Трибуна

Новости

Tribuna/Футбол/Новости/«Я эту сборную не уважаю»

«Я эту сборную не уважаю»

19 марта 2012, 16:46
0

Эдуард Зарембо продолжает болеть за минское «Динамо», но матчи чемпионата Беларуси ему не интересны Легендарный футболист минского «Динамо» Эдуард Зарембо вспоминает, как зарабатывал на мячи, как познакомился с женой, с которой вместе живет уже более полувека, и как однажды ударил журналиста. Бронзовый медалист чемпионата СССР, которого в свое время прозвали «королем подката», рассказывает про болельщицкую любовь, признается, что не уважает нынешнюю сборную страны и отправляет Штанге домой. Ровно в назначенный час из подземного перехода бойко вышел мужчина. Именно так, потому что назвать ветерана белорусского футбола Эдуарда Зарембо «старичком» или кем-то почтительного возраста язык не поворачивается. Стройный, подтянутый, с огоньком в глазах. Не каждый может похвастать такой формой, в которой находится Эдуард Дмитриевич. Но, тем не менее, начать общение правильным было вопросом о здоровье. Как-никак знаменитому футболисту, а ныне преподавателю физкультуры в радиотехническом колледже, ни много ни мало, 74 года. — Как ваше здоровье? — Спасибо за вопрос. Пока нормальное. Как говорят в таких случаях, по возрасту. Я ж не могу сказать: «Я молодой и все замечательно». Да и зачем это? Все приходит в свое время. — Сколько лет вы уже работаете в колледже? — Десять. Работаю не столько за деньги, сколько для того, чтобы быть при деле. Я не могу сидеть дома без работы и лежать на диване. Живу недалеко от колледжа: восемь минут прогулки — я и на работе. Сейчас будет пара, зарядку сделаю с группой. А вообще педагогический стаж у меня большой. Как закончил с футболом, работал тренером в детской спортивной школе. Поработал немного — надоело. Утром уходишь, вечером приходишь. Я когда играл в футбол, постоянно дома не был. Снова отсутствовать тоже не хотелось. И тогда жена сказала: «Давай ко мне в школу». Согласился. Проработали бок о бок 20 лет. Вместе каникулы, вместе отпуск. Все вместе. Я при деле, она при деле. А я думал, что без футбола жить нельзя. Можно! — Откуда столько сил? — Расскажу случай. Разговаривал с одним корреспондентом. И мне надо было в общежитие зайти, свою группу навестить. Я ж еще и куратор... Он за мной еле успевал. Спрашивает потом: «Как вы так быстро бегаете?» А я по натуре такой. И на поле всегда был таким. Можно и на природный дар свалить. Ну, и я детей люблю. Мне с ними легко работается. — Всю жизнь в педагогике, а педобразование получили? — Как и любой спортсмен, в свое время поступил в Белорусский государственный институт физической культуры. Отучился хорошо. Хотел получить еще и журналистское образование, чтобы писать. Но не закончил. Отучился два года на журфаке и бросил. — Почему? — А нельзя было писать то, что хочешь. Написал пару статей, которые не надо было писать… Ну, и важную роль сыграл один случай. Как-то играли в Кутаиси. Репортаж оттуда вел корреспондент Митрофанов. Летел туда он с нами, аккредитован также был от нас. Сыграли 0:0. После матча звоню жене, а она говорит: «Кто у вас репортаж вел? Он болел за Кутаиси! Как это они не забили гол! Ой, как это они могли промахнуться!» Задело меня это сильно. И когда в самолет садились, я этого журналиста ногой толкнул, и он вылетел с трапа. И мы без него улетели. Он потом пожаловался в ЦК партии и меня вызвали на разбор. «Почему вы корреспондента выгнали с самолета?» Я завелся. «Раз такое дело, то тогда бросаю журналистику. Все, крест». — Учащиеся знают, кто вы? — С каждым поколением, все меньше. Люди моего возраста помнят. «Эдуард Дмитриевич, как вы играли! «Король подката!»» А молодежь — нет. Я их иногда отправляю читать про меня