android-character-symbol 16.21.30apple 16.21.30Combined ShapeЗагрузить фотографиюОчиститьCombined ShapeИскатьplususeric_avatar_placeholderview
Блог New Generation

«Наш гандбол находится на пороге чего-то серьезного и успешного». Получить травму, уйти в бизнес и вернуться в спорт 14 лет спустя

Экс-игрок сборной Беларуси Андрей Барвиюк стал спортивным директором «Витязя» на общественных началах.

Андрей Барвиюк всю недолгую спортивную карьеру провел в «Аркатроне». Несмотря на то, что перспективный спортсмен из-за травмы был вынужден завязать с гандболом в 21 год, он успел сыграть три с половиной десятка матчей в составе сборной Беларуси. На протяжении последних 14 лет о Барвиюке ничего не было слышно, но совсем недавно он вернулся в спорт, став спортивным директором «Витязя».

Мы поговорили с Андреем Барвиюком о белорусском гандболе начала «нулевых», роли Коноплева в развитии вида спорта, а также расспросили о том, каким функционер видит белорусский спорт с позиции бизнесмена.

– Сам я из Минска. К восьмому классу в школе закончились занятия по вторым сменам. Так что после обеда делать стало нечего: домашние задания делал быстро, а во дворе тусоваться надоело. Хотелось чем-то себя занять.  Поинтересовался у своего друга, можно ли попасть в гандбольную секцию, в которой он занимался. Оказалось, что да: меня в нее взяли – и понеслась.

Всю карьеру провел в «Аркатроне», в сборную Беларуси вызывался. Но со спортом пришлось завязать из-за травмы. В финале чемпионата Беларуси-2002/03 мы играли решающий матч против БГК. «Аркатрон» тогда стал чемпионом, а я в безобидной ситуации порвал крестообразные связки левой ноги.

– Что такое белорусский гандбол в начале двухтысячных?

– Честно говоря, не особо помню – у меня только отрывки воспоминаний 21-летнего парня, который только начинал прикасаться к жизни. «Аркатрон» того времени – это коллектив заряженных на победу парней. Мы играли кучу игр – еврокубки, чемпионат, сборная. Было много желания, мы очень хотели победить и в итоге выиграли чемпионат, оставив за собой БГК.

– Как потом складывалась ваша жизнь? Сразу ушли в бизнес?

– Нет, для начала мне нужно было окончить университет – учился я на торговом факультете в БГЭУ. После этого пошел искать работу – и устроился в компанию «Связьинвест», которая занималась поставкой оборудования для сетей связи. Там я проработал три года – сначала логистом, затем начальником логистики. Но в какой-то момент я осознал, что уперся в потолок. Хотелось реализовать свои идеи.

Вот так я начал заниматься автозапчастями. Мы недавно запустили проект «Автозабота» – интернет-магазин, который использует современные методы продвижения на рынке. Этот проект очень интересен для меня, хотя времени на данном этапе, конечно, занимает очень много.

– Но занятость не помешала вам вернуться в гандбол, чтобы стать спортивным директором «Витязя».

– Все получилось довольно спонтанно. Мы с Александром Опейкиным обменялись мнениями о развитии гандбола. Я постоянно слежу за спортом и оцениваю происходящие в нем процессы с управленческой точки зрения. Во время того разговора мы поняли, что можем качественно сотрудничать, ведь у меня есть определенный опыт как в гандболе, так и в бизнес-сфере. А спорт сегодня – это бизнес, пусть и с определенной спецификой.

– А разве ваша должность не предполагает работу в большей степени по спортивной части?

– Сейчас у меня втягивающий период. В белорусском гандболе есть определенные тонкости и нюансы, а у «Витязя» – собственная история, с которой тоже нужно считаться. Пока что я выполняю больше консультативные функции – помогаю оптимизировать использование наших текущих ресурсов.

