Железный дровосек
Блог

«Гонял автомобили в паузах между чемпионатами». Как белорусский футболист стал бизнесменом в США

Слава Белошапка в начале 1990-х был одним из самых перспективных футболистов жодинского «Торпедо», но в высшей лиге Беларуси он отыграл лишь два сезона. Парень транзитом через Германию оказался в США, где основал футбольную школу и занялся автомобильным бизнесом, который в итоге принес ему хорошие деньги. Но все это получилось сделать, как считает сам Белошапка, благодаря футболу, закалившим характер. Чтобы поддержать родную спортивную школу, бизнесмен уже второй год проводит в Жодино благотворительный турнир по мини-футболу. Тарас Щирый встретился со Славой и услышал несколько потрясных историй о белорусском футболе, перегоне автомобилей, рэкетирах на дорогах, эмигрантах и американских женщинах, которые и в 69 могут выглядеть на 40.

Со Славой мы договаривались встретиться утром буднего дня в районе станции метро «Уручье», но за несколько часов до интервью он сбросил СМС: «Извини, давай после обеда. Не получается».

- Что-то произошло? – спрашиваю уже при встрече у собеседника.

–  Из-за восьмичасовой разницы во времени после прилета сложно адаптироваться к Беларуси. В первые дни я вообще не сплю. Засыпаю рано утром, когда в Америке ночь, и просыпаюсь только после обеда. Но я сейчас отдыхаю, так что могу такой распорядок себе позволить.

- Как часто прилетаете в Беларусь?

– Дважды в год. Летом привожу сына к бабушке, чтобы он немного потренировался со сверстниками из футбольной школы жодинского «Торпедо». А зимой прилетаю непосредственно для участия в футбольном турнире. Но так часто летать на родину я стал лишь в последнее время. До этого не был здесь, наверное, около 8 лет.

- Почему?

– Долго пытался организовать бизнес в США. Сделать это было не так просто, но, к счастью, у меня получилось. Я открыл футбольную школу, занялся автомобильным бизнесом, который стал приносить неплохие деньги. Но лишь немногие эмигранты выходят на хороший жизненный уровень, становятся самостоятельными и независимыми. Знаю много примеров, когда человек не мог привыкнуть к жизни в новой стране и улетал назад. Но я спортсмен. Я не мог сдаваться.

 Сейчас детям в Жодино немного легче, чем раньше. Появилось искусственное поле, на котором можно играть круглый год. А я начинал бегать в футбол на стадионе СШ№2. В нашем микрорайоне было так мало детей, что мы даже не могли двор на двор сыграть. За мое воспитание дома отвечал папа, работавший водителем автобуса. Он считал, что я должен быть развитым мальчиком, поэтому отдал меня в музыкальную школу, привел и к тренеру Петру Михееву в ДЮСШ. В свою группу 1973 года я пришел с опозданием, был самым слабым. Меня даже отсеяли от участия в первых соревнованиях, но через два года я уже был капитаном.

-- В вашей команде был свой Марадона?

–- Андрей Хацкевич. Читатели могут и не знать этого парня, но в 1980-х он был самым талантливым пацаном в Жодино. По потенциалу это был второй Прокопенко, но Андрей пошел по жизни неправильной дорогой. В футболе у него ничего не получилось. А еще я хорошо помню вратаря Александра Чистого. Он хоть и был старше нас на год, но играл за наш возраст на первенстве «Кожаный мяч». Александр – большой, крепкий парень, играл в воротах очень уверенно. У него была огромная ладонь. Для того, чтобы выбросить мяч в поле, Саша не размахивался, а просто делал рукой прямое движение. Это на меня, не обладавшего такими габаритами, производило нереальное впечатление.

