, или Джона Олдриджа, который во время своих выступлений на радио и телевидении отказывался называть Эль Ниньо по имени и вспоминал его исключительно, как «того пацана»);

б) Очутившись в команде, где и так было полно суперзвезд и никто не собирался строить игру вокруг него, Торрес резко сдал – а когда к этому прибавились давление от сумасшедшего ценника и Нечто, Что Никто До Сих Пор Так и Не Смог Объяснить, весь талант Фернандо просто выветрился в приоткрытую форточку в Кобхэме.

О таланте и его удивительном исчезновении мы поболтаем чуть ниже, а пока предлагаю уделить немного времени первому пункту.

Чтобы понять, о чем именно думал Торрес за несколько месяцев до перехода, давайте быстро пробежимся по ключевым событиям, случившимся в «Ливерпуле» в период с 2009 по 2011 год.

Май-2009: «Ливерпуль» упускает, пожалуй, лучший шанс выиграть чемпионат с момента образования АПЛ и отдает титул «МЮ».

Июль-2009: через год после совершенно-абсолютно-невероятно (нет, серьезно, я просто не понимаю, почему об этом настолько мало говорят?! Где документалки от Netflix? Где колонки Глеба Чернявского? ХВАТИТ ЗАМАЛЧИВАТЬ ЭТОТ ФАКТ) безумной идеи Бенитеса заменить Хаби Алонсо на Гарета Бэрри, Рафа все-таки добивается своего: Хаби, который был в точно таком же **** от всей этой истории, узнает об интересе «Реала» и направляет руководству запрос о трансфере.

(К слову, летом 2009-го продавать Хаби никто, конечно же, не хотел, вот только было уже слишком поздно. Алонсо прекрасно помнил о прошлогодних планах Бенитеса, а когда на одной чаше полоумных весов находятся «Реал», Криштиану и сиквел «Галактикос», а на другой – конкуренция с Гаретом-мать-его-Бэрри... в общем, как интеллигентно выразился сам Хаби, в последний сезон в «Ливерпуле» отношения с Рафой у них были «так себе». Да неужели).

Август-2009: «Ливерпуль» тратит 43,5 млн евро на следующих игроков: Глен Джонсон (20,5 млн евро), Альберто Аквилани (20 млн евро), Сотириос Кирьякос (3 млн евро) и Макси Родригес (бесплатно).

Октябрь-2009: «Ливерпуль» вылетает из Кубка лиги.

Ноябрь-2009: «Ливерпуль» вылетает из Лиги чемпионов.

Декабрь-2009: к Рождеству ребята падают на восьмое место в чемпионате, одержав 3 победы в 11 матчах. После игры с «Портсмутом» на «Фраттон Парке» Бенитес нападает на арбитра, который удалил Маскерано еще в первом тайме, и становится участником следующего диалога на послематчевой пресс-конференции:

Репортер: как вы прокомментируете удаление Хавьера Маскерано?

Бенитес: его не должны были удалять, но арбитр чудесно справился

Репортер: подождите... то есть, вы довольны работой арбитра?

Бенитес: да, он был чудесным, совершенно чудесным

Репортер: так почему Маскерано не должны были удалять?

Бенитес: его не должны были удалять, но в любом случае... чудесно

Репортер: есть ли причина, почему Джеррард и Торрес сегодня провалились?

Бенитес: нет, арбитр работал чудесно, поэтому у Торреса не было никаких проблем

Репортер: не могли бы вы объяснить то, что сказали об арбитре в начале пресс-конференции?

Бенитес: чудесно, ни одной ошибки

Репортер: но ведь вы...

Бенитес: чудесно

Репортер: стоп... ТО ЕСТЬ ТЫ СЕРЬЕЗНО ХОТЕЛ ЗАМЕНИТЬ ХАБИ АЛОНСО НА ГРЕБАНОГО ГАРЕТА БЭРРИ???

Бенитес: все было чудесно!

(Ну ладно, последнюю часть я выдумал).

Январь-2010: «Ливерпуль» вылетает из Кубка Англии.

Апрель-2010: «Ливерпуль» вылетает из Лиги Европы.

Май-2010: парни одерживают всего две победы в шести последних матчах против «Бирмингема», «Фулхэма», «Вест Хэма», «Бернли», «Челси» и «Халла» и завершают сезон на седьмом месте впервые c 1999 года.