В ходе дискуссий мы пришли к общему видению развития клуба. Четко могу сказать, что в мои задачи также будет входить формирование резерва для команды и создание условий для качественного тренировочного процесса. Нужно обеспечить приток молодых гандболистов в наш клуб, а мы, со своей стороны, будем помогать им расти, чтобы в перспективе они могли достичь уровня национальной сборной. Моя конечная цель – формирование боеспособной команды, готовой решать поставленные перед ней высокие задачи.

– Какую часть рабочего времени вы готовы уделять «Витязю»?

– Понимаете, гандбол у меня в голове сидит, поэтому я не могу разделять время, которое потрачу на гандбол и свой бизнес. Я закончил играть в 2003 году и только через 14 лет смог признаться себе, что гандбол продолжает находиться в моей душе. Это не удается игнорировать, поэтому с радостью воспользовался возможностью сделать то, что когда-то недоделал. У меня хватает интересных задач как в основном бизнесе, так и в «Витязе». Буду пытаться совмещать.

– Вы говорите, что спорт – это бизнес. Но в Беларуси обычно все держится на безвозмездной помощи государства. «Витязь», в который вы пришли – клуб новой формации. Вам какая модель ближе?

–  Вопрос ведь не в моделях. В госсекторе есть множество примеров эффективного менеджмента, да и частники не всегда выстраивают оптимальную модель. Дело не в том, кто управляет, а как он это делает. Экономическую систему и модель управления спортом нужно воспринимать как данность. Нам же важно найти ту формулу, с помощью которой мы сможем добиваться результата в рамках сложившейся системы. Мы хотим создавать проект с частными вливаниями в рамках условий, в которых мы существуем. Я считаю, что «Витязь» должен взять лучшее из обеих моделей и использовать максимально эффективно.

– Вы бизнесмен, который следит за белорусским спортом. Поделитесь наблюдениями?

– Спорт – это продукт, болельщики – потребители этого продукта. Задача клубов – продать этот продукт потребителю. Для этого нужно четко понимать желания зрителя. Люди ведь приходят на спорт не только ради того, чтобы следить за тонкостями игры. Зритель хочет получить удовольствие, хорошо провести время с семьей, друзьями. Мы хотим, чтобы люди получали эмоции от драйва, музыки, антуража. Есть клубы, которые это понимают и работают в этом ключе. Увы, есть и те, в которых процессы построены иначе. В «Витязе» мы четко понимаем, что болельщики должны стоять во главе угла и движемся в направлении создания интересного для них продукта.

– Сотрудничество спорта и бизнеса в нашей стране может быть взаимовыгодным?

– Безусловно. Вопрос в том, что клуб может предложить бизнесу. Мы хотим сделать из «Витязя» интересный проект со своими фишками. Мы работаем над тем, чтобы наш клуб был интересен спонсорам.

– «Витязь» может заинтересовать вашу компанию, как объект для спонсорства?

– Мне интересны новые формы сотрудничества. Но этот вопрос на сегодняшний день не обсуждался. Пока что моя задача – работа над спортивной составляющей клуба.

– Насколько нормальная ситуация, когда спонсоры «Витязя» не могут пользоваться льготой по налогу на недвижимость и земельному налогу, а его конкуренты могут?

– Мы не склонны фокусировать свое внимание на таких вещах. Неважно, кто и как наполняет свой бюджет. Цель у нас одна  – воспитать спортсменов высокого уровня, достичь определенного спортивного результата. Неважно, с господдержкой или без нее, но мы все развиваем гандбол. У кого-то есть возможности делать это с большим размахом, но и мы в меру возможностей к этому стремимся.

Вообще, я убежден, что наш гандбол находится на пороге чего-то серьезного и успешного. Думаю, в ближайшие пять лет мы можем сделать серьезный скачок в плане результатов. К этому есть реальные спортивные предпосылки: в Беларуси, несмотря на имеющиеся трудности, растет перспективное поколение молодежи.