Через руки Петра Михеева прошли десятки известных белорусских футболистов

Тренировались мы на песчанике, на месте которого сейчас лежит искусственное поле. Когда шел сильный дождь, наша площадка превращалась в каток. Однажды я так жестко столкнулся с вратарем, что в кровь разбил себе лицо. Из-за этих увечий мама не понимала моего увлечения футболом. Давила, хотела, чтобы закончил, однако меня уже было не остановить.

-- Помните свои первые бутсы?

–- Да, мне было лет десять, наверное, когда сестра купила их в минском магазине «Старт» на Тракторном заводе. Это были даже не бутсы, а кеды с шипами. Но я все равно был на седьмом небе от счастья. Таких кед в нашем городе практически ни у кого не было. Команду одевали очень скромно. Когда мы приезжали в Минск, модные местные футболисты называли нас колхозниками. Меня это очень злило, и однажды я не сдержался. Не помню, с кем мы играли, но матч проходил на «Трудовых резервах». Парень своими разговорам просто вывел меня из себя. Я так жестко подкатился под него, что сломал ему ногу. Если он читает этот текст, хочу перед ним извиниться. Это была реакция провинциального паренька на оскорбления, которые он слышал в адрес своей команды.

-- Так вы были дерзким подростком.

–- Со мной было непросто. Я спорил с тренером, конфликтовал. Михеев меня дважды отчислял из команды, а потом возвращал. Но самый жесткий момент случился перед городскими соревнованиями по легкой атлетике. Я быстро бегал, мне говорили, что у меня двойное сердце. Рассчитывал тогда победить, готовился очень серьезно. Старт начинался от нашего Дворца культуры, что возле стадиона «Торпедо». Пока мы ждали начала соревнования, играли с ребятами в мяч. В итоге доигрались до того, что я разбил стекло во дворце. Тренер так разозлился, что отправил меня домой. Жил я рядом, в трехэтажке, и вся дистанция соревнований проходила у меня под окном. Видел, как бежали ребята. И мне было очень обидно, что среди них нет меня.

Что касается бега, я был очень выносливый парень. Когда начал работать с основой «Торпедо», «старики» просили, чтобы я очень быстро тест Купера не бежал. Дескать, на моем фоне они выглядят медленными, но я иначе не мог. Мне хотелось зарекомендовать себя. Самое интересно, что беговая работа и в «Торпедо», и в команде ДЮСШ была примерно сопоставимой. Михеев давал нам очень серьезные нагрузки. Некоторых ребят даже тошнило. Но я в любом случае благодарен тренеру за то, что он мне дал. Работа в его команде меня закалила, сделала сильным. Именно по протекции Михеева я попал в юношескую сборную БССР, за которую играли Андрей Островский, Александр Хацкевич.

-- Александр Николаевич уже тогда был крут?

–- Да. Мы с ним играли на одной позиции – под нападающим. Из-за этого наш тренер Вячеслав Автушко перевел меня на правый край полузащиты. За ту команду я сыграл очень мало. Чтобы тебя чаще вызывали в сборную, нужно было жить в Минск и играть за более сильную футбольную школу, а я остался в Жодино. Но зато я прекрасно помню игру со сборной Украины на «Трудовых резервах». Я тогда забил со штрафного, и мы минимально победили. Интересно, где сейчас те украинцы? Мне кажется, ребята заиграли в хороших клубах.

-- Во сколько лет вы попали в основу «Торпедо»?

