На вулiцы маёй
Блог

Хоккейные фанаты, чьи клубы подписали письмо за Лукашенко, бастуют (но не все): игнорят матчи, не общаются с игроками

В Гомеле, Гродно и Солигорске жесткий раскол.

Белорусский хоккей продолжает активно выступать в поддержку режима Лукашенко. Почти все клубы обеих экстралиг подписались под письмом за действующую власть. Держится каким-то непостижимым образом в стороне от происходящего барановичский «Авиатор». «Витебск» и «Могилев» пока ограничились просто публикацией письма на официальных сайтах, остальные – дружно оставили подписи.

На появление провластного письма часть фанатов отреагировала очень категорично. Активные болельщики «Немана», «Гомеля», «Шахтера» и «Бреста» через социальные сети обратились к игрокам своих команд с призывом не подписывать никаких писем. Реакция последовала и от поклонников «Динамо-Молодечно».

* * *

Про молодечненских и брестских болельщиков – разговор отдельный. Фаны «Динамо-Молодечно» выпустили очень странное заявление. Они отметили, что поддерживают хоккеистов, примут любое их решение, но попросили руководство не давить на них, чтобы не нарушать эмоциональный и психологический настрой команды. Многие посчитали это обращение слишком мягким. Журналистка молодечненской «Региональной газеты» Анастасия Уткина жестко раскритиковала фанатов.

Журналистка «РГ» Уткина об обращении фанатов «Динамо-Молодечно»: «Когда про хоккеистов, подписавших провластное письмо, начали пописывать в СМИ, фанаты со всей серьезностью сказали про права человека. Какой кошмар и мрак»

Больше никакой реакции со стороны фанов «Динамо-Молодечно» на ситуацию не было. С фанатами «Бреста» история еще более интересная. После того, как вся клубная администрация и игроки подписали письмо, фанаты выступили с очень жестким заявлением, в котором говорили, что своими подписями игроки и тренеры поддерживают убийства и беззаконие. «Тем самым вы падете в наших глазах и будете изгоями. Отношение в ваш адрес будет соответственным. И ничто не сможет вас оправдать», – говорилось в обращении, опубликованном в болельщицкой группе «Вконтакте».

Однако спустя какое-то время текст заявления из «ВК» пропал. По информации «Трибуны», болельщики пошли на попятную после беседы с руководителем клуба Сергеем Сушко. Директор сказал фанатам, что если их заявление не будет удалено, сектор может быть закрыт, а главный спонсор клуба компания «Санта Бремор» может отказать хоккею в помощи. В итоге фанаты решили, что развитие клуба важнее, и запись удалили – они продолжают ходить на сектор.

Другие же фанаты оказались более стойкими по части своих убеждений. Поговорили с болельщиками «Немана», «Гомеля» и «Шахтера» о том, как сейчас выглядят их отношения с клубами.

«Неман»

12 августа группа болельщиков «Немана» «Вконтакте» объявила, что начинает бессрочный бойкот матчей команды из-за того, что происходит в стране и Гродно после выборов. А в ноябре, когда появилось провластное письмо, фанаты обратились к игрокам и всем работникам «Немана».

«Наша просьба заключается в следующем: просто остаться вместе с нами, с народом, не ставить свою подпись под сомнительными письмами!»говорилось в обращении.

Долгое время все было тихо, но 7 декабря 62 человека из структуры «Немана» – руководители, хоккеисты и тренеры первой и второй команд, а также работники местной СДЮШОР – подписали провластное письмо.

Варивончик, Сидоренко, дисквалифицированный за договорняк Лисичкин, братья Малявко и еще 57 человек из структуры «Немана» подписали провластное письмо

Фанаты отреагировали незамедлительно.

«Я, как и весь фан-клуб, ждал, что хоккеисты «Немана» останутся с нами, с народом. Мы на протяжении многих лет поддерживали клуб, а теперь хотели поддержки от них. Сегодня она бы была ценнее всех кубков и медалей. Но ребята сделали свой выбор. Горько и неприятно», – высказался лидер фандвижа Гродно Сергей Емельянов.

«Они поступили так, как не хотелось бы нам»

Сергей Емельянов, лидер фанатов «Немана».

