«В хоккее либо ты, либо тебя»

Один из наиболее талантливых молодых белорусских защитников Роман Граборенко рассказал о своем детстве в Могилеве, отрочестве в Москве и юношестве в Северной Америке, поделился своими целями и мечтами, выразил надежду попасть на драфт НХЛ и грядущий чемпионат мира, а также признался, что самые строгие критики — это родители.

В национальной сборной Романа Граборенко приняли хорошо.
В национальной сборной Романа Граборенко приняли хорошо.
GraborenkoВ национальной сборной Романа Граборенко приняли хорошо. Иван Уральский

Один из наиболее талантливых молодых белорусских защитников Роман Граборенко рассказал о своем детстве в Могилеве, отрочестве в Москве и юношестве в Северной Америке, поделился своими целями и мечтами, выразил надежду попасть на драфт НХЛ и грядущий чемпионат мира, а также признался, что самые строгие критики — это родители.

— Рома, белорусские любители хоккея вряд ли хорошо тебя знают, а те, кто знал, наверняка успели забыть за время твоего отсутствия в Беларуси. Давай им расскажем, кто же такой защитник национальной сборной Роман Граборенко.

— Родился я в Могилеве. В родном городе и начал заниматься хоккеем, как только у нас построили дворец и открыли школу. В секцию меня завели родители. Буквально сразу же меня стали ставить играть за старший возраст. Без ложной скромности, я был значительно сильнее своих сверстников. А когда мне было 10 или 11 лет, я уехал в Москву.

— Твой переезд в российскую столицу был связан именно с хоккеем?

— Не совсем. Папе предстояла рабочая поездка в Москву, он решил взять меня с собой, попробовать устроить в московскую хоккейную школу. Завел меня в ЦСКА. После тренировки мне сказали приходить назавтра. Когда начал заниматься в ЦСКА, сразу ощутил, что надо прибавлять. Того, чего с головой хватало в Могилеве даже со старшими ребятами, вовсе не хватало в ЦСКА. Я успел поиграть в нескольких московских школах. Думаю, больше всего мне дали занятия в «Белых Медведях» под руководством Геннадия Юрьевича Курдина.

— С момента отъезда в Москву ты ведь, по большому счету, в Беларуси-то и не бывал?

— В принципе, да. В 17 лет из Москвы отправился в юниорские лиги Северной Америки, где провел уже два сезона.

— Вы с семьей теперь москвичи?

— Нет. Пока я тренировался в Москве, со мной жила мама. Папа приезжал периодически. После того, как я уехал за океан, мама вернулась в Могилев, где сейчас и живет с отцом.

— А кем ты себя чувствуешь?

— Трудно сказать. Родился-то я в Могилеве, но все друзья у меня остались в Москве.

— Какой город тебе больше нравится?

— Как ни крути Москва, хотя в российской столице очень суетливая жизнь.

— Многие наши перспективные парни делали себе российское гражданство. Почему ты не в их рядах?

— Я как-то и не задумывался над этим. Возможно, если бы мне предложили поменять гражданство с какой-то конкретной перспективой, я бы рассмотрел этот вариант. Но мне никто ничего не предлагал.

— Почему ты решил уехать за океан?

— Я стараюсь развиваться и знаю, чего хочу…

— Извини, перебью. И чего же ты хочешь?

«Играть в НХЛ — это главная цель для меня».

— Играть в НХЛ. Это главная цель для меня.

— Многих молодых игроков из Европы, уезжающих за океан, ломает быт, одиночество и они не могут раскрыться на площадке. Как считаешь, тебе удалось этого избежать?

— Первый год в любом случае получается тяжелым практически у каждого. Хотя я, если честно, особых проблем или какого-то дискомфорта не ощущал. Я просто постарался сконцентрироваться только на хоккее и ни на что не отвлекаться. К тому же мне понравилась североамериканская жизнь.

— Английский ты учил уже на месте?

— Да. Бегал со словарем, переводил. Сейчас-то я уже довольно неплохо владею языком.

— Североамериканский хоккей тебя удивил?