–- В лет 16-17. Команда еще называлась БелАЗ. Да, мы как-то влетели «Динамо» 1:8, но я не считаю, что были очень слабыми.  Я вообще не боялся того «Динамо». Минчане меня впечатлили лишь тогда, когда там раскрылись Белькевич и Хацкевич. Это были игроки иного уровня. К ним причислю и Мирослава Ромащенко. Играя за «Ведрич», он такие вещи творил! Если его встречали два защитника, они не были преградой. Мирослав – просто прекрасный футболист. А что касается нас, то с командой психологически никто не работал, не раскрепощал парней. Первый сезон в высшей лиге мы еще как-то продержались, а после второго вылетели. А ведь неплохой был коллектив. Я пришел в команду на смену Михаилу Хлусу, он всячески мне помогал адаптироваться на поле. Застал я в команде и Олега Кубарева, очень тонкого и интеллектуального футболиста. Играл за нас и возрастной вратарь Андрей Креймер по прозвищу Мендоса. На одной из тренировок у нас с Креймером произошел конфликт. Я Мендосе с близкого расстояния мячом влепил прямо в лоб. Его это так разозлило, что между нами произошла стычка. Он хотел поставить «малого» на место, хотя я себя «малым» не считал. Жестко ответил, о чем сейчас очень сожалею. Меня тогда оштрафовали, лишили денег на питание… Да ладно, что мы о грустном. Давай лучше про разорванный мяч расскажу.

-- Слушаю.

–- Был у нас такой полузащитник Саша Супранович – человек крепкий, с сильным ударом. Помню, на одной из тренировок он в единоборстве так сильно ударил по мячу, что он просто лопнул. Знаешь, попади он кому-нибудь в ногу, остался бы соперник без голеностопа. Но в тот момент не повезло мячу.

-- Сложно в это поверить.

–- Да ну, спроси у любого жодинского ветерана. Я такого большего никогда не видел. А вот еще одна история. Меня же из «Торпедо» в армию сослали на четыре месяца. Службу проходил железнодорожных войсках в Жодино. Думаете, я там забыл, что такое футбол? Мы с прапорщиком организовали команду и заявились на первенство города. Некоторые матчи проходили на главном поле стадиона «Торпедо», и мне удалось пойти против устава (солдат-срочник может только мыться раз в неделю в бане) и договориться, чтобы парни помылись в торпедовских душевых. Ты бы знал, Тарас, какое это было счастье для солдата! Мы, скажу тебе честно, обыгрывали в этом турнире многих. Леонид Хрипач, первый тренер Яна Тигорева, лично просил меня, чтобы я много не забивал его молодежной команде :). Хорошие были времена.

*  *  *

-- Когда вы ушли из «Торпедо»?

–- В 1993-м к нам пришел Михаил Андружейчик. Интересный человек. Всегда на тренировки приходил с каким-то чемоданчиком. Но я пробыл в его команде недолго. Мог уехать в «Днепр», «Фандок», «Строитель» из Старых Дорог, но решил завязать с футболом.

-- Из-за чего?

–- Со своей зарплатой в 30 долларов я не видел никаких финансовых перспектив. Чем занимался в Жодино футболист, который заканчивал карьеру? Шел на БелАЗ, получал очень маленькие деньги, за которые прокормить семью было проблематично. Я решил заняться бизнесом. Мне не было и 20, когда я начал гонять машины из Германии и Польши.

-- Ничего себе.

–- А чему здесь удивляться? В 1980-х ситуация в СССР была непростая, денег не хватало. Я в 16-летнем возрасте с большущими кубами сыра садился на поезд Минск-Москва, приезжал в столицу, продавал оптовикам и той же ночью возвращался в Беларусь. Так что помогать деньгами папе начал еще в детстве.

- Схема с машинами была хорошая?

–- Да, гонять автомобили начал еще в паузах во время чемпионата. Сначала ездил в Польшу – туда поначалу не нужна была виза, только загранпаспорт и ваучер. Садился на поезд, доезжал до Белостока и назад возвращался на автомобиле. Позже за авто стал ездить в польский городок Жепин, что практически на самой немецкой границе. Ну а позже вообще переехал на ПМЖ в Дрезден. Но тогда это уже был хороший бизнес. К перегону автомобилей я начал подключать знакомых.

- Сколько вы имели с этого бизнеса?

– На тот момент это было прибыльное дело. Несколько тысяч долларов в месяц я мог спокойно зарабатывать. С каждой машины выходило по 500-600 долларов.