Июнь-2010: «Ливерпуль» увольняет Бенитеса и подписывает контракт с Роем Ходжсоном (Господь всемогущий).

Август-2010: «Ливерпуль» продает Хавьера Маскерано и тратит 30 млн евро на следующих игроков: Рауль Мейрелеш (13 млн евро), Кристиан Поульсен (5,5 млн евро), Пол Кончески (4 млн евро), Брэд Джонс (2,8 млн евро), Дэнни Уилсон (2,75 млн евро), Джонджо Шелви (2 млн евро), Милан Йованович (бесплатно) и Джо Коул (бесплатно).

Результат? В первых восьми матчах сезона-2010/11 «Ливерпуль» одерживает одну победу и чуть не доводит старину Роя до инфаркта, а будущее клуба становится настолько туманным, что даже по меркам Великобритании это уже перебор. Впрочем, самое интересное – и, конечно, в тот момент никто толком не придавал этому большого значения – происходило за кадром.

Летом 2009 года владельцы клуба Том Хикс и Джордж Джиллетт наняли на должность исполнительного директора выпускника Кембриджа и бывшего банкира Кристиана Парслоу (сегодня – CEO «Астон Виллы»). После чемпионата мира в ЮАР, когда Торрес узнал об интересе «Манчестер Сити» и «Челси» и засомневался в будущем «Ливерпуля», между Нандо и Парслоу состоялся первый предметный разговор. Торрес спрашивал, как Кристиан планирует выбираться из кризиса. Парслоу заявил, что ведет переговоры о продаже «Ливерпуля» и поэтому летом они обязаны сохранить всех лидеров (иначе цена клуба на рынке рухнет) – так что, если Торрес действительно хочет уйти, ему придется дождаться новых владельцев.

Сказать, что Фернандо остался удовлетворен подобным ответом было бы преувеличением, но, по крайней мере, а) в словах Парслоу действительно был смысл; б) Торрес не хотел войти в историю как человек, который помешал продаже клуба; в) руководство заверило его в том, что никто из ключевых игроков не уйдет из «Ливерпуля» летом.

Что произошло через месяц? Верно, клуб отпустил Маскерано в «Барсу».

В октябре, когда дела у команды шли уже совсем скверно, а Торрес получал одну травму за другой и называл этот отрезок не иначе, как «абсолютным кошмаром во всех смыслах этого слова», «Ливерпуль», наконец, перешел в руки американцев из FSG – а вместе с ними в клуб пришли еще несколько новых людей.

(Что, кстати, так же заслуживает отдельного разговора, как минимум, по одной причине: поскольку Хикс и Джиллет считали Кристиана своим человеком и совершенно не ожидали, что на заседании совета директоров он проголосует против них – а голос в итоге оказался решающим – Том чуть ли не в тот же день попытался вышвырнуть Парслоу из клуба и поставить на его место собственного сына в надежде заблокировать сделку с FSG. Иначе говоря: если вы считали, что 4 млн евро за Пола Кончески – это самая нелепая хренотень, которая произошла в «Ливерпуле» в том году… в общем, это была не самая нелепая хренотень).

На какое-то время главным человеком, отвечающим за футбольную часть «Ливерпуля», стал Дэмьен Комолли, бывший скаут Венгера в «Арсенале» и спортивный директор «Тоттенхэма» (сегодня – спортивный директор «Фенербахче»). Вдохновившись идеей Билли Бина из «Окленд Атлетикс» и пока еще толком не разобравшись в нюансах игры, FSG решили устроить в «Ливерпуле» европейскую версию «Манибола» – что в переводе с романтического языка на человеческий означало примерно следующее: «Погодите-ка… то есть Стюарт Даунинг постоянно навешивает в штрафную, а Энди Кэрролл время от времени забивает… после… навесов… в штрафную… так о чем мы тогда вообще думаем!».

Само собой, Торреса эти планы не то чтобы сильно воодушевили, так что Фернандо снова попросил руководство о встрече и на этот раз оказался один на один с Комолли. «Я рассказал ему о своем беспокойстве, – вспоминал позже Торрес. – В ответ я услышал те же слова, которые говорил мне Парслоу. Мне сказали, что я не могу уйти, потому что «Ливерпулю» некем меня заменить. Как только они кого-то найдут – меня продадут. Ни Парслоу, ни Комолли никогда не говорили, что рассчитывают на меня в долгосрочной перспективе. Вместо этого мне отвечали, что я могу уйти, когда они продадут клуб, а потом – когда найдут мне замену. При этом, когда «Ливерпуль» боролся за Луиса Суареса, Комолли заявил, что я все равно должен остаться, поскольку Суарес – «не бомбардир». Он считал, что Луис не сможет забивать много голов и будет играть в оттяжке».

