Новости

«Меня всегда узнавали. Я же общительный»

26 июля 2013, 00:00
0

Анатолий Будаев — лучший друг солигорских болельщиков Не стало Анатолия Будаева… Экс-защитник БАТЭ и «Шахтера» скончался на 45-м году жизни. Goals.by вспоминает интервью из февраля 2012-го, в котором игрок рассказал о болельщицкой любви, собственной популярности в Солигорске, работе «маркшейдером», Юрии Вергейчике, Анатолии Капском и атмосфере на белорусских стадионах.  — Анатолий, раскройте секрет. Вы, правда, в шахте работаете? — Да, правда. Работаю осмотрщиком ствола, по которому спускаются люди. Проверяю канаты. Слежу за тем, чтобы ничего не обрезалось и на рабочих ничего не упало. Под землю тоже спускаюсь. У нас без этого никак. На сколько? Метров на 700. — Как вас вообще туда занесло? — По окончанию футбольной карьеры пошел. Кроме «рудника» здесь же некуда. — Ну, можно было остаться в футболе… — Я мог быть детским тренером, но зарплата маленькая. Можно было бы в «Белшину» пойти поиграть. Вроде, еще куда-то звали. А смысл? Пару лет поиграть, а потом? Можно и не устроиться. А здесь сразу все решили. — И насколько это ваше дело? — Поначалу было непривычно находиться под землей. На уши давило. Да и вообще, ощущения странные. Но спустя пару месяцев освоился. Пару раз сгонял — и привык :). — Интересно? — Мне нравится. Помню, только устроился, работал «маркшейдером» — направлял комбайны, которые режут землю и делают проходы. Интересно было. А один раз заблудился в шахте.   — Вот об этом давайте поподробнее. — Проработал три месяца, и к нам пришел молодой парень. Ему надо было показывать шахту. Отправляют меня. Посадили в минку и отправили на третий участок. Приехали, пошли и заблудились. Как выйти, не знаю. Глушь кругом. Что делать? Кое-как вышли на штреки, по которым минки ходят, и давай фонариком симафорить. Вскоре нас подобрали и привезли обратно. И зачем, спрашивается, меня надо было отправлять!? :) — Сеть туннелей большая? — Да. Один участок есть, находится за водохранилищем. Туда добираться надо километров десять под землей. Пока на место доедешь, половина рабочего дня проходит. Зато отдохнуть можно, выспаться :). — Стаж у вас большой? — В мае будет пять лет. Это дает тысяч 400 прибавки. А те, у кого 20 лет, имеют надбавку больше миллиона. Отпуск у нас большой — 57 дней. Разбиваю на две части и отдыхаю два раза в год. Также платят оздоровительные. К отпускным еще три миллиона. Неплохо. — Если сравнивать зарплаты, когда больше получали: сейчас или в бытность игроком? — Тогда больше выходило. По восемь-девять лимонов получал. А шахтеры около трех. Я приходил в банк и сразу покупал тысячи три долларов. На меня смотрели, как на врага. Не любили нас. Приезжаешь на «рудник», а шахтеры смотрят, будто мы у них что-то украли. — И как к вам относились, когда вы стали таким же, как они? — Нормально. Не любили, но мне было все равно. Не обращал внимания. — Сильно выматывает работа? — Бывает, домой приходишь и трупом ложишься. Особенно, когда приходится канаты менять. — Как после изнурительной тренировки? — Что-то есть. Только тогда как было? Потренировался, пошел домой, отдохнул, пообедал и снова на тренировку. А сейчас семь часов подряд работать надо. — В городе вы популярная личность? — Да :).   — Узнают? — Жена постоянно говорит, что со мной невозможно ходить. Там «привет», тут «привет». Но я же все-таки 10 лет «Шахтеру» отдал. «Бронза», «золото», Кубок. Хоть время и прошло, но узнают. Вообще, меня всегда узнавали. Я же общительный. Постоянно знакомился с ребятами. — Многие футболисты на болельщицкой любви и погорели. Предлагали пропустить стаканчик? — Бывало. На выходных можно было немного расслабиться, посидеть-пообщаться. Не то, чтобы напиваться, а так — в рамках приличия. Знаешь, почему еще узнают? Никогда не отказывал в просьбах болельщиков в автобус посадить вместе с командой. Когда у них возникали конфликты с местными, просили: «Толя, забери в автобус». Ни к Вергейчику шли, а ко мне! Подхожу к водителю и говорю: «Этих ребята надо взять». Он в откат: «Насорят, пить будут». Я успокаивал, говорил, что все будет нормально. — А после неудач от назойливых болельщиков не прятались? — Так у нас было мало неудачных матчей :). Мы же сколько дома подряд не проигрывали? Игр 60, если не изменяет память. — Мне говорили, что вы ездите с болельщиками на выезды, правда? — Один раз съездил в Гомель на Кубок. И то затащили меня туда :). — И как вам в компании болельщиков? — Атмосфера ужасная. Менты сидят. Никуда не выйти: ни в туалет, ни в магазин. Не понравилось. Не езжу больше. А на «Строитель» иногда хожу. Когда БАТЭ или «Динамо» приезжают. Но вообще не тянет уже. — Наслушались ругани о команде? Солигорские болельщики те еще любители… — Раньше такого не было, а сейчас — да. Идешь по городу или сидишь на трибунах и слышишь: «Что это за команда! Мы ходить не будем! Как они играют!» — Не хочется встать и ответить? — А я уже этим не болею. Играют как играют. Не сильно переживаю за «Шахтер» после того, как меня выгнали. Я, даже за БАТЭ болею, когда борисовчане приезжают. Я ведь из Борисова. — Что значит выгнали? — Долгая история. Я был капитаном, и ребята просили то выбить, это достать. Я к Вергейчику ходил, а он в ответ: «Ты за собой смотри и за себя проси, а не за всех!» «Я ж капитан!» — говорю. «А мне все равно». И так было постоянно. Все хотел найти повод. И однажды, видимо, нашел. Я из Борисова приехал с женой и детьми. Сразу на тренировку. Давление померил — повышенное. Говорит: «Ты бухал!» Я в ответ: «Я за рулем. Какое бухал?!» В общем, отправил меня с доктором к наркологу. Там дыхнул — по нулям. Дают заключение, что трезвый. Приезжаем обратно, даю Вергейчику бумагу, а он в ответ: «Все, свободен». Хоть бы объяснил… Ребята приходили, просили. А он заладил: «Убираем с команды — и все».   — И какие у вас сейчас отношения? — Ай, никакие. Играли за ветеранов в Старых Дорогах. Сидели за столом. Он говорил: «Толя, не обижайся». А что мне обижаться? Я уже шахтером работаю. Что было, то было. Вот еще случай. Играли с МТЗ-РИПО на Кубок. Вызвал к себе нас с Юревичем и Леончиком и говорит: «Надо игру сдать». У нас глаза округлились. Он говорит: «Руководство интересуется, как вы на это смотрите?» Мы в ответ: «Никак. Не будем сдавать!» Короче, состав выставляют странный. Меня там нет. Но все равно выиграли. 3:2. Он потом подходил и благодарил, что не подвели. — А ведь «Шахтер» часто в договорняках упрекают. Та же «Цибалия», например… — О, к нам даже из Минска приезжали НКВДшники, или как их теперь… КГБэшники. Вызывали каждого. Говорят мне: «Тебя готовили на игру в стартовом составе. А ты не выходишь. Мы понять не можем, как это?». Я в ответ: «Так это ж от тренера все зависит. Он решает. Это не ко мне вопросы». — Мартешкин говорил, что ему лично приносили деньги, чтобы он матч сдал. А вам носили? — Нет. Я, кстати, капитаном и стал после того, как Вергей (Вергейчик — Goals.by) его выгнал. Мы играли с «Нафтаном» за «бронзу» и Матрос (Мартешкин — Goals.by) пропустил три мяча. И Юра его обвинил в сдаче игры. — А он скорый на расправу … — Ну, да. К кому-то он хорошо относится, на руках может носить. А к кому-то — плохо. Я просто не мог молчать. Играем товарняк на сборе. Начинает что-то кричать. Я ему в ответ: «Иди ты…». Он: «Что?» Я снова: «Иди ты…». После игры говорит: «Толя, я не пойму. Стоят российские специалисты, а ты меня посылаешь. Как это так?» Я в ответ: «Ну, извини, но чего ты орешь?! Выигрываем же. Нет, все равно кричишь». — Вы провели в «Шахтере» 10 лет. Самое яркое воспоминание? — Помню первый выезд с командой. В Витебске играли. И после победы Щекин всем давал по 300 баксов. Прямо возле автобуса. Я даже удивился. Что так сразу. А потом в магазин зашел и три бутылки пива купил. По привычке, как в Борисове. Стою в кассу, а за мной Щекин: «Ты что, пиво берешь?» Я аж обиделся, говорю: «А что, нельзя?» Собрался и пошел в автобус. Потом Паша Шавров приносит пиво и говорит: «Это последний раз». — Какие еще воспоминания о Щекине остались? — Хороший тренер. Помогал приезжим футболистам. Каждый, кто здесь играл, квартиры получал. Я как пришел, у меня руководство спросило: «Семья есть?» Да, говорю, жена и двое детей. Спрашивают: «Трехкомнатной квартиры хватит?» Хватит, говорю. Дали 12 тысяч зелени. Иди — покупай. Я по-скоренькому решил купить, пока не забрали деньги :). — У вас мальчик и девочка. Сын футболист? — Нет. Пошел не по моим стопам. Раньше занимался, но приходил на тренировку, а там бухой тренер дает мяч — и играйте дети. Разве это тренировка? Боксом занимался, тоже кинул. Сейчас на третьем «руднике» работает. Устроился после армии. А дочка занимается плаванием. Делает успехи. Наши с ней награды в одном месте висят.   — А вы ничем другим не занимались, кроме футбола? — Греблей, боксом и шахматами… — Шахматы!? Может и успехи есть? — Никаких. Просто ходил в секцию. — Турниры по шахматам в команде не проводили? — Не, в основном в теннис, карты играли… У нас была своя компания, которая в джокера валила. Две колоды вместе — и понеслась. А я больше в храпа играл. И книжки любил читать. — Какие? — В основном про зону. Выходит парень из тюрьмы и начинает с кем-то воевать. За справедливость бороться. *** — Что еще, кроме БАТЭ, с Борисовом роднит? — Это же родина моя. Друзья там, теща. Как есть время, приезжаем с женой. К тому же я играю за минифутбольный «Горняк». Часто приходится бывать на матчах. Да и среди ветеранов тоже финал чемпионата в Борисове пройдет. С ночевкой. Ребята уже ждут :). Да и болельщики меня многие знают. — Вы же в БАТЭ немного поиграли. — Да, год где-то. — Слышал, не очень радостно об этом периоде вспоминаете. — Съездил на сборы, начал играть. Но Пунтус не доверял. Как объяснял: «Борисовские все пьяницы». У него, поэтому борисовчан мало было в команде. Ну, и в итоге на трансфер меня и «до свидания». Тренер же все решает. — А не Капский? — Да Пунтус там все решал. Как и здесь Вергейчик, когда меня выкидывал. Филипович (бывший директор «Шахтера» — Goals.by) говорил: «Толя, я не против, но все решает Вергейчик». — Успехи БАТЭ радуют? — Уже немного надоело. Хочется, чтобы борисовчане уже стали третьими или четвертыми :). Чтобы хоть кто-то их уже опередил.   — Капский в 98-м каким был? — Более общительным. Он же не был тогда еще директором завода. Попроще был. В гости приглашал. Мы там часто футбол смотрели, тортики кушали. А сейчас уже в федерации тусуется. Рассудительный такой. Совсем не тот человек. — Когда последний раз с ним общались? — Летом на пляжный футбол ездили в Дудинку. Там и встретились, поздоровались, переговорили. — Вы поиграли за «Фамальгаут». Какие воспоминания? — Команда собралась приличная. Всех выигрывали, как положено. Вышли, вроде, во вторую лигу, могли дальше пройти. Но что-то у спонсоров перестало получаться. Капский предложил объединиться, но «наши» отказались — и клуб развалился. Я, кстати, совмещал тогда. Работал на заводе «пианинном». Тягал рояли, пианино, а после работы на тренировку. — Тяга к музыке не проснулась, случаем? — Не. В армии научился на гитаре играть — и все. — И как служилось? — Два года в сапогах. От звонка до звонка. Меня хотели в Борисове оставить. Но хотелось подальше от города уехать. — Почему? — Ну, что это за армия была бы? Друзья и прочее. В общем, попал в Германию. Группа советских войск в Германии. ВВС. Голубые погоны. Служил в роте охраны. МиГи охранял. Ну, и в футбол поигрывал за часть. Помню, на День победы с немцами играли. Они нас выиграли 5:4. — Дедовщина была? — Не без этого. Но мне повезло. Сразу себя показал. Одному дал, второму. Потом, ночью подняли, в туалет завели. Думаю: ну, сейчас будут бить. А главный дед говорит: «Этого не трогайте». И все сразу наладилось. *** — Мини-футбол, пляжный футбол... — С большим футболом закончил, пошел на работу. Но меня все знают. Ну, и предложили побегать в «миник». А затем — и в пляжный. На тренировки ходим, у кого как получается. Бывает, что на игру едешь, и еле-еле собираешь на две четверки. Но тренер есть. Ну, как тренер, он тоже на руднике работает. Когда получается, приходит. Если нет, сами занимаемся. А, бывает, и мячей нет. Все на энтузиазме. Собрались, побегали. — Команда успешная? — Да так…   — Кроме вас есть бывшие футболисты? — Ну, как вам сказать. Мы когда заводим эту тему, я с ними ругаюсь. Они говорят: «Мы в футбол поиграли». Но я когда пришел в «Шахтер», вообще не знал, кто они такие. Может, они в дубле играли или при домоуправлении за «Буревестник» какой-нибудь. Но они считают себя великими футболистами. Ладно, я в высшей лиге поиграл и чего-то там добился :). — В 42 года не тяжело? — Наоборот. Футбол — это моя жизнь. Как я без него? Я же с шести лет играю. — Семья отпускает легко? — А куда она денется? Дети взрослые. Жена знает, что я без футбола никак. По воскресениям на «Шахтере» собираются любители, а я дома буду сидеть? — ГАИшники поблажки делают, когда останавливают на дороге? — Как последний раз остановили — лишили прав. Есть тут у нас один гаишник. К нему не подойти. Рубит налево и направо. Я ему 300 долларов предлагал. А он в ответ: «Если бы за городом было, то может быть». — А за что? — Музыку громко включил и гонял… Ну, и пива бутылочку выпил перед этим :). Но я не переживаю. — А кичиться, что футболист, приходилось? — Да, бывало. Меня же милиция очень хорошо знает. Ребята просят расписаться на мячике для ребенка. Когда просят, чтобы из «Шахтера» расписались, звоню Новику (тренер клуба — Goals.by). Он помогает. Ношу бутсы зашивать к мастеру. Так его сын дикий фанат. Принес как-то ему мячик, радости море было! А мне бутсы бесплатно зашили :). — А на работе на доске почета не висите? — У нас нет такого. Там висят всякие почетные работники. Меня как футболиста там нет. Хотя мы рудником постоянно выигрываем спартакиаду среди подразделений «Беларуськалия». У нас много спортсменов: футболисты, пловцы, шахматисты, баскетболисты. — Футболисты тоже большие, как и вы? — В основном после «Буревестника» :). — Довольны как карьера сложилась? — Да. Я особо не стремился уехать за границу. Был вариант, Мартешкин в «Хазар» звал. Вергейчик уговаривал, подъемные сулил. Целых пять тысяч. А там давали 30 штук! Уговорил, отпустили. Уже ехали с женой в Минск. Но позвонили и сказали, что не отпускают. Мол, ты нам нужен здесь. А могли бы и отпустить… — Сожалеете о чем-то? — Хотелось бы остаться при клубе. Пошел бы учиться, получил образование и работал бы тренером. — Так а сейчас? — А зачем мне это сейчас? За два миллиона детей тренировать? А так я отработал смену и знаю, что буду иметь свои семь.