– Откуда эта перспективная молодежь взялась: благодаря высокому уровню детско-юношеских школ или предрасположенности нации к виду спорта?

– Думаю, все вместе. За последние десять лет при Владимире Николаевиче Коноплеве было сделано многое для развития гандбола. Выросла осведомленность детей о нашем виде спорта, обновилась методическая база. Современный гандбол не стоит на месте, а в Беларуси есть целая плеяда молодых тренеров, которые хотят развиваться и делают это. Безусловно, имеет место и талант растущего поколения – молодежь у нас действительно перспективная. Ребята 1994-1996 года будут двигать нашу сборную вперед в ближайшее десятилетие.

– Детский спорт в Беларуси критикуют едва ли не все. В гандболе все по-другому?

– На этот счет можно очень много говорить. Бытует много разных мнений, каким должен быть детский спорт. Не думаю, что у нас есть неразрешимые проблемы в нем – и речь не только о гандболе. При определенных обстоятельствах можно добиться большей эффективности от детских школ. Нам нужно внимательно посмотреть, какие методики используют в детском спорте конкуренты из других стран. Оттуда в каждом виде спорта нужно попытаться взять лучшее и привнести в нашу систему, при этом не разрушая ее.

– Что может наш гандбол в этом плане позаимствовать?

– На мой взгляд, мы должны уделять больше внимания психологическому взрослению спортсменов. В свое время столкнулся с проблемой перехода из юношеского гандбола во взрослый. Основная причина кроется в психологии. Мы должны продвинуться в этом вопросе, потому что в возрасте от 17 до 21 года ребята нередко получают травмы, из-за которых замедляется спортивный рост, а порой игроки вынуждены заканчивать со спортом. С этим мне пришлось самому столкнуться. Потребовалось много времени для того, чтобы понять причины той травмы. И дело тут в психологии.

– Не могу до конца уловить зависимость между психологией и травмами.

– К сожалению, у нас не так много клубов и ребятам необходимо быть постоянно на виду у тренеров. Они стремятся поскорее закрепиться в основном составе, занимать лидерские позиции в коллективе. И здесь очень сложно отказать спортсмену в его желании форсировать подготовку. Мы видим, что спортсмен в таком ритме работать не всегда готов. А для выхода на новый уровень необходимо быть, прежде всего, готовым психологически.

Плюс в этом возрасте ребята не всегда могут уверенно преодолевать трудности, которыми наполнена наша жизнь. Молодой человек приходит в новую команду, где партнеры старше на 5-7 лет. В такой среде не всегда спортсмену удается справиться с проблемами самостоятельно. Поэтому и с адаптацией у молодых ребят бывают трудности. Иногда им нужно где-то подставить плечо, помочь сделать шаг вперед. Порой даже небольшая поддержка окрыляет.

Очень важно, в какой среде растет спортсмен, важны особенности его взросления. У ребят бывают внутренние проблемы, которые мешают раскрыть свой потенциал. Тренерам нередко тяжело заметить эти вещи, поскольку у них под рукой два десятка подопечных. А спортсмены редко открываются – часто держат проблемы в себе.

Стоит отметить, что современные молодые ребята не зацикливаются  только на спорте. Многие серьезно относятся к получению высшего образования, стремятся участвовать в социальных  проектах. Таким образом, спортсмены проявляют свои лидерские качества и вне игровой площадки. Причастность к серьезному, интересному и перспективному проекту мотивирует личностный рост молодых спортсменов.

– Вы говорите о том, что одной из целей «Витязя» будет подготовка резерва. Но ведь у клуба даже нет детской школы…

– Ближайший сезон в этом плане будет переходным. Мы сейчас прорабатываем варианты, как лучше поступить в этом плане. И в следующем году «Витязь» уже планирует обзавестись детской школой. Думаю, в течение этого сезона мы порадуем определенностью в этом вопросе.