- Зато на дорогах было неспокойно. Говорят, чтобы не попасться рэкетирам, нужно было практически весь обратный путь в Беларусь провести без остановок.

– Так и есть, но рэкетиры все равно могли подойти к тебе прямо в очереди на пограничном переходе «Кузница Белостокская». Рэкетиров было очень много в Польше и Беларуси. В основном это были украинцы и белорусы, которые как-то умудрялись делить между собой сферы влияния. Все они, конечно, выглядели по-спортивному, но серьезными спортсменами я их никогда не считал. Два похода в зал – это еще не показатель. Так что я их не боялся, решал вопросы спокойно, но денег никогда не давал. Ну а если они меня подрезали на дороге, отвечал жестко. Только так можно было показать свой характер, остаться при деньгах. Но я, конечно, видел, как у людей забирали и одежду, и деньги. Я никогда не останавливал свою машину по сигналу незнакомцев. Делал это лишь тогда, когда меня тормозили полицейские. Они, кстати, тоже любили содрать денег с перегонщика.

- Мама вряд ли поддерживала такой бизнес сына.

–- А мама не знала. Мама не поддерживала моей любви к футболу. Увидев, как меня, 17-летнего пацана, по ногам дубасят 30-летние мужики, больше на игры «Торпедо» не приходила.

*  *  *

-- Почему в Германии вы решили вернуться в футбол?

–- Я просто понял, что он мне сможет приносить неплохие деньги. А было это так. Мы с другом Мишей Исаенком однажды решили покататься на роликовых коньках. Возле какого-то футбольного поля я увидел ребят, игравших между собой. Решил присоединиться. За игрой наблюдал серб, который оказался настоящим футбольным агентом. Вот с его подачи я и вернулся в большую игру. Попал на просмотр в команду ДСЦ из Дрездена. На тот момент клуб выступал в какой-то низшей лиге, а когда-то даже становился чемпионом Германии. Со мной были готовы подписать контракт, но отправили поддержать форму в команду из Кесельсдорфа, пригорода Дрездена. Бегая с любителями, понял, что спокойно могу играть как минимум в третьей лиге. Агент нашел для меня команду из Западной Германии с хорошей зарплатой, но тот вариант сорвался.

Знаешь, никогда не забуду один случай. Однажды вместе Кесельсдорфом я участвовал в соревнованиях по мини-футболу. С 11 голами стал лучшим бомбардиром турнира, меня наградили специальным призом. Но рассказ не об этом. Во время одного из матчей я шел за мячом к скамейке соперника и услышал в свой адрес «Русиш швайн» («Русская свинья» – Tribuna.com). Так завелся, что со всей дури треснул мячом по лавке. От злости немцы повскакивали с мест и полетели на меня. Но моя команда в стороне не осталась и кинулась драться. Это была драка стенка на стенку. Две немецкие команды били друг друга из-за белоруса. Со стороны все это выглядело очень символично. Судья все-таки всех разнял, успокоил, а потом обе команды аплодировали мне на награждении.

К слову, я привез в Кесельдорф из Жодино защитника Вадима Бразовского. Лично устроил Вадима в команду, договорился об этом с тренером. Но клуб был слабоват, и его отправили играть в «Ризу», команду рангом выше. Знаешь, сейчас подобные услуги называются агентской деятельности, а тогда это была простая и бескорыстная дружеская помощь.

Чуть позже я на две недели слетал к сестре в США и понял, что это то место, где, наверное, смогу реализовать свои планы. В Америке нет слова эмигрант. Зато в Германии оно никуда не исчезло, и ты все время чувствуешь, что являешься иностранцем в этой стране.

- В чем это проявлялось?