в интернете. Не буду ж я каждому сосунку рассказывать. Ему же все равно не надо это. Правда, иногда не могу сдержаться. Если уж кто-то доведет, то срываюсь и говорю. «Ты знаешь, перед кем ты стоишь?! Перед тобой знаменитый футболист! Какое ты имеешь право так вести себя?!» А он в ответ тявкает. Но таких мало. Я каждое первое сентября выступаю перед нашими новичками. Рекламирую здоровый образ жизни. Говорю, что нельзя курить, пить. Меня бывший министр спорта Николай Ананьев наградил знаком «За развитие физической культуры и спорта Беларуси». Я посланник, пропагандист спорта. Это у меня в крови. Часто приглашают выступить на различных мероприятиях, посетить тот или иной футбольный матч. Вот сейчас «Барселона» будет. — Пойдете? — На «Барселону» пойду, а на «Белшину» не пойду. — А на сборную ходите? — Я эту сборную не уважаю. Это не сборная. Сколько уже Штанге руководит? Его уже выгнать пора. Покажи результат! Кондратьев показал результат, которого никогда не было в истории страны. Никогда! А этот. Где результат? Нет? До свидания. — В ваше время, пожалуй, проще было с этим. Играли за идею, если так можно сказать, а не за деньги. — Мы играли с душой. Зрителей-то сколько ходило?! Билетов не было. Даже нам, футболистам, не всегда доставались, чтобы родственникам дать. До сих пор помню эмоции и ощущения, когда выходил из туннеля на «Динамо». Полный стадион. Как я могу плохо играть?! Как я могу дурака валять на поле?! Поэтому нас любили болельщики, что играли искренне. Идея не идея, не знаю. Надо переживать. А то проиграли 5:0 — прическу сделал, в машину прыг и уехал, еще и «бабу» с собой туда. И до фени. Уже и забыл, что только что проиграл. Мы, когда проигрывали, переживали, думали о следующем матче. Ждали следующего противника. Чтобы выйти и победить и болельщикам стало легче. — Ваше детство прошло во время войны… — Да, но ее не застал. Отец военным был. Его награды для меня дороже, чем мои. На стене рядышком висят его боевые медали и мои на поле. Родился в Баку, в школу пошел в Ташкенте. А в 52-м году, приехали в Минск. — Когда решили записаться в секцию? — Как-то увидели объявление, мол, «Юный динамовец» набирает ребят 37-39-го года рождения. А так как во дворе гоняли в футбол, решили прийти всем двором. Я являлся капитаном, и у меня всегда были мячи. На то время редкость. Пришли. Нужно было обвести стойки и пробить по воротам. Мои ребята выполнили. А я один столбик повалил, второй, третий. Растерялся. В общем, не взяли меня. Ужасно расстроился, заплакал. Пошел в парк Горького. Увидел занимающихся ребят. Я к тренеру. «Можно записаться?» Он в ответ: «А кем ты будешь?» Я говорю, вратарем. А сам про себя думаю «они нужны всегда, возьмут». Взяли, пришлось в воротах целый год играть. — Упомянули, что мячи были редкостью. Как доставали? — После войны отец привез пианино и говорит: «Кто подберет мелодию, тому 10 рублей». А мяч стоил стольник. Значит, надо 10 мелодий подобрать. Я сел и подбирал: «Темная ночь», «Летят перелетные птицы» и прочее. Отец приходит с работы. Я к нему: «Папа, могу я тебе сдать мелодии». Наиграл 10. Он, как порядочный человек, дал мне 100 рублей. Я завтра пошел, купил мяч и до свидания пианино. Но как только мяч рвался, снова садился, подрабатывал. Сейчас спокойно могу сыграть на фоно Грига или Чайковского. Никаких нот — все подбираю на слух. — В «Юный динамовец» вас не взяли. Как в итоге оказались в «Динамо»? — Была в Минске футбольная школа молодежи (ФШМ). Финансировалась из Москвы. Туда отбирали самых лучших ребят. И вот меня из моей этой команды взяли. После небольшого просмотра в клубе в 1959 году попал в штат команды. Вскоре ей вернули имя «Динамо». Из белорусов в составе были только я да