– «Витязь» когда-нибудь планирует стать чемпионом?

– Начнем с того, что состав нашей команды позволяет бороться за четверку. Попутно нам нужно наладить работу на всех фронтах – от спортивной части до маркетинга. Выстроив систему клуба, можно будет говорить о том, чего ожидать завтра.

– Вы помогаете «Витязю» бесплатно?

– Есть такой советский термин «на общественных началах». Да, я работаю в «Витязе» без какого-либо финансового интереса. Это проект, который мне интересно реализовать.

– Давайте в заключение поговорим о белорусском гандболе. Как вы относитесь к «правилу левшей»?

– Правило существует, нравится кому-то из нас это или нет. Поэтому скорее стоит обсуждать эффект от его принятия. Здесь уместно применить понятие «отложенного эффекта». Прежде, чем мы увидим результативность «правила левшей», должно пройти время. Конечно, есть огромный риск: в случае неудачи мы не сможем вернуть время назад. В любом случае, «правило левшей» придумали люди, которые добились высоких результатов в гандболе. Поэтому оно может оказать положительное влияние – через определенное время мы увидим результат.

– Есть мнение, что искусственный ввод левшей в состав снижает конкуренцию и, следовательно, стремление к росту.

– В «правиле левшей» есть существенный плюс. Понимаете, нет какой-то одной формулы для каждого спортсмена. Каждый человек уникален, поэтому кто-то раскрывается в 16 лет, кто-то – в 20. Да, для кого-то возможность играть 15 минут будет поводом расслабиться. А для некоторых ребят – способом обрести уверенность. Здесь все индивидуально. Если благодаря этому правилу в сборной появится хотя бы один высокий левша, то будет круто. Мы не можем разбрасываться талантами.

– Какой клуб вам ближе – БГК или СКА?

– Даже не знаю. Был на их очной встрече в марте, мне очень понравилась игра. Я больше болею не за клубы, а за ребят, которых знаю лично. Поэтому все-таки больше симпатизирую СКА, потому что там много наших парней. Хочется, чтобы они выросли в классных гандболистов. В то же время я восхищаюсь работой, которая проделана в БГК. Это один из лидеров европейского гандбола. Проект успешно функционирует как в игровом плане, так и с точки зрения маркетинга. В Брест хочется приехать на матч Лиги чемпионов, окунуться в эту атмосферу. И это круто, что в Беларуси есть такой клуб. БГК – офигенный проект. И я с радостью болею за них в международных матчах.

– БГК на первом этапе – это плюс?

– Для нас – да. Для них не знаю.

– По словам Александра Мешкова, в чемпионате Беларуси будет играть не та команда, что в Лиге чемпионов.

– В любом случае, для «Витязя» это будет хороший опыт. Даже не основной ростер БГК – это планка, к которой нам нужно стремиться. С ней будет интересно проверить свои силы.

– Владимир Коноплев – красавчик?

– Красавчик :). Владимир Николаевич сделал невозможное. В начале двухтысячных наш гандбол уверенно загибался. Материально-техническая база устарела, проблемы с инвентарем. По 1982 году рождения наша молодежка даже не участвовала в отборе на чемпионат мира в Бразилии. В случае прохождения квалификации нашей команде не за что было бы туда ехать.

Коноплев развернул “маховик” белорусского гандбола в сторону поступательного и фундаментального развития. Запустил долгосрочный проект, который приносит результат сегодня и будет успешен в дальнейшем.

– Карьеру вы завершили рано. Какая у вас теперь гандбольная мечта?

– В бытность игроком я мечтал стать Олимпийским чемпионом. А теперь хочу увидеть на пьедестале Олимпиады сборную Беларуси. А «Витязь» будет в меру возможностей стремиться помочь национальной команде в достижении этой цели.

Автор

КОММЕНТАРИИ

Комментарии модерируются. Пишите корректно и дружелюбно.

Лучшие материалы