(К этому моменту вы, должно быть, заинтересовались, сколько лет Комолли в итоге провел в «Ливерпуле». Правильный ответ? Полтора года).

Таким образом в декабре 2010 года Торрес оказался в следующей ситуации:

а) «Ливерпуль» только что провел худший сезон за 11 лет, и всем было очевидно, что дальше будет только хуже;

б) «Ливерпуль» только что назначил третьего тренера (Кенни Далглиша) за последние шесть месяцев без какой-либо стратегии, просто надеясь, что культ вокруг Кенни хоть как-то утихомирит фанатов; как только Далглиш справился с этой задачей, его моментально швырнули под автобус;

в) «Ливерпуль» только что пережил мощнейшую встряску, связанную с продажей клуба, и никто понятия не имел, как им будут управлять новые владельцы;

г) «Ливерпуль» продал двух ключевых игроков – Хаби Алонсо и Маскерано – за последние 16 месяцев, при том что Парслоу обещал Фернандо сохранить всех лидеров;

д) На протяжении года к Торресу относились исключительно как к Парню, Который Поможет Втюхать Клуб Подороже и на все его вопросы и переживания отвечали словами: «Не парься и просто позволь нам поднять немного деньжат»;

е) Как рассказал ему Комолли, в ближайшие годы FSG планировали вкладываться в основном в молодых и подающих надежды игроков, только если речь не шла о совсем уж выдающихся талантах вроде Чарли Адама и Хосе Энрике;

ж) Тело Торреса ломалось на глазах у всей лиги, а учитывая, что в марте 2011-го ему исполнялось 27, он наверняка понимал, что следующий долгосрочный контракт по сути станет последним в его карьере.

Фернандо до сих пор отрицает, что когда-либо отправлял руководству «Ливерпуля» запрос о трансфере. По его словам, когда «Челси» сделал первое предложение перед игрой с «Вулверхэмптоном», они встретились с Далглишем, «к которому он относился с большущим уважением» и сошлись на том, что их планы просто расходятся (к слову, на встречу также пытались пробраться Комолли и агент Торреса, но Фернандо заявил, что хочет поговорить с тренером один на один). «Ливерпуль» планировал играть вдолгую и готовился к размеренному строительству новой команды. Торрес, который все еще думал о том, как же близко они подобрались к титулу в 2009-м, понимал, что этого времени у него нет.

После разговора с Кенни Торрес был уверен, что все проблемы улажены и никто в клубе не держит на него зла.

«Я чувствовал уважение со стороны Далглиша. Он сказал мне, что благодарен за все, что я сделал для «Ливерпуля». Но чего я не ожидал, так это как именно клуб обставит все в медиа. Меня выставили предателем. Я был предельно честным и на каждой встрече объяснял свои мотивы, не прибегая к услугам агента. Я приходил в клуб, чтобы побеждать, но теперь мы были так далеки от этого. Я не ушел летом, потому что не хотел помешать продаже клуба. Мне обещали сохранить игроков, но продали Маскерано, Хаби тоже ушел, как и Бенитес. Мы находились в кошмарной ситуации, и я не знал, будут ли другие клубы заинтересованы во мне в конце сезона. Было очевидно, что ничего хорошего с нами не случится. Никогда в жизни я не чувствовал себя таким счастливым, как когда-то в «Ливерпуле». Но после всего этого у меня было ощущение, как будто меня обманули – а потом еще и пытались скинуть всю вину на меня».

К словам Торреса можно относиться по разному – и, разумеется, в тот момент всем нам было плевать, какие там встречи были у него с Парслоу, Комолли и Далглишем. Но, оглядываясь назад, понять его решение точно нетрудно. Последние 16 месяцев Эль Ниньо в «Ливерпуле» превратились в череду удручающих результатов, обидных травм, невыполненных обещаний топ-менеджеров и беспорядочных трансферов – а также совершенно хаотичного перехода клуба от Хикса и Джиллета, которых ненавидели вообще все, к новым владельцам, которые только начинали разбираться во всем этом беспорядке и дергали совсем не за те рычаги.