Савостиков. Остальных Севидов привез из Москвы. Команда была отличная. Нас боялись. Когда играли в Киеве, местная газета вышла с заголовком «Гроза над Киевом». А когда прилетало «Динамо» из Тбилиси, игроки первым делом спрашивали: «А Зарембо играть будет?» И услышав ответ «да», хватались за головы. — Самое яркое впечатление из того периода вспомните. — Финал кубка СССР против «Спартака» в 1965-м году. Мы тогда против них два дня играли. Такой был регламент. И если ничья, то переигровка на следующий день. Мы отыграли 240 минут, но соперники оказались сильнее. А люди из Минска ночевали в парках, на улице, где попало. Что-то незабываемое — мороз по коже. Любили нас очень сильно, да и мы отдавали себя болельщикам. — Вот как раз касаемо любви болельщиков. Часто сталкивались?  — Мы только-только оформили свои отношения с женой. Утром звонок в дверь. Открываю, болельщик стоит и жене моей: «Можно с вами поговорить». Я насторожился. Он, берет жену, заводит на кухню — «Садись». Я про себя думаю, ну сейчас получишь. «Бери карандаш, пиши. Понедельник: на завтрак. Стакан сметаны и яичница»… Выяснилось, что болельщики составили меню и решили передать жене, чтобы она меня так кормила. Мол, я играть буду лучше. Вот это любовь болельщиков. — А выпить после матча предлагали? — Какое там! Меня в команде «кефиром» называли. Я впервые выпил водку в 32 года. Потом было ужасно плохо. — Я имею в виду, болельщики предлагали вам вместе с ними? — Нет, в то время особо такого не было. — Ответ будет предсказуем, но не спросить не могу. Ваше отношение к «Динамо» сейчас? — Я очень благодарен этому клубу. И до конца буду болеть за «Динамо». По-другому не могу. Я всего достиг в этом клубе и очень благодарен и «Динамо» и Юрию Чижу лично, что меня не забывают. — На стадион посмотреть на игру ходите? — Я не могу смотреть это. Мне не интересно. Да и нечего смотреть. Что я буду на «Нафтан» смотреть? Новополоцк, Бобруйск: я таких городов не знал никогда. Тбилиси, Ереван, Ташкент, Алма-Ата — вот это уровень! — Давайте в заключении о семье поговорим. Когда познакомились с женой? — Ой, давно — 29 января 1959 года. Друг предложил сходить в оперный театр на студенческий бал. Я танцы не любил и долго отнекивался. В итоге он уговорил. Весь вечер простоял на балконе. Объявляют последний танец. Друг предложил: «Давай, я тебе покажу, с кем ты танцуешь, а ты — мне». И он мне показал на мою будущую жену Светлану, а я на его. У нас всего четыре свидания было. Я ей сказал, что у меня нет времени на хождения. «Давай паспорт, и пойдем, распишемся. Я хороший парень, тебе со мной повезет». Видимо, повезло. Вместе уже 52 года живем. Два года назад отмечали золотую свадьбу. — Семья большая? — Два сына и два внука. — Собираетесь часто? — Раньше чаще. Внуки четко знают, когда зарплата и пенсия у дедушки:). Они не упускают этого. Когда на телефон приходят деньги, значит, у дедушки есть капуста. — Как удалось сохранить любовь в течение стольких лет? — Это самое дорогое чувство. А с возрастом любишь еще больше. Со Светланой у нас настоящая любовь. Можно было разговаривать и разговаривать, но вот-вот должна была начаться очередная пара. И Эдуарду Дмитриевичу следовало подготовиться к занятию. Ведь работа и семья для этого человека значат много. Попрощавшись, он резво поднялся по ступенькам и скрылся в коридорах колледжа, ловко лавируя среди молодежи.

„Я детей люблю. Мне с ними легко работается“

„Когда в самолет садились, я журналиста ногой толкнул, и он вылетел с трапа. И мы без него улетели“

„На „Барселону“ пойду, а на „Белшину“ не пойду“

„Когда играли в Киеве, местная газета вышла с заголовком "Гроза над Киевом“

«До конца буду болеть за „Динамо“. По-другому не могу»

Статистика