– Реакция на подписание игроками команды провластного письма – сплошной негатив. Просили же ребят не подписывать. Они не высказались в августе, когда все началось. Говорили, что спорт вне политики. Ну и мы просили не подписывать ничего и сейчас. Ведь это письмо абсолютно политизировано. Но они подписали: и второй состав, и первый. До сих пор горечь от всего этого. Правда, подписали не все игроки. Не нашел в списках Алексея Малиновского, поляка Кристиана Дзюбинского (хотя россияне подписали) и Артура Абметку.

Не буду судить тех, кто подписал. Понимаю, почему они это сделали: не хотели деньги терять. В личных беседах говорили, что не знают, что делать. Работу терять не хочется: границы закрыты, а в Беларуси ничего не найдут. Знаю, что не хотели подписывать это письмо, держались несколько дней, но на них очень сильно надавили.

Наша реакция видна по пустому сектору. Мы с 12 августа его не посещаем. Но не из-за политики. С ней мы разберемся в других местах. Мы не ходим по двум причинам. Во-первых, хотим, чтобы на входе в ледовом стояла обычная милиция. Не секьюрити, не кто-то еще, а обычная милиция. Сейчас же там стоят сотрудники отряда милиции особого назначения. Но я считаю, что ничего особого в том, чтобы проверять у людей карманы, нет. А во-вторых, мы просили ребят высказаться в августе. Они молчали. И мы им тогда намекнули, что если и дальше никаких писем подписывать не будете, то молчите, черт с вами. И если бы никто не подписал, возможно, потихонечку, с гостевых матчей мы бы возвращались на сектор. Но их подписи все перекрыли.

Желание болеть за «Неман» еще есть?

– Все, что у меня осталось, это смотреть хоккей по телевизору. Особого желания нет. Да, некоторые ребята из сектора ходят на хоккей, но таких единицы. Ледовый дворец пустой. Набирается всего три-четыре сотни болельщиков. И не из-за коронавируса. Хотя в Гродно всегда любили хоккей. И заполняли бы трибуны. Ходила бы тысяча, а на нормальные матчи все полторы. Но сейчас обычные болельщики, которые гоняли с нами на выезды, связываются со мной и говорят, что поддерживают нашу инициативу.

Общались с руководством клуба после подписания письма?

– А что нам с ним общаться? Знаю, что на руководство надавили, а оно в свою очередь – на хоккеистов. Не будем ничего больше делать. Все, что хотели, уже написали и сказали. Ребята знают нашу позицию. Мы же не высказывались жестко, не писали, что будем всю жизнь их презирать. Просто они поступили так, как не хотелось бы нам. Вот и все.

«Гомель»

В Гомеле местную команду поддерживают две группировки болельщиков: фанатский сектор, костяк которого насчитывает порядка 30 человек, и группа болельщиков, смотрящих хоккей «из центра». Именно группа болельщиков «из центра» и выступила в конце ноября с обращением к хоккеистам клуба. В нем гомельчане отмечали, что с августа не говорили с командой о политике и не требовали от игроков публичного выражения своей позиции на этот счет. И попросили не выражать свою позицию после того, как появилось провластное письмо.

«Вы можете подписать и присоединиться к любым призывам, если они соответствуют вашим принципам и моральным ценностям. Но мы просим вас проявить характер, мужество и стойкость и не делать этого под давлением!», – писали болельщики.

Призыв не сработал. «Гомель» сперва поддержал письмо за действующую власть, а затем выкатил имена его подписантов. В списках – игроки и тренеры команды, а также работники ДЮСШ. Тогда группа болельщиков приняла решение прекратить активную поддержку на домашних и выездных играх.

«Ситуация не позволяет нам поступить иначе»

Артур Старовойтов, один из лидеров болельщицкого объединения «Гомеля»

– Мы давно знали, что письмо уже в Гомеле, но не знали, подпишут ли его игроки. Надеялись что нет. И даже писали пост о том, что не хотели бы этого. Но потом вышел пресс-релиз в поддержку письма. Без подписей. Тогда мы приняли решение не ходить на матчи. А вскоре появились и подписи.

В понедельник состоялась встреча болельщиков клуба с руководством. Как она прошла?

