Сочым
Блог

«Вам сюда нельзя»

Парочка историй о приключениях белорусов в горном кластере.

Знаменитая шведская биатлонистка, работающая нынче экспертом на телевидении, Хелена Экхольм недавно призналась: «Мне пока Олимпиада нравится, но тут много суеты. Особенно среди волонтеров. Мне кажется, их слишком много».

Их действительно много. С одной стороны, это удобно – буквально на каждом шагу можно уточнить маршрут или задать интересующий вопрос. Однако после четырех дней на Играх создалось ощущение, что многие волонтеры словно запрограммированы на определенную задачу и какое-то одно направление. То есть, он или она улыбчиво подскажет тебе, что доехать из «Красной поляны» в горнолыжный комплекс можно по канатной дороге, если выйти на второй остановке, но когда уточнишь, что держишь путь в экстрим-парк, разочаровывающе пожмет плечами: «Спросите дальше». Или подзовет напарника, который будет долго разговаривать по рации, пытаясь уточнить направление.

Когда ты все же узнаешь, что нужно ехать по канатной дороге до первой остановки, обнаруживаются новые сюрпризы: оказывается, это трасса слоупстайла, а чтобы попасть к фристайлистам и хафпайперам нужно делать большущий, двухкилометровый или что-то около того круг по горному серпантину.

Но самое интересное ждет в конце пути. Оказывается, от трамплинов до «Красной поляны» можно добраться всего за 15 минут на одном из шаттлов... Поэтому сейчас мы не стесняемся справляться о маршрутах на неизвестных объектах как можно чаще и у разных людей – так надежнее. Тем более, после поездки в запретную олимпийскую деревню.

Нелегалы

В курсирующих по дорогам шаттлах действует строгая система проверки. Залезть в маршрутку можно легко, но не факт, что ты куда-нибудь на ней доберешься. Аккредитацию или другое удостоверение личности «пропикивают» специальные кондукторы, и если все нормально – езжай. В противном случае – высадка с последующим разбирательством.

Из экстрим-парка мы выбирались как раз на шаттле. Залезли, показали аккредитации, уехали. 15 минут зависания в мобилке вперемешку с горными пейзажами и крутыми, градусов на 300, поворотами – прибыли. Но куда?

- Здравствуйте! – улыбается волонтерка. – Вам помочь?

- А мы вообще где?

- Это олимпийская деревня. Журналисты? Вам сюда нельзя.

- Нам сказали, что на этом автобусе мы спустимся в «Красную поляну».

- Если честно, я вообще не понимаю, как вас сюда пропустили... Это закрытый объект, только для спортсменов, тренеров и персонала. Вам аккредитации «пропикивали»?

- Конечно.

- Странно...

«Ладно, бывает», – думаем. Вон там внизу ходят автобусы, а здесь стоят шаттлы. Ну, заблудились – выберемся. Оказалось, что все не так просто.

- Нам бы в «Лауру». Или в «Красную поляну» хотя бы.

- Дело в том, – виновато объясняет волонтерка, – что напрямую в «Лауру» отсюда ходит только один шаттл, и он как раз уехал 10 минут назад.

- И что теперь, целый час дожидаться?!

- Как вариант. Но есть еще проблема: не факт, что вы на нем уедете.

- То есть, как не уедем?

- Я же говорила, что вам сюда нельзя... Не понимаю, как вас вообще пропустили... Сядете в шаттл – и на первой же проверке высадят, начнут разбираться, кто такие и как попали на закрытый объект. Придется такси вызывать, наверное.

Короче, попали в историю, а еще и на «бабки», похоже. Неприятно. Помочь вызывается еще один волонтер. К тому же – земляк.

- Я родился в Гомеле :). Живу в Москве, а здесь работаю. Пойдемте, что-нибудь придумаем.

- Какие варианты?

- Попробуем тормознуть незапечатанный автобус. Или на шаттле вас отправить.

С шаттлом не вышло сразу.

- Нас «пропикивают», так что без шансов, – признался водитель.

Автобусы, как назло, тоже шли только запечатанные. Настроение начало портиться. Пешком – полдня пути. Как только смирились с вызовом такси, на точке остановилась машина дорожной службы – обычная «девятка».

- Вы вниз едете?

- Еду.

- Подбросьте наших белорусских друзей до «Лауры».

- Залазьте. Я как раз туда еду.

Всем спасибо и слава Аллаху! Не прошло и часа.

Президенты

Воскресную спринтерскую гонку мы смотрели из микст-зоны. Хоть и неудобно, не атмосферно, зато присутствует уверенность, что никого не пропустишь. Гонщики и гонщицы сразу после финиша берут паузу, чтобы чуть-чуть отдышаться, и покидают стадион. То есть, досмотреть соревнование до конца, а потом успеть еще и в микст-зону за комментарием – нереально.

Добраться до трибуны прессы – целое приключение. Мужской спринт мы смотрели оттуда, но внезапно возникли сложности.

- Вам здесь ходить нельзя, – говорит охранник, когда мы пытаемся покинуть трибуну. – Ждите окончания гонки.

- Но нам в микст-зону нужно.

- Извините, нельзя.

После десяти минут препирательств пустили. Оказывается, гонку решили почтить вниманием политики, поэтому меры безопасности усилили. На следующий день, ожидая повторения истории, решил узнать заранее, куда можно ходить, а куда – нет.

- Расскажите, – прошу волонтеров на входе в пресс-центр, – как мне пройти на трибуну прессы.

- Идите на третий гейт, а там на лифте.

Окей, иду. Оказывается, через вторую дверь могут пройти только фотокоры и телевизионщики.

- Куда тогда? – снова интересуюсь.

- Вот тут рядом, на второй.

Подхожу.

- Если я сюда зайду, есть ли у меня шанс попасть на трибуну прессы?

- Да, поднимайтесь на третий этаж.

- Но там ведь нельзя ходить с моей аккредитацией.

- Можно, можно! Пойдемте я вас провожу.

Идем. Поднимаемся на первый этаж, с которого я и начинал свой путь, ведь именно там находится пресс-центр, затем на второй мимо судейских. Дошли. Выходим на верхнюю платформу.

- Здравствуйте, – приветствует охранник. – Вам сюда нельзя.

- Почему? – удивляется провожающий меня волонтер.

- У вас аккредитация не подходит.

- Мне говорили, что подходит.

- Нет. Вам здесь вообще нельзя находиться. Но раз уж зашли, проходите на трибуну.

- А выйти с нее в середине гонки можно будет?

- Нет, конечно! Решайте: или на трибуну до победы, или, пока не поздно, назад.

- Слушайте, как все-таки на места для прессы пробраться?

- Не знаю, через низ попробуйте.

- Так ведь там тоже не пускают! Только по билетам или аккредитациям для ТВ и фото.

- Не знаю, как-то проходят. Наверное...

В общем, ну их к чертям, эти ваши «не знаю». В микст-зоне, конечно, совсем не то, зато никого не пропустишь. В итоге десятки журналистов следят за гонкой по телевизорам, по электронному табло справа от стрельбища или просто по интернету. Так реально проще.

Кстати, канатная дорога на «Лауре» действительно не справляется. После биатлона большие заторы, но хоть тут аккредитация помогает выбраться быстрее – через параллельную очередь.

Твиттер

Комментарии

Возможно, ваш комментарий – оскорбительный. Будьте вежливы и соблюдайте правила
  • По дате
  • Лучшие
  • Актуальные
  • Друзья