— Естественно, там ведь он другой, не такой, как у нас. Силовая игра, скорость мышления, меньшее время на решения — два-три месяца я привыкал ко всему этому, а потом все нормально пошло. Теперь я понимаю, что североамериканский — это мой хоккей. Он мне нравится больше европейского. Тем более, у меня и комплекция подходящая для силовой игры, я, так сказать, габарит.

— Этот год ты провел в юниорской лиге провинции Квебек (QMJHL) в команде «Кейп Бретон» (Cape Breton Screaming Eagles). Как оценишь сезон?

— Если бы не травма, он мог бы сложиться и получше. Но, с другой стороны, даже учитывая повреждение, не могу назвать его неудачным.

— Ты сам очень точно охарактеризовал себя «габаритом», с твоей комплекцией мог бы стать неплохим тафгаем.

— Я не очень люблю драться. Скидываю перчатки только в крайних случаях, когда соперник откровенно хамит или надо заступиться за партнера. У меня за два сезона в Северной Америке было три драки.

— Любимая команда в НХЛ у тебя есть?

— Любимой, как таковой, нету. Есть пару клубов, которые мне симпатичны: «Питтсбург», «Детройт», «Монреаль».

— С кем-то из белорусских энхаэловцев знаком лично?

— Нет. В этом сезоне, к слову, мне безумно понравился Михаил Грабовский.

— Тебя в КХЛ задрафтовало минское «Динамо». Для тебя это что-то значит?

— Меня, вроде, и «Юность» драфтовала. Но как показывает жизнь, это формальность.

— В КХЛ не думал перебраться?

— Это, конечно, очень хорошая лига, но пока для меня приоритет НХЛ.

— Предположим, «Динамо» завтра предлагает тебе контракт. Твои действия?

— Пусть сначала предложит, а потом поговорим.

— Ну, давай представим эту ситуацию.

— Не могу. Я не люблю говорить о каких-то гипотетически возможных вариантах.

— В этом году у тебя еще есть шанс попасть на драфт НХЛ.

«Я очень надеюсь, что меня все-таки задрафтуют. Дай Бог, съезжу на чемпионат мира, это поможет драфту и поднимет мои позиции у скаутов».

— Да, я очень надеюсь, что меня все-таки задрафтуют. Дай Бог, съезжу на чемпионат мира, это поможет драфту и поднимет мои позиции у скаутов.

— Я так понимаю, что на следующий сезон ты остаешься в «Кейп Бретоне»?

— Угу. Только если попаду на драфт, может быть, съезжу еще в тренинг-кэмп клуба НХЛ.

— На льду и в жизни ты одинаковый?

— А нельзя быть одинаковым. Хоккей — это твоя работа, где либо ты, либо тебя. На льду не может быть друзей, не может быть жалости к кому-то. Там надо все делать ради результата.

— Хоккей оставляет время на личную жизнь?

— А ее нет.

— Эм…

— Ой, она есть, но постоянной девушки, в смысле, нету.

— То есть гуляешь? :)

— Я ж молодой, куда мне торопиться. :)

— Есть ли такой человек, который постоянно тебя подстегивает, подгоняет, «строит»?

— Мои родители. Они очень пристально следят за моей карьерой.

— Кто строже?

— Что касается хоккея, то они вдвоем «дают мне прикурить». :) Мама у меня очень эмоциональная, папа более спокойный.

— Родители приезжали на твои дебютные матчи в национальной сборной против чехов?

— Да, я был очень рад их увидеть, для меня многое значит их присутствие.

— Сам-то доволен дебютом?

— Первую встречу провел неплохо. Вторую — похуже, допустил пару ошибок.

— Как, кстати, тебя приняли в сборной?

— Хорошо. Все очень приятные люди: от игроков до администраторов. Думал, может, будут немного «прессовать», как молодого, но этого и в помине нет.

— Сильно расстроишься, если не попадешь на чемпионат мира?

— В любом случае даже пребывание в сборной и товарищеские матчи это уже отличный опыт для меня. Конечно, я хочу поехать в Словакию и стараюсь доказать, что я достоин этого.


Комментарии

  • По дате
  • Лучшие
  • Актуальные
  • Друзья