Торрес до последнего надеялся на резкие перемены и инвестиции в элитных игроков; если перечитать его интервью девятилетней давности, то почти в каждом из них можно найти слова в духе «я очень надеюсь на новых владельцев» и «нам необходимо снова стать конкурентоспособными, чтобы финансово соперничать с «Юнайтед» и «Челси».

Кроме того, было бы глупо отрицать, что в клубе на самом деле совсем не пытались сохранить своего нападающего, считая (справедливо), что пик Торреса уже позади, а травмы помешают ему вернуться на прежний уровень. Как тогда выразился Маскерано, «очень грустно, что люди, которые сделали для «Ливерпуля» что-то важное, должны уходить через черный ход. Я не удивлен, что произошло с Торресом. Пресса и клуб стараются убедить болельщиков, будто во всем виноваты игроки. На самом же деле «Ливерпуль» просто не проявил заинтересованности в том, чтобы нас сохранить».

Отношения с Джеррадом

В истории «Ливерпуля» было полно ярких связок (от Раша и Далглиша до Фирмино, Мане и Салаха), но где-то к концу сезона-2007/08 все мы сошлись на том, что Джеррард и Торрес – это не просто взаимовыгодное партнерство, а нечто совершенно особенное. В том самом матче с «Челси» – первом для Торреса на «Энфилде» – именно Стиви, подобрав мяч в центре поля, выдал идеальную передачу на убегающего Фернандо. В конце сентября, снова после фокуса Джеррарда, который разрезал всю четверку защитников «Рединга» одним пасом, Торрес оформил первый хет-трик – а к Рождеству, когда Нандо превратил подачу Стиви с углового в гол «Порту», подобным трюкачествам не удивлялся уже вообще никто.

Парни наслаждались любовью болельщиков и футболом Бенитеса, который идеально им подходил – но прежде всего им просто нравилось играть друг с другом. Торрес попал во взрослый футбол после шести лет в академии клуба, по которому с ума сходил. Джеррард прошел тот же путь в Ливерпуле. В 2003-м Торрес стал самым молодым капитаном в истории «Атлетико». В том же году Джеррард получил повязку от Хююпя и больше никогда с ней не расставался. Прилетев в Англию, Фернандо признался, что не очень комфортно чувствует себя в роли лидера, который регулярно кричит на партнеров и толкает вдохновенные речи перед матчами – гораздо проще показывать все на поле.

Такого же мнения придерживался и Джеррард.

«Обожаю игроков, который ведут за собой действиями и личным примером, а не словами, – рассказывал Нандо. – В «Ливерпуле» у нас был Каррагер, который отвечал за слова, держал всех в тонусе, что, несомненно, очень важно. В раздевалке говорил он. Стиви был другим. Похожим на меня. Он всегда появлялся на тренировках первым. Он обращался с мячом лучше, чем кто-либо другой. Как и я, он был более тихим и стеснительным, чем Джейми. Но все менялось на поле. Вокруг него была особенная аура, ты всегда ее чувствовал. Стиви понимал меня с полуслова. Мне просто нужно было открыться – и он сразу пытался найти меня передачей. Я никогда не найду такого же партнера, как он. Мечтаю вернуться в те времена хотя бы на секунду».

В сезоне-2007/08 Джеррард и Торрес забили 54 мяча на двоих, но, пожалуй, лучшим примером телепатии между ними стал матч Кубка Англии в январе 2009 года.

При счете 0:1 в пользу «Эвертона» Торрес опустился почти в центр поля и поймал скачущий мяч в окружении трех соперников, находясь спиной к воротам. Мяч ударился о газон и снова взлетел над полем, а Стиви, уже зная, что произойдет дальше, тут же рванул в свободное пространство за спиной защитников. В течение следующих трех секунд Фернандо сперва подпрыгнул на месте и выбросил ногу вверх, чтобы вернуть контроль над мячом, затем принял его на грудь, все еще не оставляя соперникам шанса вмешаться в атаку, а потом резко развернул корпус и пяткой – не глядя – пробросил мяч между двумя игроками «Эвертона» на ход Джеррарду, который первым же касанием отправил его в ворота. Магия. Вот что это было.