– Это была пустая беседа. Со стороны клуба были директор и его зам. Они стояли на своем, мы – на своем. Мы не шли туда что-то доказывать и кого-то переубеждать. Просто хотели обозначить свою позицию. Они же хотели знать, до каких пор мы собираемся бунтовать. Ответили, что до тех пор, пока портрет на стене за вами либо не исчезнет, либо не сменится.

И какой была реакция на это заявление?

– Звучали формулировки а-ля «Это же наши ребята. У нас все хорошо. Ребятам нужна поддержка, а вы вот так вот...» Вот такие словами. Но, блин, когда нам нужна была поддержка, где были эти ребята?

Когда клубом болельщиков было принято решение о прекращении поддержки?

– В тот же день, когда появился пресс-релиз. Мы очень долго обсуждали наше решение и как его преподнести. Мы планировали не только не ходить на матчи, но и заморозить нашу группу «Вконтакте». Считаю, что у нас одна из самых сильных болельщицких групп в стране. Скажу тебе, что на нас всегда ссылалось руководство, когда отчитывалось перед чиновниками из исполкома. Кстати, в прошлом году была создана официальная группа, но даже по подписчикам она в десять раз слабее. Наша же группа ведется уже 10 лет. По сути, это готовая пресс-служба, но клуб решил делать что-то себе.

Ситуация с письмом – не первая плохая история наших взаимоотношений с клубом. Мы много терпели его выходки, но на этот раз большинство (во внутреннем чате группы 17 человек; у нас демократия, решения принимаются совместно после хорошего анализа ситуации) преодолело страх и решили заморозить страничку в ВК, пока ситуация не изменится.

Это было сложное решение. Команда впервые за последние годы на подъеме. Добивается результата своими ребятами, которых подержать хочется вдвойне. Но ситуация по-человечески не позволяет нам поступить иначе. Ждем ее изменения, чтобы снова поддержать команду.

Приведи пример ваших непростых взаимоотношений с руководством «Гомеля».

– Когда главным был Андрей Скабелка, случилась неприятная ситуация с Игорь Брикуном и Дмитрий Якушиным. Скабелка выгнал их из команды со словами, что они не соответствуют ожиданиям. Хотя на тот момент Брик был лучшим вратарем чемпионата, а Якушин – капитаном команды. И за месяц до этого Скабелка говорил, что это настоящий капитан, лидер, который ведет за собой команду. Было много лестных слов, но через месяц он их выгнал. А началось все с того, что игроки были недовольны методами тренера и написали письмо, что не хотят играть под его началом. Тогда руководство клуба стало вычислять зачинщиков этого письма. Нашли и выгнали «бунтарей», сказав, что с остальными будет точно так же.

Для нас, для болельщиков, это была показательная история. Из клуба выгоняют людей, которые создают атмосферу и настроение. А со Скабелкой начались контры. Он называл нас недоболельщиками и неболельщиками. Даже как-то официальный сайт в новогоднем поздравлении написал «Уважаемые болельщики и неболельщики...»

Как изменилась посещаемость в Гомеле за последние несколько недель?

– В принципе, мало что поменялось. Люди ходят. У нас с посещаемостью всегда было хорошо. Мы были лучшими в лиге, когда команда занимала пятое или шестое место. Ты сразу даже не заметишь, что люди перестали ходить. Другое дело атмосфера. Несколько дней назад со мной связался один из представителей фанатского сектора и сказал, что они тоже прекращают активную поддержку. В итоге сейчас на играх нет ни нас, ни фанатов. Но на хоккей фаны ходят – проходят по бесплатным пропускам, которые им выдал клуб. Когда руководство об этом узнало, начались вопросы: «Почему вы бесплатно прошли на хоккей, но не делали свое дело?» Знаю, что им дали время на раздумье. Пока они [фанаты] бойкотируют. Руководство на это завуалировано ответило, что найдет других. По факту нам по###, кто будет орать.

Что интересно, в центре появилась группа ребят, которая поддерживает команду. На одной из игр к ним подошли фанаты: «Ребята, может, солидарность проявим? Группа болельщиков бойкотирует, мы – тоже». На что был ответ: «Да нам по###. Мы не за политику, мы за команду». Их там человек семь. Руководство клуба им даже дало барабан, чтобы шумели.