– Я родом из Восточной Европы. Из-за этого у меня было очень много проблем с автобизнесом, очень долго получал всю необходимую документацию. В США все проще. Почему? Да потому что это страна эмигрантов. Там никого не делят на американцев и чужих. Ко всем относятся одинаково, если ведешь себя адекватно. Сестра организовала мне просмотр в команде «Харисбург Хит», которая играла в американскую разновидность мини-футбола: хоккейная площадка, ковровое покрытие, большой мяч. В Беларуси такой футбол не знают. Но если в нем платят по 5-6 тысяч долларов в месяц, почему бы в него не играть, правильно? После первого дня просмотра меня посадили в автобус и повезли на турнир. Руководство клуба оперативно решило все мои проблемы. Вскоре я получил вид на жительство, нашел себе квартиру. Так я и остался в Америке.

Несмотря на востребованность в зале, я хотел играть на большом поле. Съездил даже на просмотр в «Нью-Йорк/Нью Джерси МетроСтарз». Тренер сказал, что я футболист хороший, быстрый, но легионер. Команда могла иметь в составе лишь ограниченное количество иностранцев. Из-за этого я так и не заиграл в МЛС, хотя мог бы. Уровень лиги позволял.

Но в мини-футболе тоже было интересно. Команды иногда подписывали контракты с хорошего уровня ветеранами, легионерами из Югославии, Аргентины. На наши матчи иногда приходили по 20 тысяч человек, а в Кливленде ребята держали плакат с моим именем, написанном на русском языке. К сожалению, моя зарплата на тот момент была не самой высокой. Мне ее не поднимали, и я решил вновь попробовать себя в большом футболе. Игорь Доценко, экс-дублер киевского «Динамо», пригласил на просмотр в команду из минорной лиги. Я тренировался с ней, ощущал, что это именно то место, где у меня все может получится, но получил травму и все сорвалось. Я пребывал в тяжелом душевном состоянии, не понимал, почему все так получается. Однако со временем понял, что все сложилось так, как надо, и в 2000 году за свои деньги я основал футбольную школу American soccer academy. Честно говоря, все произошло очень спонтанно. Знакомый американец попросил, чтобы я за деньги потренировал его сына. Ему понравилось.После этого обо мне узнали во всем нашем небольшом Вурхисе (город в штате Нью Джерси – Tribuna.com).

-- А как у вас было с английским?

–- Он был на очень низком уровне, хотя базовый английский я освоил быстро. У меня просто не было другого выбора. Если бы не выучил язык, я бы, наверное, вернулся в Беларусь. Так чаще всего и бывает. Но изначально в общении с детьми мне помогал футбол. Знаешь, как я продвигал свою школу? Брал себе в помощники вратаря, играл против 12 детей и обыгрывал их. Детишкам это нравилось, родители стали доверять. Мне даже не пришлось ходить по школам. Вурхис – город маленький, обо мне очень быстро стало известно. Но деньги на первых парах получал небольшие, а мне нужно было выплачивать кредит за машину и квартиру. Из-за этого пришлось устроиться развозчиком пиццы в соседнем городке. Утром я возил пиццу, а вечером тренировал детей на арендованном поле.

-- Сложно ли было начать тренировать без опыта?

–- Конечно, но для преподавания мне не нужно было образование, как это требуют в Беларуси. Главное, чтобы тебе доверяли родители. Ко мне они относились очень хорошо. Я учил детей не только играть в футбол, но и думать на поле. Это был мой самый главный принцип. А еще как было? Дети богатых родителей бросали после тренировок родителям рюкзак, мол, давай, неси, домой, а я это сразу пресекал. Останавливал, говорил, чтбоы взял портфель и нес дальше сам. Пап и мам это удивляло, но они все выполняли. Родители видели, что их детям со мной нравится, платили за индивидуальные тренировки. Евреи, итальянцы, американцы, чьи дети играли в моей команде, до сих пор меня благодарят.   

- Сколько вам платили за одну тренировку?