Разумеется, все это время отношения Стиви и Торреса развивались не только на поле, но и за его пределами – и Джеррард делал все, чтобы Фернандо чувствовал себя в «Ливерпуле» как дома. По словам Торреса, иногда Стиви достаточно было просто сказать одну фразу – как, скажем, перед церемонией Золотого мяча в 2008-м. «Я был в шоке. «Золотой мяч», частный самолет. Просто поверить не мог, что меня номинировали. Но Стиви постоянно говорил, что я достоин победы. «Даже не сомневайся – ты выиграешь». Он говорил это так, как будто действительно верил в это. Я считал, что он просто рехнулся! Но его слова идеально выражали не только его отношение ко мне, но и всего «Ливерпуля». Стиви говорил мне, что я лучший игрок в мире – и я понимал, что точно так же обо мне думает весь город. Они заставили меня поверить в то, что нет ничего невозможного».

В начале 2011 года, за пару недель до отъезда из «Ливерпуля», Джеррард стал первым человеком, к которому Торрес пришел за советом – еще до разговора с Далглишем. Парни остались в раздевалке одни. Фернандо признался, что «Челси» сделал ему предложение. «Я знаю, что его сердце было разбито, – рассказывал он позже. – Но он все равно посоветовал поступать так, как было лучше для меня. Он понимал, что мы с ним находимся в разных ситуациях. Это были слова лучшего капитана в мире».

В конечном счете именно отношения с Джеррардом позволили Торресу сделать последний шаг на пути к искуплению. В 2015-м Стиви и Карра организовали благотворительный матч на «Энфилде» с участием бывших игроков «Ливерпуля» и легенд АПЛ нулевых. Джейми взял в нападение Кьюелла, Беллами и Дрогба. Джеррард выбрал Анри, Суареса и Фернандо. Сказать, что в воздухе чувствовалось напряжение, было бы преступным преуменьшением; все еще помню, как вглядывался в лицо Торреса минут за пять до его появления и понятия не имел, чего ожидать. Прошло больше четырех лет. «Ливерпуль» был другим. Фернандо уже вернулся в «Атлетико». Но имеет ли все это хоть какое-нибудь значение?

А затем Торрес вышел на поле и все вопросы просто отпали сами собой.

После игры Фернандо признался, что был готов ко всему – но точно не ожидал услышать тот самый чант, которым болельщики «Ливерпуля» когда-то встречали его на «Энфилде».

«Не знаю, как реагировать, – сказал тогда он. – Я помнил эту песню все эти годы. Она крутилась у меня в голове. Она так для меня важна. Три с половиной года в «Ливерпуле» изменили всю мою жизнь. Даже представить не мог, что снова ее услышу. Никогда этого не забуду».

***

События, описанные выше, сыграли огромную роль в искуплении Торреса, но нет никакого смысла игнорировать неприятную правду: если бы карьера Фернандо в Лондоне сложилась немного иначе, все эти детали ни черта бы не значили. В январе 2011 года Эль Ниньо приехал в столицу, чтобы окончательно закрепиться в статусе главного нападающего Англии, бомбардира без слабых мест, игрока-франчайза, который, наконец, получил лучший шанс в карьере выиграть трофей.

Вы знаете, что произошло дальше.

В период с 2011 по 2014 год над «проблемой Торреса» методично бились лучшие умы Англии. Некоторые считали, что Фернандо сломало давление, связанное с желанием оправдать настолько громкий трансфер. Кто-то предполагал, что все дело – в игроках «Челси», которые изначально не приняли его во внутреннюю компашку, или стиле игры, который мешал ему проявлять лучшие качества. Разумеется, не обошлось и без теорий о карме – ну, знаете, все эти проклятия, которые неслись в него с Севера и мешали попадать по воротам. Но главным объяснением, разумеется, были травмы.

В апреле 2010 года Нандо оформил дубль в игре Лиги Европы с «Бенфикой», а затем повредил колено и выбыл до конца сезона. Чтобы сыграть на чемпионате мира в ЮАР, Торрес, как гласит легенда, вернулся на поле раньше, чем следовало, и не только усугубил травму (а заодно провел предельно бледный турнир), но и получил новую, потянув приводящую мышцу во время погони за мячом на последней минуте финала с Голландией («Я стал чемпионом мира, – говорил он потом. – Но стоило ли оно того? Я не знаю»).

Осенью 2010-го Торрес получил еще несколько мелких повреждений и по сути выдал только пару-тройку достойных перформансов в первом круге чемпионата (в том числе против «Челси»). Даниэль Аггер рассказывал, что Ходжсон часами заставлял их с Шкртелом обороняться против восьми нападающих «Ливерпуля» одновременно – по версии Аггера, исключительно для того, чтобы хоть как-то привести Торреса в чувства и подкинуть ему пару забитых голов хотя бы на тренировках.