Кстати, нам два года назад запретили в плей-офф проходить с барабаном. Не пускали на сектор. Мы просили показать документ, на основании которого мы не можем этого сделать. Нам ничего не показали и отказались принести книгу жалоб. Пришлось даже вызвать милицию. Но оказалось, что книга находится в гостинице, и мы должны сами идти и писать.

В общем, 22-го будет игра. Схожу, побеседую с ребятами[болеющими на центральном секторе]. Мне просто интересно, какая все-таки у них позиция.

«Шахтер»

Фан-клуб «горняков» заявил, что прекращает активную поддержку команды 19 августа. «В нашем городе, как и в других городах нашей страны, происходят страшные вещи, на которые мы не можем не отреагировать. (...) Мы просто не можем игнорировать беззаконие и унижение мирных граждан. Наш фан-сектор принял решение временно прекратить активную поддержку клуба, до выполнения требований народа!» – заявили фанаты.

В конце ноября активные болельщики обратились к команде уже по поводу провластного письма, призвав не подписывать его, иначе «наступит персональная ответственность, от которой будет не отмыться. Не вбивайте последний гвоздь между нами, пусть останется хоть капля уважения и любви».

Фанаты «Шахтера» о провластном письме: «Наступит персональная ответственность, от которой будет не отмыться»

Но, как и в других случаях, игроки и руководство «Шахтера» не вняли просьбам. Кроме белорусских игроков и тренеров, среди подписантов письма российские легионеры, словак, сотрудники ДЮСШ и даже механик с оператором.

38 человек из системы «Шахтера», в том числе россияне и словак, подписали провластное письмо

«Команда после 9 августа играет с красно-зеленым флагом на скамейке»

Анна Корзун, одна из лидеров солигорских фанатов.

– У нас, как мне кажется, ситуация самая «веселая» из всех клубов. Наша команда после 9 августа, к сожалению, играет с красно-зеленым флагом на скамейке. Каждый матч, когда выходят из раздевалки, вешают флаг на защитное стекло. Как нам говорили, выходит главный тренер Файков и вешает.

19 августа мы объявили, что в связи с событиями в стране активной поддержки не будет. Перед этим сходили к директору клуба Юрию Ивановичу Будько и предупредили о нашем решении, переговорили и с командой. После этого приходим на игру и видим: висит флаг. Никто этого не ожидал. У некоторых ребят были проблемы на входе. Они были с белыми браслетами на руках. Их тормозили на КПП, с брезгливостью смотрели на руки и спрашивали: «А что с вот такими делать?» В общем, мы с трудом прорвались на игру, а наша команда – с [красно-зеленым] флагом.

В первом же перерыве совет фан-клуба пошел к директору узнать, что происходит. В ответ услышали, что это решение команды. Мы объяснили, что это выглядит как провокация. Даже те болельщики, которые были с командой с первого сезона, не поняли такого шага. Даже равнодушные, которые раньше не хотели разговаривать о политике, очень насторожено к этому отнеслись. Никто не понял. Многие теперь не ходят на матчи, хотя на секторе с первого сезона клуба.

Мы разговаривали с директором и после игры, и на следующий день. Просили убрать флаг. Говорили, что на арене есть один флаг, который висит под сводами. Его достаточно. Будько ответил, что попробует что-то сделать, но не очень хочет дергать команду. Тогда мы попросили разрешение встретится с некоторыми игроками, раз это их решение. Встретились. С их слов оказалось, что это решение тренерского штаба. В общем стрелки переводились. Мы общались больше двух часов. Говорили о том, что это выглядит как показуха какая-то. И вроде бы пришли к выводу, что правильней будет убрать флаг. Попросили капитана поговорить с тренерским штабом, но по итогу нам был дан ответ, что никто ничего провокационного в этом не видит. Это госфлаг, и они будут играть с ним.

А недавно увидели интервью Будько, где он назвал нас так называемыми фанатами. Мы всем советом фан-клуба отреагировали так, словно нас отхлестали ссаными тряпками по лицу. С Юрием Ивановичем мы очень хорошо общались всегда. Во время финальной серии прошлого сезона часто собирались у него в кабинете, обсуждая выезда, количество людей, автобусов. Общение было очень хорошее.