– 150 долларов. Когда детей стало много, я пригласил на работу знакомых американских и российских футболистов. Они мне здорово помогли. Мы вели детей от 4 до 16 лет. В итоге Достен Маккартни, мой воспитанник, прямо сейчас играет за юношескую сборную США по футболу, а одна девушка раньше выступала за националку. Примерно в то же время я решил создать команду из белорусов, живущих в Америке, и организовал турнир по мини-футболу среди эмигрантов. Дело в том, что в Филадельфии, где мы частенько играли с друзьями, очень много белорусов. Поэтому устроить турнир было не проблемой. Через Сашу Врадинского, хорошего товарища, который мне до сих пор помогает в бизнесе, я вышел на других соотечественников. Так и познакомился с Юрой Мазурчиком и Сергеем Сахаревичем, которые раньше выступали за «Неман». Классные ребята. Ты бы знал, как на тех турнирах мы возили бразильцев. Мазур, как в Беларуси, так и в Америке постоянно выпрашивал пенальти, картинно падал :). Совсем не изменился. Такой же «аферист» на поле. А команда у нас была невероятная. Мы выиграли все, что могли.Судьи даже спрашивали, а не пора ли нам сбавить обороты.

- Кстати, как дела сейчас у Мазурчика?

– Живет в Филадельфии, работает в строительной компании на хорошей должности. Дочка вышла замуж за украинца, с которым мы играли в футбол. Так что все у него хорошо. Что касается Сахаревича, он работал вместе с Мазуром, но потом решил вернуться в Беларусь. Живет в Гродно.

- А вас на родину не тянет?

– Я даже не рассматриваю такой вариант. Мой дом сейчас за океаном, мой бизнес – тоже там. Поработав в футбольной школе, я опять занялся автобизнесом. Руковожу компанией, которая поставляла в Беларусь новые модели «Мерседеса» и «Лексуса», а сейчас работает на внутреннем рынке. Параллельно занимаюсь жилой и офисной недвижимостью. Я много работал, зарабатывал очень большие деньги. Американцы даже удивлялись, как я, эмигрант, могу зарабатывать больше них. Представляешь?

- Не очень. А сколько вы зарабатываете в месяц?

– Это нетактичный вопрос. Я не буду отвечать на него.

- Хорошо, тогда сколько нужно минимально зарабатывать в США, чтобы чувствовать себя комфортно в этой стране?

– Думаю, 5 тысяч долларов. Большая часть этих денег уходит на оплату жилья, другие бытовые траты.

- Назовите самый неприятный инцидент, который произошел с вами в Америке.

– В 2008 году в бизнесе потерял сумму с шестью нулями и остался ни с чем. Все деньги были вложены в недвижимость, а я по определенным причинам остался без нее. От меня даже ушла жена. Это был очень тяжелый период в моей жизни. У меня вообще не было денег. Но давайте об этом не будем говорить. В любом случае я смог начать все заново, и сейчас ощущаю себя вполне неплохо.

*  *  *

-  У вас есть американское гражданство?

– Да, конечно.

- Тогда за кого голосовали на выборах?

– За Дональда Трампа. Честно говоря, удивился, когда прочитал в европейской прессе, что за него голосовали «реднеки», типа колхозники. Но я вам стопроцентно заявляю как человек, которые живет внутри бизнеса: за Дональда голосовали достаточно богатые люди. Почему? Да госдолг страны при Обаме увеличился в два раза. Это вызвало недоверие у многих. Трамп сейчас собирается решить этот вопрос. И победа над Хилари Клинтон показала, что ему верят, он популярен. Хотя критично отзывается об ЛГБТ-движении, рэп-музыке, хочет убрать высокое пособие по безработице, из-за чего его некоторые тоже не любят. Но главное - он остается самим собой и всегда говорит правду, не играя со своим электоратом.

- Вы ощущаете себя американцем?

– Да, и я очень переживаю за Америку, перспективы этой страны. Мне импонируют американцы. Они неагрессивные, добрые. Многие говорят, что американцы неискренне улыбаются, но это не так. Просто им хорошо живется, вот они и улыбаются. Мой тренер по фитнесу всегда на позитиве. Увидит меня, просто цветет. Женщине 69 лет, но она выглядит очень молодо. Тарас, ты не веришь? Посмотри на фото.