Тем не менее к концу того года от прежней уверенности Нандо на поле не осталось даже полунамека. А затем, уже после трансфера в «Челси», случился еще и матч с «Ливерпулем», когда фанаты встретили его баннером «Предатель всегда будет один» и чуть не разбили голову зажигалкой, а Аггер влупил ему по лицу прямо на глазах у «Копа» и окончательно выбил остатки этой уверенности куда подальше. Наблюдать за всем этим со стороны было неловко и странно; Торрес получал мяч на фланге или разгонялся по центру – а затем будто проваливался в летаргический сон. «Чутье бомбардира», которое никогда не подводило его в первые сезоны на «Энфилде», моментально превратилось в один большой миф, что-то, о чем все вокруг говорили, но никто никогда больше не видел.

В игре с «Манчестер Юнайтед» на «Олд Траффорд» в сентябре 2011 года Торрес отклеился от защитников, ворвался в штрафную и пальнул мимо пустых ворот почти из вратарской. Той же осенью Давид Луиз взял за правило прикладывать к голове Нандо ладонь перед каждым матчем и зачитывать всяческие молитвы и закликания. С того момента, как Торрес открылся под Каррагера и принял мяч грудью, чтобы затем выставить защитников «Блэкберна» на посмешище, прошло меньше трех лет – но чувствовалось все это так, будто «Блэкберн» был вообще в другой жизни.

Возможно, если бы Фернандо опустил планку чуть ниже и позволил себе играть чуть проще, все сложилось бы по-другому – в конце концов, обводить Де Хеа в игре на «Олд Траффорд» было совершенно необязательно; больше того, форвард среднего класса в том эпизоде наверняка просто покатил бы мяч в левый угол, потому что в принципе не способен на что-то более сложное. Проблема заключалась в том, что после 2010 года Торрес продолжал играть так, будто по-прежнему способен на все – даже когда колени уже не гнулись, партнеры посмеивались, а соперники заранее знали, что ничего страшного с ними сегодня не произойдет.

Конечно, Нандо прекрасно все понимал. Уже после ухода из «Челси» он рассказывал, что теперь относится к трофеям иначе и не считает их более важной штукой, чем самое обычное удовольствие от игры – там, где ты счастлив; там, где к тебе относятся так, что ты «чувствуешь себя королем». «Я осознал, что трофеи никак не отразятся на моей жизни, – говорил он уже в Мадриде. – Я выиграл Лигу чемпионов в Лондоне, но это не изменит того, как я буду чувствовать себя завтра, послезавтра или через неделю».

Считается, что лучшим моментом Торреса в «Челси» стал невообразимый забег по пустому полю в легендарной игре с «Барселоной» – вязкий, адреналиновый, бесконечный, какие обычно снятся в кошмарах, когда ноги становятся ватными и ты бежишь, не понимая куда и зачем. За несколько месяцев до отъезда из Англии Эль Ниньо снова обнаружил себя с мячом в центре поля без единого защитника впереди.

На последней минуте игры на «Энфилде», которая стоила «Ливерпулю» Роджерса титула, мяч, проскочив мимо Джеррарда, прилетел к Нандо. Торрес разогнался и помчался вперед. Справа от него бежал Виллиан. Фернандо быстро оглянулся по сторонам, понял, что за ним никого нет, пробежал еще шесть-семь метров, затем чуть-чуть сбавил ход и оказался один на один с вратарем, все еще с Виллианом по правую руку. Оставалось уйти чуть левее. Обойти Миньоле. Покатить в пустые ворота.

Торрес сделал пас.

Торрес сыграл прощальный матч в Японии – его провожал Иньеста, а NB сделал форму в стиле «Атлетико» 80-х

Вспоминаем Торреса, когда он был хорош. Капитанил в «Атлетико», забивал 30+ в «Ливерпуле», лучший бомбардир Евро-2012

Фото: REUTERS/Phil Noble, Clive Brunskill, John Sibley, Darren Staples, Alex Livesey, Laurence Griffiths, Jason Cairnduff; Gettyimages.ru/Phil Cole, Gary M. Prior, Alex Livesey, Shaun Botterill, Scott Heavey

Автор

Комментарии

  • По дате
  • Лучшие
  • Актуальные
  • Друзья