К беседе подключился еще один лидер фан-клуба Антон. Свою фамилию молодой человек называть не стал.

Антон: По окончании сезона Будько меня вообще пригласил к себе поговорить об итогах сезона, и мы чуть ли не трансферную политику на следующий сезон обсуждали. И он советовался со мной по игрокам. И я даже удивился, что меня послушали и пригласили пару игроков, о которых я говорил.

Анна: Общение было шикарное. А теперь такие слова. Что интересно, еще в августе-сентябре директором была брошена фраза, которую я лично пропустила мимо. Юрий Иванович сказал, что команда полностью подписалась за действующую власть. Тогда никто не понял, что это значит. И только потом, когда появилось провластное письмо, пазл сложился. Получается, что это письмо было подписано еще в августе? Ведь от «Шахтера» в списке оказались игроки, которые были в команде именно на момент нашего разговора. Например, российский легионер Мокшанцев. Но нет Ромы Достанко, который вернулся в команду только в октябре.

Что будет предпринимать фан-клуб сейчас?

– Мы поснимали все баннера. Директор ледового дворца разрешил даже снять большой баннер «Мы – Солигорск». Убрали барабан с ледового, чтобы его никому не передали. Майку, которую растягивали перед играми, тоже унесли.

Антон: С игроками тоже почти перестали общаться. Остались только случайные встречи. Город у нас маленький: после хоккея все встречаются в магазине. Наш барабанщик рассказывал, что как-то встретил там Казнадея, который тогда был капитаном. Он к нему просто подошел, чтобы предложить сняться в видео (не политическом), но Казнадей первой же фразой фактически оттолкнул его от себя: «По поводу флага ко мне не обращайся». Даже не поздоровался.

Анна: Некоторые молодые игроки, которые знают нашу позицию, увидев меня на улице, опускают голову и быстрым шагом ретируются, чтобы я не заметила. А потом еще и оглядываются: увидела их все-таки или нет. Когда стояла с плакатами на арене, некоторые игроки демонстративно делали вид, что не замечают меня. Видят всех, кроме меня с плакатом. Глядя на такое, обращаться к ним и общаться с ними не хочется.

Хотя у нас были очень теплые отношения с командой. В плей-офф прошлого сезона мы ездили на каждый выезд. Иногда даже с выезда брали кого-то из игроков с собой, чтобы он быстрее добрался домой. С нами и жена одного хоккеиста ездила. В общем, общение было давнее и хорошее. Но после того, что происходит сейчас...

Как все эти события повлияли на посещаемость в Солигорске?

Антон: Месяц назад на игре фарма в будний день людей было больше, чем в прошлую субботу вечером на основе.

Анна: Людей ходит гораздо меньше. У любой команды есть болельщики-мужички, которые давно болеют. Сейчас эти мужички остаются дома. Один рассказывал, что любит ходить на хоккей с детьми, но сейчас не ходит, потому что не хочет, чтобы руки милиционеров и омоновцев прикасались к его детям. И таких людей очень много. Такие люди были всегда с командой. Что бы ни происходило, были рядом, но сейчас их нет.

Насколько большое фан-движение у «Шахтера»?

Антон: Пару лет назад у нас была одна из самых больших группировок в Беларуси, но потом все затухло. Сейчас развиваемся заново. К плей-офф прошлого сезона выросли прилично. На выезды ездило по 5 автобусов. На «домашки» подключались и футбольные фанаты. Один раз сектор был на половину ледового! Но сейчас снова все потухло. Сезона для нас фактически нет. Уход людей с фан=сектора прилично ударил по атмосфере на арене.

Анна: Могу дополнить, что перед этим сезоном ко мне обращалось много желающих смотреть хоккей с нами. Люди только-только начинали болеть за «Шахтер» и хотели делать это красиво. Семьями хотели приходить. Но из-за того, как повела себя команда, многие писали: «Прости, не в этот сезон».

Фото: из архива собеседников, страница клубов «Вконтакте». 

Комментарии

Возможно, ваш комментарий – оскорбительный. Будьте вежливы и соблюдайте правила
  • По дате
  • Лучшие
  • Актуальные
  • Друзья