Там многие в возрасте следят за своей физической формой. В США так принято, в Минске такого нет. Ты здесь идешь по улице среди хмурых людей. А почему так? Просто в Беларуси есть негативный бытовой груз. Это, конечно, плохо, но мое сердце все равно всегда принадлежит моему маленькому городу Жодино. Сейчас вот думаю, какой подарок еще ему сделать. В перспективе хочу построить открытую футбольную площадку на стадионе своей общеобразовательной школы, чтобы каждый желающий мог играть, развиваться, участвовать в разных ивентах. Думаю, неплохой подарок. Как ты думаешь? Да и вообще я хочу обратиться к белорусским ребятам, которые сделали состояние в эмиграции. Сделайте что-то хорошее для своего двора, маленького города, даже для соседа. Мы никогда не должны забывать страну, в которой росли и воспитывались.

***

- Ваше желание провести турнир в Жодино многих удивило. Некоторые считали, мол, зачем ему это, если все можно и в Америке сделать.

– Так думают лишь те, кто плохо меня знает. Для моих близких этот турнир любительских команд неожиданностью не стал. Детские соревнования я уже проводил когда-то США, а теперь захотел сделать что-то похожее в родном городе. Да, с коммерческой точки зрения было бы выгоднее провести турнир в Минске, где условия, конечно, получше. В Жодино есть всего лишь один пригодный для соревнований зал, участвуют практически только местные ребята. Хотя, признаюсь, была возможность через знакомых пригласить Александра Кульчия, других известных белорусских футболистов, но не срослось.

Конечно, эти соревнования можно сделать еще более яркими, перенести на улицу, но я за выгодой изначально не гнался. Этот турнир – попытка что-то вернуть родному городу за то, что он воспитал меня, дал спортивное и общее образование. Соревнования преследуют несколько целей. Во-первых, это хорошее времяпровождение для молодежи. В спорткомплексе «Асілак» были созданы неплохие условия. Во время матчей можно было купить чай, кекс, посмотреть, как в перерывах между матчами выступают девушки-черлидерши. А во-вторых, этим мероприятием я хочу дать толчок развитию молодежного футбола в городе. Психологически никто с маленькими футболистами не работает. А они должны развиваться, верить в себя и не думать, что родились в маленьком городе из маленькой страны. Поэтому все деньги, собранные через взносы на участие, пойдут на организацию поездки команды ДЮСШ на турнир в Мюнхен. Ребята получат возможность сыграть с сильными командами, посмотреть «Альянц Арену». Кстати, всю организацию турнира в Жодино контролирует молодой и талантливый тренер Алексей Михайлов. Его активность дала мне новый толчок для проведении этих соревнований. К слову, в этом году мы с Михайловым играли в одной команде и стали чемпионами.

- Вам сложно было выбить зал под турнир?

– Если бы я не играл в футбол, не родился бы в Жодино, найти поддержку было бы очень сложно. Но у меня до сих пор дома много друзей и знакомых. Мне очень помог директор ФК «Торпедо-БелАЗ» Михаил Хлус, с которым когда-то играли в одной команде. Благодаря ему все вопросы были решены.

Я помогаю не для того, чтобы потом чем-то хвалиться, говорить, сколько в этот проект вложено денег. Все это не так существенно. Когда я начинал заниматься футболом, с нами ментально никто не работал. Поэтому мне хочется, чтобы дети смогли поверить в себя, играли только с лучшими футбольными школами и ставили перед собой высокие задачи.

ФОТО: автора и из личного архива С. Белошапки.

Комментарии

Возможно, ваш комментарий – оскорбительный. Будьте вежливы и соблюдайте правила
  • По дате
  • Лучшие
  • Актуальные
  • Друзья